Молодой экскурсовод подвел свою группу к картинной галерее старинного замка. Толпа жизнерадостных туристов с любопытством глазела на старые, увитые плетьми роз стены, освещенные предзакатным солнцем, готовящимся скрыться за линией горизонта.
Наступал один из тех редких напоенных ароматами цветов и запахами моря вечеров, когда таинственные владельцы замка позволяли провести в замке очередную экскурсию, посвященную славному прошлому этого древнего сооружения и постараться приоткрыть историкам, художникам, литераторам и музейным работникам города, расположенного в нескольких милях от замка, завесу над тайнами, окружающими сам замок и его хозяев, супругов де Мариньи, очень редко живущих в своей родовой обители и предпочитающим постоянные разъезды и путешествия досужему любопытству падких на сенсации журналистов и другой пишущей братии.
Все представители этой вездесущей касты были прекрасно осведомлены о том, что де Мариньи ненавидят шумиху вокруг своего имени и мало кого допускают в святая святых своего старинного рода, первые упоминания о котором скрывались в глубине веков - и они, как бы это странно не прозвучало в наше время, относились с глубоким уважением к их праву на уединение и спокойное пребывание в стенах своего родового гнезда, памятуя о том, что если кто-нибудь из них нарушит это негласное табу, то у хозяев замка с избытком хватит влияния и средств для того, чтобы навсегда заткнуть досужим болтунам рот и сделать так, чтобы они нигде и никогда больше не смогли ничего опубликовать.
Поэтому экскурсовод очень волновался о том, чтобы его группа не помешала своим шумом никому из замковых обитателей. Он попросил соблюдать тишину - и вот наконец они вошли в помещение.
Сегодня оно выглядело несколько иначе, чем обычно: на маленьком туалетном столике лежал старинный манускрипт.

>>>>>>>>>