1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.


9.

1.


2.


3.


4.


5.


6.

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.

Вы не сможете допросить ее ни сейчас, ни даже через неделю,- травматолог Корвин Блэк налил воды в пузатый чайник.- Она в коме.
- И долго будет отдыхать?- зло поинтересовался Вестри.- У этой красотки, насколько мне известно, всего лишь раздроблен правый локоть. С фигов ли кома?
- Черепно- мозговая травма,- пояснил врач.- Тяжелая.
- Ясно…- коп, чей вид напугал бы даже чокнутую хакершу из трилогии «Миллениум», встал.- Есть надежда, что эта дамочка придет в себя?
- Сложно сказать,- зевнул врач.- Она может выйти из комы через неделю, месяц или год.
- Про «ответить на вопросы» спрашивать глупо?- Вестри открыл дверь.
- Сложно сказать,- повторил травматолог.- Мозг серьезно пострадал. Я не стану делать никаких прогнозов. Должно пройти немного времени. Мы будем держать вас в курсе.
- Ладно, док,- Вестри вышел в коридор.- Я могу на нее посмотреть? В какой она палате?
- Идемте. Я вас провожу.
Травматолог обрядил «дорогого» гостя в бесформенный голубой балахон, шапочку и маску.
- Обувь и перчатки снимайте. Наденьте,- врач шлепнул на пол… аккуратные белые тапки, украшенные розовыми кроликами.
Идя по длинному коридору, Вестри машинально отметил, что отделение почти заполнено. Пустовали только две палаты- их обитательницы, две престарелые матроны, трагически скончались от передозировки «чудо- пилюль», снижающих вес. В третьей, держа на специальной подставке ноутбук, сидела симпатичная женщина лет двадцати на вид. Увидев Вестри, она погрозила «ужасу Лисбет Саландер» кулаком. Коп показал ей язык и спросил травматолога:
- Долго еще будете ее у себя держать?
- Минимум неделю. Она, в отличие от мужа, не критична к своему состояние. Впрочем, как и все…- врач усмехнулся,- полицейские. Сейчас я ее осмотрю, а вы пока можете пойти к мисс Катарине.
- А дружок ее где? Ну тот, противный такой, который тут всех поучал?
- Ушел, придурок…- не утерпел доктор Блэк.- Отказался от нашей помощи в силу религиозных убеждений и свалил. Впрочем, скатертью дорога. И пусть посмеет заявиться еще раз- вызову тебя, ты его в камеру сунешь.
- Он хоть отказ этот подписал?
- Швырнул мне его в лицо и заявил, что ему религия запрещает писать свое имя на любых бумагах. Дегенерат…
- Забейте, док,- махнул рукой Вестри.- Дайте мне его имя, я с этим умником разберусь.
- Этого идиота зовут Перси Уизли,- врач впустил копа в палату Катарины.
Вестри поправил шапочку и с нехорошей ухмылкой подошел к постели несчастной красавицы.
- Ну что, гадина, сладко тебе?- шепотом спросил коп, склонившись над лицом Катарины.- Ай- ай- ай, как плохо…- глумливо протянул он, глядя в расширенные от ужаса и боли глаза женщины.- Детка, детка, детка… Я тебе еще в день знакомства шею свернул бы, но, на твое несчастье, ты нам нужна живой и способной отвечать на вопросы. Колдовать, правда, ты уже не сможешь, но в Азкабане, радость моя, магия тебе и не понадобится. Если ты, в я очень сомневаюсь, до этого Азкабана доживешь.
Продолжая похабно улыбаться, он сунул руку в карман и вынул нечто, похожее на дирижерскую палочку.
- Одно из преимуществ метаморфа, дорогая Кэт- способность менять внешность безо всяких усилий.
Если бы женщина могла кричать от страха, на ее визги уже сбежалась бы вся клиника. Но Катарина не сумела пошевелить даже кончиками пальцев, не говоря уже о том, чтобы позвать кого- то на помощь.
- Настоящий Перси давным- давно в безопасном месте, милочка,- сообщил Вестри, трансформируя длинные иссиня- черные волосы в мелковьющиеся огненно- рыжие, в то время как глаза из темных стали ярко- голубыми.- Зря ты так пялилась на Билла. Очень зря.
И он приставил «дирижерскую палочку» к правому виску Катарины.
- Ну- ну, детка, не так уж и больно,- оскалился Вестри, убирая странную вещичку в карман.- Или ты предпочла бы Круциатус? Ладно, милочка, можешь не отвечать.
Выйдя из палаты, он в нарушение всех порядков вынул телефон:
- Доброго вечера, отец, я в клинике. Нет, герр доктор думает, что ты не знаешь, и посему будет стращать меня твоим гневом. Я тут красотку нашу обезвредил. Для маглов цыпочка в коме. Да, показал. Она едва не свихнулась от ужаса. Может, ее лучшего того, а? Толку- то от нее будет мало. Ну… Дело твое. Я бы прикончил. С Перси что? Злиться он должен только на себя, кретин безмозглый. Да, конечно. Я тебе сообщу. В школе все тихо?
Ответ его, очевидно, удовлетворил, потому что Вестри нажал красную кнопку, прекращая разговор, и убрал телефон под безобразный балахон.
- Ну что, полюбовался на красоту внеземную?- спросил копа травматолог.- Идемте ко мне.
- До-о-ок…- Вестри скорчил страдальческую мину.- Я домой…
- Идем,- не терпящим возражений тоном повторил врач.- На тебя смотреть страшно.
Вестри с тяжким вздохом поплелся за «Авиценной». Войдя в кабинет, страж порядка рухнул в кресло и плаксиво заныл:
- До-о-ок, я и дома могу…
- Не можешь,- врач взял Вестри за запястье и нащупал пульс.- НЕ МОЖЕШЬ. Будь моя воля, ты бы и сейчас лежал в нашем центре.
Вестри досадливо поморщился:
- Делать мне больше нечего…
- Радуйтесь, что твой отец кое о чем не знает,- доктор протянул ему темно- зеленый пузырек.- Пока не знает. Примите четыре таблетки сейчас и еще столько же утром.
Вестри, скорчив рожицу, выполнил требование эскулапа:
- Довольны?
- Нет. Вам еще далеко до выздоровления.
- Знаю,- теперь физиономия копа приняла покаянное выражение.- Но я не могу сидеть в четырех стенах, не могу-у-у… И пожалуйста, ни слова моим родителям, хорошо?
- Марш домой, и чтоб завтра тебя на службе не видели,- кивнул врач.
- Яволь, герр док!- козырнул средним пальцем Вестри, вылетая из кресла.
Выйдя в вестибюль, он внимательно осмотрелся и тихо ругнулся:
- Опять она здесь…
«Она» была благообразной старушкой, смиренно сидевшей в кресле- каталке. Бабуля мирно читала толстую Библию, делая вид, будто ее не интересует ночная жизнь больницы.
- Дорогая Долорес, кого вы пытаетесь надуть? - пробормотал он, потянув на себя парадную дверь.
Он, разумеется, мог покинуть клинику и через один из запасных выходов, благо их тут имелось пять, но сегодня Вестри хотел отвлечь внимание «дорогой Долорес» на себя. Пускай прокатится, ей полезны… прогулки по достопримечательностям.
И из чистой вредности пошел к метро. Вестри знал, что «милейшая Долорес» панически боится поездов и замкнутого пространства (отец запретил ему трогать «бабулю», но можно же обойтись и без мордобоя).
Как коп и ожидал, Божий одуванчик вполз на перрон вместе с ним. Бабка снова вынула из большой цветастой сумки Библию и сделала вид, будто читает, но Вестри спиной чувствовал ее недобрый взгляд.
- Мои поздравления, Долорес,- хмыкнул он, изучая расписание.- А теперь, дорогуша- тест на выживание.
И под злобный вопль «бабуси» спрыгнул на рельсы. Последний поезд ушел минут пять назад, так что путь был свободен. Пробежав метров двадцать, Вестри оглянулся и скорбно покачал головой- «бабуля» покинула уютное креслице и тяжелым галопом следовала за ним. Как, ну КАК при ее «хрупкой» фигурке и «то-о-оненьких» ножках она умудрялась скакать не хуже боевой лошади?
Впрочем, надолго «бабули» не хватило. На очередном повороте она споткнулась и со всей дури плюхнулась в глубокую грязную лужу. Еще утром Вестри бы от души позлорадствовал, но сейчас у него не было времени.
- Спокойной ночи, дорогая Долорес,- хмыкнул он.
Пьяный божм, лежащий под грудой воняющих рыбой тряпок, вякнул было про пару монет, но просьба застряла у него в горле, когда он увидел, что стоящий перед ним стройный парень… просто растворился в пространстве.
- Тва-а-а-аю…- проквакал несчастный маргинал, кое как вставая на плохо слушавшиеся нижние конечности.- Тва-а-а-а-аю… СПАСИ_И_И_ИТЕ_Е_Е_Е_Е!!!

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.

Намёки всё прозрачнее. Я притворяюсь, будто не понимаю, но давно уже согласна.

На Кинопоиске мой рейтинг благополучно ползет вниз. Потому, что я позволила себе высказать "ФЭ" в адрес фашизма. Оказывается, я тупица, не понимающая разницу между фашизмом Гитлера и фашизмом Муссолини. Тот идиот еще оправдал бы действия фашистов в Хатыни, Орадур - Сюр - Глан, и строительство Освенцима. Воистину, наш мир прогнил. Блять, куда мы катимся?! Слов нет, даже матерных, чтобы высказать моё мнение об этих дебилах. Кстати: у нас в УК РФ предусмотрена статья.

Ладно, хрен с ним, рейтингом комментариев. Как считала любой подвид фашизма преступлением, так и буду считать.

Ё - моё, сегодня по второму кругу навешала новой массажистке. Баба вроде взрослая и вменяемая, а ведет себя хуже умственно отсталой двухлетки. До сих пор удивленно округляет глаза, когда ей говорят, что чужое брать нельзя. Просто потому, что это, блять, чужое. Не твое. Схватила мою ложку, и удивилась, получив по мозгам. И я же в этой ситуации сволочь.

1.


2.


3.

Что за глюки целый день?

Порнушницы, смысла нет добавляться ко мне в ПЧ.

Удалила после оскорблений профиль с Фикбука.

1.


2.


3.


4.

1.


2.


3.


Картинки к новому фику.

1.


2.


3.


4.

Чем можно грохотать по ночам?!

Выпендрёж чистой воды...

Сегодня я эту наглую сволочь поймала с поличным. И ведь хватило бесстыдства сделать круглые глаза! Я с трудом удержалась от мата. Еще чуть - чуть - и уебала бы ее башкой о столешницу, любительницу халявного чая.