Народное название Фоминой недели слышано впервые в глубоком детстве от любимой бабушки из белорусской глубинки. Когда девчонки  воспротивились неблагозвучному и неодносмысленному «Антипасха» - выплыло из памяти, согрело...

С вечера получила сообщение от знакомого: «В нашем приходе случилось несчастье - погиб четырехлетний...  » - и не смогла уснуть. Когда, наконец, уснула – приснилось, что вижу себя в зеркале совсем седой. Пытаюсь вспомнить, отчего поседела так внезапно – и не могу...

Мучительно много смерти  в этом нынешнем Воскресении. Молодые, прекрасные, полные жизни, - или вовсе младенцы... И еще не отболевшие в душе Япония и минское  метро... Упокой, Господи,  укрепи, Господи....

Любимая Ксюшенька с шестилетним  Тришей были в том электропоезде, что проехал мимо Октябрьской, не открыв дверей. Должны бы в предыдущем, том самом,  ехать, но чудесным образом, как многие и многие...

На  литургии, вопреки всему, просыпается Пасхальная радость, которой  почти отчаялась дождаться за Светлую. Захлестывает, подхватывает, уносит. «Иииже херувииииимы»... Не двигаюсь и почти не дышу, чтобы не спугнуть.

Причастившийся Мишка обвивает ручонками шею: «Мама, я знаю, ты меня очень любишь».

Дома  пахнет свежевыпеченным хлебом и яблочным соком.  Посреди размеренной трапезы  в квартиру  врывается счастливая Аня: «Мама, я в душ, я все успею, не бойся...» Потом топочет по коридору с обмотанной полотенцем головой, собирается.

Выезжаем двумя машинами: нам предстоит возить дорогих гостей.

Странное какое-то состояние.

Давно, уже с полгода... Или больше?...

Когда близкие заметили – отшучивалась: мол, кризис у меня среднего возраста по мужскому  типу. Не состоялась в профессии и всякое такое. Потом подумала: да нет, не то вроде...  а что тогда?..

Не уныние, нет... Но  вот и сейчас...  

Нет той тихой глубинной переполняющей радости, что всегда охватывала на Светлую, нет, как не было никогда. Скорее серьезность... трезвость.  Жесткая, нужно сказать, штука.  Обязывающая. 

Потому и дети на фотографиях такие неулыбчивые. Зеркало, ничего не попишешь.

.

Паки и паки, родные мои, - Христос воскресе !!!

Мы с мужем  вдвоем посреди поста не дома не то, чтобы от хорошей жизни: разболелись оба в феврале-марте так, что впервые за семнадцать лет (с момента Аниного рождения) решились оставить гвардию на няню и бабушек. Впрочем, нам  и вправду хорошо тут: тихо, тепло, курс лечения и вокруг венгерские и немецкие старички и старушки. В отеле уже есть интернет-линия, поэтому каждый вечер выходим в скайп, чтобы виртуально поцеловать родные носы.

Одиннадцатого в начале седьмого смс от Маши: "Метро взорвали". "Аня дома?"-отвечаю невпопад от растерянности. Глупый вопрос: старшенькая раньше восьми не появляется, а вот из мастерской уходит где-то как раз в это время. "Аня звонила", - отвечает.  "Станция Октябрьская."  Вводим  через интернет: "Минск, взрыв, метро, октябрьская".  Первые пять минут выплывают только старые новостные окна по Москве, надеемся уже, что утка, и вдруг...  

Да, Минск, фотографии, на которых из до последней трещины в мраморе изученного за годы студенческие перехода валит дым... Перекрытый проспект, десятки скорых, люди, в замешательстве сидящие на ступенях...  Жертвы есть?..  пока неизвестно... уже  есть... семь... девять человек...   И семьдесят пострадавших... более ста... сто пятьдесят..."

Наутро - смс от Сони: "Автобус 100 взорвали".  "Все, - говорю,- неможу больше, едем домой". "Подожди, - отвечает, - домой успеем". Проверяем, эта новость оказывается уткой. Пишем Соне, мол, не взорвали его, сам загорелся... Смотрим новостную ленту....

Когда узнаешь, что 12 человек погибли, около двухсот пострадали - это еще статистика. Трагедия начинается,  когда читаешь списки. Девочка из Баранович, - как угораздило ее оказаться в это время в этом месте?.. Мальчишка, чуть старше Анны... Чьи-то сыновья, матери, отцы, братья, мужья, любимые...

Медленно начинает доходить, как страшно, что здесь нет надежды ни на чеченский, ни на кавказский след, что это свои же, сволочи, делят власть и денги, пользуясь взрывчаткой как бильярдным кием, чужими слезами и горем как шарами, загоняя их в лунки собственных неутоленных амбиций... 

Да нет же, я не о властях  сейчас... Даже после циничной провокации у Дома Правительства и брутального разгрома оппозиции (простите дорогие россияне, симпатизирующие нашей "крепкой руке"- эта золотая медаль имеет весьма неприглядную вторую сторону), - отдать такой приказ и после явиться на место трагедии с шестилетним сыном для возложения цветов, - нет, это кажется абсолютно невозможным...

Все последующие новости отрадны: и таксисты, бесплатно развозившие людей от места трагедии, и автомобилисты, готовые  взять на борт любого попутчика по линии метро, и счета для помощи пострадавшим, и почти тысяча человек, едва ли не в тот же день пришедших, чтобы сдать свою кровь...

Упокой, Господи, души невинно убиенных, укрепи их близких, исцели болящих, помоги врачам... И дай нам силы оставаться людьми, что бы вокруг нас не происходило.

Р.S. Спасибо всем, кто помнил и молился, спасибо тебе, Анечка, за звонок и за то, что не позволила напрасно волноваться нашим общим знакомым.

.

...можно веки сомкнуть и в себя заглянуть
там темно там тяжёлые лёгкие
как качели скрипят и царапая грудь
где-то сердце скребётся полёвкою

 

Стройка в деревне, смена сезонов, оформление бумаг.  Какое-то невероятное количество должков, долгов и долженствований... И Слава Богу, что пост, - было бы еще больше). Прощевайте, если что-то упустила из виду. Даша, Настя, Оксана, Оля, еще Оля, Юленька, Таня, еще Таня, Лена, еще Лена... Аня, еще Аня, Света, еще Света, Наташа, еще Наташа, Надя, Поленька, Олеся – помню, люблю, молюсь. Радости всем ).

Барышни...

Вернее, не так: для нее это был уже далеко не первый барьер... и вовсе мы его не взяли, а как раз-таки и снесли. Но это частности, главное – справиться со страхом. Потом, когда уже все стало получаться, я увлеклась и угоняла бедную до седьмого пота.

А она меня простила. За то, что дергала ее то влево, то вправо, отправляла в галоп не с той ноги, падала на шею после прыжка. За все. Покорно склонила мокрую выю и смотрела в глаза, пока я неумело снимала с нее уздечку...

Чудо гнедое...

Пост как пост, в общем. Сломаны два компьютера и принтер, сгорела интернет-флешка,  пробито колесо в машине. Болеют четверо  из семерых, и даже попугайчик болеет. Гвоздем в сердце болит Япония. Спаси, сохрани и помилуй нас, Господи...

Мою сегодняшнюю любимцу зовут Богиня. Умная и чуткая, она уже научила меня произвольно переводить ее с шага на галоп и с галопа на рысь;  еще немного - и научит перебирать клавиши и брать барьеры. Маша и Соня тоже задоро галопируют по ливаде, а муж сегодня птицей парил над клавишами ( это ряд невысоких барьеров, кто не в курсе.)  Чувствую, все идет к тому, что будет у нас в деревне свой конный двор...

Четвертый день болею неведомо чем. Влежку. Упрямо и безнадежно. Больше всего похоже на обострение полиартрита, низкое давление, дефицит железа и воспаление хитрости. Могу заставить себя встать только на утреннюю лошадиную тренировку и вечерний покаянный канон... И что с этим делать? )