Непослушные локоны неба,
Опалённые крылья Икара,
Тишина от стона до вздоха,
Возбуждающий голос гитары.
Где-то встречаются люди,
Жмутся телами адски.
Кто-то устал от жизни,
Мокрые щурит глазки.
В бесприкословном мире
Кто-то сейчас родился.
Я же, не зная горя,
Смертно от счастья напился.
Помнится было тоскливо,
Сердце всё медленней билось.
Но я нежданно подумал:
Что-то сейчас изменилось.
Мышка попалась в лапы,
Волки загрызли Зайцев...
В мире всё как и должно быть
С темя до кончиков пальцев.

17.04.08.

Часы, минуты, годы, расстоянья...
Какая мыть, какое баловство!
Нам незачем придумывать родство,
Когда мы не подверглись увяданью.
Одна любовь на столько вер, надежд...
Неприхотливо время нарастает,
Придёт тот миг, когда и нас не станет,
Когда не нужно будет всех одежд.
Пройдёт восторг от жизни и от гор,
Уйдут печали,страх, мечты,
И в памяти останешься лишь ты,
Останется твой гордый строгий взор.
Не стоит отдаваться по чуть-чуть,
Отдайся мне, как огтдаёшся снам,
Скажи хоть раз друзьям не "мне", а "нам"..
Надеюсь я, ты верить не забудь.

27.04.08.

Приезжай, я хочу рассказать тебе!
Приезжай, я не в силах больше ждать.
От видений до страха один шаг,
Появляйся скорей,мы хотели сбежать!
Меня мысли клонят в вечный сон...
Приходи, Родная, развей тоску.
Я схожу с ума, чую, быть беде,
Приставляю уже свою боль к виску.
Прилетай, мои сны заросли мхом,
Как из века в век, я тускнею за день.
Посмотри на меня, я совсем плох...
Одолел труд и добила лень.
Я готова ждать, я готова быть,
Но незнаю как и не знаю кем.
Я совсем сдал, я совсем скис.
Из депрессий своих я создал горем.
Уж закат поблёк, как закат моей
Исступлённой вконец стальной души.
Не забудь, милая, облик мой
И мечтам далёким письма пиши.

Май 2008.

Любимая, не думай обо мне,
Останься непокорной и счастливой
В моёй душе надломленной, спесивой,
В моём, как солнце, вечном сне.
Забудь моих имён произнесённый,
Как ветер, выдох быстрый ледяной,
Как страсти стон, бездумный и слепой.
Я промолчу, тобою озарённый.
Цени лишь счастье нашего молчанья,
Которое имело место быть,
Которое мне в жизни не забыть...
Любимая, я гасну от отчаянья.

август 2008

Не откликайся на мой зов,
Не выноси моих затмений
От боли, до чужих нетлений,
От страха, до моих оков.
Забудь тупой любовный трепет,
Прокравшийся сквозь чернь души.
Ты все попытки удуши
Продолжить этот детский лепет.
Дорога в пыльных облаках,
Дорога, полная видений,
С земли крысячьих донесений,
Из края в розовых очках.
Не сильно умная, наверно,
И не ценитель красоты,
Покину Божие труды,
Так сотворённые неверно.
Забудь моё лицо и голос,
Останусь нежностью в тебе.
Я убегаю по тропе
Тоскливо вечных чёрных полос.

15.04.08.

Сколько ненужных фраз, сколько излишних движений.
Мысли совсем не от Бога, тело не Афродиты.
Крик, неизданный в горле,каменное отражение,
Болью глаза полны, всё равно, хоть и закрыты.
Школьные годы в бутылке, юность проходит в гневе...
Что же со мной будет дальше, думать не буду, пугает.
Как неохотно верю: будет лучше в припеве...
Мне открывается больше, будто я вновь рождаюсь.
Не отпускай мою руку, мне всё страшнее мыслить,
Сны заросли чернью, утро вечно туманно.
Совесть грустить не устала, льются моря никотина.
Ты появлялась так долго и осталась нежданно.

12.04.08.

А ты знаешь, что, когда Солнце заходит за горизонт, оно попадает в страну Аида? Они пьют виски, курят кубинские сигары и говорят о вечном... это длиться... сейчас уже и не припомню точно, но что-то около вечности. Они грустят по своим любимым. Солнце по шлюхе-Луне, что променяла его на прекрасную и недосягаемую Землю, а Аид по Земле, что не терпит его горячего дыхания. А потом, когда Солнце возвращеется, пьяное от слёз и боли, оно приносит нам новую порцию страсти и передаёт привет от Бога мёртвых - больное воображение.
Ты знала об этом?

Когда-то я была в начале пути. Арес создал меня и бросил в самое пекло мира на произвол людей. После падения я, облизав ссадину на коленке, встала и пошла вперёд. Всё было, как в тумане, моё тело перестало чувствовать лёгкость, которую забрало земное притяжение. Мой разум потерял чувство бесконечности. Я бежала по огромному полю из дикорастущей конопли, собирая на своё тело пыльцу, радуясь приятному солнечному запаху, своей безмятежной агрессии и жажде людских страданий, которое дал мне мой Бог. Я упала в сладкую траву, не думая, что что-то может быть слаще...
Ты нашла меня спащей, нежащейся в снах, в которых я отрезала мужчинам языки и половые органы, и насилую щенщин, кричащих от боли и удовольствия. Твой ласковый взгляд обнажил мои мысли... руки заставили забыть моё предназначение, голос заполнил внутреннюю пустоту, твоё тело... оно так сладко, так терпко! Ты показала мне то, от чего я не смогла отказаться. То, от чего люди теряют разум. То, от чего я потеряла сознание... осознание моей врождённой жестокости. Ты заставила меня полюбить... и ушла.
Ты ушла, моя Афродита. Моя...

О, мой Бог! Арес, зачем ты отдал меня на растерзание Её волкам? Твоя воинственность - ничто, по сравнению с Её больной любовью...

Ты ушла. Я не смогла вздохнуть, когда ветер унёс твой аромат с моего тела. Мне не за чем больше было дышать. Опротивел чистый воздух. Я легла на траву, закрыла глаза. Так я видела твой образ. Там, за гранью чего-то большего, откуда меня выбросили, можно было найти тебя, я это знала... а сейчас я вконце пути. Моё предназначение не было оправдано. Но я ни о чём не жалею. Лишь один твой взгляд теплее Солнца. И ради этого стоило жить...

Однажды моя мама забила себе в уши пробки. И с тех пор больше не вытаскивала их. Я просил её попробовать, но она меня не слушала. Я расхаживал по дому, рассуждая о сложности жизни, о злых воспитателях в дет. саду, кормящих манкой, о своём вертолётике без одной лопасти, но она не обращала на внимания.
Я чуть-чуть подрос и нацепил на себя очки, чтобы видеть кошек на мусорках, в которых я стреляю из пистолетиков. Однажды мама притащила в дом кошку без одного глаза и я, не долго думая, выстрелил ей во второй глаз, потому что было обидно, что у меня плохое зрение, а она, хоть одним глазом, но видит. Мама увидела это и ударила меня. Я зарыдал и стал кричать, что она несправедливо поступила со мной, что я несчастный, а кошка была счастливой. Но она не услышала.
Я подрос ещё немного. Мои скулы ощетинились, ладони очерствели. Я стал прекрасным стрелком. И однажды, когда я увидел маму, постаревшую, с трясущимися руками, я взял гвозди и продырявил свою душу, которая вытекла в мгновение. Я возненавидел маму. А когда она не смогла встать с постели, я попытался заткнуть свою душу пробками, как в своё время мама сделала с ушами, но у меня ничего не получилось. Пробки проваливались в пустоту. И тогда я взял плоскогубцы и вытащил из её ушей то, что мешало ей слышать меня все эти годы. Она не кричала. Наверно, ей было не больно.
А когда мамин измученный взгляд уставился на меня и замер, я понял, что глух к ней был я. Мне стало жалко маму, ведь сердце у меня ещё было целым. Я взял свой пистолет и выбил собственные пробки из ушей. И мама меня услышала.

10 ноября 2009 года.

Когда бы нас связала кровь, а не порыв отчаяния
И было бы хоть что-то за твоим окном,
Я б не искала ниточки в прощании
И не хотела б забываться пьяным сном.
Когда бы я звалась Юноной, ты Авосем,
Нам не пришлось бы плыть в один причал.
И даже если мы у капитана спросим,
Он также б нам правдиво отвечал.
Когда бы мы себя ценили выше
И пахли розами, и пели, как Пиаф,
Мы б не спустились в столь дряную нишу
И были бы как яркий, крепкий сплав.
Когда ж мы обе соло... ты со скрипкой,
А я со скрипом ветра в головах,
Мы были вместе лигшь мечтою зыбкой,
А поразнь лишь пеною в словах.

23 октября 2009 года.

Не встречай меня взглядом печальным,
Не хочу я тобой гореть.
Я готова под пледом сальным спать,
Но не с тобой сидеть.
Не выдумывай разные шутки
И работы себе не ищи.
Я готова трястись в маршруткке
И хлебать вечные кислые щи.
Не жалей моих перепонок,
Не приду, сколь ты не зови.
Я готова, чтоб мой ребёнок
Умер в голоде, но в любви.

29 октября 2009 года.

Я презираю свой зрачёк,
Который видел столько ласки,
Что мне презрителен итог,
Где он бежит вон без опаски.
Я презираю день и час,
Когда моё запястье взвыло
От той иглы, которой в нас
Открыло то, что разделило.
Я презираю грудь свою,
Которая трепалась в страсти,
Которая не в том строю,
Чтоб быть в Её хоть, но во власти.
Я, презирающая мир,
Узрею в камне столько силы,
что он мне будет как эфир
Иль вместо петельки и мыла.
Я, презирающая сон,
Презренна перед всем не мнимым.
Но я всхожу на чей-то трон,
Ведома ангелом безкрылым.

28 октября 2009 года.

Старое время, где твоё место на полке,
С банкой окурков и долгими вечерами?
Твой камуфляж и смерть твоя под огнями
Старой заброшеной барахолки
Очень кричит о том, что тебе здесь не место.
Так уходи, убегай, моё старое время,
Пусть я ещё не зарыла всё твоё бремя,
Но я уж стала для нового мира невеста.

октябрь 2009.

- Давай улетим с тобой на Север,
Где ветры рычат и поют медведи,
Где будут пингвины наши соседи,
Где нет войны, где не сыщешь клевер!
- Зачем, Дорогая, ты Солнцем там станешь,
Хоть мы убежим от жары и зноя.
Ты будешь палить, надо мною стоя,
Стремиться обратно не перестанешь.
- Давай убежим на Запад Дикий,
Где стонут пустыни, табуны летают,
Где люди о ранчо своём мечтают,
Где властвует всем койот безликий!
- Зачем, Моя Радость, я знаю койота,
Мы с ним добычу не раз делили,
Только мы там по теченью плыли,
А ты захочешь выращивать соты.
- Ну ладно, давай на Юг умчимся
Под небом арабским на сонных верблюдах...
Мы будем спать на песчаных грудах,
Только давай с родными простимся...
- Зачем... ты меня на верблюдах встретишь,
Обед в паранже приготовишь, может,
Но, знаешь, что меня действительно гложет,
Что ты сама мечтам не веришь.

октябрь 2009.

Шёл первый в году прошлогодний снег,
Минуемый ветром и градом.
Ладони горели, душа обожглась
Кипящим лесным парадов.
Нежнейший шёлк промокшей листвы
Манил у двери хаты.
Открытая дверь визжала в сердцах
И выбежал кот усатый.
Он кротко взглянул на снег и ночь,
Блестящую лунной гайкой.
И с кротостью той же позвал меня в дом
С милой, красивой хозяйкой.
Я мог бы представить, что он не один
И я ему слишком не нужен.
Но дом свечами, вином манил,
А я был немного простужен.
Испуганный жизнью и ветром гоним,
Мой разум настаивал: «Кайся!».
Мой разум орал: «Беги скорей!».
А сердце шептало: «Останься…».
Я всё таки сделал желанный вдох
И вышел из дома, мечтая.
Но я по оплошности душу забыл,
У лапок кота застывая.

21 августа 2007 года.

Просто задуй свечу,
Она всё равно догорает.
День себя ждать не заставит.
Прости, что я не молчу.
Брось ты, оставь дела,
Теперь нам ночь не к спеху.
Выпей со мной ради смеха,
Вспомним, как я врала.
Спой мне, сыграй, шутки ради,
Хоть никогда и не пела.
Стоны – плёвое дело.
Спой лучше мне на закате.
Видишь, не так это просто –
Быть дураком на дне.
Я не вернусь к войне
Из-за запойного роста.

2007 год.

В горле что-то застряло нескладное.
Пальцы обритые впились в ладони.
Что-то мешает оставить заботы,
Рост лишь мешает кататься на пони.
Тело расслаблено, всеми забытое,
Руки ласкают кожу свою же.
Сказано слово, заботой укрытое,
Тут же забота растоптана в луже.
Что-то мешало моим вдохновениям
Долгое время – нежное, скромное.
Сейчас всё кажется мне сновидением –
Зимняя сказка, как небо огромная.
Лунная ночь незаслуженно больно
Режет глаза пропитой романтичностью.
Тёмные окна напротив бессонницы
Меня поражают своей безличностью.
Вызов чувствам я сделала, гордая,
Но потерялась в своей безнадежности.
Было б неплохо выпить снотворного
Или чего побыстрее – от нежности.

2006г

Ты – поэма любви,
Ты написана Богом:
Несусветной нежностью томной зари.
Ни печаль, ни покой,
Ни сознание страха
Не собьёт меня с мысли: «Боже твори!
Если ты в столь нежданном
Для множества месте
Создал сладость бессмыслия – тягу к любви,
Не заставь умереть,
Не поведав поэму,
Что прекрасна во мне, Боже в рай не зови!
Те глаза, что являются
Смыслом всей страсти
Неземной и земной, Боже, ты покажи
Наравне с той улыбкой
Всех ласк, всех несчастий,
Всех побед и тревог, Боже, ты опиши!
Всю печаль её хрупкой
Души неприступной
Ты излей на любовь в её мудром пути.
Ты отдай ей всю милость,
Весь свет, всё безумье,
Чтоб смогла не смотреть на своё «позади» ».
Ты всегда была мыслью,
Ты всегда будешь песней,
Прозвучавшей в груди тонкой сладостью снов,
Что дарила ты мне
Две прекрасных недели,
Что мне снились под крылышком твоих чутких слов

2006 год

Ты для меня море звёзд,
Ты - моя нежная бестия!
Дьявол, ты ею не грезь!
Умру, не отдам за бессмертие!
Ты не затравишь мечтой
Душу её невинную!
Бессилен ты, ты – немой…
Жалко судьбу незавидную.
Я загрызу за неё.
Дьявол, ты мне не помеха!
В клочья тебя разорву…
Хотя, убивать не к спеху.
Она для меня – ночь.
Ночь – забытое детство.
Дьявол, ты мог бы помочь
Достать против жизни средство.

2006г.

Я не стала лучше от этих слов,
Я тускнела в своих глазах.
Кто-то мёдом пропел бы про любовь,
Я же грубой душой в словах.
Люди помнят навечно забытые дни,
Я пишу до уколов в сердца.
Я нужна тебе долгой дорогой в ночь,
Я нужна только ниже лица.
Ты б растаяла в пылких словах до зори?
Ты б растаяла в грубых молчаньях?
Я могу тебе помолчать о любви,
Как на наших последних свиданьях.
Запах роз занимательно часто болит.
И луна восхитительно быстра.
Твоя грудь обожаема, а то что внутри –
Беспристрастная пустая канистра.

Март 2006.