Кто убил Сергея Есенина?

«23 января 1926 года народный следователь 2-го отделения г. Ленинграда, рассмотрев дознание о самоубийстве через повешение Есенина Сергея Александровича в помещении гостиницы «Интернационал» в д. № 10 по проспекту Майорова, поступившее в порядке п. 1 ст. 105 УПК при отношении № 4741 от 21.01.26 г. на 2-го отделения Ленинградской губмилиции, и принимая во внимание, что в деле нет состава преступления, руководствуясь ст. 222 УПК,

постановил:

На основании ст. 4 п. 5 УПК дознание производством прекратить. Копию сего сообщить в нарсуд 2-го отделения г. Ленинграда о принятии мер по охране имущества. Бродский».

Полное описание места происшествия отсутствует. А оно могло обо многом поведать. Так, со слов очевидцев в печать проникли сведения о том, что «на полу виднелись сгустки крови», что «В комнате стоял полнейший разгром. Вещи были вынуты из чемодана, на полу разбросаны окурки и клочки разорванных рукописей».

Сгустки крови на полу… Это как же нужно было разрезать себе руку, чтобы в буквальном смысле слова истечь кровью? Суд. мед. эксперт упоминает о «кожной ране с рваными краями длиною в 4 сантиметра в нижней части правого плеча», то есть «на правой руке выше локтя», как писал участковый надзиратель. Также в акте вскрытия есть упоминание об одной ране «в нижней трети левого предплечья», которая шла в «горизонтальном направлении», и от трех ранах «в вертикальном направлении».

Здесь вроде бы понятно: Есенин разрезал себе руку утром 27 декабря и за неимением чернил кровью написал стихотворение «До свиданья, друг мой, до свиданья…», которое в газетах было объявлено «предсмертным».

Сама Устинова рассказывает об этом событии так: «Я зашла к Есенину. Тут он показал мне левую руку: на кисти было три неглубоких пореза. Сергей Александрович стал жаловаться, что в этой «паршивой» гостинице даже чернил нет, и ему пришлось писать сегодня утром кровью».

Что касается раны на левой руке, «идущей в горизонтальном направлении», то ясно, что речь идет о старом ранении, о котором писал в книге «Право на песнь» Вольф Эрлих: «Ежедневно я забинтовываю ему кисть левой руки. Под бинтом - страшный фиолетовый шрам. Зимой 23 года он упал на стекло какого-то подвала и, закрывая лицо, разрезал себе руку».

Итак, остается невыясненным только происхождение «кожной раны с рваными краями длиною в 4 сантиметра», находившейся «в нижней части правого плеча».

Теперь давайте подумаем вот о чем: рост Сергея Есенина не превышал 168 см. Значит, подняв руки, он не мог стать выше двух метров. Предположим, поэт встал на тумбу, максимальная высота которой была около 1,5 метра. Теперь обратимся к акту Горбова. В нем говорится: «Труп висел под самым потолком, и ноги от пола были около 1,5 метра». Итого - 3,5 метра. Высота же потолков в «Англетере» была 5 метров. Значит, для того, чтобы закрепить петлю на трубе парового отопления «под самым потолком», Есенину нужно было совершить с места прыжок на 1,5 метра в высоту, да еще мгновенно обернуть ремень от чемодана вокруг трубы так, чтобы она не сорвалась. Возможно ли это? Думаю, что нет.