ВЫВОДЫ
Заключенные в данном отчете выводы могут быть обобщены следующим образом:
- Условия жизни как для армянского, так и для азербайджанского населения в Нагорном Карабахе вызывают тревогу. Азербайджанские власти сохраняют экономическую и социальную блокаду армянских граждан, даже ведут войну против них, с целью изгнания их с этой территории, т. к. армянские жители не признают власти Азербайждана над Нагорным Карабахом.
- В феврале 1988 г. в Сумгаите, в ноябре 1988 г. - в Гяндже, в январе 1990 г. - в Баку, армянские общины подверглись погромам. Свыше ста армян были убиты в этих городах при ужасных обстоятельствах. Нет сомнений в том, что эти погромы, по крайней мере частично, были организованы, и точно так же нет сомнений в том, что они не могли бы быть организованы без участия местных властей и КГБ. Во всех этих случаях местная милиция и имеющиеся в распоряжении Советские войска вмешались только после нескольких дней бездействия. Судебная проверка погромов была в высшей степени неудовлетворительной. Требуется значительное число расследований, но их качество - сомнительно. Была осуждена лишь группа непосредственных участников преступлений, в то время как возможная ответственность КГБ и функционеров Коммунистической партии была проигнорирована.
- Четыреста тысяч армян бежали из Азербайджана в 1988, 1989 и 1990 г. г., т. к. погромы и отказ властей от попыток защитить их сделали невозможным их пребывание в Азербайджане. Им не было дано никакой компенсации. Правительство Азербайджана не приложило никаких усилий, чтобы обеспечить возращение армян.
- Став жертвой возрастающей дискриминации и преследований, 167 тысяч азербайджанцев спешно покинули Армению в ноябре-декабре 1988 г. вследствие обоснованных опасений, что их положение не может не ухудшиться. Во время их бегства десятки азербайджанцев были убиты армянами. Лишенные своего имущества, 63 азербайджанца не выжили во время перехода через горы в очень холодную погоду. И хотя правительство Армении предприняло значительные попытки предоставить беженцам компенсацию за их потерянное имущество, это не во всех случаях было удовлетворительным. Армянские власти подтверждают только 23 случая убийств во время бегства азербайджанцев. Азербайджанцы утверждают, что было 123 случая.
- Как армянское, так и азербайджанское население Нагорного Карабаха является жертвой терроризма. Происходят нападения на транспорт, убийства водителей, убивают пастухов и угоняется скот, берутся заложники. Уже с 1988 г. азербайджанские власти умышленно воздерживались от защиты армянских деревень, атакуемых вооруженными группами. Они не предприняли никаких мер против разрастания этих групп и таким образом спровоцировали создание подобных же армянских формирований, что подтолкнуло эскалацию использования оружия. Вследствие своей тенденциозной пассивности, власти сделали невозможным восстановление закона и порядка в Нагорном Карабахе.
- В течение последних четырех лет на приграничных территориях республик было зафиксировано множество актов терроризма и бандитизма, повлекших за собой убийства многих людей и хищения крупного рогатого скота и овец. Лишь немногие из них были расследованы.
- После В. П. Поляничко, второго секретаря Коммунистической Партии Азербайджана, взявшего на себя руководство Нагорным Карабахом, с 28 ноября 1989 г. регион находится в состоянии чрезвычайного положения, при котором перестали соблюдаться гражданские права. Была введена строгая цензура, регион фактически подчинялся военной власти, армяне больше не были представлены в администрации. Основным намерением было изменение демографии в пользу азербайджанцев.
- В то время, как Нагорный Карабах подвергался террористическим ударам со стороны обеих общин, к суду привлекались только армяне. В 1990-1991 г. г. войска ОМОН-а и МВД совершили серии ничем не вызванных нападаний на граждан, нанеся ранения и убив множество невинных людей, преимущественно армянского происхождения. Ни один солдат не был осужден военным трибуналом. Военные и гражданские власти Азербайджана способствовали этим акциям своим бездействием и своей ярко выраженной антиармянской позицией.
- Поддерживаемые частями 23 дивизии 4-ой Армии СССР, войска ОМОН-а атаковали восемь армянских деревень в районах Ханлар и Шаумян и депортировали население четырех из этих деревень в мае-июле 1991 г. Эти четыре деревни были заселены затем азербайджанцами. Местные отряды самообороны безуспешно пытались отразить нападания. После захвата деревень солдаты ОМОН-а убили свыше 40 граждан, избили остальных, разграбили дома и сожгли некоторые из них. И не было принято никаких мер против этих солдат и их командования. Наоборот, азербайджанское правительство отрицает некоторые преступления и оправдывает другие тем, что армяне этих сел желали присоединить эти районы к Нагорному Карабаху, а также присутсвием вооруженных "террористов" в деревнях.
- В мае 1990 г. тысячи жителей 23 армянских деревень Гадрутского района и Бердадзорского округа были насильно выселены из своих домов солдатами МВД и ОМОН-а. Есть попытки заселить эти покинутые деревни азербайджанцами, но армянские вооруженные группы нерегулярно атакуют эти деревни.
- В мае 1991 г. Советские войска атаковали Армению, убив 24 армянских милиционеров и пограничников. 11 пограничников были перемещены в Лачин, а позже - в Шуши. Они подвергались жестоким пыткам и сексуальным надругательствам.
- В мае 1991 г. 423 армянина Нагорного Карабаха были арестованы во время массовых облав. Они были помещены в государственную тюрьму в г. Шуши, где их подвергали пыткам и бесчеловечному обращению, с целью получения их подписей под сфабрикованными признаниями. В январе 1992 г. 180 армян еще содержались в тюрьмах в условиях, нарушающих международно признанные нормы.
- После депортации, 47 жителей Геташена и Мартунашена были заключены в тюрьму в Гяндже в течение нескольких недель без какого-либо расследования. Они подвергались ежедневным пыткам.
- Средства массовой информации в обеих республиках использовались для пропаганды узких национальных интересов и не прилагали никаких усилий для того, чтобы объяснить чувства и мнения другой стороны.
- Начиная с ноября 1991 г., особенно после ухода войск МВД в декабре, сражения в Нагорном Карабахе драматически усилились. Многие армянские деревни и город Степанакерт ежедневно атакуются пулеметами, артиллерией и ракетным огнем. Армянское население организовало координированную оборону и недавно усовершенствовало свое вооружение.
- Ни одна из сторон не различает более вооруженных и невооруженных противников. Каждый день есть жертвы среди гражданского населения. Азербайджан создает регулярную армию с явной целью - изгнать всех армян из Нагорного Карабаха и остановить любые попытки со стороны Республики Армения предотвратить это.
Международные обязательства Азербайджана и Армении
Обе республики признают свои обязательства по международным обязательствам Советского Союза.
Азербайджан нарушил следующие положения признанного СССР Международного Пакта о гражданских и политических правах и Дополнительному Протоколу к нему: Ст. 6: Право на жизнь; Ст. 7: Свобода от пыток, жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинства обращения и наказаний; Ст.. 9: Свобода от произвольных арестов и содержания под стражей; Ст.. 14: Право на рассмотрение дела в установленном судебном порядке; Ст. 15: Свобода слова.
Кроме того, Азербайджан нарушил следующие положения Всеобщей Декларации Прав Человека:Ст. 9: Свобода от произвольного выселения; Ст. 13: Свобода передвижения и выбора места жительства; Ст. 17: Право на собственность.
Армения нарушила следующие положения Всеобщей Декларации Прав Человека:п. 9: Свобода от произвольного выселения; п.13: Свобода передвижения и выбора места жительства; п. 17: Право на собственность.
Рекомендации
Для того, чтобы воссоздать мирные взаимоотношения между азербайджанским и армянским населением Нагорного Карабаха, Ханларского и Шаумянского районов, мы могли бы рекомендовать следующее:
1) Создание комиссии, при содействии международного сообщества, для изучения взаимных претензий, с тем, чтобы предложить посредничество и наблюдение над восстановлением закона и порядка в Нагорном Карабахе. Комиссия положит начало основанному на следующих принципах межобщинному диалогу:
- запрещение использования силы для разрешения территориальных споров;
- уважение языковых, религиозных и культурных прав меньшинств;
- уважение прав человека и содействие их соблюдению;
- уважение исторического и конституционного статуса как армян, так и азербайджанцев Нагорного Карабаха.
2) Прекращение экономической, социальной и политической блокады армянского населения Нагорного Карабаха.
3) Прекращение чрезвычайного положения в Нагорном Карабахе и восстановление всех человеческих прав.
4) Вывод всех регулярных вооруженных формирований из Ханларского, Шаумянского районов и Нагорного Карабаха и разоружение всех нерегулярных военизированных групп и их замена на набираемые из местных жителей полицейские силы и нейтральные военные силы;
провал соглашения, заключенного в Железноводске, и тревога, которую вызывают военные образования, делают необходимым развертывание деятельности международных миротворческих сил.
5) Расследование всех случаев грабежей и убийств, которые произошли в Нагорном Карабахе в течение последних четырех лет и осуждение преступников.
6) Расследование всех случаев убийств, которые произошли в приграничных районах Армении и Азербайджана в течение последних четырех лет и осуждение преступников.
7) Расследование всех обвинений в убийствах, пытках, воровстве, шантаже, поджогах и изнасилованиях, которые были совершены отрядами Советской Армии, МВД и ОМОН-а и частными лицами в Нагорном Карабахе, Ханларском, Шаумяновском районах, Гяндже, и осуждение преступников.
8) Пересмотр компенсации азербайджанским беженцам из Армении.
9) Надлежащая компенсация армянским беженцам из Азербайджана;
10) Повторное расследование случаев убийств и дурного обращения с азербайджанцами в Армении в 1988 г. и прояснение разногласий относительно числа убитых людей (134 против 23).
11) Возврат всех домов и земель в Ханларском, Шаумяновском районе и Нагорном Карабахе их полноправным владельцам с соответсвующей защитой и помощью в преодолении последствий разрушений, грабежа с целью восстановления жизнеспособного экономического существования.
12) Освобождение всех заложников.
13) Полная защита законных прав всех пленников и доступ к ним независимых и правительственных организаций по правам человека.
7. СОВМЕСТНЫЙ ОТЧЕТ МИССИИ ФОНДА САХАРОВА И МЕЖДУНАРОДНОЙ ХРИСТИАНСКОЙ СОЛИДАРНСТИ
Последней правозащитной организацией, посетившей Нагорный Карабах в рамках рассматриваемого периода и одновременно первой делегацией, прибывшей в регион непосредственно после юридического распада СССР (3 - 10 января 1992 года), была совместная делегация Международной Христианской Солидарности и Фонда Андрея Сахарова (баронесса Кэролайн Кокс, Джон Эйбнер, Феликс Корли, Александр Голдин). Начало января - пожалуй, тяжелейший период для населения Нагорного Карабаха. Само пребывание в регионе было сопряжено со значительной опасностью для жизни. Так, делегация несколько раз находилась под ракетным обстрелом. К этому следует добавить, что въезд в Карабах был сопряжен со значительными трудностями, почему и в этот период это практически единственное сообщение независимых наблюдателей о ситуации. (Так, вертолет, везший делегацию, из-за опасности обстрела был вынужден совершить посадку на шоссе за 80 км от Степанакерта, и члены делегации добирались до города на тракторе и трайлере). Свидетельства делегации, обобщенные в ее докладе, - уникальный материал, весьма многое объясняющий о причинах дальнейшего развития событий. Не воспроизводя всего доклада, приведем его основные положения.
Представленная делегацией общая оценка ситуации такова:
"Мы были потрясены ухудшением ситуации - уровень военной агрессии стал угрожающим. Степанакерт был серьезно разрушен в результате обстрелов, большую часть времени здесь нет электричества, воды, хлеба. Город и деревни во всем регионе подвергаются постоянному обстрелу, высок уровень смертных случаев. Население спит в плохо вентилируемых, холодных подвалах. Особую озабоченность вызывает положение в больницах. Поскольку родильное отделение было поражено прямым попаданием перед Новым годом, пациентов располагают в подвальных коридорах, где велик риск, особенно для младенцев, переохлаждения. Школы закрыты, и дети из-за частых обстрелов большую часть дня проводят в подвалах. Деревья в городе срублены на дрова.
Из многих деревнях скот ранее был угнан, там нет молока и очень мало запасов продуктов - во многих местах на день-два.
Эскалация конфликта последовала после вывода войск МВД СССР по приказу президента Ельцина. Вооруженные силы Азербайджана возросли и в настоящее время окружают Степанакерт, а также массированно концентрируются по всей зоне. Такова реальность, и мы считаем, что реалистична тревога относительно угрожающей опасности нападения Азербайджана и, учитывая дисбаланс в вооружении и количестве людей, это может стать катастрофой, приведя к геноциду армянского населения.
Поэтому мы уверены, что необходима срочная помощь осажденному населению, равно как укрепление сил обороны.
Если помощь не поспеет достаточно быстро, мы опасаемся, что народ Карабаха будет не в состоянии выжить. Хотя они переносят непомерные лишения и опасности с исключительной стойкостью духа, однако существует реальный риск, что у них не окажется даже необходимого для выживания минимума, и они будут уничтожены или изгнаны из своих домов. "
На основании собранного материала делегация представила соответствующие выводы и рекомендации:
ВЫВОДЫ. Мы не в состоянии выразить, насколько сильна наша глубокая озабоченность сложившимся в Карабахе отчаянным положением. Люди живут в условиях, которые становятся невыносимыми. Растет количество смертей; крайне неадекватно медицинское обслуживание, острая нехватка продуктов и детского питания, отсутствие тепла, воды и топлива, непрестанный холод, частые обстрелы, разрушенные школы и заводы, поджог ферм, посевов, угон скота, - все это вместе приводит к тому, что способность сопротивляемости достигла предела. Только исключительная сила духа и храбрость народа позволяет ему противостоять жестокой продуманной осаде.
Азербайджанские силы вокруг и внутри Нагорного Карабаха сосредоточены для всеохватывающего наступления и усиливают политику медленного удушения. Вывод президентом Ельциным ускоренно сокращаемого советского военного персонала (1200 чел.) сделал народ Карабаха еще более уязвимым. Армянские силы, хотя они намного малочисленные, чем азербайджанские, организованы и вдохновлены решимостью защищать свои семьи и дома. Народ Нагорного Карабаха взывает к международному сообществу с просьбой о помощи предотвратить еще один геноцид.
РЕКОМЕНДАЦИИ
1. Срочная гуманитарная помощь - в особенности медицинские средства, детское питание, теплая одежда;
2. Правительства и гуманитарные организации должны установить мониторинг над ухудшением ситуации в Карабахе и соответствующим образом реагировать на это;
3. Президенты четырех республик (Россия, Казахстан, Армения и Азербайджан), 23. 09. 1991 г. подписавшие Железноводское Коммюнике, обязаны гарантировать выполнение соглашений. Сильное давление должно быть оказано на любую сторону, которая отказывается от выполнения принятых обязательств, включая следующие: а) немедленное прекращение огня; б) немедленное прекращение атак Азербейджана на армянское гражданское население; в) все заложники и военнопленные должны быть освобождены, их обмен и освобождение должно быть проведено под наблюдением независимых органов; г) должна быть немедленно восстановлена нормальная транспортная связь между Арменией и Карабахом. Должен быть открыт для гражданских рейсов Степанакертский аэропорт. Шоссейный коридор между Арменией и Карабахом, как предусмотрено соглашением, должен положить конец блокаде Карабаха; д) нормальное снабжение газом, водой и электричеством должно быть восстановлено во всем Карабахе; е) должна быть восстановлена нормальная телефонная и почтовая связь между Карабахом и миром.
4. Должен быть установлен свободный доступ в тюрьмы для правительственных и независимых правозащитных организаций.
5. Наблюдатели иностранных государств или же от международно признанных неправительственных организаций должны быть посланы в Карабах для наблюдения за ситуацией, они должны пользоваться правом беспрепятственного передвижения и повсеместной инспекции.
6. Относительно стороны, нарушающей Железноводское Коммюнике, следует воздержаться от международного признания и применить к ней экономические санкции.
7. Серьезный дисбаланс сил между азербайджанской и армянской сторонами должен быть срочно выправлен, чтобы обеспечить безопасность местного населения.
8. Бывшие Советские войска в Карабахе должны оставаться по просьбе сторон для предотвращения неспровоцированных нападений и чтобы помочь исправлению существующего дисбаланса между силами.
9. Референдум 10 декабря и парламентские выборы 28 декабря должны быть признаны международным сообществом как отражение воли народа Карабаха.
10. Международное сообщество всеми необходимыми средствами должно приступить к действиям по снятию блокады и доставке необходимой помощи, чтолбы предотвратить медленное удушение анклава и возможное азербайджанское наступление на армянское население Карабаха.
3. ОБРАЗОВАНИЕ НАГОРНО-КАРАБАХСКОЙ РЕСПУЛИКИ В СВЕТЕ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА СССР
Образование Нагорно-Карабахской Республики и процесс ее международного признания обычно рассматривается как проявление политической воли. Однако какими бы сложностями ни сопровождался этот процесс, определяющими в конечном итоге должны стать правовые аспекты. Прежде всего, должны быть учтены те особенности конституционного права СССР, которые стали основой для международного признания бывших союзных республик в качестве независимых государств. В первую очередь, это закрепленное в Конституции СССР основанное на принципе самоопределения право союзной республики на отделение от СССР (статья 72 ). К сожалению, многие авторитетные специалисты допускают ошибку и сводят конституционное право к Конституции СССР, забывая о раскрывающих правовые механизмы реализации конституционных прав законах СССР. В частности, куда менее известно то, что раскрывающий правовые механизмы конституционного права самоопределения, вплоть до отделения, Закон СССР от 3 апреля 1991 г. "О порядке решения вопросов,связанных с выходом союзной республики из СССР" предоставлял право на самоопределение не только для союзных республик, но и, при определенных условиях, автономиям и компактно проживающим этническим группам. В международных организациях утвердился следующий подход: в качестве независимых государств признаются те субъекты бывших федераций (СССР, СФРЮ, Чехословакия), относительно которых конституциями этих государств было предусмотрено право их выхода. Поэтому должны быть признаны союзные республики, но невозможно признание бывших автономий. Многие авторитетные политики и дипломаты используют этот довод против признания НКР, сознательно или бессознательно игнорируя существовавшие конституционные механизмы бывшего СССР: ведь именно союзное законодательство предусматривало право самоопределения не только для Азербайджана, но и для НКР. НКАО явилась единственной на территории бывшего Союза автономией, которая в сложных условиях осени 1991 г. полностью использовало свои предусмотренные законодательством права и возможности, в отличие, кстати, от большинства союзных республик, которые вначале заявили о своей независимости и только затем провели требуемый законодательством референдум.
Согласно статье 3 вышеупомянутого закона," в союзной республике, имеющей в своем составе автономные республики, автономные области и автономные округа, референдум проводится отдельно по каждой автономии. За народами автономных республик и автономных образований сохраняется право на самостоятельное решение вопроса о пребывании в Союзе ССР или в выходящей союзной республике, а также на постановку вопроса о своем государственно-правовом статусе. В союзной республике, на территории которой имеются места компактного проживания национальных групп, составляющих большинство населения данной местности, при определении итогов референдума результаты голосования по этим местностям учитываются отдельно".
Наличие такой нормы логично и вытекает из глубинных характеристик союзного государства, хотя бы в декларативной форме определявших национально-государственное устройство СССР. Исходя из того, что СССР - это союз народов, а автономия есть форма самоопределения (теоретики рассматривают это как форму внутреннего самоопределения), очевидно, что право одного народа на самоопределение не должно лишать подобного же права другой, меньший по численности народ. Поэтому те соглашения между конституентами государства, которые были актуальны при его образовании, должны были быть пересмотрены при отделении более крупной национально-государственной единицы, причем пересмотрены самими народами.
Шагом вперед применительно к конституционно закрепленному национально-государственному и национально-территориальному устройству СССР было и признание особых прав не имеющих форм автономии народов. Именно существовавшее в СССР разграничение народов на имевшие формы государственности и лишенные их было одним из наиболее уязвимых мест государственного устройства СССР, и оно частично было преодолено в вышеупомянутом законе.
Приведенная норма отражает и тот фундаментальный подход, согласно которому носителем суверенитета не может считаться какая-либо привилегированная часть государства, пусть даже большинство населения, носителем суверенитета и субъектами суверенных прав являются все конституенты государства, в том числе автономии и национальные меньшинства, вплоть до отдельной суверенной личности.
Здесь я сознательно не затрагиваю то, насколько законным было включение НКАО в состав Азербайджанской ССР, а также вынесение из ее состава Шаумяновского и Ханларского районов, не касаюсь коллизий между правами союзной республики и правами автономий, выявившихся в 1988-1991 г.г., а также ряда других тесно связанных с рассматриваемой проблем. Все это существенно, но если международное сообщество в лице авторитетных организаций заявляет о готовности признать те субъекты бывших федераций, которые выделились в соответствии с конституционным правом данного государства, если, определяя границы между отделившимися субъектами и признавая их в качестве международных, оно основывается на внутреннем законодательстве бывших федераций, если единственной правовой основой для включения Нагорного Карабаха в состав Азербайджана является Конституция СССР, то настоятельной необходимостью является рассмотрение правового статуса НКР именно в этих рамках, отвлекаясь от всех других. Если международное сообщество считает необходимым решать вопросы не на основе политических принципов, а на уважении правовых норм, в том числе и Конституции СССР, то принимая этот подход, следует принять и вытекающие из него следствия.
В соответствии с союзным законодательством правом инициативы относительно вопросов своего статуса наделялись союзные республики, автономии могли поднимать аналогичные вопросы только во вторую очередь (в противном случае поднятые ими вопросы требовали согласия союзной республики). Не вдаваясь в обсуждение дискриминационности подобного подхода, заметим, что право народа НКАО на самоопределение признавалось решающим фактором только при условии поднятия Азербайджаном вопроса о его выходе из СССР. Но события развивались именно в этом направлении. 30 августа 1991 г. Верховный Совет Азербайджана принимает Декларацию о восстановлении государственной независимости Азербайджанской республики. Независимость Азербайджана была провозглашена не на основе референдума, как этого требовало союзное законодательство, а решением высшего органа государственной власти республики, в котором, кстати, не были представлены ни представители НКАО, ни других населенных армянами районов Нагорного Карабаха (Президиум Верховного Совета Азербайджана, опасаясь бойкота, отменил проведение республиканских выборов на этой территории). В этих условиях полностью адекватным и соответствующим духу союзного законодательства шагом стало проведение 2 сентября 1991 г. совместной сессии народных депутатов НКАО и Шаумяновского райсовета с участием депутатов всех уровней, то есть территорий, где должен был быть проведен отдельный референдум (или же результаты республиканского должны были быть учтены отдельно). Решение азербайджанского парламента лишало население этих территорий права на прямое волеизъвление, но высшие и местные представительные органы власти НКАО и Шаумяновского района в соответствии с их конституционными полномочиями были вправе выразить волю избравшего их населения.
Совместная сессия приняла Декларацию О провозглашении Нагорно-Карабахской Республики. В ней, упоминая о международных документах, закрепляющих право народов на самоопределение, а также о порождающей конфликт проводимой Азербайджаном политике апартеида, тем не менее в качестве главной правовой основы были приняты нормы союзного законодательства. Совместная сессия "констатируя провозглашение Азербайджанской республикой " восстановления государственной независимости 1918 - 1920 г.г." и "основываясь на действующей Конституции и законах Союза ССР, предоставляющих народам автономных образований и компактно проживающим национальным группам право на самостоятельное решение вопроса о своем государственно-правовом статусе в случае выхода союзной республики из СССР" провозглашает Нагорно-Карабахскую Республику".
Провозглашение республики юридически было оформлено как реализация возможностей, предоставляемых союзным конституционным правом и вместе с тем как промежуточное решение, поскольку окончательное решение должен был дать референдум. Поэтому в Декларации нет однозначного определения статуса НКР - из трех предоставленных законом возможностей ( пребывание в составе выходящей республики, пребывание в СССР, постановка вопроса о политико-правовом статусе), "принимая во внимание сложность и противоречивость обстановки в стране, неопределенность судьбы будущего Союза, союзных структур власти и управления", сессия принимает промежуточное решение - подтверждается, что на территории НКР действуют Конституция и законы СССР и тем самым НКР продолжает оставаться союзной территорией, вместе с тем НКР "оставляет за собой право самостоятельно определять свой государственно-правовой статус на основе политических консультаций с руководством страны и республик".
Такая формулировка оставляла возможности для диалога со всеми заинтересованными сторонами, прежде всего, с новопровозглашенной независимой Азербайджанской Республикой. К сожалению, незамедлительно последовавший ответ азербайджанского руководства был выдержан в худших традициях тотальной конфронтации. В принятом 3 сентября Постановлении Президиума ВС Азербайджанской Республики "Об антиконституционной акции утратившего полномочия Совета народных депутатов НКАО по изменению статуса НКАО Азербайджанской Республики" вместо консультаций предлагалось решить все вопросы, дав соответствующие поручения "МВД, КГБ, Генеральному Прокурору Азербайджанской Республики и Республиканскому оргкомитету по НКАО".
Оставляя в стороне удручающий политический язык Постановления и провокационные "неточности" (вместо НКР говорится о "так называемой Нагорно-Карабахской армянской республике"), заметим, что в нем отсутствуют хоть какие-либо ссылки на союзные законы и Конституцию, а "антиконституционность акции" обосновывается ссылками исключительно на внутреннее законодательство Азербайджана, в том числе и на только что принятую Декларацию о восстановление государственной независимости. Очевидно, что, взяв курс на государственную независимость, азербайджанское руководство стремилось обезопасить себя от предусмотренных союзным законодательством возможных проблем, связанных с волеизъявлением народов автономий, а также компактно проживающих национальных групп ( не только армян, но и к этому времени уже заявивших о себе лезгин, а также курдов, талышей и др.). Однако подобный отказ от союзного законодательства приводил к правовому тупику. Возникали новые проблемы. Сознательно выбрав в качестве основного принципа "восстановления независимости 1918-1920 г." и тем самым отказываясь от политико-правового режима СССР, Азербайджан отказывался и от тех правовых актов, на которых мог бы обосновываться его суверенитет над Нахичеванью и Нагорным Карабахом. Азербайджан в границах 1918-1920 г.г. не включал Нахичевани (она была передана под его протекторат российско-турецким договором 1921г.) и Нагорного Карабаха, который в эти годы был, при наиболее благоприятном для азербайджанской стороны подходе, лишь спорной территорией, окончательный статус которой должен был быть определен на так и не состоявшейся мирной конференции.
Так что выбранный Азербайджаном курс вовсе не снимал проблемы, а лишь углублял ее и стал дополнительным основанием для аннулирования суверенитета Азербайджана над Нагорным Карабахом. Руководство Азербайджана, оказавшись так и не в состоянии решить проблем, связанных с правовым статусом автономии, выбрало, как ему, видимо, тогда казалось, простейший путь - ликвидировать автономию. Нет автономии - нет проблем, в том числе и правовых. Поэтому новые конституционные акты Азербайджана вступают в еще более глубокое противоречие с существовавшим правовым режимом. Принятый 18 октября Конституционный акт о государственной независимости Азербайджанской Республики продолжает идеи принятой ранее Декларации и в еще более решительной форме закрепляет отказ от союзного наследия. Образование Азербайджанской ССР рассматривается как результат осуществленной РСФСР вооруженной агрессии, аннексии и оккупации. Договор об образовании СССР 1922 г. объявляется аннексионистским и "недействительным с момента подписания в части, относящейся к Азербайджану". Подтверждается, что "Азербайджанская Республика является преемницей существовавшей с 28 мая 1918 г. по 28 апреля 1920 Азербайджанской республики". Таким образом, весь период с 29 апреля 1920 г. по 30 августа 1991 г. объявляется недействительным, из чего должно следовать, что все акты относительно НКАО и прилегающих к нему армянонаселенных районов также недействительны.
Законодатель, правда, попытался обойти это противоречие, оговорив в ст. 4 выборочную (см. ниже) действительность юридических актов Аsзербайджанской Республики, принятых до независимости, однако это не могло относиться к регулируемому союзным конституционным правом статусу автономий и их праву на самостоятельное определение своего статуса в случае выхода союзной республики из СССР. "Недействительность" союзных актов, по мнению законодателя, видимо, относилась не к передаче Нагорного Карабаха Азербайджану, а только к форме его национально-государственного устройства - автономии. И в соответствии с этой логикой 23 ноября 1991 г. принимается Закон Азербайджанской Республики "Об упразднении Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской Республики", в котором создание автономии квалифицируется как "фактор, противоречащий национальным интересам азербайджанского народа и способствующий углублению национальной розни между азербайджанским и армянским народами". Между тем, решение об автономии Нагорного Карабаха принималось не азербайджанскими властями, а было тем условием, при котором решением пленума Кавбюро ЦК РКП(б) 5 июля 1921 г. Нагорный Карабах передавался Азербайджану ("...Нагорный Карабах оставить в пределах Азербайджанской ССР, предоставив ему широкую областную автономию с административным центром в гор. Шуше, входящем в состав автономной области"). Более того, сама ст. 4 Конституционного акта, на которую ссылался законодатель в Законе об упразднении НКАО, ввиду противоречивости преследуемых законодателем политических целей, не только не решала правовых вопросов, но и сама явилась источником противоречий. В первой и второй частях статьи говорится, что Конституция Азербайджанской Республики1978 г. и все прежние юридические акты действуют постольку, поскольку не противоречат данному Конституционному акту, суверенитету и территориальной целостности и не отменены в установленном законом порядке. В третьей части утверждается, что " впредь до принятия соответствующих законов Азербайджанской Республики на территории Азербайджанской Республики сохраняют юридическую силу законы СССР, перечень которых устанавливается парламентом Азербайджанской Республики". Такой перечень так и не был установлен. Поэтому, среди прочего, оказывается неясным, на основании каких законов СССР было реализовано право Азербайджана на независимую государственность, признавались они действительными или нет. И хотя разбирательство столь запутанной ситуации может послужить любопытным и поучительным упражнением для правоведов, во всех случаях она уже не могла иметь отношение к проблеме Нагорного Карабаха: Конституционный акт был принят 16 октября, а совместная сессия депутатов НКАО и Шаумяновского района состоялась 2 сентября, то есть в момент, когда ни один из союзных законов не был хотя бы в одностороннем порядке объявлен недействительным.
Таким образом, пытаясь обойти связанные с союзным законодательством проблемы, азербайджанский законодатель не только не решил их, но и создал дополнительную правовую базу для аннулирования тех актов, которыми определялся суверенитет Азербайджана над Нагорным Карабахом. Это, во-первых, восстановление государственной независимости 1918-1920 г.г. и объявление себя преемником существовавшего в эти годы государства, в состав которого не входил Нагорный Карабах; во-вторых, это признание недействительным Союзного договора 1922 г. в части, относящейся к Азербайджану,что,помимо прочего, влекло и его отказ от закрепляющей Нагорный Карабах в составе Азербайджана Конституции СССР; в третьих, упразднение автономии Нагорного Карабаха, т.е. отказ от условий, при которых он был передан Азербайджану.
Такие односторонние акты давали основание НКАО считать прежние договорные отношения расторгнутыми. Поскольку же НКР являлась в это время союзной территорией, тогда как Азербайджан провозгласил себя независимым государством, то его акты не могли иметь силы на территории НКР. НКР продолжила тот политический курс, который был намечен в сентябрьской Декларации о провозглашении НКР. Реализуя свое предусмотренное Законом о порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР, право на самостоятельное проведение референдума и постановку вопроса о своем государственно-правовом статусе, Верховный Совет НКР принимает решение о проведении референдума со следующим вопросом: "Согласны ли вы, чтобы провозглашенная Нагорно-Карабахская Республика была независимым государством, самостоятельно определяющим формы сотрудничества с другими государствами и сообществами". На состоявшемся 10 декабря референдуме из 132328 имеющих право голоса приняло участие в голосовании 108736 человек (82,2%), "за"проголосовало 108615 человек (99,89 % от голосовавших), "против" - 24 (0,02%),96 бюллетеней были признаны недействительными. Результаты референдума, проведенного в соответствии с международными и союзными нормами, были подтверждены независимыми международными наблюдателями. Важно подчеркнуть, что референдум предшествовал Декларации Верховного Совета СССР "О прекращении существования СССР", т.е. в момент референдума продолжали существовать как СССР, так и его законы, основываясь на которых и был проведен референдум, изменивший политико-правовой статус НКР: из союзной территории она стала независимым государством. Таким образом, в момент юридического распада СССР НКР не была "ничейной" территорией, а являлась самоопределившимся государством. Формулировка вынесенного на референдум вопроса не исключала возможности договорных отношений с другими государствами, так и сообществами государств, что дало основание руководству НКР сразу же после провозглашения СНГ обратиться с заявлением о членстве. Сформированный в результате состоявшихся 29 декабря 1991 г.выборов Верховный Совет НКР принятой Декларацией о государственной независимости НКР законодательно закрепил как результаты референдума, так и последовательности правовых актов, реализовавших право народа Нагорного Карабаха на самостоятельное определение своего политического статуса. Эти акты соответствовали принципам как международного, так и внутрисоюзного права, причем не противоречили и актам Азербайджанской Республики, поскольку ею в одностороннем порядке была признана недействительной та правовая основа, на которой основывались претензии Азербайджана на суверенитет над Нагорным Карабахом. Попытки произвольно лишить народ Нагорного Карабаха права на самоопределение (зарезервивировав для него уровень прав, предусмотренных для национальных меньшинств) безосновательны: сам факт существования автономии свидетельствует о том, что народ Нагорного Карабаха был признан, в том числе и Азербайджаном, субъектом самоопределения, и именно ему принадлежит право определять форму своего самоопределения - внутреннюю или внешнюю ( напомним, что автономию принято считать формой внутреннего, а независимое государство - внешнего самоопределения). Другое дело, что в двадцатых годах внешними силами - Кавбюро ЦК РКП (б) - народ Нагорного Карабаха был произвольно лишен права самостоятельного выбора, но никак не правосубъектности. ( Напомню, что первоначально, 4 июля Кавбюро приняло решения и о включении Нагорного Карабаха в состав Армении, и о проведении в Нагорном Карабахе плебисцита, и на следующий день оба были отменены).
Оценивая политику НКР с сентября 1991 г. по январь 1992, следует отметить, что в условиях сложнейших и противоречивых политических процессов народ и политические лидеры НКР сумели всякий раз найти наиболее адекватное решение, оперативно, но и не забегая вперед точно реагируя на процессы,происходящие в СССР и Азербайджане. НКАО и Шаумяновский район оказались единственной в СССР автономией и территорией компактного проживания национальных групп, которые сумели воспользоваться возможностями, предоставляемыми союзным конституционным правом, и создали прочную правовую основу для новообразованного государства. И если в политическом плане возможны аналогии между НКР и другими автономиями бывшего СССР, то в правовом отношении ситуация с НКР уникальна, и решение этой проблемы требует исключительно лишь уважения к признанным правовам принципам. В частности, признания всех тех единиц, которые оформились как независимые государства в соответствии с внутренним законодательством распавшейся федерации (это нашло отражение в принятых Верховным Советам Армении поправках при ратификации Соглашении о создании СНГ, где было оговорено право на членство в СНГ "в том числе и для бывших автономных образований СССР, которые до принятия Декларации Верховного Совета СССР "О прекращении существования СССР" провели всенародный референдум о провозглашении независимости".)
К пятнадцати бывшим союзным республикам должен быть присовокуплен и рассмотренный уникальный случай. Заметим, что гибкая формулировка вопроса референдума оставляет открытыми возможности для диалога со всеми заинтересованными сторонами - при условии, что формы возможных договорных отношений должны не навязываться, а самостоятельно определяться народом Карабаха.
Ресурс:
http://www.armenianhouse.org/zolyan/nf-ru/karabakh/appendix.html
