Так долго просили - получайте! Новые главы моей "Матрицы"... Я все еще надеюсь, что труд мой ненапрасен!:evr:
Когда Нео вернулся в Зион, там царил переполох. Люди суетились, куда-то бежали, толкались. Нео прошел несколько метров быстрым шагом, следуя за толпой, но потом все-таки решил узнать, куда она спешит, и поймал одного из бегущих парней:
- Что случилось? Куда все бегут?
- Там… задыхался парень. – Там Матрица и Тринити!
Он указал пальцем в ту сторону, куда спешили жители Зиона, вырвался из рук Нео и побежал дальше. Еще ничего не понимая, избранный снова пошел быстрым шагом. Однако толпа тащила его с невероятной силой, и скоро он оказался в самом начале колонны.
Внезапно перед ним открылось что-то наподобие небольшой арены: люди просто обступили со всех сторон участок пола в большом зале. А в кругу лицом друг к другу стояли Матрица и Тринити. Матрица по обыкновению держала в руках саблю, Тринити вооружилась двумя короткими кинжалами. Нео понял: к тому времени как люди разойдутся по домам, одна из девушек будет мертва.
Он попытался что-то выкрикнуть, но в это самое время Матрица издала истошный крик, достала из-за спины вторую саблю, рассекла обеими воздух; раздался свист остро наточенных клинков; и его голос затерялся в возгласах жителей Зиона.
Матрица бросилась на Тринити, в считанные секунды на лице Нео отразилась вся гамма чувств: вначале невероятное восхищение этой отважности, затем тревога за бывшую возлюбленную, и наконец осознание неизбежности того, что схватка окончится смертью. Смертью Тринити. Сам не зная, почему, за Матрицу Нео не волновался, он был полностью уверен в ее уникальности и непобедимости.
Внезапно избранный осознал, что все это происходит из-за него, и ему стало не по себе.
- Смотри, малец, что твои девочки из-за тебя устроили! – раздался голос слева от Нео.
Избранный скосил глаза и увидел веселого, слегка подвыпившего старичка. В следующий момент Нео лишился чувств.
Очнулся он оттого, что его лба коснулось что-то холодное и мокрое. Нео приоткрыл веки и увидел перед собой лицо Матрицы, которая охлаждала его лоб полотенцем, смоченным водой. Сначала он не мог ничего вспомнить, но через некоторое время перед глазами отчетливо всплыла картинка: Матрица и Тринити стоят лицом друг к другу: Матрица - с тонкими, прохладно-блестящими саблями, Тринити – с короткими кинжалами в руках, обтянутых в блестящие черные перчатки из тонкой кожи. Нео вспомнил победный клич Матрицы, то, как она бросилась на Тринити, и… И больше он ничего не помнил. Видимо, потерял сознание.
Избранный резко сел на кровати, мокрое полотенце упало с лица на колени, Матрица невольно одернула руку.
- Ты жива? – спросил Нео.
- Как видишь… - только и успела промолвить Матрица, но избранный тут же оборвал ее.
- Как Тринити? Что с ней? – выкрикнул он.
- Ты все о ней… - Матрица была явно разочарована. – Твоя Тринити – трусиха! Не успела я кинуться на нее, чтобы одна из нас погибла в честном бою, она метнула свои кинжалы в меня. По-моему, абсолютно безрассудный поступок! Из-за нее, если бы я увернулась, могли погибнуть люди, стоявшие сзади меня…
- Безрассудный поступок – стоять, обступив место боя, - Нео задумался. – Так что, ты приняла кинжалы на себя?! – он осмотрел Матрицу с ног до головы: ран не было.
- Зачем же? Я просто побросала сабли в воздух, поймала кинжалы, а через секунду в руках оказались и сабли – по два клинка в каждой руке. А твоя Тринити решила, что в такой малопривлекательной для нее ситуации, лучше побыстрее смыться…
Избранному не понравилось определение «твоя», которое Матрица постоянно использовала в разговоре о Тринити, но по этому поводу решил пока промолчать, у него имелись более интересующие его вопросы:
- По два клинка? Это как?
- Ну, - начала Матрица. – это совсем легкий вопрос! Смотри!
Девушка разжала пальцы на обеих руках, поднесла их ближе к глазам Нео и продемонстрировала ему небольшие мозоли между указательными и средними, средними и безымянными пальцами на каждой руке.
- Вот в этих местах, - поясняла Матрица. – я и зажимаю рукояти орудий. Любое холодное оружие.
- Этому тоже сама научилась?
- Да, - довольно ответила избранная.
- Так что с Тринити? – внезапно пришел в себя Нео.
- Ничего. Она убежала и теперь где-то прячется… По мне так лучше умереть в честном бою, чем скрываться от осуждающих взглядов.
Избранный задумался. Он не понимал бывшую возлюбленную. Раньше она была так храбра и отчаянна, а теперь прячется…
- Мне надо идти, - сообщил он Матрице. Не дожидаясь ответа, он встал, преодолел легкое головокружение и вышел из комнаты.
Нео шел по длинному коридору и размышлял о том, где может прятаться Тринити. Отовсюду на него смотрели взгляды жителей Зиона, так и укоряющие языком подвыпившего старичка, которого избранный обнаружил в толпе зевак, решивших посмотреть схватку: «Эх, малец! Не уберег ты своих девочек, не уберег!»
За всеми раздумьями Нео не заметил, как ноги принесли его в корабль. Он вошел, поздоровался с оператором и, громко вздохнув, уселся в свободное кресло, стоявшее перед приборной доской. По экрану сверху вниз текли зеленые знаки.
- Читаешь код? – поинтересовался избранный.
Оператор усмехнулся:
- Я всегда его читаю! Кстати, там Тринити… И Матрица… - он указал большим пальцем за спину, туда, где находился главный отсек с креслами, соединяющими с Матрицей. – Они в программе…
- Что? – не понял Нео.
- Тринити и Матрица… Они вошли в Матрицу.
Избранный несколько секунд озадаченно смотрел на откинувшихся в креслах девушек, потом отлепил от неба присохший язык и приказал:
- Соединяй меня! Отправь меня туда, куда отправились они!
У Нео не было сомнений, что Матрица и Тринити находятся в одном и том же месте Матрицы. Он резко встал, вбежал в главный отсек, прошел мимо кресел, в которых сидели девушки, сам сел в кресло и вставил в шею электрод – соединился с программой.
В лицо ударил холодный ветер. Избранный открыл глаза и посмотрел по сторонам. Похоже, он на крыше какого-то небоскреба… Но где Матрица и Тринити? Несколько минут Нео стоял, безрезультатно озираясь. Ветер сушил глаза, развевал полы длинного черного плаща. На плоскую крышу слетались вОроны. Солнце давно скрылось за серыми облаками.
Внезапно воздух разрезал леденящий душу крик: «Не-е-ет!»
Избранный бросился на этот звук, завернул за выступающую над крышей шахту лифта и увидел… Матрицу. Только Матрицу.
- Где Тринити? – с явной тревогой в голосе поинтересовался Нео.
Матрица осела на корточки, обхватила руками перила, ограждающие крышу дома, и тихо ответила:
- Она прыгнула. Я не смогла ее спасти. Я не смогла ее остановить. Не смогла…
Девушка вцепилась зубами в железный парапет, сильно сжала кулаки, крепко сомкнула веки и изо всех сил старалась не расплакаться. Плакать бесполезно. Это она знала с детства. Если бесполезно – значит, не нужно. А в данном случае просто нельзя.
- Тринити… - избранный собрал все оставшиеся силы, чтобы спросить, – покончила с собой?
Его голос дожал, он растерянно смотрел на мир глазами потерявшегося в лесу ребенка. Матрица не ответила. Она еще сильнее стиснула зубы, но по щеке скатилась тоненькая струйка. Нео молча подошел к девушке, сел сзади нее, обнял за талию и уткнулся носом в шею, закрыв глаза. Матрица всхлипнула:
- Я не смогла…
Избранный почувствовал, как ее бьет сильная дрожь. Вдруг слезы хлынули из ее глаз, девушка всхлипывала и тряслась, а Нео только сильнее сжал веки. На его лице отразились все горечь и страдание, которые он сейчас испытывал.
- Я во всем виновата! – твердила Матрица.
- Нет, - произнес Нео. – не ты толкнула ее к обрыву…
- Я не смогла ее спасти. Мне нельзя возвращаться в Зион. Там все будут меня винить…
- Успокойся, успокойся, пожалуйста, - Нео сильнее стиснул руки на талии Матрицы. – Она сама сделала этот выбор. Только зачем?
Две фигуры, облаченные в черное сидели на крыше небоскреба. Их окутывала завеса грусти и скорби. Сильный ветер трепал их волосы, глаза обоих стали влажными от слез. А на крышу слетались черные вОроны…
Forge, может, этого не поймешь... Я писала действительно то, что мне сердце шептало.
