Она ненавидит осенний сплин
/по-русски звучит "хандра"/…
Но смотрит, как падает первый лист
И чай глотает с утра…
Отыщет заброшенный летом зонт,
Жалея, что цвет не в тон,
Что как-то совсем не подходит он
К малиновому пальто…
А мелочи сводят почти с ума -
Горчащий осенний вкус…
И дождь за окном, и погода - хмарь…
И во-спо-ми-на-ний мусс
Душистого лета /июльский плен/
И нежных касаний волн…
Там шорохи снов в тишине аллей...
Там в каждом, конечно, он…
Она ненавидит осенний сплин
И гонит свою хандру
Подальше… - где рыжий продрогший лист
Слоняется на ветру…


Она ненавидит осенний сплин,
А он материт хандру.
Глотает то кофе, то никотин
И пишет стихи-муру.
Безжалостно давит листки в комок,
И словно снежок - в камин.
Опять проявляются между строк
Она и осенний сплин.

оставила свои стихи
в холодной комнате... без окон, -
теперь они, как сон, тихи.
а я стояла долго...
боком
касаясь запертой двери
и слушала -
а вдруг...
а всё же...

опять подкрались сентябри...
и, лужи на дорогах множа,
пройдут осенние дожди,
диктуя мне другие строки...

но те...
остались взаперти
в холодной комнате... без окон.

Я так устала... Хочется уснуть,
Отбросить в сторону тревоги и заботы,
Горячею щекой к тебе прильнуть
И насладиться прелестью субботы.

Я так устала... Хочется опять
Твоих объятий вспомнить упоенье,
И наконец-то хоть чуть-чуть поднять
Забытое за будни настроенье.

шаль с кистями забыта на лавке. вернемся в ковчег?
челн кленовый скользит в зазеркалье старинного пруда.
спит закладка в стихах, лист распластан на левом плече.
очень хочется чаю и джин, но, пожалуй, не буду.
у листвы на дорожках вершится аутодафе.
вкусный дым проникает насквозь и приходится плакать.
осень курит кальян. осень носит широкий берет.
и разводит осенней палитры привычную слякоть.
мелкий штрих завершает картину. забудем вчера.
спрячет строгий декабрь под снегом из вязов шеренги.
пью мой ласковый кофе. терраса по вечерам
пропускает сквозь вязь винограда закатов оттенки.

Вдыхать неповторимый аромат...
закрыть глаза и наслаждаться...
так было сотни лет назад
и будет снова повторяться...

И снова стать желтеющей листвой...
такой красивой и моей любимой...
я в осень ухожу ...сама с собой...
с душой осенней и ранимой...

Она до сих пор верит бабочкам, пьет вино...
Её мотыльки раскрываются - будут жить.
Наивная, легкая, славная - как никто…
Но все же опасно такую глотками большими пить.

Она вяжет тонкими пальцами снов венки,
Вплетая туда ароматы диковинных трав:
Шалфей, розмарин, бергамот или васильки
Срастаются с нежностью, пальцы расцеловав.

И платье слегка приобнимет колени - спит…

Всё ждет, что рассвет приласкает, чуть-чуть согрев.
Она вдруг пригладит оборку – себя хранит,
Не время пока отпускать на свободу грех.

Она знает точно, что скоро и …
Он придет –
Ведь так ощутимо влечение.

Ветер-ласкун
Принес эту тайну, а он никогда не врет.

Она нагадала его силой множества полных лун.

И снова, взяв гребень, нашепчет в него мечты.
Легко проведет по волнам – наколдует его приход.

Спокойно-размеренно, тихо, без суеты…

Она просто женщина - та, что душою ждет
Его поцелуи и шепот, что в травах рос...

Она все вплетается ниточкой в тонкую клеть…
И бабочкам верит.
Ты просто её держись!

Она проведет через ветер, туман и боль,
Пожары уснут - она словом за -говорит.

Ты просто люби её. Чувствовать ей позволь
И верь своим сердцем, что ты ей необходим!

Минус - осень, минус - весна, минус - нежность, минус - доверие...
Досчитаю сейчас до ста...и что нету тебя...поверю я....
Минус -  тысяча глупых слов, но таинственных и значительных...
И вполне обойдусь без снов...и прекрасных, и удивительных...

Минус - сказка, минус - мечта, минус - будущих дней сияние...
Досчитаю сейчас до ста...и сотру все воспоминания...
Минус - долгие вечера, на поэмы, чуть-чуть, похожие...
Досчитаю сейчас до ста...и мы станем с тобой - прохожими...

Минус - тайна, минус - судьба, минус - встреча, минус - венчание...
Досчитаю сейчас до ста...и расстанемся мы... нечаянно...
Минус - осень, минус - весна, минус - нежность, минус - доверие...
Досчитала ...уже...до ста...но...что нету тебя...не верю я...

Просто люби её, если хочешь…
Просто люби её, если можешь…
Просто люби её очень-очень…
Может, она на тебя похожа?..
Рыжая чёлка, повадки лисьи…
И чертовщинки в глазах усталых…
Даже гадает, как ты, на листьях
Или на радугах запоздалых…
Ветреный нрав… И капризно носик
Морщит во сне, если ты ей снишься…
С поздним дождём постучится в гости -
Только не хочет быть третьей лишней…
Просто целуй же её смелее,
След на губах оставляя жаркий…
И обнимай в тишине аллейной
Старых уютно-знакомых парков…
Просто касайся её… касайся…
Если об этом она попросит…
Ей не идёт всё, что в стиле "icy"*...
Просто люби её, слышишь, Осень?..

осень- это уменье прощаться.
но это и уменье хранить..
хранить неповторяющееся...
хранить неуловимое...
хранить несбыточное...
осень это уменье не ставить точку...

я помню!

Всхлипывает осень за окном,
Чувствую, сейчас она заплачет.
Для меня же слёзы её значат,
Что опять придётся под зонтОм

Мне идти по сумрачной аллее.
Колкий ветер, от дождя хмелея,

Разметав по небу птичью стаю,
Колыхнул английской розы куст,
Лепесток шепнул: «я замерзаю», -
И к моим ногам упал без чувств.

Зонт сложив, беру его в ладони
Будто августа ушедшего привет.
Помню я, как грел его рассвет…
Лепесток, почти уже не помнил.

осень пахнет
рухнувшим небом
ливнем
ангиной и сквозняком

выйти
озябшим
за чаем и хлебом
и позабыть
где
находится
дом.

Вы ошибаетесь
Я
Не хочу сохранить свою уникальность
Я
Думаю как мне быть
В мире
Где жизнь это банальность
Я
Есть
Пить
Гладить кота
Спать
Гулять
Полы мыть..
Я -
Быть

я хочу...

я не хочу ничего,
я устала.

я хочу дом,
коньяка,
мороженого
ванны для ног
вида с крыши
лета
тебя..

я хочу.....

мерцает ночь, бессовестно красива,
луна ошеломительна, кругла.
мне нас беречь, конечно, не под силу -
я и себя, мой друг, не сберегла.

… Знаешь, иногда о любви молчание скажет больше, чем слова.  Один взгляд, одно прикосновение… и душа вновь в томном ожидании рисует картины  таких коротких встреч… и диалог не о чем, так и не сказаны главные слова… А зачем? Нужно дать им время созреть… и прольются чувства ночным звездопадом в прохладные ладони … все же в отношениях будет рассвет…

Сегодня я поймала твою бабочку.

Я точно знаю, что она твоя. Видела в твоих руках перед тем, как ты бережно усадил ее на лепестки
ярко-алой розы...

Ко мне она попала уставшая от долгого перелета... Маленькие крылышки дрожали и никак
 не раскрывались...Озябшая,она упала ко мне в ладошку и боялась пошевелиться...

Ее запах сохранял еще запах тепла твоей руки и следы твоего поцелуя...

Бережно закрываю ладошку и дышу в нее...Хочу отогреть это крохотное существо...

Лаской и нежностью наполняю каждое движение выдыхаемого воздуха...

Вот она слегка пошевелилась...Расправила крылышки...

Зацеловываю на прощанье их нежную белизну... И отпускаю...

Возможно,она вернется к тебе...Принесет тебе мое тепло и нежность...

И ты, так же как я, будешь согревать ее дыханием...

А возможно, она отправится в свободный полет...в манящие бескрайние небеса,
 пока еще не начались ливни...

Ах, август! Морщит брови, губы, нос:
ему, наверно, снятся звездопады.
А звёзды, что собрать не довелось,
ехидничают: «Так тебе и надо!»
У них, у звёзд, такая прихоть есть:
не всем даются в руки, кто захочет.
У них, у звёзд, опаснейшая смесь
внутри бурлит. А Кто-то поздней ночью
их просто зажигает: «Раз-два-три!»
(Кому-то это всё-таки да нужно).
Что против них смешные фонари –
осколки жёлтых зайчиков на лужах!
У них, у звёзд, всё вечно невпопад,
и стоооолько в голове всего. Однако,
там Кто-то этим звёздам очень рад,
там Кто-то разрешает им заплакать,
без всяких уважительных причин
(у звезд обычно слёзы – как обряды).
Там Кто-то (самый лучший из мужчин)
кладёт их почему-то с сердцем рядом.

хорошо, что время быстротечно
и приходит нового черёд:
ничего не длится бесконечно,
значит, это
тоже заживёт.

Так хочется проснуться рано
И зачирикать воробьём,
Вспорхнуть со старого дивана
И оказаться за окном!
Чтоб жить, как птица, не тоскуя, -
Порхая и весь мир любя!
И дни считать по поцелуям –
Не по листкам календаря.

город голоден. город мается.
город делает бутерброд.
вдоль проспектов передвигается
фаршированный сми народ.

столько нищих, убийц и узников -
так бывает. не повезло.
город голоден. громче музыку.
я танцую ему назло.

Что небо? Небо не взять рукою,
И не погладить ему живот!
...А море - знаешь, оно какое?
Оно такое... Большое, вот!

Зато, когда я нарисовалась,
Совсем внезапно, в зените дня,
Оно ужасно разволновалось -
Наверно, даже сильней меня!

Ты не поверишь: оно дышало,
Жило, играло - мол, подойди!
И тут же волны швыряло шало,
И столько было у нас в груди:

В моей - стучало, в его - купались,
На нем лежала моя рука,
А мы молчали и улыбались,
Как два взволнованных дурака.