Николай Дроздов: «Глядя на сцены насилия, люди растят в себе зверя»
Один из самых известных телеведущих советует публике не смотреть теленовости.

Знаменитый телеведущий Николай Дроздов только что вернулся из большого путешествия по зоопаркам Германии, Франции и Швейцарии, а на днях собирается исследовать зоопарки и природные парки Сицилии. В чем видит Николай Николаевич причины столь долгого успеха программы «В мире животных», как удается совместить работу в эфире и преподавание на кафедре биогеографии в МГУ — об этом разговор Дроздова с корреспондентом «Труда».

— Николай Николаевич, многие ваши предки были священниками. Как человеку с такими корнями работается на телевидении, которое принято ругать за бездуховность?

— Да, действительно, все мои родственники по отцу были священниками, двоюродный прадед имел чин митрополита, и меня назвали в честь святого Николая Угодника, но я не стал продолжать династию. Что касается вопроса о том, есть ли духовность на телевидении или ее там нет, придерживаюсь старой истины: главное в телевизоре — это выключатель. Считаю, если смотреть только то, что вас конкретно интересует, то вы сами заметите изменения в лучшую сторону. И ни в коем случае не смотрите новости — это вам совет человека, проработавшего не один десяток лет в этой сфере.

— Ну, а как же узнать, что произошло в мире?

— А вы уверены, что вы это узнаете? К сожалению, новости сегодня превратились в тотальную подачу информации о катастрофах. В них не говорится о реальной жизни страны, о том, что объективно происходит в мире. Журналистам, которые приносят сюжеты о чем-то позитивном, редакторы каналов советуют поискать что-то другое: желательно, чтобы что-то обрушилось, сгорело, погибли люди. Они так и говорят телерепортерам: «Снимите что-нибудь хорошее:" Сам я телевизор не смотрю вообще с 2000 года. Я ученый-биолог и лучше буду читать нужную литературу. Мне надо развиваться, готовиться к лекциям, а что я по телевизору увижу — как львы сражаются за прайд или как крокодил хватает антилопу на водопое? Даже передачи о природе довольно однообразны и посвящены насилию.

— Хорошо, а как же художественное кино? Иногда ведь хочется посмотреть фильм.

— Вот вы хотите посмотреть кино, включаете телевизор, а там идет боевик. Кто-то кого-то убивает, и вы не можете выключить телевизор, застреваете на этой сцене. Переключаете на другой канал, а там то же самое. Зачем вы это смотрите? А потому что с этого очень трудно, как теперь говорят, «соскочить». Сцена убийства теперь — дело совершенно заурядное. Раньше считалось, что такую сцену, даже художественно исполненную, не всякому зрителю рекомендуется смотреть, ведь доступ к телевизору имеют и большое количество людей с неустойчивой психикой. А при современных технологиях можно показать такие детали смерти, что впечатлительный зритель просто сойдет с ума.

— Но принято считать, что человека во все времена привлекали жестокость и насилие.

— Это в природе зверя, но не человека. Я с большим интересом смотрю на таракана, потому что он живой, он произведение природы, и это совершенно не противно. А если его пришлепнуть и из него вывалятся все кишки, то это становится противным. Но люди любят смотреть на вывалившиеся кишки, потому что они растят в себе зверя. Насилие и жестокость в мире животных совершенно естественны: они убивают для того, чтобы есть. Но мы люди, и мы не должны убивать, потому что это не кормит нас. Однако заметьте: все самое ценное, что открыл человек разумный, способствует уничтожению. Мы постоянно совершенствуем орудия убийства. Я хочу сказать, что если мы не прекратим это и не перейдем с уровня человека разумного на уровень человека духовного, то человечество просто погибнет. И реальность этой гибели довольно ясно видна уже сегодня.