Михаил Кубель

                                  
   У Александра Сергеевича Пушкина есть одно стихотворение, которое знают все россияне без исключения. И дети, и взрослые. Называется оно «У лукоморья дуб зеленый». В нём Великий поэт описывает какую-то сказочную страну. Просторную и волшебную. Всего несколько Пушкинских строк, и перед нами открывается леса, долины, моря, небо, облака, прозрачный воздух этой страны, напоенный лучами жаркого солнца. И в этой стране обитают сказочные герои, и они  действуют, они живут, они сражаются, страдают, побеждают. В одном маленьком стихотворении, как в капле воды, отразился весь мир русской сказки. Здесь, наверное, все герои русских сказок, и стихотворение Пушкина – это волшебная шкатулка, в которой собраны плоды воображения русского народа за века и века нелёгкой истории России. «Там русский дух... там Русью пахнет!» Как это понятно русскому человеку! А нерусскому понятно? Ну, допустим в хорошем переводе? А ведь и правда, что хотел сказать Пушкин? Какой запах имеет Русь?
   Скажу откровенно, меня всегда интересовала загадка, которая называется мастерством перевода, или точнее, таинством перевода стихов на другой язык. А может быть, чтобы перевести Пушкина на другой язык, нужно быть гением не меньшим, чем он?
   И вот однажды я нашёл перевод этого Пушкинского стихотворения на немецкий язык. Да, да, чудесный перевод Иоганна фон Гюнтера «Gruen an der Meerbucht ragt die Eiche».

У Лукоморья дуб зелёный;                  Gruen an der Meerbucht ragt die Eiche,
Златая цепь на дубе том:                       Dran ich die goldene Kette weiss:
И днём и ночью кот учёный                 Man sagt, ein weiser Kater streiche
Всё ходит по цепи кругом;                    So tags als nachts an ihr im Kreis;

Идёт направо - песнь заводит,              Wenn er nach rechts geht, schnurrt er Lieder,
Налево - сказку говорит.                       Fuer links er schoene Maerchen hat.

Там чудеса: там леший бродит,            Dort gibt es Wunder immer wieder;
Русалка на ветвях сидит;                        Die Nixen und im Wald den Schratt;

Там на неведомых дорожках                Auf ungebahntem Pfad die Schritte
Следы невиданных зверей;                   Von manchem unbekannten Tier;
Избушка там на курьих ножках            Auf Huehner fuesschen eine Huette
Стоит без окон, без дверей;                 Steht ohne Fenster, ohne Tuer;

Там лес и дол видений полны;              In Wald und Taelern Geister hausen;
Там о заре прихлынут волны                Wenn frueh am Tag die Wogen brausen
На брег песчаный и пустой,                  Ans Ufer, sandig, leer und bleich,

И тридцать витязей прекрасных            Entsteigen dreisig Kampfgesellen
Чредой из вод выходят ясных,              In langer Reih den klaren Wellen,
И с ними дядька их морской;                Ihr Ohm, der Meergreis, auch zugleich;

Там королевич мимоходом                   Den strengen Koenig kann bezwingen
Пленяет грозного царя;                         Ein Prinz dort wie von ungefaehr;
Там в облаках перед народом                In Wolkenhoehen traegt auf Schwingen
Через леса, через моря                         Wohl ueber Wald und ueber Meer
Колдун несёт богатыря;                        Den Rittersmann ein Zauberer;

В темнице там царевна тужит,              Prinzessin weint im Turm abscheulich,
А бурый волк ей верно служит;           Doch dient ein brauner Wolf ihr treulich
Там ступа с Бабою Ягой                       Den Hexenkessel kann man sehn
Идёт, бредёт сама собой,                     Von selber seiner Wege gehn,

Там царь Кащей над златом чахнет;    Fuerst Geizhals ueberm Golde siechen,
ТАМ РУССКИЙ ДУХ...                        DORT KANN MAN
ТАМ РУСЬЮ ПАХНЕТ!                       RUSSLANDS STEPPEN RIECHEN!

Здесь всё Пушкинское: и размер, и мелодия стиха, и смысл. Впечатление такое, будто каприччо, написанное для одного музыкального инструмента мастерски аранжировано и исполнено на другом. Ведь не зря говорят, что переводчик стихов – это соперник автора оригинала.  И только последняя строчка перевода вызвала у меня первоначально сомнение в правильности. В переводе на русский она звучит так: «Там можно почувствовать запах Русских степей!»
   Я задумался над стихотворением и его переводом. Столько вопросов появилось. Казалось, что последняя строка Пушкина выпадает из контекста. Какая-то сказочная страна, и … «русский дух». Русский дух? Что это такое? Какое отношение имеет русский дух к этой стране? И почему в этой волшебной стране пахнет Русью? И опять-таки, чем вообще может пахнуть Русь? И почему автор перевода написал, что пахнет не Русью, а Российскими степями? Имел ли он право так исказить Пушкинскую мысль? А ведь мысль эта была у Пушкина. Он не просто гениальный поэт. Мы считаем его ещё и пророком. И многие пророчества Пушкина сбылись. Вдруг молнией сверкнула мысль поэта: эта сказочная страна и есть Россия! Самая удивительная, самая непонятная, самая противоречивая, самая непредсказуемая, самая загадочная из стран – это Россия. Поистине, сказочная страна. Не думаю, что Пушкин хотел сказать, что Россия – лучшая из стран или чудесная страна. Просто в России могут происходить неожиданности, чудеса, как в сказке.
«Для нас самих, - писал русский религиозный и политический философ Николай Александрович Бердяев (1874 - 1948), - Россия остается неразгаданной тайной. … Она и не похожа ни на одну страну мира».
   Однако вопросы остались без ответов. Что такое русский дух? И чем, в самом деле, может пахнуть Россия? И тут мне открылась глубина перевода! Конечно же, Россия пахнет полем. Иоганн фон Гюнтер написал, что сказочная страна пахнет Русскими степями. Но ведь Русская степь – это и есть Русское поле, Русский простор. А понятие «Русское поле» всегда ассоциировалось у нас с Россией. В песне из кинофильма режиссёра Эдмонда Кеосаяна «Новые приключения неуловимых» (1968 год)русский человек обращается к Русскому полю (к России):

«Здравствуй, Русское поле,
Я твой тонкий колосок».  (Слова Инны Гофф, музыка Яна Френкеля).

   А чем тогда пахнет Русское поле? Может быть, хлебом? Да, в первую очередь хлебом! И… потом пахаря. Обильно сдобрено Русское поле ручьями солёного пота русских крестьян. Хлеб-соль на столе русского человека –  древний символ богатства. Хлебом-солью встречают на Руси дорогих гостей, которые должны отведать кусочек хлеба присыпанный солью. Кусочек посоленного хлеба – символ солёного пота и тяжкого крестьянского труда. Природа России сурова. Потери урожая были огромны. В итоге русский крестьянин получал в среднем на каждое посеянное зерно всего 3-4 зёрнышка. Чтобы прокормиться, нужно было засевать большие поля. Их не хватало. Но были в России огромные лесные массивы. Привычным орудием в руках русского человека стал топор. И в мирное время, и в сражениях с врагами. Леса вырубались, и на их месте возникали поля. Прежние лесорубы превращались в крестьян-хлебопашцев. И были эти люди силы богатырской. И детей, наследников своих, воспитывали под стать себе: богатырями. Как воспитывали? Сказки сочиняли и детям рассказывали. Богатым было  воображение русского человека. И в России сказки, как колосья из зёрен, рождались и передавались из поколения в поколение. Что ни событие, что ни дело, то новая сказка. И о хлебе сочинили сказку. Да разве есть что-нибудь важнее хлеба Это основная пища народа-хлебопашца. Неурожай – величайшее бедствие. «Хлеб – отец родной!» «Хлеб – всему голова!» - говорили русские люди.

   «Как человек должен относиться к земле своей, русский человек к русской земле? Образ родной земли не есть только образ матери, это также - образ невесты и жены, которую человек оплодотворяет…» (Николай. Бердяев)
Сеяние – это обряд, ритуал. Русский человек вступал в интимную связь со своей землёй, оплодотворял её, как любимую жену, давал ей семя. Вот он, Русский дух, вот семя, на котором всходило воображение русского человека. И мать-земля приносила ему плод - рождала урожай! И вместе с урожаем рождалась сказка.
                  
                                          Сказка о хлебе.

Вышел однажды из лесу голодный волк. Видит: сидит человек на земле и что-то ест. Подошёл к нему волк и спрашивает:
- Что ты ешь, человек?
- Хлеб, - отвечает человек.
- А он вкусный?
- Ещё бы!
- Дай мне попробовать, - просит волк.
Человек дал ему кусок хлеба, и волк попробовал.
- Ничего вкуснее никогда не ел, - восхитился волк, - а где ты этот хлеб берёшь?
И человек рассказал ему, как он пашет землю, сеет зерно, собирает урожай, перемалывает зерно в муку, и, наконец, выпекает хлеб.
- Это для меня трудно, - говорит волк, - лучше я кого-нибудь съем.
- Вот за то, что ты так думаешь, и сотворил тебя Господь волком, а нас людьми, и не жалеем мы сил своих. Потому и кормит нас родная земля. И всегда защитим мы нашу мать-кормилицу от врагов.
Разозлился тогда волк.
- Как посмел ты, человек, оскорблять меня, волка? Я тебя сейчас съем.
Рассмеялся человек, взял волка за шкирку, поднял над своей головой и говорит:
- Ну, съешь, если сможешь!
Испугался тогда волк и заскулил:
- Нет-нет, я передумал тебя есть, человек. Богатырь, ты сильнее меня, потому что хлеб выращиваешь.
Опустил тогда человек волка на землю и говорит:
- Ступай, серый, к своим волчатам! Уже вечереет, а пахота не ждёт.
Убежал волк в лес. И больше никогда не подходил к человеку, и волчатам своим строго-настрого повелел жить с человеком в мире.

   8 сентября 1380 года от Рождества Христова.
На этот раз Русское поле пахнет не хлебом. Дурман  степной травы кружит головы русским воинам, хмельнее вина запах её. Туман над Непрядвой-рекой ещё не рассеялся. Крик лебедей. Битва ещё не началась, а в небе уже кружится, кружится вороньё. Предвкушают мудрые птицы богатый пир. Позади русских полков степенно катит свои величавые  воды древний Батюшка Дон. И мосты сожжены по приказу князя Дмитрия.
А впереди непобедимое монголо-татарское войско Мамая - многочисленные полчища Золотой Орды. Наследники Чингиз-хана. В этот осенний день суждено было родиться Великому подвигу русского народа. И одновременно с ним появилась на свет его сестра-близнец – удивительная сказка. Такие чудеса произошли в этот день, что невозможно было точно сказать, где тут быль, а где вымысел.
   Так или иначе, но в этот день «…всеблагому промыслу Божию угодно было явить спасение Святой Руси...».
Протрубил боевой рог, и грозное татарское войско двинулось вперёд. Князь Дмитрий рванул из ножен меч, указал им на татар.

«Вперёд, братья-русичи!...  В бой за святые Божий церкви, и за веру православную, и за землю святорусскую!». «Тотчас щиты, стоявшие прежде у ног дружинников, взлетели на их плечи, копья, смотревшие до этого вверх, склонились и замерли, выставленные жалами в сторону врага». Взмах меча Князя Дмитрия - и славянские дружины двинулись в бой. Началась ожесточённая сеча. И теснили татары русские полки. И впереди вражеского войска сражался богатырь-татарин, которого «видеть даже страшно было». Звали его Челубей. «Огромный и широкий в плечах, перед всеми доблестью похвалялся, видом
подобен древнему Голиафу: пяти сажен высота его, а плечи - в русскую сажень, а между глазами - локоть целый».   «Идолище!» (На современном языке рост татарина был, если верить легенде, около восьми метров). «И убивал безбожный татарин православных христиан, а ему никто не мог сопротивляться из наших знатных, потому он был великий наездник». И падали русские воины под ударами его меча, как падают колосья пшеницы под ударами косы жнеца. Увидел это Александр Пересвет, чернец, посланный преподобным старцем Сергием. И был он (Пересвет) «…славный богатырь, имел он великую силу и крепость, и превосходил всех своим ростом и дородством, и прекрасно разбирался в военном деле и искусстве». И сказал тогда Александр Пересвет Князю Дмитрию: «… я выступлю против Челубея с оружием. Ведь если я не выступлю против безбожного татарина, то все вы будете от него побеждены». И сел Пересвет на коня своего, и взял в руки копьё огромное, и устремился против безбожного, и все христиане взмолились:  «Царица небесная, помоги рабу божьему Александру, спаси и сохрани его!»
 «И ударились они крепко, так громко и сильно, что земля содрогнулась, и копья их переломались… Ослепительно сверкнула молния, и гром сотряс безоблачное небо. Оба богатыря замертво упали на землю и тут приняли конец; так же и кони их погибли вместе с ними». И укрепил дух Пересвета русских воинов, и повёл их в бой. Удесятерились их силы, и шли они на врага несокрушимой стеной. «Есть упоение в бою…» (А. С. Пушкин) Не устояли татары на поле битвы. Ведь это было Русское поле. И потекла кровь рекою. И стало пахнуть Русское поле кровью. Кровью русской и кровью татарской. И усеялось Русское поле после битвы Великой не хлебными зёрнами, а трупами. А за спинами русских витязей, всего в ста километрах севернее, была Москва. Любая победа и любое поражение России – цена одна – тысячи и тысячи жизней.

   24 июня 1812 года от Рождества Христова. Содрогается Русское поле. Теперь уже под ударами копыт нового Идолища, имя которому – император Наполеон. Снова вторглось в Россию непобедимое войско. Чтобы овладеть Москвой – святыней России, Наполеону нужно было перейти через поле близ села Бородино. Это всего в ста километрах западнее Москвы. Здесь и разыгралось кровопролитнейшее, по признанию Наполеона,  из всех его сражений. Французы проявляли чудеса отваги. Русские стояли насмерть. «Умрём, но не отдадим Москвы!» - таков был девиз русских воинов. Теперь Русское поле пахнет пороховым дымом. «В дыму огонь блестел… И ядрам пролетать мешала гора кровавых тел.» (Михаил Юрьевич Лермонтов). Победа за Наполеоном. Французская армия вступает в Москву. Наполеону казалось, что мечта его сбылась. Древняя русская столица, а значит и вся Россия у его ног. Но что это? Москва безлюдна. Город или пустыня? Никто не встретил победителя. Никто не передал ему ключи от города. Прошло два дня - и в городе начались пожары. Деревянные строения запылали, как костры. Благодаря сильному ветру скоро вся Москва превратилась в море огня. Горел Кремль! Русские собственными руками сжигают свою святыню! Москва занята французами, но царит в ней… Русский дух! Всего два дня, и на месте цветущего города – огромное поле. Русское поле. И пахнет оно дымом пожарища. Мог ли Наполеон отдать приказ на сожжение своего Парижа? В страшном сне ему такое не могло бы присниться. Глупость русских? Конечно, глупость. Ведь он, великий император, уже готов заключить мир с ними.
   Лютый мороз, лютый голод, бегство французов из Москвы. И родилась в эти дни Великая победа России в невиданной доселе Отечественной войне. И, конечно, родилась вместе с ней весёлая сказка «О хитром царе Наполеоне и двенадцати его голодных генералах».   
   
   А чем сейчас пахнет Русское поле, Россия? Что готовит ей Русский дух? Взлёт, падение? Какие чудеса произойдут в России? Какие сказки родятся? Что будет с Россией через десять, двадцать лет? Кто ответит на эти вопросы? Есть ли прорицатель, который благодаря своей мудрости и знаниям проникнет в будущее? Нет, на всей земле такого прорицателя не найти.
   Самый влиятельный и богатый человек России, любимец Петра Первого, светлейший князь Александр Меншиков (1673 – 1729) укрывал свои деньги за границей. На всякий случай. Так было спокойнее, надёжнее. «Бережённого бог бережёт» - говорят русские люди, и самые богатые из них делают сейчас то же самое, что и Меншиков. Казалось бы, такую ненадёжную страну и любить-то нельзя. Оказывается, можно.
«Россия без каждого из нас обойтись может, но никто из нас без нее не может обойтись. Горе тому, кто думает иначе, вдвойне горе тому, кто действительно без нее обходится». (Иван Сергевич Тургенев 1818 -1883). Воистину любят Россияне свою Родину и столетиями доказывали свою любовь делом.
   Вспомним слова Н. Бердяева: «Образ родной земли… образ матери, …образ невесты и жены…». Образ России – это образ женщины? Именно так считал Н. Бердяев. Русская душа по Н. Бердяеву женственна. «Если западный человек живет головой и отвлеченностями, то русский познает истину сердцем…»  Есть «нечто двойственное, капризно-женское» в России и в русской душе – считают многие исследователи. Итак, Россия – это капризная женщина? Можно ли понять с помощью логики, что пожелает капризная женщина, как себя поведёт? И как относиться к ней, любимой? Наверное, прав был русский поэт Федор Иванович Тютчев (1803-1873):

«Умом России не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать -
В Россию можно только верить».,

У лукоморья дуб зеленый;

Златая цепь на дубе том:

И днем и ночью кот ученый

Всё ходит по цепи кругом;

Идет направо - песнь заводит,

Налево - сказку говорит.

Там чудеса: там леший бродит,

Русалка на ветвях сидит;

Там на неведомых дорожках

Следы невиданных зверей;

Избушка там на курьих ножках

Стоит без окон, без дверей;

Там лес и дол видений полны;

Там о заре прихлынут волны

На брег песчаный и пустой,

И тридцать витязей прекрасных

Чредой из вод выходят ясных,

И с ними дядька их морской;

Там королевич мимоходом

Пленяет грозного царя;

Там в облаках перед народом

Через леса, через моря

Колдун несет богатыря;

В темнице там царевна тужит,

А бурый волк ей верно служит;

Там ступа с Бабою Ягой

Идет, бредет сама собой;

Там царь Кащей над златом чахнет;

Там русский дух... там Русью пахнет!

И там я был, и мед я пил,

У моря видел дуб зеленый;

Под ним сидел, и кот ученый

Свои мне сказки говорил.

Одну я помню: сказку эту

Поведаю теперь я свету... 

 

 

 

 

Grün an der Meerbucht ragt die Eiche,

Dran ich die goldene Kette weiß:

Man sagt, ein weiser Kater streiche

So tags als nachts an ihr im Kreis;

Wenn er nach rechts geht, schnurrt er Lieder,

Für links er schöne Märchen hat.

Dort gibt es Wunder immer wieder;

Die Nixen und im Wald den Schratt;

Auf ungebahntem Pfad die Schritte

Von manchem unbekannten Tier;

Auf Hühnerfüßchen eine Hütte

Steht ohne Fenster, ohne Tür;

In Wald und Tälern Geister hausen;

Wenn früh am Tag die Wogen brausen

Ans Ufer, sandig, leer und bleich,

Entsteigen dreißig Kampfgesellen

In langer Reih den klaren Wellen,

Ihr Ohm, der Meergreis, auch zugleich;

Den strengen König kann bezwingen

Ein Prinz dort wie von ungefähr;

In Wolkenhöhen trägt auf Schwingen

Wohl über Wald und über Meer

Den Rittersmann ein Zauberer;

Prinzessin weint im Turm abscheulich,

Doch dient ein brauner Wolf ihr treulich

Den Hexenkessel kann man sehn

Von selber seiner Wege gehn,

Fürst Geizhals überm Golde siechen,

Dort kann man Russlands Steppen riechen!

Dort war auch ich, dort trank ich Met,

Sah grün am Meer die Eiche ragen,

Und mir erzählte manche Sagen

Der weise Kater, wie's so geht.

A.Puschkin Übers. Johannes von Günther