Автор - Илья Латыпов
Готовясь к публичной лекции по психологии личности, я просматривал выдержки из книги психоаналитика Бруно БеттельгBettelheimBruno200ейма «Просвещенное сердце». В ней он описывает свой опыт узника концлагерей Дахау и Бухенвальда, в которых он был в 1938-1939 годах, а также опыт других людей, столкнувшихся с системой уничтожения человеческого достоинства позднее, когда нацисты «раскрылись» на полную мощь. Делал пометки, выписки, и в итоге получилась эта статья.

Меня интересовал психологический аспект того, что творилось в концентрационных лагерях. Как нацистская система ломала личности, как личности противостояли системе и чудовищно деструктивному психологическому полю, какие стратегии использовали и как они деформировались . В конце концов, личность – это и есть наши стратегии адаптации к существующему вокруг миру, и от того, какой он, этот мир, во многом (но не во всем) зависит то, какие мы.

Нацистская система в 1938-1939 годах – времени пребывания Беттельхейма в Дахау и Бухенвальде – еще не была нацелена на тотальное истребление, хотя с жизнями тогда тоже не считались. Она была ориентирована на «воспитание» рабской силы: идеальной и послушной, не помышляющей ни о чем, кроме милости от хозяина, которую не жалко пустить в расход. Соответственно, необходимо было из сопротивляющейся взрослой личности сделать испуганного ребенка, силой инфантилизировать человека, добиться его регресса – до ребенка или вовсе до животного, живой биомассы без личности, воли и чувств. Биомассой легко управлять, она не вызывает сочувствия, ее легче презирать и она послушно пойдет на убой. То есть она удобна для хозяев.

Обобщая основные психологические стратегии подавления и слома личности, описанные в работе Беттельхейма, я для себя выделил и сформулировал ряд ключевых стратегий, которые, в общем-то, универсальны. И в разных вариациях они повторялись и повторяются практически на всех уровнях жизни общества: от семьи до государства. Нацисты только собрали это все в единый концентрат насилия и ужаса. Что это за способы превращения личности в биомассу?

Правило 1. Заставь человека заниматься бессмысленной работой.

Одно из любимых занятий эсэсовцев – заставлять людей делать совершенно бессмысленную работу, причем заключенные понимали, что она не имеет смысла. Таскать камни с одного места на другое, рыть ямы голыми руками, когда лопаты лежали рядом. Зачем? «Потому что я так сказал, жидовская морда!».

(Чем это отличается от «потому что надо» или «твое дело выполнять, а не думать»?)

Правило 2. Введи взаимоисключающие правила, нарушения которых неизбежны.

Это правило создавало атмосферу постоянного страха быть пойманным. Люди были вынуждены договариваться с надзирателями или «капо» (помощники СС из числа заключенных), впадая от них в полную зависимость. Разворачивалось большое поле для шантажа: надзиратели и капо могли обращать внимание на нарушения, а могли и не обращать – в обмен на те или иные услуги.

(Абсурдность и противоречивость родительских требований или государственных законов – полный аналог).

Правило 3. Введи коллективную ответственность.

Коллективная ответственность размывает личную – это давно известное правило. Но в условиях, campкогда цена ошибки слишком высока, коллективная ответственность превращает всех членов группы в надзирателей друг за другом. Сам коллектив становится невольным союзником СС и лагерной администрации.

Нередко, повинуясь минутной прихоти, эсэсовец отдавал очередной бессмысленный приказ. Стремление к послушанию въедалось в психику так сильно, что всегда находились заключенные, которые долго соблюдали этот приказ (даже когда эсэсовец о нем забывал минут через пять) и принуждали к этому других. Так, однажды надзиратель приказал группе заключенных мыть ботинки снаружи и внутри водой с мылом. Ботинки становились твердыми, как камень, натирали ноги. Приказ больше никогда не повторялся. Тем не менее, многие давно находящиеся в лагере заключенные продолжали каждый день мыть изнутри свои ботинки и ругали всех, кто этого не делал, за нерадивость и грязь.

(Принцип групповой ответственности… Когда «все виноваты», или когда конкретного человека видят только как представителя стереотипной группы, а не как выразителя собственного мнения).

Это три «предварительных правила». Ударным звеном выступают следующие три, дробящие уже подготовленную личность в биомассу.

Правило 4. Заставь людей поверить в то, что от них ничего не зависит.

Для этого: создай непредсказуемую обстановку, в которой невозможно что-либо планировать и заставь людей жить по инструкции, пресекая любую инициативу.

Группу чешских заключенных уничтожили так. На некоторое время их выделили как «благородных», имеющих право на определенные привилегии, дали жить в относительном комфорте без работы и лишений. Затем чехов внезапно бросили на работу в карьер, где были самые плохие условия труда и наибольшая смертность, урезав при этом пищевой рацион. Потом обратно – в хорошее жилище и легкую работу, через несколько месяцев – снова в карьер и т.п. В живых не осталось никого. Полная неподконтрольность собственной жизни, невозможность предсказать, за что тебя поощряют или наказывают, выбивают почву из-под ног. Личность попросту не успевает выработать стратегии адаптации, она дезорганизуется полностью.

( Свернуть )«Выживание человека зависит от его способности сохранить за собой некоторую область свободного поведения, удержать контроль над какими-то важными аспектами жизни, несмотря на условия, которые кажутся невыносимыми… Даже незначительная, символическая возможность действовать или не действовать, но по своей воле, позволяла выжить мне и таким, как я». (курсивом в кавычках - цитаты Б.Беттельхейма).

Жесточайший распорядок дня постоянно подгонял людей. Если одну-две минуты промедлишь на умывании – опоздаешь в туалет. Задержишься с уборкой своей кровати (в Дахау тогда еще были кровати) – не будет тебе завтрака, и без того скудного. Спешка, страх опоздать, ни секунды задуматься и остановиться… Постоянно тебя подгоняет отличные надзиратели: время и страх. Не ты планируешь день. Не ты выбираешь, чем заниматься. И ты не знаешь, что с тобой будет потом. Наказания и поощрения шли безо всякой системы. Если на первых порах заключенные думали, что хороший труд их спасет от наказания, то потом приходило понимание, что ничто не гарантирует от отправки добывать камни в карьере (самое смертоносное занятие). И награждали просто так. Это просто дело прихоти эсэсовца.

(Авторитарным родителям и организациям очень выгодно это правило, потому что оно обеспечивает отсутствие активности и инициативы со стороны адресатов сообщений вроде «от тебя ничего не зависит», «ну и чего вы добились», «так было и будет всегда»).

Правило 5. Заставь людей делать вид, что они ничего не видят и не слышат.

Беттельхейм описывает такую ситуацию. Эсэсовец избивает человека. Мимо проходит колонна рабов, которая, заметив избиение, дружно поворачивает головы в сторону и резко ускоряется, всем своим видом показывая, что «не заметила» происходящего. Эсэсовец, не отрываясь от своего занятия, кричит «молодцы!». Потому что заключенные продемонстрировали, что усвоили правило «не знать и не видеть того, что не положено». А у заключенных усиливается стыд, чувство бессилия и, одновременно, они невольно становятся сообщниками эсэсовца, играя в его игру.

(В семьях, где процветает насилие, нередка ситуация, когда кто-либо из родственников все видит и понимает, но делает вид, что ничего не видит и не знает. Например, мать, ребенок которой подвергается сексуальному насилию со стороны отца/отчима… В тоталитарных государствах правило «все знаем, но делаем вид…»- важнейшее условие их существования)

Правило 6. Заставь людей переступить последнюю внутреннюю черту.

«Чтобы не стать ходячим трупом, а остаться человеком, пусть униженным и деградировавшим, необходимо было все время осознавать, где проходит та черта, из-за которой нет возврата, черта, дальше которой нельзя отступать ни при каких обстоятельствах, даже если это угрожает жизни. Сознавать, что если ты выжил ценой перехода за эту черту, то будешь продолжать жизнь, потерявшую всякое значение». 72488_0

Беттельхейм приводит такую, очень наглядную, историю о «последней черте». Однажды эсэсовец обратил внимание на двух евреев, которые «сачковали». Он заставил их лечь в грязную канаву, подозвал заключенного-поляка из соседней бригады и приказал закопать впавших в немилость живьем. Поляк отказался. Эсэсовец стал его избивать, но поляк продолжал отказываться. Тогда надзиратель приказал им поменяться местами, и те двое получили приказ закопать поляка. И они стали закапывать своего сотоварища по несчастью без малейших колебаний. Когда поляка почти закопали, эсэсовец приказал им остановиться, выкопать его обратно, а затем снова самим лечь в канаву. И снова приказал поляку их закопать. На этот раз он подчинился – или из чувства мести, или думая, что эсэсовец их тоже пощадит в последнюю минуту. Но надзиратель не помиловал: он притоптал сапогами землю над головами жертв. Через пять минут их – одного мертвого, а другого умирающего – отправили в крематорий.

Результат реализации всех правил:

«Заключенные, усвоившие постоянно внушаемую СС мысль, что им не на что надеяться, поверившие, что они никак не могут влиять на свое положение – такие заключенные становились, в буквальном смысле, ходячими трупами…».

Процесс превращения в таких зомби был прост и нагляден. Сначала человек прекращал действовать по своей воле: у него не оставалось внутреннего источника движения, все, что он делал, определялось давлением со стороны надзирателей. Они автоматически выполняли приказы, без какой-либо избирательности. Потом они переставали поднимать ноги при ходьбе, начинали очень характерно шаркать. Затем они начинали смотреть только перед собой. И тогда наступала смерть.

В зомби люди превращались тогда, когда отбрасывали всякую попытку осмыслить собственное поведение и приходили к состоянию, когда они могли принять все, что угодно, все, что исходило извне. «Те, кто выжили, поняли то, чего раньше не осознавали: они обладают последней, но, может быть, самой важной человеческой свободой – в любых обстоятельствах выбирать свое собственное отношение к происходящему». Там, где нет собственного отношения, начинается зомби.

Воскресенье. Начало одиннадцатого вечера. Стою в очереди в кассу, в Зеленом перекрестке, поскольку это единственный приличный магазин, работающий круглосуточно на Шмитовском. Место блатное, в доме над магазином элитное жилье.



Очередь 4 человека. Первой стоит бабушка, вытаскивающая из кошелька последнюю мелочь на 2 апельсина по акции за 29 рублей\кг. Следующая парочка - спортивное дерьмо от Армани, мужик с силиконовой девицей, следом молодой парень очень скромно одетый. И соответственно, я. Бабушка ковыряется, руки трясутся, волнуется, задерживает своими копаниями почтенную публику. Парочка начинает шикать, демонстративно закатывая глаза. Кассирша, молодая азиатская женщина, также всем своим видом демонстрирует пренебрежение... Наконец бабушка наскребла свои 17 рублей.



На кассе лежат бесплатные пакеты, упаковщица сразу переключилась на корзинку парочки от Армани, а бабушкины апельсины задвинула. Бабушка скрюченными пальцами пытается раскрыть пакет, и положить туда 2 апельсина. Я прошу упаковщицу помочь человеку, это ровно 2 секунды.



Терпение девицы лопается. Она начинает бухтеть, что в тааакие магазины пускать нужно только через фейсконтроль, и ниже определенного социального уровня не пускать!... Кассирша начинает поддакивать, что после того как магазин включился в программу поддержки ветеранов к 9 мая и снизил цены на какие-то товары они "Замучились с этими инвалидами, все им не так"!



Я говорю, что вы поедете в свою республику и там будете разговаривать так о своих стариках. И потом обсуждение клиентов это мягко говоря не этично, о профессионализме умолчу. И потом есть справедливость, и вы тоже не будете вечно молодыми. Мне на это отвечают, что у них маленькие зарплаты, и вообще.... справедливости нет. Короче происходит обмен любезностями. Все это время скромно одетый парень стоит и внимательно слушает. Подходит его очередь. Парочке упаковали их пакеты, бабушка пытается убрать социальную карту в кошелек и уйти, парень просит ее задержаться.



Подзывает охранника, вызывает администратора. Все стоят, смотрят. Парень представляется. Оказался генеральным управляющим всей сети перекресток. Кассиршу оштрафовал на 5 т.р. Администратора и упаковщицу на 3.5. Попросил бабушку пройти с охранником, взять тележку и купить все, что ей необходимо. За счет оштрафованных.))) А потом попросил сотрудника довести бабушку с покупками до дома. Пока он будет в соседнем кафе пить кофе, к нему придет администратор с номером ФИО и контактами бабушки, которой каждую неделю в течении месяца будут приносить продукты на 2000 р.))) Повернулся ко мне, улыбнулся и сказал спасибо. Я спрашиваю за что? Он сказал, за неравнодушие и активную гражданскую позицию. ))) Все три очереди в кассы просто прослезились...))) А справедливость есть!

Автор неизвестен.

Александр Головенко 22.05.2013
Звоню в понедельник вдове окопного генерала Рохлина: «Тамара, Павловна, вы помните?..»
Как же она не помнит - ведь 20 мая. В этот день в 1998 году «оппозиционная» фракция КПРФ вместе с другими проголосовала за смещение ее Левушки с поста председателя комитета Госдумы по обороне.
В январе она не дала на это согласие, но, как видно, последовал жесткий рык «семьи», и партайгеноссе Зюганов привычно отыграл назад…
Лев Яковлевич тогда пришел домой темнее тучи, и Тамара Павловна, узнав обо всем, только и всплеснула руками: «Ну, Зюга, ну Зюга…»
Все было понятно без слов. Борьба ведь разгоралась нешуточная.
Герой афганской и чеченской войн генерал Рохлин был страшно популярен в войсках. Он без труда создал радикальное оппозиционное Движение в поддержку армии, призвал Ельцина к добровольной отставке и наращивал на него митинговый прессинг. А в ответ получил угрозу, прозвучавшую на весь мир: «Мы сметем этих Рохлиных…»
Спустя время я поинтересовался: кто же в тот «момент истины» в Госдуме голосовал против? Оказалось, несколько строптивых членов КПРФ из группы «Народовластие». Среди них всем известные тогда депутаты Теймураз Авалиани, Нина Останина, Георгий Тихонов…
Как расценили в рохлинском ДПА предательство со стороны «главного коммуниста страны» и его присных? Очень просто. Он дал, кому надо понять: в случае физического устранения «мятежного генерала» КПРФ выводить на улицы людей не будет. Ведь сам генерал на телепередаче «Акулы пера» прямо раскрыл этот замысел: готовится мое устранение, которое будет инсценировано под «бытовуху». Похоже, добрые люди из ГРУ рассказали…
И его убили через полтора месяца. Рука наемного киллера нажала курок у его виска в ночь на 3 июля… А вину свалили на жену.
Как написал в своей книге экс-вице-премьер российского правительства М.Полторанин, «семья» заказала подготовку покушения некоему «кремлевскому чиновнику с холодными глазами и холодным рассудком…».
Чувствую, как «заводится» на том конце провода Тамара Павловна:
- После смерти Виктора Илюхина они сделали начальником ДПА отставного адмирала Комоедова. Но у Левушки ДПА было общероссийским, надпартийным, в него входило множество самых различных общественных организаций. А что Комоедов сделал? Молчит в тряпочку. Потому что боятся. Да и, если честно признаться, никакого ДПА давно нет. Оно умерло вместе с Левой. Об этом надо прямо сказать, и не морочить людям головы. Я вот хочу написать Зюганову или Комоедову, чтобы они перестали спекулировать на имени покойного генерала Рохлина. Но я же понимаю, что они будут за него цепляться руками и ногами. Как же - престижно…
Знатоки говорят: дело не только в престиже. Марка ДПА - отличный канал привлечения спонсорских средств.
Десятки статей написаны о том, как боевой генерал Лев Рохлин готовил отстранение Ельцина от власти. Мы не знаем, каким стало бы наше общество, какой стала бы Россия, если бы ему удались его планы. В наших с ним интервью он говорил об этом в общих чертах.
Но ясно, что с коррупцией в высших эшелонах власти, чиновничьим беспределом, безудержным вывозом капиталов из страны было бы покончено.
Да и Стабфонд, если бы он был образован на «нефтяные деньги», работал бы на Россию, а не на экономику США.
И о Конституцию, хоть далеко не идеальную, не вытирали бы так ноги так, как сегодня.
Разумеется, и об антиконституционном переходе на платную медицину и образование при Льве Яковлевиче никто бы не осмелился заикнуться...
Поэтому его убрали. И первым, кто нанес ему удар в спину, была фракция КПРФ во главе с бессменным и «бессмертным» товарищем Зюгановым.
Вот о чем никогда нельзя забывать. http://forum-msk.org/material/news/9912805.html

Это случилось на прошлой неделе. Подонки угнали мой автомобиль, с которым я не расставался целых 15 лет. 13 мая, в понедельник приехали с женой с дачи , я припарковал свой старенький 24-летний Фольксваген напротив окон квартиры, закрыл окна автомобиля, двери, багажник и спокойно ушел домой. На крыльце дома, как никогда, было много молодежи, но я не обратил на них внимания. Мало ли какая шантрапа собирается у подъезда?
На следующий день, во вторник машиной воспользоваться у меня не было необходимости. А в среду жена попросила привезти на дачу огуречную рассаду. Я с внучкой, которую после обеда забрал из школы, и с ящиком рассады направился к припаркованной позавчера машине. Но ее на месте не было...


Я не буду описывать свои ощущения, которые возникли у меня, когда я понял, что мою машину угнали. Я не могу отойти до сегодняшнего дня. Ощущение такое, как будто я потерял своего самого верного друга. Я не спал ночами. Через день после угона у меня отказали ноги, я не мог ходить...
Меня поразила полиция. Когда я написал заявление об угоне, заместитель начальника отделения полиции спросил у меня: "Ну и что вы от нас хотите? Чтобы мы нашли вашу машину? А зачем она вам? Куда вы на ней ездите?". Странные вопросы для зам. начальника полиции. Не так ли? При таком отношении полиции разгул бандитизма, убийств, грабежей и всякого другого криминала нам обеспечен. Ведь никто с этим не борется. Никому это не надо.
Когда я посмотрел в интернете на карту угонов авто в России, я ужаснулся. Вся территория России утыкана красными флажками - так обозначены точки угона. Поставил свою точку на этой карте и я, которая была по счету 7286-ой. А найденных авто - всего 113. Впечатляет? Затем мой взгляд переместился по карте в Европу. Там я увидел всего 2 угона в Чехии и 1 в Болгарии! И все! Мне стало страшно. Страшно за себя, за жену, детей, внуков. Ведь в любой момент они могут на улице тебя убить, ограбить, залезть к тебе в квартиру, расстрелять и им за это ничего не будет. Их просто никто не будет искать. Люди! Мы находимся в полушаге от криминальной пропасти, из которой выбраться уже никому не будет под силу, если мы не остановим беспредел.
А начинается все с детского сада, со школы. Парнишка дернул девочку за косички, поставил подножку, толкнул своего товарища и никто это не останавливает, не пресекает. Он начинает ощущать свою безнаказанность, свое превосходство над другими. Это чувство с годами усиливается, закрепляется, парнишка становится суперменом, крутым (да простят меня читатели за этот ненавистный для меня жаргон) и в конце концов совершает преступление. Но даже и в этом случае он не наказан. Страдают лишь законопослушные граждане, которым он наносит непоправимый ущерб. Я себя отношу именно к таким людям. Но если закон меня не защищает, не охраняет меня и моих близких могу ли я любить ту страну, в которой я живу? У меня уже больше нет сил жить в этой стране!

Вместо обещанного повышения врачи стали получать ещё меньше

Обещанного не ждут


Сразу после забастовки и голодовки ижевских педиатров, выступающих против снижения зарплаты и системы штрафов, и последовавших за этим митингов врачей в 23 городах министр здравоохранения В. Скворцова выступила перед журналистами. Она пообещала, что к 1 мая ижевские медики получат всё, что им недодали, а министр здравоохранения республики и главврачи понесут ответственность, вплоть до увольнения. Но слово министр сдержать не смогла.

Глава Удмуртии А. Волков на заседании Госсовета реcпублики заявил: все проблемы надуманны, зарплата у врачей выросла на 20% по сравнению с прошлым годом.

«Чтобы хорошо жить, надо много работать. Надо пахать! - возмущается он леностью местных медиков. - Вы посмотрите, кто из этих врачей плохо живёт: у всех квартиры, машины, всё есть… Как потопаешь, так и полопаешь».

Пахать, а не жаловаться предлагают и медсестре кабинета УЗИ поликлиники г. Бежецка Ирине: «На все письма руководству с просьбой повысить зарплату один ответ: ищите дополнительные ставки. А где их найдёшь, если в городе один кабинет УЗИ? То есть моя специализация востребована только в нём! Просто насмешка. Вот удалось к своей зарплате в 5700 руб. выпросить 50%-ную надбавку по диспансеризации...»

Раз Минздрав не в состоянии получить правдивые данные с мест, мы провели свой мониторинг зарплат в сфере здравоохранения, благо у редакции более 60 региональных редакций. Подавляющее большинство опрошенных журналистами «АиФ» врачей по всей стране заявили: никакого повышения зарплат не увидели. Более того, в большинстве медучреждений по всей стране с 2013 г. отменили стимулирующие надбавки, и врачи стали получать меньше. К примеру, в Белгороде участковые терапевты и медсёстры с нового года остались без федеральных доплат в 10 и 5 тыс. руб. соответственно. В Пермском крае, Мурманске, Новосибирске многие врачи, медсёстры, регистраторы лишились с этого года надбавки от 3 до 5 тыс. руб. Самое время вспомнить слова министра Скворцовой: «Государство в этом году выделило регионам беспрецедентные деньги: 980 млрд руб. (на 61% больше, чем в 2012 г.) на повышение зарплат всем медработникам и почти 115 млрд руб. на сохранение стимулирующих надбавок. В итоге средняя заработная плата в стационаре должна повыситься на 68% и более чем на 45% в поликлиниках». Возникает закономерный вопрос: где деньги?

По слухам, деньги оседают в карманах руководства клиник. Говорят, начмед больницы в одном из регионов получил за март зарплату 120 тыс., а квартальную премию аж 300 тыс. руб.

«Чиновники тратят деньги на оборудование и стены, а не на тех, кто со всем этим должен работать, - говорит врач-кардиолог из Смоленска Виталий Иванов, координатор общественного движения «Вместе - за достойную медицину». - Какой отдачи ждать от такой модернизации? Зарплаты рядовых врачей и администрации различаются в 10-15 раз. За вожделенную двадцатку нам надо вкалывать на 2-3 ставки».

Виноваты шпионы?

Градус вседозволенности и безнаказанности чиновников на местах уже дошёл до того, что они не только плюют на предписания федерального министра, беззастенчиво врут президенту и правительству о повышении зарплат врачам, но и пытаются силой подавить недовольство медиков, запугать их.

Педиатров одной из поликлиник Ржева в ближайшее время ждёт суд за то, что осмелились поддержать ижевских коллег. После рабочего дня женщины вышли во двор с плакатами, сфотографировались и выложили фото в Интернет. Местная полиция возбудила дело о несанкционированном митинге. Одной из педиатров теперь как организатору грозит штраф в 300 тыс. руб., остальным по 20 тыс.

Принятый в 2012 г. закон «об иностранных агентах» на территории России для чиновников от медицины на местах стал манной небесной. «Органы ФСБ должны не помалкивать, а сказать, кто стоит за этими тремя женщинами (ижевскими педиатрами, объявившими голодовку. - Ред.). И главный федеральный инспектор должен не в обнимку с этим швондером (под этим термином руководитель региона подразумевает иностранного агента. - Ред.) ходить и вызывать министра, а порядок наводить», - открыл обществу глаза на истинную суть проблемы президент Удмуртии Волков. И правда, при чём тут неэффективное руководство, откаты и распил федеральных денег, недофинансирование, которое пытаются компенсировать штрафами врачей? Это всё происки внешних сил.


Почему бездействует и не защищает врачей федеральная власть? В правительстве об этом не знают? «Мы неоднократно выходили с нашими проблемами в правительство области, Минздрав. Никакой реакции. А люди не выдерживают. С введением новой системы оплаты труда из нашей больницы ушли 50% медсестёр, - рассказывает врач-терапевт Александр Крюков, председатель профсоюзного комитета медработников Дзержинского района Калужской обл. - Выпускники медвузов не идут в больницу на зарплату в 7 тыс. руб. Средний возраст врачей в ЦРБ - 50-60 лет. Программа целевых наборов в вузы, если заработает, даст плоды лет через 10. А кто будет эти 10 лет лечить людей?»

«Пессимизм жуткий, - соглашается Виталий Иванов. - Лучшие уходят. Людям болеть страшно». Если в самое ближайшее время федеральные власти не предпримут самые жёсткие меры, районное здравоохранение тихо умрёт.

Реальные зарплаты врачей по данным мониторинга «АиФ»

Смоленск
Врач-кардиолог, работающая на 1,5 ставки, за апрель вместе с квартальной премией получила 12 360 руб.
Медсестра реанимации с 20-летним стажем - 7279 руб.
Невролог с 50-летним стажем - 9416 руб.

Ярославль
Заведующий Курбским отделением ЦРБ - 18 000 руб.

Вопрос не в том, опустеет ли российская глубинка, а как скоро это случится, говорят ученые

Глубинка пустеет. Процесс этот начался не вчера, но особенно усилился в последние годы. Чем меньше становится работы, тем больше желание местных жителей уехать. Они тянутся в Москву и Подмосковье, центры нефтедобывающих регионов Сибири, предолимпийский город Сочи.

Поговорка «больше людей – больше возможностей» была верной во все времена, но особенно оправдывается она сейчас. Жителю мегаполиса доступно то, о чем обитателю глубинки приходится только мечтать. Поэтому и растут города с невиданной прежде скоростью, меняя жизнь вокруг и внутри себя.

Как выяснили доценты Института демографии ВШЭ Лилия Карачурина и Никита Мкртчян, желание переехать в большие города становится едва ли не навязчивой идеей для работоспособных жителей глухих углов, сообщает «Финмаркет». И вопрос уже не в том, опустеет ли российская глубинка, а как скоро это случится.

Ученые сравнили результаты переписи населения 1989, 2002 и 2010 годов по малым территориям, проанализировав данные по 2341 населенному пункту (городам и районам). Чечню, Ингушетию, Кабардино-Балкарию и Дагестан пришлось исключить из исследования по причине серьезного искажения первичной информации. Не учитывалась также и Москва.

Всю территорию страны поделили на семь зон, в зависимости от удаленности от ближайшего центра, и сравнивали число их жителей. В результате выяснилось, что чем дальше от регионального центра, тем интенсивнее сокращается население. Больше всего теряют районы, расположенные в 30-50 и в 250-300 километрах от ближайшего города, а также совсем отдаленные населенные пункты в 500 километрах от центра.

Согласно такой схеме происходит перемещение населения всей страны, но особенно наглядно это прослеживается на примере Центрального, Северо-Западного и Сибирского федеральных округов. Из отдаленных углов бегут даже в Южном округе с высокой рождаемостью.

Интересно, что хотя в Приволжском и Уральском округах жители покидают города и уезжают в Москву, из-за чего население последних сокращается, но в райцентрах количество жителей увеличивается. Впрочем, это разные потоки – из городов в столицу и из деревень в «район».

С Дальнего Востока и европейского Севера наблюдается отток населения в центральные регионы страны. Процесс происходит настолько интенсивно, что отдаленные территории (около 500 километров от городов) этих округов потеряли за последние двадцать лет треть своих жителей.

Зато почти все города увеличили собственное население на десятилетнем отрезке времени. В ЦФО прирост составил 4%, возросло население даже городов Дальнего Востока и Сибири. Больше всего на это повлияла молодежь 15-19 и 20-24 лет, прибывающая на учебу, а затем остающаяся поблизости.

В других работах Наталья Зубаревич проводит анализ крупных российских городов и их привлекательности на основе данных Росстата за 2011 год. Жители страны выбирают для переезда четыре группы городов: центры нефтяных разработок, столицы аграрных республик с сильным естественным приростом, крупнейшие агломерации (Подмосковье), областные центры юга (Краснодар, Сочи, Ставрополь, Белгород). Эти города поневоле работают как пылесосы, опустошая ближние и дальние окрестности.

Большая часть крупных городов похожи друг на друга демографическими характеристиками, уровнем экономического развития и возможностями, которые они могут предоставить внутренним мигрантам, делает вывод Зубаревич.

При этом промышленных центров насчитывается не более четверти от всех крупных городов. Они представляют собой средоточие экспортных отраслей: нефтегазодобывающей (Нижневартовск, Сургут), нефтехимии (Нижнекамск), черной и цветной металлургии (Череповец, Старый Оскол, Магнитогорск, Липецк, Нижний Тагил, Новокузнецк).

Самыми продвинутыми в экономическом отношении являются 18 крупных городах из 94 рассматриваемых: душевой объем инвестиций в них выше среднего по России. А вот в половине городов с населением свыше 200 000 человек душевые инвестиции в 2-8 раз ниже средних по стране.

Уровень безработицы в крупных городах также не одинаков. Наибольший отмечен в Грозном (12%), наименьший – в Махачкале (0,2%). Соответственно, Грозный получает максимальное удельное количество денег из федерального бюджета на выплату пособий незанятому населению.

Интересно также, что в 60% крупных городов уровень заработной платы недотягивает до среднего по стране (23 400 рублей в 2011 году), что заставляет усомниться в достоверности росстатовских данных о средней зарплате. Не натянули ли их каким-нибудь хитрым способом?

Зато Грозный бьет рекорд по обеспеченности своих жителей жильем – 48 квадратных метров на человека, опережая среднероссийский показатель более чем в два раза (23 квадратных метра). Интересно, кто дает Рамзану Кадырову квадратные метры? Наверное, как и деньги, Аллах (напомним, что когда в 2011 году журналисты спросили главу Чечни об источниках финансирования республики, он им так и ответил: «Аллах дает. Не знаю. Откуда-то берутся деньги»). Второе место по просторности жилья занимает Владикавказ (32 квадратных метра на человека).

Таким образом, в не столь уж отдаленном будущем Россия может остаться вовсе без населения в глубинке, когда все трудоспособные оттуда уедут, а нетрудоспособные уйдут по причине естественной убыли. Не так давно, кстати, в Сербии, где наблюдаются те же процессы, только с исходом всего населения в Европу, ходила шутка: «Кто будет последним покидать страну, пусть не забудет выключить свет и газ». Подходит она и для нашей глубинки, если сделать поправку на газ, которого там отродясь не было.

http://www.km.ru/v-rossii/2013/05/2...tsii-zhizni-net

Дорогой сынок!






Если ты читаешь сейчас эту страницу, это означает, что у тебя наконец-то кончился интернет. Не пытайся звонить нашему провайдеру или копаться в настройках броузера.



Тебе нужно сделать следующее: Сходи в аптеку на углу, купи лекарства для дедушки - рецепты лежат в прихожей, на тумбочке под зеркалом. Кроме этого, зайди в "копейку" - возьми два пакета 1,5% молока, нарезной батон и пачку чая. В овощном киоске, который рядом с остановкой, ещё купи пару килограмм картошки, полкило лука и кочан капусты. Все чеки сохрани.



Я забыла мобильник. Позвони папе на работу, скажи, что фотографии сегодня ещё не будут готовы. Заодно передай, что я просила его забрать бельё из прачечной по дороге домой. Перед звонком запусти программу с иконкой телефона (на десктопе в правом верхнем углу) и запиши папин ответ в файл с расширением *.wav.



Сделай уроки - хоть тебе и задали одну математику, это не повод её откладывать на поздний вечер. Страницы учебника - 116, 121 и 118. Учти, в третьей задаче нужно составить уравнение, а не подгонять под ответ, который в конце (к тому же в нём опечатка). К остальным задачам, кстати, ответов не приводится.



После этого займись уборкой в своей комнате. Когда разложишь всё по своим местам, пересчитай все детали конструктора в пластмассовой банке, количество дисков с игрушками на полке, сколько машинок в коробке и биониклов.



После этого можешь открыть броузер и вбить в адресную строку http://полученные числа, разделённые точками.



У тебя откроется таблица управления аккаунтами нашей домашней подсети. Чтобы получить доступ к её изменению, вводи в окошке "пароль" ответы для второй, третьей и первой задачи из учебника.



Найди в левой колонке наш IP и аккуратно вводи в окошко рядом (где способ оплаты - карточка) по две последних цифры из магазинных чеков (из кода, который в самом низу): общий за овощи, чай, молоко+хлеб, сустак, флексалис+настойка пустырника. Оставшееся пространство забей нулями и нажми кнопку "ОК".



После этого можешь пользоваться интернетом дальше. Если вдруг позвонит злой дядя, скажет, что он "системный администратор" и будет ругаться в трубку, прокрути ему запись папиного ответа из файла.



Надеюсь, у тебя всё получится. А я приду вечером и расскажу тебе сказку, как одна маленькая хакерша во главе своей группы когда-то ломала сервера Майкрософта и арабских террористов.


Целую! Твоя мама.

Да, в СССР не было Интернета. Но говорящие это — иногда вполне серьезно — не думают, что и на Западе его не было тоже. А вот множество изобретений — типа конвертопланов, CD-дисков и видеокамер-наладонников, ЖК-экранов и прочего — было сделано именно у нас. И я читал о них в этих самых журналах. Именно так, именно там.

Телевидение в СССР было хилым по количеству программ — у нас принимались всего две. И, как я сейчас понимаю взрослым умом, страдало-таки излишней парадностью. Но что до информации — ее качество и подача на советском телевидении были намного грамотней и профессиональней. А главное — намного большим было количество, как это ни странно звучит, информации, чем сейчас.

Это не шутка. Мы тонем в телепрограммах и сообщениях, но… информации там нет, либо она подана в таком виде, что интересна лишь психиатрам. Реклама, идиотические сообщения о жизни звезд, бесконечные страшилки — все это смешано в совершенно несъедобный гнилой ком, истекающий кровью, гноем и розовыми соплями. Информацией это назвать может только человек, выполняющий заказ, или больной благоглупостью в летальной форме.

Были библиотеки. Несколько. И очень хороших. И действовал МБА — межбиблиотечный абонемент, позволявший заказывать книги и журналы из областной, центральной, библиотеки Тамбова, «пушкинки», как она называлась.
Образование

Заострять на этом внимание особо я не буду. Скажу только, что образование было реально бесплатным. Когда в одной из школ в середине 80-х выплыла некрасивая история с поборами родителей (копеечными, с нынешними обыденными не сравнить и близко!), под суд пошли сразу несколько человек. Под настоящий суд — осмелились брать деньги за то, что государство предоставляет бесплатно.

Уровень знаний… Ловлю себя на том, что по физике, алгебре и геометрии я — ненавидевший эти предметы лютейшей ненавистью, не вылезавший после 7-го класса из тройбанов по ним! — знаю больше, чем нынешние хорошисты из 10-11-х классов. Пусть не отличники, но хорошисты.

Конечно, требования, которые предъявляли к нам, уже не сравнить было со «сталинскими», уже полезли в школу — «партнерствовать с детьми» — их «старшие товарищи», слезливые очкастые «новаторы» с неряшливыми волосиками на лысеющих головах (еще не осмеливающиеся открыто проявить свое истинное — педофильское — нутро, но уже какие-то ощутимо неприятные…), закрутились мутные водовороты вокруг «ранимой личности ребенка» и его «сложных душевных движений»… Но все-таки в школе все еще требовали. Достаточно жестко. И родители выступали тут со школой единым фронтом, заставляя нас приобретать знания самыми разными, зависимо от семейных традиций, способами — от старого доброго «витамина Р» до «мне за тебя будет стыдно» (кстати, действовало, и очень неплохо!). Остается только поблагодарить и родителей, и школу за насилие над неповторимыми детскими личностями. Отчетливо помня, что мы из себя представляли (на самом деле, а не в глазах ушибленных головой экспериментаторов от педагогики!), я хорошо отдаю себе отчет в том, какой бардак мы бы устроили в школах и во что превратились бы сами, если бы «новаторы» уже тогда одержали победу и водрузили знамя педоцентризма на развалинах системы образования…

…Помимо собственно городских школ — 1-й (элитной), 2-й (позднее, после пожара, сведенной с 1-й в одно новое здание), 3-й (моей родной), 4-й (СОМовской — завода сухого и обезжиренного молока) и 85-й железнодорожной (с шикарным финансированием и всякими прочими «наворотами от спонсоров» — ЮВЖД) в городе были солидный сельхозтехникум (учились иностранцы), два СПТУ (выпускников моментально расхватывали колхозы) и одно из двух в СССР училищ гражданской авиации — организация полувоенная, со строжайшей дисциплиной, готовившая даже африканских «товарищей».
Мечты и развлечения

Тут у меня то же предвзятое отношение, что и к моде. Ну, не понимаю я, какие такие «развлечения» и от кого нужны человеку. Нормальному, не больному, не инвалиду… Ладно. Вернемся к Кирсанову моего детства…

О чем мы мечтали? Поскольку книги тогда читали все, то они и служили основой для фантазий. Обсуждать книги (и кино) и додумывать их сюжеты мы могли бесконечно. Наша фантазия работала, как мощнейшая машина, — в сравнении с ней фантазия нынешних детей убога и скучна, потому что «прошита» готовыми яркими (слишком яркими, резкие краски убивают фантазию!) сюжетами, как сотовый телефон после ремонта. Они не сумеют сделать из палки пулемет. И я не понимаю тех, кто этому радуется — мол, зачем при таком изобилии, можно же купить игрушечный пулемет в магазине!!!

Игрушку — да, купить можно. А умение видеть и мечтать? Нет. Не купите…

…Что интересно, наши мечты вообще не были приземленными. Нам ничего не стоило после урока истории начать обсуждать, где можно было поставить в Фермопилах пулемет (!), чтобы… ну ясно. Честное слово не вру, мы с одним моим тезкой как-то целую пару (два урока труда) разрабатывали проект… переселения индейцев из США в СССР. Клянусь, это было. И было мне лет 11-12, примерно так. Я уже тогда не очень верил (в отличие от тезки) в «благородных индейцев» (не знаю почему), но идея меня захватила своей масштабностью.

Не помню, чтобы кто-то хотел стать космонавтом, честно. Но о космосе мы говорили много и жадно, а «нежелание стать космонавтом» проистекало не от безразличия к этой работе, а скорее от понимания, что «не потянем», проистекавшего, в свою очередь, из восхищения этими людьми. А вот военными хотели стать практически все мальчишки. Военный был идеалом, война — нужным и важным делом, делом мужчин. При этом мы, я должен заметить, вполне понимали, что такое настоящая война — и деды рассказывали без прикрас, да и тех, кто «выполнял интернациональный долг», тоже хватало вокруг, а уж они-то и вовсе не стеснялись. Но парадокс: все эти рассказы только усиливали в нас желание быть военными. О том чтобы «откосить», не было и речи. Вообще не помню таких разговоров. А лет в 14 зашел как-то перед уроками разговор во дворе — и все мальчишки заявили, что «хотели бы в Афганистан». Все. Не только я и еще парочка таких же, уже посещавших к тому времени клуб «Кандагар», — все вообще.

Но нет — о войне как таковой, как о смысле жизни, мы не мечтали. Наши мечты сводились в конечном счете к тому, что жизнь должна быть интересной. Можно нелегкой (справимся, мы что, девки, бояться трудностей?!) — но обязательно, непременно интересной. И знаете что? Деньги, богатство, карьерный успех в это понятие не входили. Просто не попадали. Мы отлично знали, что такое деньги, зачем они нужны, но… но нас нельзя было купить. Мальчишку из моего детства куда верней можно было обманом заставить совершить преступление, запудрив ему мозги «романтикой» или даже «борьбой за справедливость» (такие истории были в СССР). Один из трех реально существовавших в СССР маньяков, Сливко, заманивал пацанов на смерть, соблазняя их «участием в секретных испытаниях». Но никто из нас никогда не пошел бы с ним за деньги… Ни за какие.

Понимаете, о чем я?

Мы были наивны. Смелы. Открыты. И честны.

Я иногда думаю, вспоминая своих сверстников: если бы страной правил Вождь, а не уставшие старики, он бы нашел в нашем поколении невиданной силы и упорства поддержку. И смог бы сокрушить Мировую Буржуинию до конца. Совсем. Навсегда.

Жаль! У нас были мы — наши кулаки, наши мечты, наша дружба, наши надежды. И не было Вождя для всего этого.

Жаль…

Был в девяностых годах довольно известный тогда детский писатель Алексей Биргер. Много он в своих книжках накрутил-наворотил, но вот в повести «Тайна машины Штирлица», посвященной ребятам 70-х годов, он, на мой взгляд, поразительно точно ухватил суть СССР… Он писал о Москве, но можно то же самое сказать и обо всей нашей стране, о мечтах всех ее мальчишек…

«…Вся эта система была нанизана, как на стерженек, на хмурую, почти военную, дисциплинированность, с которой ее принимали. И оттого, когда с ближних заводов ветер доносил жесткий запах железа или пышный, почти по-сказочному пряничный запах свежеиспеченного хлеба, то казалось, где-то намечается великий поход, и это не агрегаты штампуют кузова автомобилей или шарикоподшипники, не с автоматической линии сходят бесконечные батоны и буханки, а где-то кузнецы в кожаных фартуках бьют молотами по мечам, и булочники в белых колпаках широкими лопатами вынимают хлеб из печей, а их подмастерья делают сухари из вчерашнего непроданного хлеба, и эти сухари хоть полгода смогут храниться в заплечном мешке…

И мерещились трубы и знамена, и тонкий запах серы от чиркнувшей на кухне спички казался дымным дуновением вручную приготовленного пороха от ствола старинного мушкета… Было в этом и злое колдовство, и доброе. Злое — потому что вот это напряжение, как будто великий город вечно жил в ожидании врага, можно было объяснить только злыми чарами, наведенными на его жителей. И доброе — потому что сквозь это ожидание врага пробивались и расцветали совсем другие ожидания: великих походов за шелком и пряностями, великих странствий в мире, где предателя всегда постигнет кара и где спешившийся на секунду, чтобы глотнуть стакан красного вина, вестовой в запыленных сапогах и в малиновом камзоле всегда даст окружившим его детям потрогать его шпагу…

И скакал он в одно из мест с дивными старомосковскими названиями… Сами эти названия тоже звучали музыкой ожидания и надежды, и это было ожидание мира, в котором нет врагов, кроме дурных и подлых людей, мира, в котором благородству не умирать, а негодяям и доносчикам не увидеть, как покатится с плахи голова героя… И злое колдовство, столкнувшись с этими ожиданиями, ветшало и осыпалось, выветривалось из людских душ… мальчишкам было раздолье! Кто скажет, что Крутицкий теремок — это не шотландский замок, в котором отсиживался Алан Брек Стюарт, или не бастион, в котором держали оборону д’Артаньян и три мушкетера, или не гладиаторская арена, на которой бьется фантастический Спартак — Кирк Дуглас, кумир мальчишек тех лет? На этом дворе воображаемый противник (злодеем никто не хотел быть) с трудом поднимал голову и спрашивал: «Стрела… черная?». И слышал в ответ: «Да, черная».

…У нас был кинотеатр. Причем там с 12.00 и до 20.00 шли фильмы. В воскресенье и в каникулы в 10.00 был еще и детский сеанс, в школах продавали «каникулярные абонементы». Не помню точно… кажется, со скидкой. Билет стоил 10 копеек детский; от 30 до 50 копеек взрослый, смотря какой фильм и какой сеанс.

Был еще кинотеатр в клубе железнодорожников, но туда мальчишкам из наших мест было опасно ходить года до 88-го, могли здорово избить. Спасали лишь или совсем мелкий возраст (чтобы трясли с малышей деньги, не помню такого), или идущая с тобой девчонка (железный закон).

Был районный Дом культуры, в двух кварталах от моего дома. Но лично я в нем почти не бывал до 88-го года.

Был даже зал игровых автоматов! До сих пор помню этот закуток — вход со двора, косое крыльцо, несколько комнат (там же была какая-то артель слабослышащих, по-моему…), и в одной из них с десяток «шкафов». «Морской бой», «Телетир», «Ни пуха ни пера!», «Кран», «Торпедой — пли!», еще какие-то… Игра стоила 15 копеек. Кстати, не помню, чтобы там был какой-то ажиотаж или очереди, хотя поиграть, в общем-то, в них все любили.

В 89-м году я в первый раз сел за компьютер — болгарский «Корвет», машину, по классу превосходившую большинство современных ему «западных» компьютеров. И тогда же познакомился с компьютерными играми. Их пускали с магнитофонных кассет — люди помнят такое, я думаю. Я поиграл три или четыре раза в какую-то штуку — надо было расстреливать вражеские самолетики и десантников, — а потом мне стало смертельно скучно заниматься этой ерундой, и больше я компьютерными играми не интересовался.

Но самое-то главное! Самое главное — были улицы и велосипеды. Были стадион, лучший из районных стадионов области, куча небольших спортплощадок и хоккейные коробки в каждом школьном дворе (на входе в которые тогда не было сигнализации, видеокамер и охранников…). Была замечательная спортшкола. Было несколько великолепных строек — настоящие таинственные города и крепости с подземельями, башнями и мостами (сколько там было сломано шпаг и мечей…) Речка… Ладно, она у нас была плохонькая, но имелись пруды и плоты, а зимой — льдины. Посадки были за околицей, а чуть подальше — настоящие леса. Здоровенная свалка лежала сразу за железной дорогой. Наконец, были просто головы, руки и ноги.
Мальчишки моего времени

Мы пропарывали эти самые руки и ноги ржавыми железками и стеклом, мы разбивали эти самые головы обо все подряд. Так до нас доходило, что надо быть ловчее, быстрее и смелее — тогда не будет шишек и синяков. О волшебной кнопке «перезагрузка» мы ничего не знали и где-то в душе понимали, что можно убиться насовсем, но от этого все было еще интереснее! Мы взрывали самодельные бомбы и клали в костры незаконно добытые патроны. Мы срывались со льдин и приходили домой в сапогах, полных холодной воды. Со стен строек мы тоже падали. А чаще прыгали, чтобы показать, что нам пофиг эта высота. (Мне она была не пофиг, я ее жутко боялся — и прыгал, потому что прыгал.)

Нам ничего не стоило превратить лист фанеры в танк, и этот танк ездил. Мы подумывали о том, чтобы сделать свой планер. Хвала богам, на это не хватило технических мощностей, иначе… иначе точно полетели бы! Мы играли в войну по совершенно зверским правилам и ничуть не собирались от этого мучиться комплексами вины и не спать по ночам. Мы просто-напросто дрались по самым тупым поводам, причем чаще всего с лучшими друзьями. Что с чужим-то делить?! Мы питались разной зеленой неспелой ерундой из соседских садов, хотя свои сады у многих тоже были, но это же неинтересно!

В 87-м году мы открыли для себя туризм — и именно с этого момента наши родители, думаю, начали седеть по-настоящему… И я прошу у них прощенья и низко им кланяюсь (всем сразу) за то, что они были мудры и терпеливы именно там, где надо быть мудрым и терпеливым, и весьма безжалостны там, где нужна была безжалостность; за то, что они нас любили, и за то, что они не сюсюкали с нами.

Мы четко знали, что мы мужчины, а мужчины — это воины и исследователи. Наши девчонки были, кстати, похожи на нас. Они не стремились «занять гендерную роль мужского типа» — им это было не нужно. Они любили носить красивые платья и хихикать над разной ерундой… Но за ними не заржавело влезть в удобные старые штаны, рубашку и кеды и показать всему миру, что «есть женщины в русских селеньях! » При этом то, что мы мужчины, а они женщины, оставалось непоколебимой истиной и не подвергалось никакому сомнению, потому что трава летом зеленая, а снег зимой белый…

…За день — обычный, ничем не примечательный день — мы ухитрялись подвергнуть свою единственную жизнь смертельному, без шуток, риску дюжиной различных, в том числе самых идиотских, способов. Родителям об этом мы не рассказывали. Кое о чем они догадывались, кое-что узнавали случайно. Но делиться с ними, как с друзьями, мы не могли и не хотели, потому что ясно понимали: они нам не друзья, они — Мама с Папой, и их надо поберечь, им за тридцать, они уже старые. Кое у кого на этот благородный мотив накладывался не столь благородный, но тоже понятный мотив заботы о своей единственной жопе, на которой приходится много сидеть. Жаловаться на родителей, приди даже кому-то из нас в голову такая вывернутая мысль, было некому и бесполезно, за что я тоже благодарю СССР.

Школа нас ничем привлечь не могла. Если за знания я школу искренне благодарю, то «воспитательный процесс» в ней был активным, всеобъемлющим и… бессмысленным. Школе мы не доверяли и любые ее попытки вовлечь нас в «общественную работу», «организованный отдых» или еще как-то повлиять на нас вне рамок «учебного процесса» тихо игнорировали или встречали откровенно в штыки. Мы ее терпели, потому что иначе нельзя. Но уроки прогуливали очень часто, особенно когда на улице тепло…

Я с уважением вспоминаю некоторых учителей, охотно признаю профессионализм почти всех остальных, мне лично безразличных или даже неприятных, — но все взрослые, не члены семьи, которые на самом деле оказывали на меня серьезное влияние, к школе не имели никакого отношения: тренеры, инструкторы из клуба… Кроме того, видимо, уже тогда, мы, мальчишки, подсознательно всеми силами отталкивали от себя «школьно-бабское царство», которое заведомо не могло понять ни нашей тяги к риску, ни опасных игр и экспериментов, ни увлечений, мечтаний и стремлений мальчишки — увы… Мужчины, и только мужчины формировали наш характер и мировоззрение. Не всегда и не везде отцы, увы, но — мужчины. Помню, когда к нам пару раз приезжали московские мальчишки. Мы поражались их ничем не обоснованной заносчивости, в то же время обычной бытовой беспомощности и, чего греха таить, туповатости, смешанной с нытьем и непривычной для тогдашнего пацана расчетливостью; они в наших глазах походили на баб, в смысле — на худшие образцы женского пола. Не все были такие, но большинство…

Средний же современный мальчишка, попади он в нашу тогдашнюю компанию, просто-напросто не выжил бы как личность. Мы ценили друг в друге умение «не выдавать своих», физическую силу и умение быть интересным…
«…Иных уж нет — а те далече…»

Судьба не пощадила нас. Раскидала, покорежила.

Сейчас я иногда спрашиваю себя: а как же Арнис? Как же тот плотный мальчишка со смешным неисправимым акцентом, второй боксер в нашем отряде — тот самый Арнис… капитан литовской армии А. Скалнис, который на псковском вокзале вышиб мне зуб в ходе нашей неожиданной встречи через много лет после того, как… Как же он? Неужели и тогда — и тогда! — он носил в себе ненависть к «оккупантам», среди которых жил?! Что он думал, сидя с нами у одного костра, переправляясь по канатам, которые он учил нас вязать, через лесные речушки, деля с нами хлеб, — в самом прямом смысле слова?! Неужели носил, как камень за пазухой, ненависть?! Ко мне?! Но за что?! За то, что его отцу и матери все 3 года командировки из ЛитССР в РСФСР платили чуть ли не вдвое повышенную зарплату?! За… за что?!

Ведь получается, что так… Нет! Не так.

Тот Арнис не ненавидел нас. Он был моим другом. Он был из наших. Потом его, наверное, обманули и заколдовали. Ведь он был смел и доверчив, как мы все. Заколдовали и заставили убить, принести в жертву каким-то чудовищным демонам литовского пацана Арниса, который, когда смеялся, щурил голубые глаза и чуть откидывался назад. Который ни за что не предал бы никого из нас, потому что детство не предают. Друзей не бросают. Никогда. Ни за какие коврижки, помазанные «независимостью» по рецептам из ООН.

Я тебя помню, Арнис. Я и за тебя отомщу тоже. Клянусь тебе, побратим. Клянусь.

Пока я жив, я буду мстить за всех.

За всех. Я не прощу «лисбероидам» ничьей гибели — нелепой и страшной, как нелепа и страшна была гибель Союза…

…Я — «совок». Неисправимый «совок».

СОВОК.

Совесть.

Отвага.

Верность.

Образование.

Культура.

И никак иначе! Честь имею!

Автор Олег Верещагин

..Ах, какая была Держава!..

Если меня приведут в современном русском городе к бочке с квасом, стоящей в обычном дворе многоэтажного дома, — бочке, возле которой нет продавца, бочке, из которой каждый наливает сколько хочет и кладет в стоящую тут же коробочку мелочь сообразно с ценой, криво написанной на приклеенной к оранжевому боку изолентой картонке, к бочке, которую привозит утром и увозит вечером небрежно вытряхивающий деньги в сумку мужичок на тракторишке… так вот, если кто-то сейчас сделает такое, я признаю, что «Раисся всаеть с калееен!». До тех пор не надо мне петь такие песни. Не поверю.

А бочки такие стояли еще в 1991-м, кстати… И еще были кассы самообслуживания в общественном транспорте. Люди клали в них деньги и отрывали билетик…

Разговор не ведется о том, насколько вменяемы те, кто обрушивается с нападками на Совок. Чтобы сразу поставить в этом вопросе точку, я скажу просто: критикующие Совок в сравнении с современностью психически больны.

…А ведь страшные картины беспросветной жизни при Совке, которые нам так любят рисовать, — ложь. Большая и не слишком умная, потому что это было недавно. Еще даже не состарились те, кто там жил и все видел, а лгущие в большинстве своем слишком замазаны в другой самой разной лжи и чисто внешне неприятны.

Но я буду говорить не о Большой Правде, а о своей, маленькой. О правде: г. Кирсанов, население на 1980 год 23 тысячи человек, в наши дни оно сократилось в полтора раза Уверен, что это был типичнейший райцентр того времени. Скажу о том, что видел сам.

Начнем с еды

Эта тема лжецам всегда кажется наиболее важной, потому что они лично привыкли думать в первую очередь о своем брюхе. Хорошо.

Так вот, ассортимент в магазинах был меньше на два порядка. Нынешним подросткам или даже уже взрослым это трудно представить: приходишь — а там ни колы, ни чипсов, ни «марса», ни еще очень и очень многого. Нет. Реально нет.

НО!

Совковые куры не пухли от аспирина, а картошке не прививали гены рыбы. И даже добавки в колбасе — это все-таки не та соя, из которой делается сейчас колбаса. Любого сорта, кстати, если кто не в курсе.

Я понимаю, это все неощутимо и не важно…

…Ладно.

Действительно, практически все экзотические фрукты, если и появлялись в наших магазинах, то по большим праздникам (кстати, вкус большинства из них — это просто вкус земляники, и не больше, а некоторые откровенно несъедобны, только и радости, что «экзотика»). Но давайте посмотрим на колхозные магазинчики, занимавшие в моем городе два ряда подвальных помещений в старинных Каменных рядах. От урожая до урожая при стабильной температуре +8 градусов там всегда лежали совершенно сохранные и стоившие копейки картошка, лук, чеснок, помидоры, огурцы, яблоки, груши, сливы, капуста, морковь, свекла, богатейший ассортимент плодово-овощных консервов местного производства. (Понимаете? Мест-но-го производства, дающего работу и отличный заработок примерно 20 тысячам русских мужиков и баб из сел и деревень района!) Наверняка и еще что-то было, просто я забыл.

Хлеб сравнивать смешно: советский был сделан из русского зерна, а не из фуража.

Мясо. На колхозном рынке оно (и не только оно, кстати, там же торговали частники, и никто их не избивал и не гонял: «Я торгую кулубнику, вырашшенную своими руками!») лежало на прилавках ровными рядами. Да, процентов на 20, а то и 40 дороже, чем в магазине, но напомню: тогда на рубль можно было в Москве сутки питаться, да еще и объехать весь город… А магазинное мясо было всяко лучше нынешнего, выращенного на добавках и подкормках.

Картинка же, как некто в нелепом пиджачке, чуть ли не униженно кланяясь, берет с «черного хода» у жирного важного продавца кусман вырезки с переплатой вдвое, — это бред позднесоветского кинематографа. Я уж не говорю, что многие мясо покупать считали «баловством» — свой бычок на забой, свинки-кролики… Корм для живности стоил копейки, а то и просто «воровался», и в этом не было ничего страшного — об этом «воровстве» знали все, оно было чем-то вроде обратного налога, и никто не пытался хапнуть в один клюв вагон комбикорма. Про состав с цветметом я уже просто не говорю. (Кстати, из цветмета было сделано многое в районе: памятники, ограды, приветственные знаки на дорогах. И никто его не крал.)

Пресловутая колбаса лежала в магазинах всегда. Семи сортов точно. В Москву за ней начали ездить в 86-м, при «Горбатом», и эти несколько лет в мозгах многих затмили реальное и длительное прошлое.

Сметана, сгущенка, соки — всего этого натурального и местного производства (молочный завод, завод сухого и обезжиренного молока, плодоовощной консервный завод у нас работали свои!) были моря разливанные. За гроши. За пустяк. Я даже сейчас думаю: надо было бы подороже — не разорились бы, а ценили бы выше.
Работа

Работа была у всех. Точка. Жирная. Критики идут околицей без слов.

Работа — не подай-принеси и не спекуляция. Я понимаю, что как раз это-то многим теперь и страшно! Но что делать! В СССР тунеядцев и спекулянтов жестко (в 80-е уже недостаточно) преследовали… В Кирсанове работали несколько заводов, поставлявших свою продукцию — текстильные станки, одежду, кое-какие сельскохозяйственные машины — за границу, не только в соцстраны и в развивающиеся страны, но и… капиталистам. Я узнал об этом не так уж давно, и для меня это стало таким же открытием, как полученные мной 3 года назад данные по продажам автомобилей «Жигули» в Бельгию, Францию и Норвегию. Оказывается, в первой половине 80-х годов их туда продавали по нескольку десятков тысяч в год. Та же история была и с кирсановской продукцией. Наш город посылал ее в почти три десятка стран, включая… США. А небольшие кирпичные заводики, пекарни, колбасные цеха были чуть ли не в каждом уважающем себя колхозе.

…В 1985 году мама за 28 часов в неделю получала 140 рублей в месяц, дед — 180 рублей своей «усиленной» пенсии, бабуля — 120 рублей пенсии. От алиментов на меня мама отказалась, у нас на круг получалось 110 рублей в месяц на человека. Рублей 50-80 в месяц расходилось по разным сберкнижкам (их в семье было три, а инфляции в стране не было — я ее себе лет до 16 зримо представлял в образе крысы, душащей несчастного американского орла с долларовой монеты, — была году в 81-м, кажется, такая карикатура в «Крокодиле», врезалась в детскую память…). Потом эти деньги украл у нашей семьи Первый Всенародно Избранный. Сейчас их «возвращают с индексацией» маме — бабушка с дедом мертвы, а индексация в реале покрывает процентов 15-20 стоимости тех, советских вкладов приложимо к покупной стоимости денег.

Низший предел зарплаты в городе был 45 рублей, жить можно было вполне нормально. Напомню, что свет, газ и вода были народные и стоили просто-напросто гроши! — на сороковник. (Кстати, примерно с 1987 года я начал по 25-40 рублей зарабатывать в месяц «для себя».)
Одежда и обувь

Тут у меня к вопросу личное отношение. Никогда не считал его важным и вообще не понимал такой вещи, как мода. На близких по этому поводу я не давил совершенно — вот мама у меня любила, любит и умеет красиво одеваться, я же ее приводил в отчаянье полной неразборчивостью в барахле — что купили, то и ношу. Не помню, чтобы лет до 13-14 у меня вообще возникали вопросы или пожелания по поводу одежды и обуви. Поэтому не могу судить, возможно, дефицит вещей и правда существовал. Хотя, на мой взгляд, 30-летний мужик, млеющий от сознания обладания Джинсами (!), выглядит смешно и мерзко.

Мне завизжат в ответ: вот видите, до чего довел людей Совок! Они мечтали о такой ерунде, она была для них недоступна!

Между тем во многих семьях на детей во времена моего детства просто шили сами по выкройкам из журналов или еще как-то. Одежда получалась отличной. А еще было ателье «Ромашка», где я одевался года с 86-го. Красиво, удобно, а лет с 14 — еще и в меру своей фантазии (заработать 20-30 рублей в месяц для подростка было несложно, а сельские ребята заколачивали по 200-800 (!) за летний сезон!)…

…Помню, что очень горевал, когда мне стали окончательно малы несокрушимые австрийские горные ботинки, купленные по случаю на воскресном «диком» базаре — на лугу возле реки. Не знаю, как и откуда они к нам попали, почему были подросткового размера, но оказались воистину несокрушимы.
Безопасность

Да, в те времена можно было увидеть, как мальчишка выскакивает из дома с утра, забыв надеть сандалии или кеды, а потом носится так до вечера. И никого это не шокировало даже в «городском центре» (понятие тогда очень условное — центр Кирсанова напоминал какой-то дикий парк). А родители про него вспоминали… ну, мягко говоря, вечером (или если он «слился», не сделав какую-то работу, ему порученную, — тоже не редкость). И заметьте, вовсе не от бессердечия. Просто… а ЧТО могло с ним случиться? Ну вот ЧТО?

Мама за меня боялась часто. Но чего боялась? Сломаю ногу. Нападет собака. Утону. Выбью глаз. И еще тридцать три страха — все тогдашние материнские страхи, кроме одного: ни разу, никогда, ни при каких условиях ни ей, ни мне даже в голову не могло прийти, что какой-то взрослый сознательно сделает что-то плохое ребенку. Даже самый пьяно-распьяный. Даже самый отмороженный. Синий от наколок (такие иногда у нас попадались) или злой как собака (и эти были). Но чтобы ребенка обидеть?! «Да че, я фашист, что ли?!».

Слухи о каких-то маньяках, убийцах, похитителях временами прорывались. Но какие слухи? Сказки из другой реальности. В реальности советский ребенок имел шансов пересечься с ними не больше, чем попасть под метеорит, их пересказывали друг другу в одном разделе с Зелеными Шторами и котлетами из человечины в таинственной «одной столовой».

Впрочем, было одно. Году в 1981-1982 мальчишку и девчонку у нас украли цыгане. Милиция освободила детей в 15 километрах от города, а весь табор поехал с веселыми песнями куда-то на север. Кажется, лет на восемь.

Еще один пацан (ему было лет 15, мне меньше) застрелил приятеля из отцовского ружья — игрались сдуру, он и вышиб однокласснику мозги. Полгода по городу ходила буквально одна тень несчастного убийцы, и все его сторонились — не со зла, не от сочувствия… просто не знали, как с ним общаться. Потом их семья уехала из города… Мой ровесник — но из другой школы — в 1985 году утонул на одном из прудов (их много вокруг Кирсанова и сейчас), запутавшись в сетях; мне было его, почти мне незнакомого, ужасно жалко, и еще было очень страшно, когда я себе представлял, как он умирал — отлично плававший, буквально на расстоянии школьной линейки-тридцатисантиметровки от поверхности. Хорошо, что в 88-м, когда я сам тонул в болоте, я про этот случай не вспомнил — наверняка утоп бы от паники!

Нет, дети, подростки, конечно, умирали и еще — но как? От чего? Почему? С нынешними днями не сравнить…
Отдых и охрана здоровья

О детском отдыхе я говорить отказываюсь. Ни одно государство мира никогда не имело и не будет иметь такой отлаженной и глобальной системы детского отдыха, как в СССР. Точка. Все.

А взрослый… Да государство просто не справлялось с наплывом отдыхающих! Как думаете, столько «дикарей» — это не показатель высокого уровня жизни граждан, каждый из которых мог две недели отдохнуть на море за 30 рубликов? А по путевке и вовсе бесплатно? Свои дома отдыха, турбазы, стадионы были практически у каждого мало-мальски солидного предприятия. За их малейшее недофинансирование начальника предприятия могли снять. А могли и посадить. За задержку отпуска, непредоставление путевки, пренебрежение нуждами человека мог слететь с трона любой начальник. До самого верха.

Заграница? Моя мама была в ГДР. Кстати, ей предлагали путевки и в капиталистическую Финляндию, и в социалистическую Венгрию, и в непоймиразбери СФРЮ — но она отказывалась (были личные причины). Десятки тысяч советских людей отдыхали за границей каждый год! А когда сейчас разная публика исповедуется с экранов про то, что «я не моф выефать», мне становится даже смешно. А куда тебя, недоделка, было выпускать? Ты же жрал портвейн в котельной, не просыхал, изображая из себя «непонятого гения». Или находил даже в СССР проституток и «зажигал» с ними. Или просто втихую шипел на «эту страну», получая от нее зарплату за безделье на месте «ыскустваведа» или «крытега». С какой стати тебя должны были куда-то выпускать-то? Чтобы там по тебе, позорище всесветном, судили об СССР? Нет. Выезжали те, кто нормально трудился, кто умел себя вести в обществе, кто на самом деле способен был не уронить высокое звание советского человека. А что, надо как-то иначе? Это был не мир капитализма, где любое чмо, наворовавшее денег, может поехать в Таиланд развлекаться с детьми…

…Медицина в СССР была высочайшего уровня. В нашем Кирсанове делали сложнейшие, столичного уровня, операции. Конечно, тут надо сказать отдельное спасибо Ивану Ефимовичу Фролову, хирургу от Бога. Но и другие врачи — и в больнице, и в поликлинике — были немногим хуже! А ведь были еще и ФАПы — в каждом селе, в каждой деревне. Была еще одна больница — в большом селе Иноковка. И в Соколове — больница…

Не знаю, брали ли наши врачи взятки. Видимо, некоторые брали, хотя я точно знаю, что в кругу моих друзей и их семей никто никогда за лечение любого вида и типа ничего не платил. Но в нашем Кирсанове в те времена можно было родиться — в родильном отделении. Молочная кухня обеспечивала мам консультациями и отличными продуктами местного производства. Медсестры ходили по домам, где были младенцы, — консультировать опять же. Упаси Боже было как-то задеть здоровье ребенка, проявить к нему равнодушие или пренебрежение!

Конечно, люди все равно брюзжали, находили недостатки и обижались. Но если бы им показали кирсановские больницу и поликлинику «вставшей скален Раисси!», где в блестящих отремонтированных кабинетах не осталось практически ни единого годного специалиста, а за консультации берут деньги и ничем не могут помочь все равно, вряд ли бы люди из моего детства поверили в возможность ТАКОГО.

Другое дело, что болели люди тогда намного меньше, чем сейчас. А мы, дети, были практически стопроцентно здоровы. Тревожные звоночки звучали — например, рост числа сколиозов, связанный напрямую с вредительством чиновников, заменивших «наклонные» парты «менее строгими». И уж, конечно, никто и не слышал о детских гепатите, сифилисе, массовых сердечно-сосудистых и нервных заболеваниях. ВСЕГО ЭТОГО ПРОСТО НЕ БЫЛО!
Жилье

Да, туалет у нас был во дворе. И я — мальчик из интеллигентной семьи — туда бегал. И завидовал тем, у кого есть теплые и красивые туалеты. Но не очень. А знаете почему?

У 70% моих друзей туалеты были там же. Это раз. А два — в городке нашем ежегодно вводили в строй примерно 120 квартир. А в очереди на них стояло около 800 семей, и наша была в 1989 году четырнадцатой.

Квартиры ждали тогда подолгу. Но это были БЕСПЛАТНЫЕ квартиры. Когда я употребляю слово «бесплатный» относительно СССР, читателю надо понимать, что на самом деле это было совсем не так: СССР был ОГРОМНЫМ КООПЕРАТИВОМ, где «бесплатного» на самом деле ничего не было — все через сложнейшую, тончайшую систему связей-взаимозачетов-распределения, недоступную убогому капитализму даже «в первом приближении», так или иначе оплачивалось: трудом, знаниями, добычей полезных ископаемых, защитой внешней и внутренней… Неуютно себя в такой системе чувствовали только жаждавшие чистогана и безнаказанности «хозяйчики» того или иного масштаба — они буквально выли от злости, не в силах «ухватить» денежные потоки. Денег-то награбить-наспекулировать можно было и тогда. И что? Стоит такому «деловому человеку» сесть как следует в ресторане или начать строить вожделенную дачу, как тут же появляются мужички в гражданском с сакраментальным вопросом: «ОТКУДА?». Человек получал квартиру — и над ним не висели по 25-50 лет «кредиты» и «проценты», начисто выносящие психику подавляющему большинству обитателей нынешнего мира.

Так вот. Угадайте, при какой власти мама, проработав 30 лет в школе, НЕ получила квартиру? Так что дерьмокопатели, ищущие во всем самую мерзкую и грязную «глубинную причину», могут успокоиться — у меня есть вполне меркантильные соображения для ненависти и отвращения к нынешней власти.

Воду и канализацию мне провело не это государство. Я сам. Сам заработал деньги, сам нашел людей, сам провел. Деду в свое время было стыдно пользоваться своими «льготами», ветеранскими и партийными, он все откладывал, хотя ему сто раз предлагали эти подключения — заслужил! А он говорил: «Что люди подумают?.. Да мы потом… Нет, я пока не буду…». Все боялся взять что-то лишнее у своего государства. Что-то необязательное…

…СССР я мог быть что-то должен — за все, что он давал своим гражданам. РФ я НИЧЕГО не должен.
Информация

Лет в 13 меня охватил зуд журналочитательства — журналы тогда были очень интересными, надо сказать, информации в них было очень много, а бреда многократно меньше, чем сейчас. Наша семья тогда выписывала, кроме местной газеты, «Правду», «Учительскую газету», «Аргументы и факты», журналы «Здоровье», «Крокодил», «Роман-газету», «Науку и жизнь» и (все еще) «Огонек», хотя от него уже начали плеваться, а мне — «Комсомолку» и журнал «Пионер». Я заявил, что у меня информационный голод, и близкие отнеслись к этому с пониманием.

Я получил подписку на газету »Красная звезда»;

журналы:
«Военные знания»,
«Зарубежное военное обозрение»,
«Техника и вооружение»,
«Техника — молодежи»,
«Морской сборник»,
«Советский воин»,
«Военно-исторический журнал»,
«Советское военное обозрение»,
«Вокруг света»,
«Советский пограничник»,
«Военный сборник» (задачи из которого я с интересом решал уже тогда).

Я не шучу!!! Номера — практически все — целы у меня до сих пор. На эти журналы я подписывался вплоть до 1991 года (на некоторые и позже, правда, но…). Одно время, недолго, я даже выписывал польский и гэдээровский военные журналы… В польском помог разобраться дед, а вот с немецким он меня гонял — сдвигал брови и огорченно смотрел на внука. Действовало сильно…

Загляни в зеркало прошлой жизни

<center><img src="//img-fotki.yandex.ru/get/5804/vechniyzov-test.0/0_4eeb1_8047a897_orig"><br>
<A HREF= http://vechniyzov.livejournal.com/382904.html>Загляни в зеркало прошлой жизни</A></center>