я осторожно перебинтовываю руку.Одновременно и больно и обидно,хотя о боль и обида уже постепенно скрываются под полосками самой доброй ткани в мире.Только на белом проступает красное назойливое пятно.Останется ненавистный шрам.Напротив меня сидит Кэтти-Ли и терпеливо пришивает себе голову.Сейчас я испытываю что то вроде очень желчного злорадства.-Мне хочется заплакать,-говорит она.-Правда,не знаю,зачем и как это делается.-На лице куклы могут быть только нарисованные слезы,-отвечаю я.-Но уж если их нарисовать,избавиться потом от них почти невозможно.Разве что сшить новое лицо.Будешь вечной плаксой.-Мне такого даром не надо,-бурчит она и аккуратно,стежок за стежком,шьет дальше,заправляя обратно выбивающиеся куски ваты.-Давай я пришью,-повторяю в который уже за вечер раз.-Как бы не так,подлец!-она грозится бритвой,которой обрезает концы ниток.Я смотрю на перебинтованную руку и понимаю,что второй разлучше не соваться.-Только опять не забудь внутри иголку,мастерица,-цинично-назидательным тоном вставляю я.Зря вы думаете,что внутри у кукол всегда бывает только нежная,мягкая на ощупь вата.Некоторые из них только на вид лапушки-а возьмешь в руки,и забытая внутри иголка вопьется в самое болезненное на ладони место."надо беречь руки,"-справедливо заключаю я и кошусь на лежащий на столе наперсток.У меня уже нет желания спрашивать,почему она пришивает белую шею красными нитками.Кажется,когда хочешь найти что то нужное,оно показывается на глаза только в тот момент,как ему успели найти замену.А Кэтти-Ли даже не тратит время на поиски.У нее не вызывает смущения использовать вещи "вместо".Почему я так боюсь этого слва?Впрочем,красная нитка еще не закончилась,а она уже тянет с катушки зеленую.Может,разные цвета добавляют ей особенной спеси?Надо будет с этим поэкспериментировать.-Только попробуй,-она будто угадывает мои мысли и грозно смотрит нарисованными глазами,ах нет,оговорился:чтобы смотреть грозно,нужны грозные нарисованные брови,а у нее их нет.Остается гнетущее безразличие,которое почище любых придуманных эмоций.-С каждым разом в твоей голове остается все меньше ваты.-Еслибудешь говорить такие вещи,я перережу тебе во сне горло,-шипит она.-А я оторву тебе во сне руки.Посмотрим,чем ты будешь их пришивать обратно.Ее угрозы тут же улетучиваются,она грустно вздыхает и протягивает плаксивым тоном:-Все равно,пришивать приходится гораздо реже,чем зашивать...Зашивают дыры и раны,а пришивают-красивые значки и пуговицы.Особенно по праздникам.-Что поделать,все вещи делятся на необходимые и дотаточные.Ниточка оборвалась,а узелок сделать она не успела.Придется перешивать заново.Мое злорадство сменяется сочувствием.-У нас много пуговиц,маленьких и больших,блестящих и не очень,-замечаю утешительно.-Я еще не нашла свою,собственную.-Хочешь я куплю тебе большой и удобный кукольный домик?-Думаешь так легко отделаться от меня подарками?Не выйдет!все равно не оставлю тебя в покое.-Тогда пришей себе хотя бы сердце.Тебе его не хватает."А я найду плюшевое и кроткое,"-добавляю про себя.-Уже пробовала пришить то,которое забрала у тебя.Но твое сердце оказалось для меня слишком большим,и я выбросила его на улицу.Кажется,его съели собаки.Я знаю,что это правда,и отвечаю только грустным молчанием.Хотя,у меня еще есть красный фломастер.Ярко-красный.Нарисованное сердце бы ей тоже пошло,пускай оно только издалека похоже на настоящее.Надо немного подремать.Интересно,что легче пришивать-голову или пуговицу?Думаю,если голова пустая,то одинаково.А если голова злая,то пуговицу легче.Пока Кэтти-Ли отвлеклась,спрятал бритву подальше и повыше.Мало ли,что она выкинет,когда я буду засыпать.Впрочем,у не есть более верный способ убить меня.Она уже медленно убивает меня...Кто нибудь,пришейте мне назад мое сердце...
