До сложения Дмитрием Медведевым президентских полномочий остается около двух недель, и страна уже практически полностью перестроена под следующего главу государства. Один из последних штрихов этой перестройки был нанесен вчера, когда Владимир Путин сообщил, что после инаугурации сложит с себя полномочия лидера «Единой России». На встрече с руководством единороссов и партактивом он предложил внести на должность председателя ЕР кандидатуру Медведева. Как ожидается, смена руководства произойдет во второй половине мая.
Таким образом, национальный лидер переложил бремя ответственности за партию власти, в последнее время изрядно подрастерявшую доверие населения, на плечи младшего партнера по тандему. Избранный президент прекрасно понимает, что на фоне серьезных изменений последнего времени и вступления страны в новый политический цикл устаревшая и плохо поддающаяся реформированию партия власти будет для него скорее обузой, чем опорой.
Окончательный и абсолютно ожидаемый «слив» «Единой России» — не единственное событие вчерашнего дня, свидетельствующее о кардинальной смене политических декораций накануне возвращения Путина в Кремль.
Начальник Генштаба Николай Макаров во вторник в эфире телеканала Russia Today внезапно признал существование ядерной угрозы для России со стороны Ирана и КНДР. «Угроза всегда существует, поэтому мы внимательно отслеживаем развитие ядерного потенциала многих государств. И тот анализ, который мы проводили вместе с американцами, подтверждает, что такая вероятность есть, угроза существует. С тем, что создать противоракетную оборону необходимо, мы согласились», — заявил Макаров.
Напомним, до последнего времени Минобороны отрицало ядерную угрозу со стороны Северной Кореи и Ирана для России, утверждая, что эти страны не обладают достаточным потенциалом для создания ядерного оружия и средств его доставки.
«Многие страны, не заявляющие о наличии ядерного оружия, на самом деле его имеют», — признал вчера руководитель Генштаба, добавив, что для противодействия подобным угрозам Россия готова работать совместно с другими странами.
По сути, Кремль сообщает Западу, и США в частности, что Россия готова признать их ныне действующую военно-политическую доктрину. Это, в свою очередь, не исключает других неожиданных шагов со стороны Москвы, вплоть до изменения позиции по ПРО, остающейся одним из главных препятствий на пути улучшения российско-американских отношений.
Все вместе это может свидетельствовать о том, что высшее российское руководство решило поменять главный внешнеполитический вектор в сторону улучшения отношений с США и Западом. Совершенно очевидно, что подобные инициативы исходят не от практически отстранившегося от внешней политики уходящего президента, а от будущего хозяина Кремля.
С практической стороны этот шаг не сопряжен для России с каким-то политическим ущербом, так как, по сути, речь идет о признании вещей, очевидных не только западным, но и российским стратегам. Единственным неприятным для российских властей моментом в этом случае становятся репутационные издержки внутри страны. Впрочем, в условиях пяти лет, свободных от выборов федерального значения, власть не видит в этом особых угроз.
Возможная реальная, а не мнимая медведевская перезагрузка отношений с США может иметь очень веские причины. В пользу этого свидетельствуют события прошлой недели, позволяющие взглянуть на российско-американские отношения с новой точки зрения. Речь идет о подписании документов о стратегическом сотрудничестве между «Роснефтью» и американской мегакорпорацией ExxonMobil. Президент «Роснефти» Эдуард Худайнатов и глава ExxonMobil Рекс Тиллерсон поставили подписи под соглашением о создании двух совместных операторских компаний для разработки нефтегазовых месторождений в Карском и Черном морях. Подписание документов прошло в Ново-Огареве в присутствии Владимира Путина и вице-премьера Игоря Сечина. Сразу после этого презентация подписанного соглашения прошла в Нью-Йорке, и опять при участии вице-премьера Сечина и главы «Роснефти» Худайнатова.
Согласно подписанным документам, партнеры создадут две совместные компании, в которых доля «Роснефти» составит 66,7%, а ExxonMobil — 33,3%. Главной их целью станет геологоразведка, в которую уже на первом этапе американцы вложат $3,2 миллиарда. В целом инвестиции в проекты «Роснефти» и ExxonMobil на Карском море оцениваются в $200–300 миллиардов. Еще на $50 млрд тянет проект на Черном море, где предполагается начать разработку Туапсинского шельфового участка.
С другой стороны, независимая косвенная дочерняя компания ОАО «НК „Роснефть“ Neftegaz Holding America Limited, зарегистрированная в штате Делавэр, заключила отдельный пакет соглашений о приобретении 30% от доли ExxonMobil в участке Ла Эскалера Дэлавэрского нефтегазоносного бассейна в Западном Техасе (США). Neftegaz Holding America Limited также получает право приобрести 30%-ную долю в 20 принадлежащих Exxon участках в Мексиканском заливе — одном из богатейших нефтегазоносных бассейнов в мире. Участки ExxonMobil находятся в перспективных областях западной части залива.
Владимир Путин выразил удовлетворение подписанными соглашениями. «Я рассчитываю, я надеюсь, я уверен в том, что проект будет масштабным, желаю удачи», — заявил он. «Российские партнеры начинают вместе с вами работать на территории США и Северной Канады. Компания Exxon имеет возможность работать и на севере Российской Федерации, и на юге, и в других регионах, включая шельф», — отметил будущий президент, обращаясь к Рексу Тиллерсону.
Заключенное соглашение выходит далеко за рамки рядовых коммерческих сделок даже между крупнейшими системообразующими корпорациями и носит исключительно политический характер. По сути речь идет об открытии доступа глобальной нефтегазовой компании, находящейся под контролем США, к одной из перспективнейших нефтегазовых кладовых России — арктическому шельфу. По прикидкам экспертов, именно там будет добываться значительная часть мировых энергоносителей на протяжении XXI века. Таким образом, есть основания говорить о том, что ExxonMobil становится партнером России по освоению шельфа на достаточно длительную перспективу.
Стратегически данное решение выглядит абсолютно верным, так как российский ТЭК не обладает необходимыми возможностями для самостоятельного освоения арктических нефтяных полей. Времени на их поиск у него также нет. В случае, если российские нефтяники опоздают с началом освоения шельфа, страна в перспективе реально рискует лишиться лидерства на мировом энергетическом рынке. Именно это, по всей видимости, является главной причиной активного привлечения иностранцев в святая святых российской экономики — ТЭК.
Итак, что могут означать эти три идущие друг за другом события на стыке президентских сроков Медведева и Путина? Ответ на этот вопрос достаточно прост. Единственной основой своего будущего президентства Путин видит дальнейшую эксплуатацию сложившейся в стране экспортно-сырьевой модели. Разговоры о модернизации и инновациях он готов в полном объеме оставить коллеге по тандему. Именно поэтому Путин вынужден допускать иностранные компании к перспективным российским кладовым полезных ископаемых. Что, в свою очередь, невозможно реализовать без определенных шагов в политической сфере. Во внешнеполитическом плане этим может объясняться неожиданное решение Генштаба по ядерным угрозам со стороны Ирана и КНДР, принятое явно в угоду США. Не исключено, что модная в последнее время на всех уровнях антиамериканская риторика начнет постепенно стихать, сохраняясь лишь в формате «для внутреннего применения».
Что касается внутренней политики, будущий президент пытается освободиться от балласта, в разряд которого, похоже, попала и «Единая Россия» в ее нынешнем виде.
Все вместе это может свидетельствовать о том, что Владимир Путин основательно готовится к работе в новых условиях. С момента завершения его второго президентского срока в 2008 г. мир существенно изменился, и во избежание всевозможных неожиданностей предстоит меняться и ему самому.
Источник:
http://news.rambler.ru/13700697/
