Все то время, что мы разговаривали, я не поднимала головы. Но тут он заставил меня взглянуть на него, и мы встретились глазами. И в этот момент - я знаю - между нами что-то произошло. Я чувствовала, ощутила словно физическое соприкосновение... И все изменилось. Он высказал то, что думал, и я его поняла.
Он не отводил взгляда, так что мне стало неловко. А он все смотрел. Я попросила, пожалуйста, не смотрите так.
Он подошел, обнял меня за плечи и очень мягко повел к двери. И сказал:
- Ты очень хороша собой, иногда просто красива. Чувствуешь тонко, полна жизни и всяческих стремлений, стараешься быть со всеми искренней и честной. Тебе как-то удается сочетать юность и непосредственность с некоторой старомодностью и резонерством. Ты даже вполне сносно играешь в шахматы. Словом, мне очень хотелось бы иметь такую дочку. Может быть, поэтому ты так нужна была мне все это время.
И он мягко вытолкнул меня за дверь, лицом к лестнице, чтобы я не могла на него посмотреть.
- Я не должен бы говорить тебе это, как бы у тебя голова не закружилась. И не оборачивайся, не то она может закружиться в буквальном смысле. Теперь иди.
Он слегка сжал мои плечи. Поцеловал в затылок. И легонько толкнул. Я спустилась на две или три ступеньки и только тогда остановилась и обернулась. Он улыбался, но так печально.
Я сказала, пожалуйста, пусть это будет не очень надолго.
Он только головой покачал. Не знаю, что он хотел сказать. "Нет, не надолго" - или - "не нужно надеяться, что это не надолго". Может быть, он и сам этого не знал. Но выглядел очень печальным. Таким печальным.
Разумеется, я тоже выглядела печальной. Но на самом деле печали я не чувствовала. Во всяком случае, это была не та печаль, от которой болит душа, не та, которая овладевает тобой целиком. Пожалуй, мне даже было приятно.
Свинство, но так оно и было. Я даже напевала по дороге домой. Было так романтично, так таинственно. Так хорошо жить.
Мне казалось: я уверена, что не люблю Ч.В. Я победила в этой игре. Что же произошло потом?
Первые дня два я все думала, он позвонит, что у него это просто мимолетная прихоть. Потом испугалась, что не увижу его долго - месяцы, может, и годы. Это казалось до смешного нелепым. Ненужным. Невероятно глупым. Меня злила его слабость. Я решила, раз он такой, пусть катится.
Этого настроения хватило ненадолго. Я решила: решу, что все это к лучшему. Он прав. Лучше всего порвать окончательно. Сосредоточиться на работе. Быть практичной, деловой, серьезной, то есть совершенно на себя непохожей.
И все это время меня занимала мысль - а не люблю ли я его? Но ведь если столько сомнений, то вряд ли?