Однажды, ужиная на столе осталось один кусочек рыбы, который ни кто не решался взять. Она предложила его сначала мне, но я вежливо отказался. Пройдя по кругу с предложением, она опять обратилась ко мне. Что бы ни доставлять ей не удобства, я, смотря ей в глаза, все же согласился.
Через неделю или две всё это кончилось. Как-то в один прекрасный день она заявила: «Поскорее бы меня сняли с вашей группы». На эти слова в моих глазах появилось непонимание и грусть. Я не мог осуждать её за эти слова, хоть они болью врезались в моё сердце. Промелькнула даже мысль: « Неужели мы так ей надоели?» Через два дня её слова сбылись. Я опять только и мог видеть её в первую смену. Провожал как всегда после работы. Целый месяц мне не хватало второй смены.
Прошел месяц, и опять по воле случая её поставили к нам на группу. Был уже апрель. Я опять, как и в феврале был рядом с ней.
Как-то на одном домашнем задании задали выучить стих Пушкина «Я помню чудное мгновенье». Я учил его ходя по коридору, т. к. она ходила не только в наш 14 кабинет, но и в 12. Подойдя ко мне, когда я учил, она сказала: «Пойдем, погуляем. На улице мне стих и расскажешь». Я не мог не согласиться. Мы вышли на улицу. Я смог повторить несколько раз про себя стих, что бы его лучше запомнить. «Ну, давай, начинай». Волновался я не на шутку. Ещё бы ведь, в первый раз читал ей стих, пусть даже не свой, но все же. Так же мне мешал сосредоточиться свой стих, который лез в голову. («Полюбил тебя в начале сентября») Прочитав 3 четверостишия, я забыл стих, но она мне помогла. Закончила я выразительно, не торопясь. Она меня похвалила.
Потом, она рассказала про то, как она сама учила стихи Пушкина в школе. Вспомнила так же случай, когда один молодой человек на уроке читал стих и смотрел при этом ей прямо в глаза. Он любил её. После урока все девчонки заглядывала ей в глаза. Она этот эпизод показала прямо на мне. Я, не ожидав от неё такого, что её лицо окажется так близко от моего (1см), в небольшом испуге отпрянул. После она немного погодя вспомнила тот стих, который читала в школе. Он был мне незнакомый. Я смог только запомнить строчку из него: «Лишь ножки б эти целовал». Прогулка пошла нам на пользу.
Она в моём присутствии была раскованной. Я как мог, больше проводила времени с ней. В один из вечеров она призналась, что хотела бы тоже дежурить в ночь. Это несказанно обрадовало меня. Я была готова дежурить и ночью. Стал думать, что нужно понемногу готовиться и к ночам. Месяц я провел с ней и дежурством в первую смену.

После моего признания, видно было угодно судьбе перевести меня на вторую смену. Как-то в одном из классов (но не наш) заболел воспитатель. Её поставили к ним. Вот первая смена прошла, а тут уже и обед. Вдруг, что это, я её вижу в столовой. Неужели во вторую ещё придется быть рядом? И точно. Вечером, пошли погулять и она там же. Я решил подойти и попросить погулять вместе. Она была не одна. Но мне улыбнулась удача. Гуляли втроём, вместе. А наш воспитатель Антонина Николаевна смотрела нам в спину. Мне было всё равно. Если выпала вторая смена, значит нужно выдержать и это. После рабочего дня проводил, как всегда. С непривычки вечером болели ноги, но радости, было много.
Через недели 2 после этой прогулки. Как-то после обеда, я захожу в спальню, смотрю, наши девчонки сидят и разговаривают с воспитателем. Я что нужно мне, было, взял и направился к выходу. Тут одна из девчонок останавливает меня и говорит мне на ухо, то, что меня заставило обрадоваться, да и начать подготовку к следующему дню. Вот что мне именно было сказано: «Елена Ивановна завтра будет у нас на группе».
Тут надо сказать, что с класса восьмого у нас появилось 2 воспитателя. Так Галина Дмитриевна уходила на учёбу. А Антонина Николаевна, толи приболела, толи ещё что-то. В общем 4 дня мы вместе.
Ну, вот время моей работы поменялось с 8 до 14 на с 8 до 21, почти без продыху.
Мне кажется, перед тем как принять такое решение воспитатель переговорила непосредственно с ней.
Вечер прошел в подготовке к следующему дню.
Утро, уроки, перемены, суета. На одной из перемен, она подошла к девчонкам и сказала, что сегодня она у нас будет воспитателем. Они ответили, что уже знают. После 4-го урока она ушла в соседнюю школу, там она тоже преподавала уроки. Но мы спросили, оставить ли ей обед? Ответ был положительным. После обеда, все разошлись по своим делам, а я сижу в столовой, сторожу её обед. Долго себя ждать она не заставила. Пока она кушала, я пулей на третий, переодеваюсь и опять назад. Обедали, полдничали, ужинали вместе. Кстати, у нас в группе было 2 класса, Мы, 9 класс, и 10-ый. Всё бы хорошо, но мне нужно в среду ехать домой, После моего отъезда, она как мне потом сказали, за что-то толи накричала, толи грубо сказала, что-то Насте. Я об этом могу судить как человек, который не был в то время там. Но факторов тут много, может, устала, толи не сошлись во мнениях, а может, Настя сама виновата, Знаю, что их взаимоотношения очень трудные. После понятно стало, что лучше мне не покидать этого человека. Я хоть могу в глаза ей посмотреть, одним взглядом успокаивали друг друга.

Начиная с ноября месяца 2000 года,  начались поиски удачной обстановки, желательно тет-а-тет.
Просто прийти после уроков, и начать объясняться, было бы странно. Хотя с начало хотелось именно так и поступить. Но то, что она было очень занята, не давало мне шанса. Пришлось сначала хоть собрать всё, о чём хочу сказать. Ну, вот уже и декабрь наступил. А у меня не получается признаться, с мыслями сплошной сбой. Прошло ещё немало времени. Всё так же, уважение, смотрим друг другу в глаза на уроках, понимание. Понимаю, что если перегорю, то, наверное, уже не смогу сказать.
Ну, вот подошел Новый год, 28 декабря. Понимаю, если не сегодня, то ни когда. И тут ещё должны приехать брат с мамой на ёлку. Мне нужно быть со своим классом, и при этом знать, что не упущу свой шанс. Полный идиотизм. Разрывайся между первым и третьим этажами, если хочешь всё успеть. Елка кончилась. Проводив своих брата и маму, пулей на третий.
Очень волнуясь, поднимаюсь, захожу на этаж. Школа построена буквой «Ш». Правый и левый коридоры небольшие, метров 50. А тот, что нижняя перекладина «Ш» - 70. Так в начале этого длинного коридора, как будто запланировано, стояла она. Я прошла мимо неё, проверив, весь длинный коридор глазами и через шагов 10-15 обернулась. Смотрю на неё. Она
- Ира, ты что-то хочешь сказать?
«Всё надо идти и всё сказать». – думаю я. Уже подходя к ней, остается мета 4-5, жутко волнуюсь. Вдруг чувствую как внутри, в районе грудной клетки, что-то разламывается. Боли нет. Но похоже на разломившийся орех. Страх пропадает. Подхожу и говорю:
- Елена Ивановна, вы стали для меня родным человеком.
Всё, больше ни чего сказать не могу. Тишина.
Она после 5-7-ми секундной паузы, говорит:
- Вы для меня все родные.
После, берёт меня за плечи, разворачивает спиной к себе и прижимает к своей груди.
Я уже почти труп. Хочется плакать, смеяться. Её руки на моих рёбрах. Стоим так минут 5. Тишина, ни кого на этаже. Услышав, шаги на лестнице, она меня отпускает. Я ухожу.
На улице вечером погода – 10…- 15. На следующий день утром – 40.
Я утром здороваюсь с ней, а она молчит в ответ. Ну, я ведь погодой не управляю .
Продолжение следует…

Очень быстро пролетел первый год нашего знакомства. Так же нужно сказать, во мне, наверное, от переизбытка всех чувств, проснулся талант. Я начал писать стихи. Но стиль был выбран от мужского лица. Стало писать легче, да и посвящалось женщине, но не как матери.
Любовь любовью, но мне нужно было знать о человеке больше. Каждый месяц каждый класс дежурил 2 дня на входе в школу. Пришли родители за ребёнком, говорят фамилию, класс, идёшь на третий этаж и сообщаешь, что за ним пришли. Так вот на посту есть журнал со сведениями о воспитателях, учителях. Он находиться в метре от стола, за которым сидит, тот, кто на посту, у охранника. Когда охранник ушел обедать, меня пересадили на место охранника. Присмотра за тем, кто дежурит, почти нет, главное, что бы дежурил. Я посмотрела в этот журнал, нашла её фамилию. Оказалось что мы из одного района. Так я узнала, где она живёт. Разведка, добыча информации.
Время шло. И всё же мне хотелось ей поведать о своих чувствах. Получить ответ, каким бы он не был.
Но отдавать ей своё творчество, было пока нельзя. Решено было отдать тогда, когда буду выпускаться.
1 год любви, невысказанных чувств. Нужно было как-то найти момент, подходящую обстановку и ВСЁ рассказать.
Продолжение следует.

Дома ничего не знали про то, что в моей жизни изменилось. Может оно и лучше.
У нас в каждом классе был воспитатель. Так вот воспитатель Антонина Николаевна, тоже не могла понять, что случилось.
Если честно сказать то, примерное после первых двух-трёх месяцев этих отношений у меня было несколько желаний:
1. Всё же, как бы это не выглядело странно, признаться в своих чувствах.
2. Получить ответную реакцию, любую. Пусть даже негативную.
3. Провести хотя бы день с ней во вторую смену.
4. Провести вместе ночь. ( В смысле в одной комнате)
И всё это в этой последовательности сбылось. Но не сразу всё.

Как-то в первый год нашего знакомства, на уроке я убирал со своей парты после опыта колбы к ней лаборантскую. Захожу, отдаю в руки, а она мне:
- Ир, можешь мне помочь?
- Да.
- У меня от юбки пуговица оторвалась и закатилась под шкаф. Достань, пожалуйста.
Я смотрю, на шкаф, и понимаю, что даже присев, я не смогу дотянуться до пуговицы. Одна только удачная попытка. Нужно лечь на пол. Я понимаю, что это придётся сделать. Понятное дело, она этого от меня не ожидала. Я присаживаюсь, а потом ложусь на пол возле её ног. Достаю пуговицу. Она причитает надо мной, мол, зачем ложишься на грязный пол. После постав, отряхиваюсь. Она мне:
- Подожди, я тебе почищу брюки.
После этой чистки, смотрим друг другу в глаза. Меня пробирает дрожь. У меня в голове:
«Ну, вот хоть что-то удалось сделать». От неё лишь слышу «спасибо».

Продолжение следует.

В первый год нашего знакомства мы виделись только на уроках и переменах. В общем, первая смена с 8:10-20 до 14:10. 5 дней в неделю. Не знаю, почему, но ей я смотрел в глаза без страха, краска у меня на лице была всегда.
Ну, что ж, наверное, пора открыть имя, того человека о ком я пишу. Зовут родного моего человека Голубева Елена Ивановна.
Первый урок. Как сейчас помню, когда мы пошли в библиотеку на первый этаж, все наши разделились по парам и пошли. Я, сделав несколько шагов, вдруг останавливаюсь и вижу, как она закрывает класс. Не знаю, что заставило меня это сделать, но я остановилась и дождалась её. Пошли вместе. Так же вместе вернулись.
Через месяц у меня стали появляться записи в тетради, которая была заведена по этому случаю. Просто решено было заносить время прихода человека, все, что случилось за день, и когда человек ушел. Простая 12-ти листовая тетрадь.
Чем больше мы с ней общались, тем больше хотелось быть с ней. На выходных, дома был только одна мечта. Скорее бы понедельник. Это превращалось в некий наркотик. Быть там, рядом. По сути, это было слежение за человеком, но доступ в личную жизнь был закрыт. Мне это было не нужно. Просто следить, что бы человек был в хорошем настроении, стараться помочь если нужно. Мне стали говорить некоторые люди: «Что с тобой?» Что мне им можно было ответить? За спиной усмешки, обзывание, а я сношу всё, не обращаю внимание. Мне нужно, видеть её лицо, улыбку глаза.
Но каникулы вообще превратились в кошмар. Виделись только во сне. Почти каждую ночь.
Продолжение следует.

Небольшое вступление.
Я по воле судьбы был закинут в 1992 году в соседний с моим Кировским, Ленинский район. Это была школа-интернат 39. У меня проблемы со зрением. Было мне тогда 8 лет.
Школа как школа, но для меня это стало домом, военной базой, школой, где помимо основных наук предстояло научиться пониманию, уважению, терпению, выдержке. Трудно, но нужно.
Помню как в классе втором, летом приехали с мамой помогать делать ремонт в классе. Я- то в классе, то в коридоре играюсь. Но вдруг меня очень странное чувство, заставило посмотреть вперед, именно туда, где кончался коридор младших классов и начинались кабинеты для старших классов. Конечно, дверь шестого кабинета я видел не в первый раз, но в первый раз в подсознании прозвучала мысль: «Ты будешь охранять этот кабинет». Почему и отчего мне так подумалось, не знаю. Вскоре я забыл, об этом случае и о том чувстве, ответственности. Но вспомнить мне пришлось об этом через 5 лет. В 1999 году…
Вот потихоньку учась там, мне предстояло потерять родного человека, (бабушка) но приобрести новых четырёх людей, друзей (Р-О). Незаметно, пришел 1999 год. Новый учебный год.
Кажется всё так же, но вот только в расписании появился новый предмет. Физика. Вот тут началось самое интересное.
Когда пришли в кабинет. Всё как всегда, правда, ожидание чего-то нового. Ну, вот звонок. Через минуты 2... Заходит женщина среднего роста, блондинка. Большие глаза темно-карие.
При первой встречи ловлю, себя на мысли что у меня резко увеличился пульс, выступает против моей воли краска на лице. Урок прошел нормально, но впечатлений хватило на оставшийся день и вечер. Лёжа в кровати, я думал про нового человека. Чем-то она мне приглянулась, что-то в ней было ... Вот так день за днём стал я привыкать к новому человеку. Хоть по физике у меня было не очень, но почему-то влекло и тянуло к этому человеку. Хотелось помогать, быть рядом в нужный момент. Вот так и прикрепилось ко мне прозвище "Солдат" или "Телохранитель". Может, она это тоже со временем заметила, но разговоров на эту тему у нас не было.
Благодарен я был судьбе за то, что не сразу на меня свалились все три смены с этим человеком, а постепенно.

Вчера новости шокировали меня. Ушел из жизни Владислав Галкин... Много, очень много уходит в последние месяцы знаменитых людей. Не когда не забуду его ярких ролей: "Дальнобойщики" Сашок, сериал "Я лечу" доктор Гордеев, "Диверсант", "Спецназ"...
Земля пусть тебе будет пухом! Ты работал и жил для зрителя! Пусть на том свете тебе будет лучше и спокойнее, чем здесь. Прости, что мы не спасли тебя! Прощай, прощай Владислав....Помним, любим скорбим....

Очень долго пришлось ждать этой встречи. 10 месяцев разлуки это долго и ожидание длилось вечность.
Первый день после каникул я решил поехать на «Пристань».
Сразу поясню, что такое «Пристань». Вообще-то я так называю свою школу, в которой я учился. Почему именно «Пристань»? Это, то место где мне можно отдохнуть и набраться сил для дальнейшей работы. На работе, в море дел, проблем, у каждого есть тот остров, тихая пристань, место, где уютно, и можно сбросить весь негатив. Вот у меня такая пристань, это школа. Моё «Плавание» иногда длиться 6 месяцев, иногда и больше, до 10 месяцев.

И так теперь всё по порядку.
Поехал я туда пораньше. 9:30 вышла из дома и на автобусах, за час добрался до места. Как обычно иду и смотрю на окна, свет горит или нет. Но везде на втором этаже свет горел, значит, мне повезло на 50%. Если меня охрана пропустит на второй этаж, значит, мне повезло полностью. Захожу и смотрю, кто на посту. Охранник не тот, что работал при моей учебе. Подхожу к гардеробщице и стараюсь с ней завести разговор. Объясняю кто я, цель моего приезда. Спрашиваю разрешения на проход в школу, но на это меня просят поговорить с охранником. Я подхожу к нему и объясняю кто я и зачем я здесь. Он спрашивает к кому я приехала, и мою фамилию. Потом разрешает раздеться и пройди. Сняв верхнюю одежду, я выхожу в коридор. И тут же вижу выходящего из спортзала физрука.
- Здравствуйте, Николай Николаевич.
- Здравствуй. Ну, как ты? Работаешь?
- Да. Работаю, но сейчас в отпуске до 25-го числа.
- Это хорошо. Значит в гости к нам?
- Да.
Потом с разрешения охраны прохожу на второй этаж. Звонок с урока уже прозвенел, и мне нужно было быть бдительным. Думая, что она в другом кабинете, я ошибался. Через 20 минут я убедился в этом, когда услышал за спиной:
- Здравствуй!
Обернувшись, я увидел её.
- Здравствуйте, Елена Ивановна!
Подойдя к ней, она предложила, пойди в шестнадцатый кабинет. Ей нужно было поменять журнал. По дороге она осведомилась моими делами, поблагодарила за поздравления. Сказала, что у неё урок в маленьком коридоре. Когда мы подошли к кабинету меня окружили сразу 3 человека. Мой классный руководитель, завуч и директор. Сразу все с вопросами, где я, как дела и как дела с одноклассниками, с кем я вижусь. Я отвечал на вопросы, но так как звонок прозвенел, все стали расходится по кабинетам. Я остался в коридоре, ждать окончания урока. Я знал, сколько, бы, не было уроков, я дождусь, пока они закончатся. Все 40 минут я находился около её кабинета, слышал её голос. Ходя по коридору взад и вперед, вспоминал прошлые встречи, какие эпизоды из того времени, когда я учился. Классный руководитель иногда выходила из своего кабинета по делам. 40 минут прошли очень быстро. Прозвенел звонок и я подошел к тому кабинету. Через 2 минуты она вышла и то, что я первое услышал и увидел, был удивленный её взгляд:
- Ты меня ещё ждёшь? Но ведь у меня ещё 2 урока.
Мы пошли в большой коридор. Там как раз техничка мыла пол. По дороге Елена Ивановна встретилась с социальным работником. Я подумал, что она пойдёт в шестой кабинет, брать учебники для следующего урока, но я ошибся. Отойдя шагов 10, я услышал, что меня зовёт мой родной голос. Обернувшись, я увидел, как она меня манит рукой, что бы я подошел к ней. Я исполнил её пожелание, стоял 10 минут, пока была перемена, у её правого плеча. За перемену я не проронил ни слова. Но узнал, что её сын проработав год не получил не одной зарплаты. Так же услышал жалобу на то, что у неё замёрзли ноги. В коридоре, правда, было прохладно. Прозвенел звонок, и я её сопроводил до кабинета. Приближаясь к двери, она сказала:
- Ну, что у меня ещё один урок. До свидания. Ты, наверное, уедешь?
На это я лишь ответил, то чего она не ожидала, но была счастлива.
- Я жду.
Улыбка озарила её лицо, и она скрылась за дверью.
Как и прежде 40 минут я провел за дверями кабинета в коридоре. Минут через 30 ко мне подошла врач и стала расспрашивать о моей жизни. Она предложила мне пойти к ней, в комнату и поговорить наедине. Мне это не очень-то хотелось. У меня оставалось 10 минут до звонка с урока. И всё же мне пришлось оставить свой пост. Я спустился вниз на первый этаж и зашел в кабинет. Желания рассказывать о себе этому человеку не хотелось, я знал, что этот человек не умеет держать язык за зубами. Мы зашли и стали разговаривать. Я старался отвечать не очень развёрнутыми фразами. На моё счастье, в этот же кабинет зашла воспитательница и завела с врачом разговор. Я, посидев минуты две, я понял, что здесь лишний, да и оставаться не было ни какого желания. Встав, я сказал:
- Простите, я позже зайду. – вышел и быстрым шагам направился к лестнице. Поднялся по лестнице и, зайдя в коридор, по тишине и безлюдности я понял, что звонка ещё не было, и я не опоздал. Прошел на место где и раньше тихо и беззвучно ходил и опять стал ждать. Ну, вот и прозвучал звонок. Я опять встретил своего прекрасного человека, но были мы вместе не больше 10 секунд.
- О Господи, ты всё ждёшь.
- Елена Ивановна не волнуйтесь у меня отпуск, и я буду ждать.
- Ой, извини я сейчас. – скрываясь за дверью логопеда, слышу я от неё
- Хорошо, я жду. – приложив правую руку к сердцу и немного склонив голову, отвечаю я.
Так проходит в разлуке и вся перемена. Вот уже звенит звонок, и я понимаю, что скоро выйдет она. Ожидание немного затянулось. Вот наконец-то выходит она. На ходу просит у меня прощение:
- Прости, у меня ещё один урок.- быстрым шагом, переходящим в бег она скрывается за поворотом.
- Всё понимаю, идите. – лишь в след говорю я.
Теперь моё местоположение меняется с маленького коридора на большой. Все 35 минут я отмеряю неслышные шаги рядом с дверями кабинета. Изредка я, находясь не слишком близко с кабинетом, слышу родной голос.
«Господи 10 месяцев это трудно. Почему же так надолго я оставил её. Не было возможности приехать? Нет, это не причина и этим мне нельзя оправдываться…» - проносилось у меня в голове. Вдруг я слышу кокой-то шум в другом конце коридора. Вижу, что учитель химии вышла, и, закрыв дверь шестого кабинета, пошла домой. Я остаюсь ждать звонка с урока, хотя в голову приходит мысль, что она ребят отпустит, может минут на 5 пораньше. И вот уже до звонка остаётся пять минут, я занимаю место в коридоре напротив кабинета. И правда она отпускает ребят пораньше. Выходит и, позвав меня, идёт в шестнадцатый кабинет. Ну, что ж не шестой, конечно, жаль, ну, ладно. Проходим в кабинет, я не закрываю за собой дверь. Садимся.
- Прости, я горло сорвала. Говорить не могу. После десятидневного отдыха трудно. Так что рассказывай ты.
- Слава Богу, всё хорошо. Все живы и здоровы.
- Как дела в личной жизни?
- Всё так же.
Если честно говорить, то к такому вопросу я готовился не один день. Решено было раз и навсегда попросить её не говорить больше об этом. Но когда ты один, то конечно всё легко и прекрасно, а вот сказать человеку которого знаешь 10 лет и не хочешь обидеть, приходиться трудно. Она начинает мне читать мораль, а я про себя думаю: «Хватит ли мне сил сейчас сказать ей всё это без нервов? Могу ли я быть уверен, что не обижу её? Ну, когда-то нужно это заканчивать. Так подбираю слова и не торопясь излагаю всё что нужно. Пошел».
- Знаете Елена Ивановна. Мне бы хотелось прекратить эти разговоры раз и навсегда. Объясняю почему. Когда я собираюсь приехать сюда, я думаю, а нужно ли мне это? И вот почему. Приехав сюда, я наступаю каждый раз на одни и те же грабли. Я еду сюда увидеть мне родных людей, пообщаться, но вот эта стена мне мешает каждый раз. Только прошу, не обижайтесь на меня.
- Хорошо, Но я ведь желаю тебе счастья.
- Я очень хорошо это понимаю.
- Ну, прости меня…. (ставлю многоточие, на это есть причина, но это не мат)
После этого мне стало на много легче. Мы договорились и продолжили разговор. Она пожаловалась, на бытовые проблемы, на головную боль.
- Хоть эта зима и выдалась холодная, но я не болела простудой. – с улыбкой поведала она.
Меня это обрадовало. Как же хорошо, что я, находясь, на расстоянии волнуюсь о здоровии своего дорогого человека напрасно. А вот рассказ о головной боли, меня взволновал. Я поинтересовался:
- Часто головные боли мучают?
- Да нет, не часто, но 3 раза в месяц где-то. Вообще-то если я знаю, что у неё бывает внутричерепное давление, у меня есть повод волноваться о ней.
Конечно, разговаривать хорошо, но у неё были ещё дела.
- Ты прости, но у меня ещё дела.
- Вы сейчас домой?
- Нет, мне надо тут ещё поработать.
- Тогда можно мне дойти до шестого кабинета с Вами? Мне нужно кое-что Вам отдать.
- Ну, что ж давай пойдем, раз, есть что отдать.
Мы вышли из шестнадцатого кабинета.
- Вообще-то я приезжал сюда в декабре, в одну из суббот. Но на посту, мне сказали, что Вас нет.
- Вообще-то я все субботы работала, была здесь.
У меня закралось впечатление, что меня обманули на посту.
- Мне на посту сказали ребятишки, что Вас тут нет, и мне пришлось уехать.
- Мы вообще-то работали до 30 числа.
- Нет, я был 18 или 19 числа.
- А вообще-то да припоминаю, что в одну из суббот брала день по семейным обстоятельствам.
Ну, вот значит, я и приезжал в этот день.
Мы остановились перед дверями шестого кабинета. Открыв дверь, мы прошли внутрь. Я закрыл дверь и, подумав: « наконец-то я дома», пошел к партам. Она, попросив прощения, вышла из кабинета. Я остался ждать. Минут через 5 она вернулась. Я, поставив сумку на парту, уже приготовился отдать то, что хотел. Когда она подошла к своему столу, я стал доставать бумагу. Она поблагодарила и сложила её в стол. После этого я, закрыв сумку, понимал, что садиться мне нет смысла и то, что мне сейчас придётся уходить. Я замер, задумался: «Когда же мы теперь увидимся? Как же мне её не хватает… Она ждёт, пора уходить». Заметив, что она смотрит на меня я, повесив сумку на плечо, пошел к выходу.
- Мне нужно сейчас пойти в библиотеку и журнал поставить на место.
Она закрыла дверь кабинета, и мы пошли к шестнадцатому.
- Сегодня прохладно, хорошо, что я не одела, тонкие колготки, а то бы совсем замёрзла. Эти хоть плотнее.
Уж, после этой фразы у меня все сомнения отпали в следующих моих действиях. Мы зашли в шестнадцатый, она поставила журнал, а я преградил ей путь к выходу.
- Елена Ивановна, я не знаю, когда мы с Вами увидимся. Можно Вас обнять на прощание?
- Конечно.
Мы обнялись. Я очень осторожно и нежно губами прикоснулся к легкому шарфу, который лежал у неё на плечах. Не знаю, почувствовала прикосновение моё или нет. После этого опять фразу о моей личной жизни, но она осеклась. Я улыбнулся:
- Ну, пойдём, солнышко моё. – Сказал я, легонько прикоснувшись к её плечу
Спустились на первый этаж.
- Ну, вот и прощаться пора. Надеюсь, на следующей неделе я ещё смогу приехать, бумаги ещё привезу.
- Хорошо.
- Берегите себя.
- Хорошо. До свидания.
Я пошел к раздевалке брать свои вещи. На душе было легко, спокойно, светло и радостно. Мы были вместе, мы увиделись…
Ко мне подошел охранник, спросил, всех ли я увидел, кого хотел? Я поблагодарил его, что он пропустил меня.
Ну, вот и всё. Надеюсь, что скоро опять увидимся.

Всегда твой, Телохранитель.

Совсем недавно мне пришлось столкнуться с такими людьми, которые выдают себя за тех, кем не являются. Зачем людям нужна чужая слава, сбивать людей с толку. Когда на нескольких страницах разные фото, но одного и того же человека, приходится сомневаться и пока не найдёшь доказательства или опровержения той или иной страницы, очень трудно. Занимаются этим обычно подростки. Правда, шутки такие не уместные. Не зная о личных данных человека, выдумывают факты, которых нет. Если бы было меньше таких шутников, было бы на много лучше общаться с настоящими известными людьми, а не с теми, кто ими не является.

Хоть я в отпуске, но нужно заниматься повестью, которую пишу с недавнего времени. Когда работаю, в будни не когда заниматься творчеством. Так что пока есть свободные минуты, нужно порадовать читателей. Надеюсь, меня не покинет муза и пару глав, я смогу подарить своим читателям.
И так, пора творить....

P.S. А так же нужно выложить и стихи, а то что-то приуныли...

Как же это прекрасно. Мы общаемся с тобой по смс. Не каждый день, но по праздникам. Каждый раз, я начинаю нашу переписку, а ты заканчиваешь, всего 2 сообщения, но всё, же приятно. Иногда, на твои некоторые сообщения я обижаюсь, но потом просто понимаю, что это не со зла. Терплю всё на расстоянии, в разлуке. Скоро, осталось немного больше недели и мы встретимся. Думаю, приехать 2 раза. Думаю, что больше в этом году, точнее в этом учебном году мы не увидимся. Да, грустно, да трудно, но так нужно. Я ненавижу разлуки надолго. Хотелось бы видеть тебя каждый день как раньше, но теперь это невозможно. Но в разлуке я скучаю, больше и люблю тебя больше, наверное, чем наедине с тобой. Когда мы вместе, почему-то я тебя боюсь, больше готов преклонятся, пред тобой.
Жду встречи, моя родная и любимая. Всегда твой Телохранитель.

Я 28 декабря весь день вспоминал 28 декабря 2000 года. 9 лет прошло, а как кажется, было вчера. Моё признание в чувствах тебе. Это было нелегко. Я не знал, какой будет твоя реакция на это. Но всё таки вспоминаю каждый раз с теплом, твои объятия, это было впервые. Те минуты 3, пока мы были наедине, мне показались вечностью. Я был готов замедлить время, остановить эти мгновения. Твои руки обнимали меня. Первый раз мы так близко были друг к другу. Сердце билось, наверное, от волнения и от неопределённости, учащенно. Но ты не отвергла меня. Это повышало шансы быть вместе. Помниться погода в этот день была теплая -10…-15 градусов. А вот утром резко -40. Прощались мы хорошо, тепло. А вот утреннего приветствия я не услышал от тебя. Но я не обижаюсь.
А ведь после этого я стал с полной уверенностью, что ты меня не отвергаешь, находится поблизости. Впрочем, я не сказал открытым текстом, что люблю тебя, а лишь что «Вы стали для меня родным человеком». А все же то ощущение единения, я так до сих пор не могу забыть.

Я замечаю, что в последнюю неделю не могу найти времени для записи в дневнике. Да, жизнь, поменялась с тех, пор как мне приходилось вести бумажный дневник. Но всё же.

Вчера я узнал, что на январь меня отпускают в отпуск. Надеюсь, начальство не обманет. Значит, в январе мы увидимся.
Последние дни я очень скучаю по ней. Знаю, что некоторые люди передали от меня весточку её и моё обещание приехать на этой неделе, но не могу это обещание опять выполнить.
Надеюсь, мы оба немного отдохнем от работы и после праздников встретимся.

Я стараюсь пока мы в разлуке не сидеть, сложа руки, стараюсь творить. Стараюсь в прозе описать нашу жизнь, точнее, так как я её видел и вижу. Не на всё хватает времени и полета мысли, но я стараюсь. Воспоминания и эта работа дают немного забыться, не так сильно грустить.
Сижу, пишу и думаю: «А ведь когда нибудь возможно, через несколько десятилетий кто-то из моих друзей или близких это прочитает. Какое впечатление будет об авторе?»
А я очень хорошо помню 2005 год, и впечатление от моих произведений у одного человека… После этого, я думал: «Всё кончено. Больше не буду ни чего писать, творить, посвящать. Зачем? Для кого? Я пишу, а мне даже моя «муза» ни слова, ни полслова» Потом подумав, решил: « Буду писать, назло. Если я не буду творить, я не расскажу, как мы жили, о своих чувствах к тебе. И ради того, что бы кто-то прочитал. Ради читателей»
Я иногда думаю, наверное, ты меня не любишь. А память мне кидает те минуты жизни, которые говорят об обратном. Ты выходишь и ждёшь, что бы мы дошли вместе до остановки, твоя надежда в глазах. Это мне дорого.
Смешно, но я так и не могу найти в себе силы, смелость набрать твой номер в любой праздник и сказать несколько теплых, нежных слов…. Прости, я постараюсь себя пересилить, и однажды мы на расстоянии будем слышать друг друга.
С любовью и теплом всегда твой, Телохранитель.

Каждый день открыв глаза, я беру, открываю свой сотовый, не только для того что бы посмотреть сколько время или отключить будильник, но первое что видят мои глаза твой прекрасный образ. Если это будний день, то я знаю, что ты уже не спишь, уже встала. Я нежно целую твоё фото на экране: «Доброе утро, родная». Да, именно, так и не иначе. Когда еду на работу, моя дорога каждое утро и вечер проходит мимо дороги, которая ведёт к месту наших встреч, к месту твоей работы. Я наклоняю голову в знак бесконечной преданности тебе. А через некоторое время и ты едёшь по этой же дороге, но в другом направлении.
Несколько раз за день, когда я взрываюсь на кого-то, только твоя улыбка может меня удержать от гнева, охладить, просто сказать: «Не нервничай, ведь я тебя жду. Ты должен вернуться. Мы вместе. Мы чувствуем друг друга». Я это точно знаю, и не хочу, что бы она чувствовала мои проблемы.
Я тобой дорожу. Я помню наши встречи. Этим я и живу. Вспоминаю иногда что-то забавное, необычное, или что-то дорогое мне,
Спасибо, что ты со мной, каждый день, каждую минуту, каждый миг моей жизни. Я вернусь, я обещаю тебе. Я люблю тебя.

Прошло 10 лет, а я помню нашу первую встречу. На работе, я очень часто вспоминаю эпизоды своей жизни. Те, отрезки жизни, когда мы были вместе.
Если мне приходилось оставлять свой объект наблюдения на несколько часов, иногда я после этого жалел, что так сделал.
В любой ситуации есть сторонники твоего дела и противники. До сих пор вспоминаю, как меня просили найти кого-то, посторонний человек. А в это время мой человек или пропадал из моего поля зрения или уходил. Ругани на самого себя не было предела. Но и это было тренировкой, в той или иной степени.
Первый год было очень трудно. Меня не принимали, но и не отвергали. За спиной смех, а я стараюсь собрать больше, информации о человеке. Тренировка в быстром шаге, маскировке, логике, тактике. Через месяц, я завожу 12 листовую тетрадь. Заношу в неё свои каждодневные записи. Делай пометки, что-то в сокращенном виде. Работать приходиться в одиночку, нет больше таких ненормальных людей.
Много происходило за то время, которое мы были вместе.

Прозвище прикрепилось ко мне в 2000-2002 годах. Просто сошлись мы душами с одним человеком. Она на много старше меня. Я старался ей помогать, находится, рядом как можно дольше. Знакомы мы с ней 10 лет. Раскованно с ней я себя не чувствую. Всегда начеку. Просчитать на несколько шагов, какой-то факт, событие, очень трудно, но за 6 лет мне пришлось этому научиться. Успевать там, где могут успеть другие, но ты должен быть первым. Умереть, но найти в здании, человека, который ей понадобился. Отвлекаешь внимание на себя, когда её здоровью угрожает опасность. Таким именно прозвищем и прозвал меня мой охраняемый человек. Дразнили долго другие люди, не обижаюсь, ведь заслуженно. Да и циферка «6» мной выбрана не случайно. Это объект, кабинет, в котором мне приходилось охранять. Совсем недавно узнал, что это «родные апартаменты» Ну, спасибо, а я ведь там только охранял и находился рядом, но не ночевал и не жил. :)
А по большому счёту жизнь, телохранителя, пусть даже не профи, не простая. Я в первый год выполнял свои обязанности по 6-7 часов, а вот потом это число стало увеличиваться. Самое большое моё дежурство 30-32 часа. Очень трудно, Но хоть есть что вспомнить. :)

Сегодня вечером я узнал для себя не радостную новость. Отпуск отменяется. С этой фразой летят в «пропасть» все мысли и, наверное, даже душа. Мне не сказать, что нужен отпуск необходимо. Есть просто одно обстоятельство, которое мне нужно выполнить. Но не получается. 9 месяцев находится в разлуке с нужным тебе человеком, очень трудно.
Если я обещаю, то значит, стараюсь выполнить обещание. А вот тут ну, ни как не получается. Неужели мы не увидимся до конца этого года? Встречаться один раз в год слишком мало. Стараюсь с этим человеком встречаться один на один.
«Прости, прости. Я всегда рядом с тобой. Знаю, обещал, осенью встретится с тобой, но не могу. Да и не осень уже на дворе. Спасибо, что спасаешь меня, когда мне плохо. Я рвусь к тебе, через все преграды, но не могу, не могу, встретится с тобой. Помни, что я думаю о тебе, волнуюсь за тебя, люблю, и жду встречи. С любовью и теплом, всегда твой, Телохранитель».

Я создаю свой дневник просто для событий, мыслей, жизни.
Прошу любить и жаловать.