Катя, Люда, Тося… Если вы хоть раз смотрели фильм «Москва слезам не верит», эти женские имена моментально вызовут в вашей голове, читатель, образы. Вера Алентова, Ирина Муравьева, Раиса Рязанова. Три актрисы, в чьих судьбах есть кино, ставшее не просто народным, а истинно любимым…

Всегда интересно: а есть ли у актрис в их жизни хоть что-то, что роднило бы с героинями?.. Ответ на этот вопрос частично можно найти в книге, представленной сегодня вашему вниманию.

«В фильме «Москва слезам не верит» роли двух подруг, у которых с семейным счастьем были самые большие проблемы, Кати и Людмилы, исполняли актрисы, успешно вышедшие замуж и счастливые в своих семьях, - Алентова и Муравьева. Зато роль Антонины, той самой девушки, которая сразу находит верного мужа, досталась Раисе Рязановой. А ей самой в собственной жизни с семейным счастьем, наоборот, не повезло».

Разбирать литературные достоинства этой книги мы не станем. И не потому, что их нет. Написаны «Шесть женских судеб» довольно легким языком, сжато, факты, собранные в каждой из шести глав, интересны и дают почти полное представление о каждой из актрис. Единственным печальным моментом Лоцману кажется крайне малое количество диалогов или хотя бы прямой речи, что весьма разбавило бы тексты.

По сути, труд Ирины Агаповой и Маргариты Давыдовой - это хорошие журнальные статьи. Компиляции в лучшем смысле этого слова. Факты из жизни актрис собраны самые разные, но аккуратно структурированы и поданы в свете заявленной темы - до и после «Москва слезам не верит».

Кроме трех главных героинь авторы добавили в книгу жизнеописания Евгении Ханаевой (мать Родиона), Зои Федоровой (вахтерша) и Натальи Вавиловой (Александра). Они создали в фильме яркие, необычайно типичные, узнаваемые образы. И Лоцман был несказанно удивлен тому, что роль матери Родиона была, по сути, первой работой Евгении Ханаевой в кино, а Наталья Вавилова покинула стезю киноактрисы после тяжелой травмы, с трудом и с помощью любимого мужа вернувшись к жизни.

«Шесть женских судеб» - по воле авторов или вне ее - доказывают читателю одну весьма простую мысль: жизнь, реальная жизнь, подкидывает каждый день куда более заковыристые истории, чем может придумать сценарист или снять режиссер. Конечно, судьбу Кати Тихомировой вряд ли кто-то может повторить. Но тому, как найти свою любовь, потерять или удержать ее, научиться бороться или смиряться под ударами судьбы, дружить, судьбы актрис помогут намного лучше, чем любое кино.

И еще одна деталь, которую не мог не заметить Лоцман. В изложении авторов каждая из женщин получилась очень милой, практически без недостатков. Меж тем иногда маленький недостаток делает человека куда более понятным и близким, чем миллион достоинств. Но Лоцман думает, что авторы не специально. Наверное, от любви.

Из знаменитых кофеманов обычно первым вспоминают Бальзака. Бальзак был не просто любитель кофе, а кофе-экстремал: пил его чудовищно много и чудовищно крепкого. При этом писал свои произведения, держа ноги в холодной воде. Все это подорвало его здоровье, он прожил всего 51 год и умер от целого перечня болезней.

Говорят, что Ахматова делила людей на две категории: «кофе-кошка-Мандельштам» и «чай-собака-Пастернак». Хоть это и шутка, игра ума, но какая-то сермяжная правда в этом есть. Хотя и трудно формализуемая. 

Второй знаменитый кофеман – Вольтер. Он дожил до 84 лет, так что кофе, видимо, ему не очень повредил. По переписке он заразил этой страстью Екатерину II, которая пила кофе из расчета фунт (400г) кофе на 5 чашек. (П.И.Сумароков, «Обозрение царствования и свойств Екатерины Великия»). Это получается 4 столовых ложки кофе на чашечку. Тоже не слабо. Правда, она пила его со сливками, что несколько смягчало напиточек. А кофейную гущу царица смешивала с мылом и использовала как скраб для тела.