Среди Миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя.
Не потому, чтоб я ее любил,
А потому, что я томлюсь с другими.
И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной молю ответа.
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света...

Будет ласковый дождь, будет запах земли,
Щебет юрких стрижей от зари до зари,
И ночные рулады лягушек в прудах
И цветение слив в белопенных садах.

Огнегрудый комочек слетит на забор
И малиновки трель выткет звонкий узор...
И никто, и никто не вспомянет войну:
Пережито-забыто, ворошить ни к чему.

И ни птица ни ива слезы не прольет,
Если сгинет с Земли человеческий род.
И весна... И весна встретит новый рассвет,
Не заметив, что нас - уже нет...

Моцарт на старенькой скрипке играет.
Моцарт играет, а скрипка поет.
Моцарт отечества не выбирает -
просто играет всю жизнь напролет.
Ах, ничего, что всегда, как известно,
наша судьба - то гульба, то пальба...
Не оставляйте стараний, маэстро,
не убирайте ладони со лба.

Где-нибудь на остановке конечной
скажем спасибо и этой судьбе,
но из грехов своей родины вечной
не сотворить бы кумира себе.
Ах, ничего, что всегда, как известно,
наша судьба - то гульба, то пальба...
Не расставайтесь с надеждой, маэстро,
не убирайте ладони со лба.

Коротки наши лета молодые:
миг -
и развеются, как на кострах,
красный камзол, башмаки золотые,
белый парик, рукава в кружевах.
Ах, ничего, что всегда, как известно,
наша судьба - то гульба, то пальба...
Не обращайте вниманья, маэстро,
не убирайте ладони со лба.

1969

Я вздрагиваю от холода -
Мне хочется онеметь!
А в небе танцует золото -
Приказывает мне петь.

Томись, музыкант встревоженный,
Люби, вспоминай и плачь
И, с тусклой планеты брошенный,
Подхватывай легкий мяч!

Так вот она - настоящая
С таинственным миром связь!
Какая тоска щемящая,
Какая беда стряслась!

Что, если, над модной лавкою,
Мерцающая всегда,
Мне в сердце длинной булавкою
Опустится вдруг звезда?

1912 О. Мандельштам.

...И на дыбы скакун не поднимался,
Не грыз от нетерпения удил,
Он только белозубо улыбался
И голову тяжелую клонил.

Почти земли его касалась грива,
Гнедая, походила на огонь.
Вначале мне подумалось: вот диво —
Как человек, смеется этот конь.

Подобное кого не озадачит.
Решил взглянуть поближе на коня,
И вижу: не смеется конь, а плачет,
По-человечьи голову клоня.

Глаза продолговаты, словно листья,
И две слезы туманятся внутри...
Когда смеюсь, ты, милый мой, приблизься
И повнимательнее посмотри.

Перевел Я. Козловский

Пригласи к столу -
Золотой галун
Отведет от тебя беду...
А уйдешь от пуль?..
Золотой патруль
Достанет тебя в аду...

Свои роняет роза лепестки
На белые бумажные листки.
Ты плачешь, роза?.. Соловей
К нам не вернется с песнею своей...

Ходит в Новгороде молва,
Что жива еще Волхова.
Я у Волхова мну траву,
Я ищу, я зову Волхову...

Вижу я сарафан сквозь кусты,
Подбегаю - пестреют цветы...
Промелькнула у плеса коса -
Подбегаю - ива в глаза...

В синь - кокошник белей Луны,
Подбегаю - гребень волны...
Я кричу, я зову Волхову.
Отвечает волна:
- Ау!

Звезда упала на дорогу:
Захочешь - наступи ногою.
Крестообразная, без проку
Блестит серебряной фольгою.

Она светла от снежной пыли
И я носком ее толкаю
И говорю: "А время было -
Ты мне светила не такая...

Ликуя, ты обозначала
Души знакомой благородство,
Ты чистоту ее ночами
В кристальный обращала отсвет..."

Я ухожу путем морозным.
И ты - так много и так мало...
И надо мной все небо звездно,
А я твержу: "Звезда упала..."