В переходе возле станции метро сидит женщина неопределенного возраста. Ей можно дать с ходу и тридцать, и двадцать три, и сорок два. Волосы у женщины спутаны и грязны, голова опущена в скорби. 

Перед женщиной на заплеванном полу перехода лежит кулек. В кулек сердобольные граждане бросают деньги. И не бросали бы, да на руках женщина держит весомый «аргумент» в пользу того, что ей деньги просто необходимы. На руках у женщины спит ребенок лет двух. Он в грязной шапочке, бывшей когда-то белой, в спортивном костюмчике. Переход – место достаточно оживленное. И течет нескончаемым потоком людская толпа, и звенит мелочь в кульке, и шуршат купюры. 

Я ходил мимо женщины около месяца. Я догадывался, кому уходят деньги, жертвуемые многочисленными прохожими. Уж сколько говорено, сколько написано, но народ наш такой – жалостливый. Жалостливый, до слез. Готов народ наш отдать последнюю рубашку свою, последние копейки из кармана вытряхнуть. Подал такому «несчастному» – и чувствуешь, что у тебя все еще не так плохо. Помог, вроде бы как. Хорошее дело сделал… 

Я ходил мимо попрошайки месяц. Не подавал, так как не хотел, чтобы на мои деньги какой-нибудь негодяй купил себе кирпича одну штуку, да вставил в стену нового дома-дворца своего. Пускай будет дыра у него в стене, у негодяя этого. Не будет кирпича от меня. Но, судя по тому, как попрошайке подавали, хозяин ее имел уже несколько домов-дворцов. 

Ну и попрошайке что-то перепадает, конечно. Бутылка водки на вечер, да шаурма. Хозяева таких «точек» попрошайничества имеют немало, но отличаются жадностью. И жестокостью. На том и держится их супердоходный бизнес. На деньгах да на страхе. Никто из опускающих монетку в кулечек не знает, что «встать» на место возле Владимирского собора невозможно, а хождение по вагонам метро с уныло-тягучим «простите, что я до вас обращаюся» стоит от 20 долларов в день. Или – знает? В таком случае – знает, но подает? 

Никто из добряков, жертвующих «мадонне с младенцем», не задумывается над еще одним вопросом. Над одним несоответствием, буквально бросающимся в глаза. Спустя месяц хождения мимо попрошайки меня вдруг как током ударило, и я, остановившись в многолюдном переходе, уставился на малыша, одетого в неизменно-грязный спортивный костюмчик. Я понял, что именно казалось мне «неправильным», если можно назвать «правильным» уже само нахождение ребенка в грязном подземном переходе с утра до вечера. Ребенок спал. Ни всхлипа, ни вскрика. Спал, уткнувшись личиком в колено той, кто представлялась его мамой. Попрошайка подняла на меня глаза. Наши взгляды встретились. Бьюсь об заклад, она поняла то, что понял я… 

У кого из вас, уважаемые читатели, есть дети? Вспомните, как часто они спали в возрасте 1-2-3-х лет? Час, два, максимум три (не подряд) дневного сна, и снова – движение. За весь месяц каждодневного моего хождения по переходу я НИ РАЗУ не видел ребенка бодрствующим! Я смотрел на маленького человечка, уткнувшегося в колено «мамы», и страшное мое подозрение постепенно формировалось в твердую уверенность. 
– Почему он спит все время? – спросил я, уставившись на ребенка. 
Попрошайка сделала вид, что не расслышала. Она опустила глаза и закуталась в воротник потертой куртки. Я повторил вопрос. Женщина вновь подняла глаза. Она посмотрела куда-то за мою спину. Во взгляде ее явственно читалось усталое раздражение вперемешку с полнейшей отрешенностью. Я впервые видел подобный взгляд. Взгляд существа с другой планеты. 
- Пошел на… – произнесла она одними губами. 
– Почему он спит?! – я почти кричал… 

Сзади кто-то положил руку мне на плечо. Я оглянулся. Мужчина с типичным лицом рабочего с близлежащего завода неодобрительно хмурил седые брови: 
– Ты чего к ней пристал? Видишь – и так жизнь у нее… Эх… На вот, дочка, – мужик вытряхнул из своей огромной пятерни монетки. 
Попрошайка перекрестилась, изобразив на лице смирение и вселенскую скорбь. Мужик убрал ручищу с моего плеча, побрел к выходу из перехода. Дома он расскажет, как защитил угнетенную, несчастную, обездоленную женщину от негодяя в дорогой дубленке. 

Милиционер, подошедший ко мне в переходе на следующий день, выразился почти так же, как и его «подопечная» попрошайка. И на свой вопрос я получил исчерпывающее: 
– Пошел в… 
А ребенок спал… 

Я позвонил знакомому. Это веселый и смешливый человек с глазами-маслинами. Он с горем пополам окончил три класса, и читает с трудом. Полное отсутствие образования не мешает ему передвигаться по улицам города на очень дорогих иномарках и жить в домике с бесчисленным количеством окон, башенок и балкончиков. Знакомый был весьма удивлен моей уверенностью в том, что весь без исключения подобный бизнес контролируют представители его национальности. Я узнал, что в Киеве попрошаек «держат» и молдаване, и украинцы. Причем, первые специализируются, в основном, на «инвалидах войны». Мы часто видим их на переходах и светофорах, снующими буквально под колесами машин. Мнимые афганцы «работают» также и в метрополитене. 

Всевозможными «больными», хромыми и «приехавшими делать операцию» заведуют с равным успехом как украинцы, так и цыгане. Бизнес этот, несмотря на кажущуюся стихийность, четко организован. Курируется попрошайничество организованными преступными группировками, и деньги, брошенные полунищими прохожими в кулечек «обездоленного инвалида», уходят «наверх». Причем, настолько «наверх», что, узнай об этом сердобольный прохожий, он потерял бы сознание от удивления. Детей берут в «аренду» у семей алкоголиков, или попросту воруют. Но это все, что говорится, цветочки. 
Мне нужно было получить ответ на вопрос – почему спит ребенок? И я его получил. Причем, мой знакомый цыган произнес фразу, повергнувшую меня в шок, вполне обыденно, спокойным голосом. Как о погоде сказал: 
– Или под героином, или под водкой… 
Я остолбенел. «Кто под героином? Кто – под водкой?!» 
– Ребенок. Чтобы не кричал, не мешал. Ей с ним целый день сидеть, представляешь, как он надоесть может? 

Для того чтобы ребенок спал весь день, его накачивают водкой. Или – наркотиками. Разумеется, что детский организм не способен справляться с таким шоком. И дети часто умирают. Самое страшное – иногда умирают днем, среди «рабочего дня». И мнимая мать должна досидеть с мертвым ребенком на руках до вечера. Таковы правила. И идут мимо прохожие, и бросают мелочь в кулек, и считают, что поступают благородно. Помогают «матери-одиночке»… 

… На следующий день я стоял в переходе возле станции метро Л. Милиционера, ответившего мне вчера ругательством, не было видно. Я запасся журналистским удостоверением, и был готов к серьезному разговору. Но разговора не получилось. А получилось следующее… 
У женщины на руках лежал ДРУГОЙ ребенок. Мои вопросы попрошайка попросту игнорировала с отрешенным лицом. Меня интересовали документы на ребенка, и, самое главное – где вчерашний малыш? 

Попрошайка вопросы игнорировала, зато их не игнорировали торговки, стоявшие рядом. От женщины, торгующей трусиками, я узнал, что мне следует, мягко говоря, удалиться из перехода. К возгласам торговки подключились ее негодующие соседки по ремеслу. Следом за ними – прохожие преклонных лет. В общем, я был с позором выдворен из перехода. Оставалось одно – звонить 02 или искать милицейский патруль. Но милиция нашла меня сама. Сержант, любитель посылать в…, подошел ко мне и спросил документы. Я документы предоставил, и высказал свое мнение по поводу нахождения женщины с ребенком в переходе. Сержант со мною согласился, и… отправился звонить кому-то. Я стоял перед переходом, с полным ощущением того, что пытаюсь бороться с ветряными мельницами. Спустя несколько минут в переходе не было уже ни торговок, ни попрошайки со спящим ребенком… 

Когда вы видите в метро ли, на улице ли женщин с детьми, просящих милостыню, задумайтесь, прежде чем ваша рука полезет за деньгами. Подумайте о том, что не будь вашего и сотен тысяч подаяний, и бизнес этот умер бы. Умер бы бизнес, а не дети, накачанные водкой или наркотиками. Не смотрите на спящего ребенка с умилением. Смотрите с ужасом. Ибо вы, прочитавшие эту статью, знаете теперь – почему спит ребенок… 

________________________________________________________________

С просторов инета. Благодарю Алину Павлову за статью.

Вообще, для тех, кто стремится преодолеть невежество- у Торсунова есть лекции о пожертвованиях. Как их правильно совершать.

Серия сообщений "звуки скрипки":

Часть 1 - ВОКАЛИЗ ЛЮБВИ
Часть 2 - Антонио Вивальди. "Времена Года" ( "Four Seasons" ).
Часть 3 - ТАЙНА КРЕМОНСКОГО МАСТЕРА
Часть 4 - Он играет на скрипке Страдивари
Часть 5 - Скрипач в метро — социальный эксперимент

4 синдрома, которыми страдают многие неудачники.

Избавься от них, и дела пойдут намного лучше, а жизнь станет намного радостнее.

Чтобы чего-то достичь, надо начать действовать. Чтобы начать действовать, необходимо избавиться ото всех синдромов, не дающих человеку сдвинуться с места. Наиболее вредные из них следующие синдромы.

• "Да я это всё знаю": Этот синдром – главный тормоз на пути к развитию личности и введению инноваций. В сегодняшнем быстро меняющемся мире новые знания появляются, а старые обесцениваются непрерывно и очень быстро. На старых зданиях ничего нового не создашь. Важно не то, что ты знаешь, а как быстро ты умеешь учиться. Если ты перестаешь учиться, ты перестаешь создавать историю и становишься ею...

•  "Все равно ничего не получится." "Если ты считаешь, что ты сможешь, то ты сможешь. Если считаешь, что не сможешь, то ты прав," – говорил Марк Твен. Ты не сможешь узнать, на что ты способен, пока не попробуешь что-то сделать. Если ты считаешь себя неудачником, то ты и есть неудачник. И наоборот.

• Смакование своих проблем. Многие находят в этом удовольствие и в результате сидят на месте, заливая грусть и не двигаясь вперед. Если не хочешь быть на них похожим, освободись от негативных эмоций, извлеки урок из неудачи, прими данную ситуацию как стартовую на стометровке,  посмотри на проблему свежими глазами (своими собственными, глазами оптимиста, глазами Чарльза Дарвина, глазами Сальвадора Дали,...) прими решение и начинай быстро действовать.

• Это ОНИ во всем виноваты. Джеймс Аллен, автор книги "Человек мыслящий", написанной сто лет назад и являющейся одним из главных руководств для тех, кто хочет чего-то достичь, писал: "Обычно люди мыслят так: "Многие люди являются рабами, потому что кто-то один их угнетает. Давайте ненавидеть угнетателя." Теперь однако мировоззрение меняется, и все большее число людей начинает думать совсем иначе: "Один человек является угнетателем потому, что все остальные являются рабами. Давайте презирать рабов."

 источник: http://concordworld.info.ru

     Дмитрий Медведев приобрел яхту стоимостью более 40 млн долларов. Помимо двух джакузи и кинотеатра на яхте соорудили искусственный водопад. На борту есть своя прачечная и холодильные камеры. Западные журналисты считают, что такая покупка не вяжется с имиджем лидера страны, средняя зарплата в которой составляет 19 тыс. рублей в месяц.

Источник: http://euromag.ru

Давно собирался написать об одном незаурядном во всех отношениях Русском человеке - военном офицере в отставке, ветеране боевых действий в Афганистане, орденононсце, а ныне - талантливейшем русском писателе, хотя он и является автором всего нескольких книг (зато каких!), но самое яркое, самое неизгладимое впечатление на меня произвела его дебютная книга "ЖИВЫЙ В ПОМОЩИ ВЫШНЕГО". Повествующей с документальной точностью, (зачастую с жуткими подробностями об ужасах той войны) о боевой биографии автора, о его боевых друзьях - живых и погибших, о победах и поражениях.

Виктор Николаев прошёл, как принято говорить, долгий и тернистый путь к Православной вере. Сейчас он верующий воцерковленный человек. Который убеждён, что Господь оставил его на этой грешной земле, сохранив ему жизнь, в первую очередь для того, чтобы донести своим соплеменным русским людям слово Истины. Когда не надо ничего выдумывать, но когда достаточно просто описать события, произошедшие с ним как на афганской войне, так и на войне уже духовной, той, которая невидима человеческому глазу.

Де-факто смею утверждать, что Виктор Николаевич НИКОЛАЕВ по своему мировоззрению и по своему творчеству Русский православный националист. В последующем, я размещу в Дневнике несколько рассказов из его книги "Живый в помощи Вышнего". А сейчас вашему вниманию представляю интервью с писателем.

комбатант

+       +       +

www.pravpiter.ru/sovs/n032/ta007.htm 

ДВЕ ВОЙНЫ

Писатель Виктор Николаев - автор книг "Живый в помощи" (об Афганской войне) и "Из рода в род" (о судьбах людей, оказавшихся в местах лишения свободы). Жизненная позиция Виктора Николаева, его отношение к человеку, мужество его героев и трагическая правда их судеб востребованы современной Россией, уставшей от лжи, лицедейства и пустых фраз. Беседа с писателем, которую мы публикуем, поможет многим определиться в жизни, послужит верным ориентиром, которому следуют он сам и герои его книг, наши современники.


 

СЫНКИ

Господь, посылая нам страдания, делает нас более закаленными, более мужественными, стойкими, и это объединяет семьи, объединяет родственников. Безсмысленных страданий Господь не посылает. Когда набираешься мужества, понимаешь особую пользу суровых жизненных потрясений. Даже несмотря на то, что у меня тяжелая группа инвалидности, я понимаю, что от этого мне огромная польза.

Моя судьба изменилась, когда я учился в военном училище. В 1987 году нас отправили выполнять боевую задачу в Афганистане. До сих пор вспоминаю слова одного Героя Советского Союза, который всегда говорил нам одну и ту же фразу: "Сынки, ваша задача состоит в том, чтобы вы не только достойно побеждали, а и в том, чтобы вы достойно умирали за Родину". Война - это время иного измерения, иного состояния психики, осознания боли за родных, за близких, боли душевной и физической. Это иное понимание письма от матери, письма матери от тебя. По-иному вспоминаются дети, по-другому смотришь на жену. Это в какой-то степени Божий дар, потому что столько подвигов, сколько я видел на войне, в миру не наблюдал.

3 января 1988 года в Афганистане наш спецназ зажали в горах, где он более суток находился в засаде. Выйти своими силами ребята на могли. Наш вертолетный полк нашел их по факелу, всех забросали на борт. Пересчитали - все, и полетели на аэродром. Когда заходишь на посадку, то вертолет вынужден набирать более высокий угол захода, до сорока метров. И здесь произошло то, что должно было, видимо, произойти - в нас попадают две ракеты "Стингер"… Братья и сестры, есть такое понятие - "екнуло сердце". Это чувство в подавляющих случаях свойственно только нашей женщине. Где бы ни находились ее дитя, муж, брат, отец, женское сердце, как маячок, реагирует на беду своего близкого. То же самое произошло с моей женой. Когда мы рухнули на минное поле, у нее за несколько тысяч километров екнуло сердце, как она потом рассказывала. Она вдруг почувствовала - что-то со мной произошло. Объяснить это невозможно, но ей было не по себе. И она машинально написала молитву, которая при сравнении впоследствии оказалась похожа на молитву "Отче наш". И она начала интуитивно читать эту молитву.

ВЫЗЫВАЕМ ОГОНЬ НА СЕБЯ

Ранение дало о себе знать. Когда я учился в Военной академии им.Ленина в Москве на третьем курсе, то однажды, отвечая у доски, потерял сознание. Меня доставили в госпиталь им.Бурденко, сделали томографию мозга, и врачи пригласили мою жену. Сказали, что гнойник величиной с куриное яйцо лопнул, и гной пошел в мозг. Операцию нет смысла делать, ваш муж все равно умрет. И вот здесь я вам скажу о силе женщины. Если бы подобная ситуация произо-шла не со мной, а, допустим, с моей женой, не знаю, хватило бы у меня сил принять то решение, которое приняла она. Жена сказала - операцию делать. Что будет, то и будет. И операцию провели как показательную для студентов.

У нас дома был поясок "Живый в помощи", который мы случайно купили в одном из монастырей Москвы, положили на полку и забыли о нем. И еще была маленькая иконка Владимирской Божьей Матери. Операция шла девять часов, и жена все девять часов молилась, читала 90-й псалом. Заканчивает и снова читает. А дочка, которой тогда было около шести лет, взяла иконку Божьей Матери, прижала ее к груди и просидела с ней в уголочке почти сутки, не прося ни пить, ни есть. Так дитя испытывало боль за отца. Казалось бы, что она может чувствовать в этом возрасте? Но ей также присуща эта женская сила. Потому что она плод нашей крови. Когда на девятом часу врачи вскрыли мою голову, то оказалось, что гноя в мозге нет. Он собрался опять в капсулу, и когда доктор осторожно из головы ее достал, она в сантиметре от головы лопнула и растеклась.

После выписки из госпиталя у меня возникло желание написать о том, что я увидел и пережил. Написать о войне, о достоинстве русского воина, его мужестве, о боли близких.

НЕБЕСНАЯ ПОМОЩЬ

Когда была написана первая часть книги "Живый в помощи", я стал думать, что теперь с ней делать. Человек я совершенно никому не известный, у меня нет никакого литературного образования. Где искать помощи? В то время я был алтарником в московском храме Казанской Божьей Матери. Когда заходишь в него, то в правом приделе сразу висит большая икона Иоанна Богослова. По необъяснимой причине я стал подходить к ней и просить у святого помощи. Даже не просил, а просто клянчил: "Помоги, Христа ради, мне эту книгу издать, если она какую-то ценность представляет. А если ценности нет, то дай мне знать, и я ее выкину". Так ходил недели три.

Однажды вечером мне звонит Леонид Болотин, редактор книги, и говорит: "Виктор, приехал батюшка из Барнаула, прочитал твою рукопись и сказал, что найдет любые деньги, чтобы эту книгу издать". Я обрадовался. Встретились, поговорили. А потом спрашиваю: "Батюшка, а вы из какого храма?" А он мне говорит: "Я настоятель храма Иоанна Богослова". Вот так первая книга пошла в жизнь. Потом была написана вторая часть. Сейчас подготовлено уже восьмое издание книги "Живый в помощи" в двух частях.

КРЕСТНАЯ СИЛА

1999 год. В Чечню приехал священник, что теперь на войне не редкость и очень сильно сказывается на благополучном исходе боевых операций. Священник крестил ребят-десантников. Очередь одного офицера из штаба, и он говорит: "Я по-своему понимаю веру и креститься не буду". И здесь восемнадцатилетние ребятишки (а вы знаете, на войне взрослеют мгновенно, там день идет за три, год идет за век) подошли к этому офицеру и спокойно сказали: "Товарищ командир, если вы креститься не будете, мы с вами в бой не пойдем". Офицер покрестился со словами: "Ну, если вы так хотите". В ближайшем же бою пуля попадает ему в голову, делает два прохода, попадает в рот, и он ее выплевывает. Сегодня офицер носит эту пулю вместе с крестом на груди. И служит в одном из храмов на севере Москвы. Таких чудес очень много. Надо просто уметь их видеть и понимать, для чего посылает Господь это чудо.

КАЖДЫЙ ЧЕТВЕРТЫЙ

Написана книга о войне. Я много поездил по стране, и родилось желание рассказать о другой войне. О войне в мiру. О войне за души, более циничной, более жестокой, безпощадной и порой разрешенной законом. Я неспроста взялся за эту тему. И название книги - "Из рода в род" - говорит о том, что в роду у каждого человека есть нераскаянные грехи, и если вы, я, мои близкие свое потаенное зло унесем с собой в вечность, то за наши темные дела все равно кто-то из рода нашего будет отвечать здесь, на земле. Как сказал мне однажды один заключенный: "У меня такое ощущение, что в тюрьмах каждый четвертый - за нераскаянные грехи родителей да на свои грехи умноженные…"

Что такое тюрьма? Это не просто юридическое заведение номер такой-то. Тюрьма - это землетрясение души, в эпицентре которого оказываются родственники, близкие, соседи, даже случайные люди. Нельзя со злобой смотреть в сторону зоны, надо понимать: еще неизвестно, кто за наши грехи будет там находиться в нашем поколении и роду.

Как-то спрашиваю одного священника: "Батюшка, у вас сегодня исповедовалось сорок человек. Сколько из них, если их грехи перевести на юридическую основу, можно привлечь к уголовной ответственности?" И он спокойно ответил: "В той или иной степени всех". Ведь даже грубость на улице - уже косвенное соучастие, подталкивание человека, возможно, находящегося в состоянии повышенного душевного дискомфорта, на какое-то преступление. Все может дать толчок.

ЦЕНА ДОБРА

Мне довелось повстречаться с одним в прошлом очень известным вором "в законе". У нас на сегодняшний день законодательство устроено таким образом, что даже у руководства страны может оказаться любой подонок.

Этот человек благодаря своему авторитету в преступной среде дошел до очень высокого положения, потерял счет деньгам. Но есть такое понятие - "последняя капля". Из его души, видимо, истекла последняя капля совести. С ним я разговаривал, когда уже ничего от его богатств не осталось. Когда он достиг всего, чего хотел, врачи обнаружили у него рак крови. Чтобы излечиться, он стал все, что награбил, продавать, и ему ежемесячно из Европы привозили по литру крови для переливания. В итоге все, что он награбил, было по-трачено на лечение. "Знаешь, что меня спасает сейчас? - спросил он. - Однажды я ехал из одного казино и вез большую сумму денег, выигранную в рулетку. Проезжаю мимо какого-то госпиталя, вижу - на остановке стоит женщина и плачет. Я никогда в жизни не делал добра. Но тут что-то заставило меня остановиться. Я подошел к ней и узнал, что у нее в госпитале лежит сын, завтра операция, а денег у нее нет даже на хлеб. Тогда я отдал ей все деньги, не спросив даже имени. Когда мне становится совсем плохо, я вспоминаю лицо этой безымянной женщины и прошу ее помощи. И болезнь отступает".

Это цена добра. Цена копейки на улице, доброго взгляда, приветливого слова, обыкновенного телефонного звонка: я вам звоню просто так, узнать, как вы живете. На сегодняшний день это становится редкостью.

СПАСИБО, РОДНОЙ

Когда была закончена книга "Из рода в род", она прошла очень серьезную цензуру, получила благословение владыки Вениамина, епископа Владивостокского и Приморского, была одобрена в ГУИНе (Главное управление исполнения наказаний). Недавно в час ночи мне звонит один тюремный священник и говорит: "Виктор, книга попала в тюрьму. Собралась сходка смотрящих зон, смотрящих отрядов для выяснения, что за книга им спущена "сверху". Думали - специальный заказ МВД. А когда прочитали, то приняли решение закупить около двухсот экземпляров и раздать по всей зоне, чтобы в каждом отряде было не менее 4-х штук".

В заключение скажу, что, когда книгу "Живый в помощи" представили на Государственную премию, мне через месяц позвонили из Секретариата Президента России и сказали, что я снимаюсь с премии, так как нашли более достойного кандидата. Кого? - спрашиваю. Отвечают, что Государственная премия "уходит" господину Жванецкому. Я говорю: "Мадам, вы не понимаете смысла Государственной премии в России. За час до вас мне позвонила одна бабушка из-под Омска, поблагодарила и заплакала. Вот это - Государственная премия".

(Продолжение следует...)

+       +       +

В пушкинской «Русалке» есть такие пронзительные строчки:

…страшно
Ума лишиться. Легче умереть.
На мертвеца глядим мы с уваженьем,
Творим о нем молитвы. Смерть равняет
С ним каждого. Но человек, лишенный
Ума, становится не человеком.
Напрасно речь ему дана, не правит
Словами он…



Вот, следовательно, чем отличается человек от не человека, безумный от нормального: нормальный правит своим словом, он понимает, что он говорит.

Безумный не понимает своей собственной речи, не правит ею; он не властен над своими словами.

Но разве это случается лишь с безумными, с умалишенными? Разве с нами, обыкновенными, нормальными людьми, не бывает, что мы перестаем управлять своей речью?

Как часто бывает, что говорим в запальчивости, в гневе, не слыша себя и не отдавая себе отчета в том, что же мы говорим или кричим.

В эти минуты мы становимся как безумные. Теряем облик человека.

Посмотрите, сколько вокруг грубости, как легко люди обижают и оскорбляют друг друга. Они не чувствуют, что причиняют боль, они не понимают, как ранит сердце каждое грубое слово. Больше того, многие думают, что речь и дана им для того, чтобы нападать или защищаться, — они не говорят, как люди, а вечно воюют, как звери или как безумные.

Спохватимся! Возьмемся за ум! Поймем, что речь дана нам не напрасно. А для того, чтобы мы управляли ею, чтобы каждое слово, обращенное к человеку, было добрым, ласковым или хотя бы вежливым.

Управлять своей речью, властвовать над нею — значит не произносить ни одного слова в запальчивости, такого слова, о котором потом пожалеешь. Слова ведь не забываются… Одним словом можно нажить себе врага на всю жизнь. Сегодня ты дразнишь товарища или обзываешь его, или колешь его, стараясь обидеть, но пройдут годы, десятилетия, вы встретитесь взрослыми людьми, и товарищ твой напомнит тебе о своей обиде, и горько тебе будет, страшно горько, и ты пожалеешь о той минуте, когда еще совсем мальчишкой обидел человека. Помните, что обиды часто остаются на всю жизнь, и даже совсем незлопамятные люди иногда не могут забыть причиненное им зло.

Конечно, лишь очень мудрые умеют тщательно обдумывать свои речи, с их языка никогда не сорвется опрометчивое слово. Но будем сдерживаться, будем учиться владеть своей речью. Подумаем, что лучше: быть безумным или благоразумным?





«Пушкинские проповеди» (Симон Соловейчик)