Настроение сейчас - настольгическоеБыл 1990. Никто еще не знал, что через какой то год, Советский союз исчезнет навсегда, и появятся … отдельных государств. На дворе стояла осень. Солнце светило по-летнему тепло. Снег так и переливался. Все вокруг предвещало что-то грандиозное! Так и произошло!2 ноября в полдевятого вечера, Коломенский роддом услышал нереальный детский плач! В ..ой палате, на маленьком столе лежал ребенок. Это была девочка. Маленькое создание весом в … килограмм издавало пронзительный крик, как в общем то и все новорожденные. Под правой коленкой виднелось родимое пятнышко. На глазах матери выступили слезы радости. Ребенок родился здоровым, хотя и пришлось делать кесарево сеченье, что- то сначала пошло не так, но в конце концов все закончилось удачно. Акушеры поздравили роженицу с ее новым статусом мамы. Молодой папаша, узнав о рождении дочери, был на седьмом небе от счастья. Видели бы вы его глаза, когда из окна второго этажа выглянула жена с ребенком на руках. После выписки семья поехала в съемную комнату. Это было маленькое помещение с одним окном ,выходящим на старенький дворик Коломны. В комнате стоял диван, укрытый мягким клетчатым пледом, деревянный стол, на котором лежало много всякого барахла. В углу комнаты стоял шкаф. Не смотря на все это, родители были счастливы как никогда. Теперь назревал вопрос: а как назвать ребенка. Папа девочки решил, что она будет Владленой, Владой, на что мама дала отказ. Она предлагала имя Юля. В итоге последнее слова встало за главой семейства и если не Влада, то пусть будет Лера. Так и записали с свидетельстве о рождении: Лисицкая Валерия Игоревна. Родилась 2 ноября 1990 года. Место рождения г. Коломна, Московская область, РСФСР. Отец – Лисицкий Игорь Николаевич, мать – Лисицкая Ирина Владимировна. Национальность – русская. Дата выдачи 12 ноября 1990 год. Так началась история гражданки, на тот момент гражданки СССР, Лисицкой Валерии Игоревной.
Лера росла не по дням, а по часам. Кушала девчушка - будь здоров, поэтому была, как колобок. Вскоре, семья переехала жить к Лериной бабушке, т.е. к папиной маме. Вместе с ними жила и папина сестра. Папа работал на заводе, мама сидела с Лерой дома. Девочка была милым ребенком, послушным. Почти не плакала. Но по ночам все-таки приходилось вскакивать, успокаивать ее, менять пеленки. Прошло несколько месяцев. Лера уже ползала по дому в полосатом комбинезончике, открывая для себя каждый раз что-то новое: то маленький круглый предмет, в последствии это окажется мяч, то 4 ножки и крышу, под которую можно было заползти, спрятавшись от мамы, что потом мама называла столом. Лера любила гулять. Ее одевали в красивое платье, белую панамку, сажали в польскую коляску и выезжали на прогулку. Лера смотрела своими черными глазками на окружающий ее мир, ей хотелось все потрогать, попробовать. Деревья, дома, люди казались такими большими, просто невероятных размеров. Ее хотелось стать такой же большой и сильной. Летели дни, недели, месяцы. 18 августа Лера сделала своему дяде Леши подарок. В его день рождения она пошла. Девочка сделала свои первые шаги. На это было так забавно смотреть. Толстенькая, маленькая девочка ходила по дому, переваливаясь, как утка с ноги на ногу, падала на пол и смеялась так искренне и задорно, что невозможно было не улыбнуться, глядя на это создание. Когда папа приходил с работы, Лера всегда бежала его встречать, папа брал ее на руки и кружил, что приводило ее в дикий восторг. А когда ее спрашивали: «Лер, а где папа был?», в ответ она сжимала кулачки и стучала их друг о друга. Этим она показывала, как папа работает.
16 июля, девочку поехали крестить. Светило летнее солнышко. Небо над церковью было чистое, голубое. Ни одна туча не посмела приблизиться к этому святому месту. Лера шла в церковь сама. как никак ей было уже полтора года. К этому моменту она бегала только так, и конечно уже успела разбить колени, локти, что называется, асфальтовая болезнь не прошла мимо. Собрались бабушки, дедушки, мамин брат Леша и папина сестра Оля. Они то и стали крестными Леры. Когда девочку окунали в святую воду, она плакала. Ей не нравился весь этот процесс. Но зато у нее теперь был свой крестик на серебряной цепочке. Так прошли крестины Леры.
Наступил следующий этап в ее жизни. Лера заговорила. Конечно, примитивные слова, такие как мама, папа, дай, на, Лера говорила до крестин. Но после них Лерка разговорилась. Ее нельзя было остановить. На родителей обрушились тонны вопросов: «А это откуда? А это почему? А это что?». И на все вопросы находились ответы. Лера любила забегать в комнату к крестной Оле и брать у нее всякие вещи. Однажды, в комнату ворвалась Лера, села на диван рядом с Олей. Ее взгляд упал на маленькую коробочку, лежащую на комоде. Естественно, проснулось любопытство.
- Оя, а что это у тебя там лежит, - спросила Лера, указывая на коробочку, розового цвета. Оля посмотрела на комод.
- Это пудра.
- А зачем она?
- Это чтобы щечки были румяные, но тебе это не нужно. Это для взрослых девочек.
Эти слова заинтриговали ребенка. Ей тоже хотелось быть взрослой. Лера поняла, что в мире есть много вещей, которые предназначены для взрослых.
- Оль, а дай мне чуть-чуть попудриться, - сказала Лера с детской наивностью. Глядя на ее миленькое личико, невозможно было отказать. Но Оля решила все-таки попробовать.
- Нет, Лерочка, тебе пока рано. Да и папа твой потом меня будет ругать.
- А я ему ничего не скажу, - прошептала Лера, - ну чуть-чуть, прям капелюшечку. Никто не узнает.
- Ну хорошо, только совсем чуть-чуть, - сдалась Оля.
И Лера с улыбкой побежала к комоду. Взяв пудру и открыв коробочку, она увидела порошочек розового цвета. Лера подошла к зеркалу и стала водить по лицу губкой. Через несколько секунд все руки, волосы и конечно лицо было белого цвета. Увидев это, Оля взяла из рук ребенка пудру. В квартире раздался плачь. Папа встретил в коридоре дочь, всю белую и в слезах. За ней бежала Оля, пытаясь успокоить ее. Папа присел на корточки, обнял Леру и спросил.
- Леруська, что случилось? Кто тебя обидел?
- О..о..о..Оя! – выговорила Лера, захлебываясь в слезах.
- Что она сделала?
- Она не дала мне попудриться! – сказала стоявшая вся в пудре Лера. =)
Вот так она первый раз сдала свою крестную. Во второй раз обошлось без слез, но в финале истории с закладом своей крестной. Дело было так. Все та же комната. Все те же действующие лица. Лера снова приходит к Оле в комнату. И застает ее с бутылкой пива в руках. Не сложно догадаться, что было дальше.
- Оль, дай мне капельку попвобовать, я никому не скажу. Плавда, плавда!!! – сказала Лера.
- Нет, Лер, тебе нельзя пиво.
- Чуть-чуть. Капельку можно.
- Ну ладно, но только капельку и папе ничего не говори, - ответила Оля.
- Хорошо. Никому не скажу. Это будет наш секрет.
Лера взяла бутылку в две руки, поднесла в губам и сделала маленький глоточек. Ее моська состроила такую гримасу, что можно было понять – ей не понравилось. Она отдала бутылку и слезла с дивана. Через несколько секунд Лера была уже на кухне. Папа сидел за столом и ел макароны. Дочка радостно подбежала к нему.
-Папа! Папа! А Оля дала мне пиво попвобовать!!!
Можно догадаться, что Оля потом огребла от папы.
Несмотря на это, Лера старалась помогать родителям, слушалась их. Если Лера играла в своем уголке с игрушками, а родители просили принести им пульт от телевизора, чтобы самим не вставать с дивана, Лера с радостью откладывала все свои дела и бежала за пультом. Глупенькая еще была. Как то раз, мама гладила вещи, а Лера маячила рядом. Хотя ее предупреждали быть аккуратней, но это же дите, чего с него взять. Пошатнув гладильную доску, Лера ощутила на своей ножке утюг. Поднялся крик, еще бы, горячий утюг упал на ногу ребенку. Но все обошлось. Мама успокоила дочку, помазала мазью ожег и вскоре все прошло. На детях все быстро заживает.
Пришло время идти в садик. Он стоял напротив дома, где жила Лера. Двухэтажное здание, огороженное забором, называлось «Гнездышко». Во дворе садика стояли карусели, домики, где играли детишки, песочницы, где стояли куличики, возвышались башенки из песка. Все было для детей. Лера очень любила ездить в садик зимой. На нее одевали шубку, валенки, шапочку. Лера сама брала санки, сажала в них своего любимого Карлсона с кнопкой на животе и пропеллером сзади, и с грохотом, кряхтя, спускалась по лестнице. Ее спрашивали: «Ты куда?», на что Лера отвечала: « Пошла кулема гулять». При входе в садик был спуск, на тот момент Лере он казался таким большим. И ей нравилось, когда зимой, подъезжая к этой горке, мама давала ей в руки веревку от санок и подталкивала их. Они летели вниз. Лера была в восторге.
Когда Лере стукнуло 3 года, семья переехала жить на Горького. Маленький частный дом: на окнах резные наличники, в саду беседка, много яблонь и вишен. На этой улице Лера нашла друзей. Как-то раз, мама отправляется с ней в садик, как всегда Лера в санках и с Карлсоном. По дороге их обгоняют мама с дочкой. Они тоже ехали в садик. Обгоняя, девочка посмотрела на Леру, улыбнулась и сказала маме: « А эта девочка переехала к нам на улицу жить». Так произошло знакомство Лисицкой Леры и Мироновой Дарьи. Как оказалось, они были в одном садике, только в разных группах.