-Тьфу, дура!
Пощечина, мой тихий вздох. Пинок в стенку и громкий удаляющийся топот.
Я бежал, толкая прохожих. Они ругались и бросали в мою сторону гневные взгляды, но мне было все равно. Впервые за долго время по моим щекам бежали слезы. Я бежал все быстрее и быстрее, шепотом выдавая нецензурную брань. Я ругал себя, ее, жизнь, судьбу. Вот зачем было делать мне больно?! Зачем она мучила меня два года подряд?! А я дурак слепой даже не видел этого! Она дура, я дурак, почему бы нам не быть вместе? Так, нет же! Обязательно нужно усложнять собственную и чужую жизни!
С этими мыслями я продолжал бежать по улице, совершенно не понимая, куда двигаюсь, спотыкаясь о мусор и ноги прохожих. Я уже давно выдохся, но продолжал упрямо бежать. «Авось сдохну». Слезы обиды сменились на яростный блеск в глазах. От грусти не осталось и следа. Ее вытеснили ненависть и упрямство. «Ненавижу девчонок! Ненавижу любовь! С*ки!» Это было последнее, что я помню. Дальше провал. Темнота.
Я очнулся от того, что на лоб мне плюхнулось что-то мокрое. Резко пахло уксусом.
-Пчхи!
- Очнулся наконец. – услышал я бесполый голос. «Кто это? Где я? Да какая разница».
- Зачем же так изводить свой организм, ты же еще так молод и красив, чтобы умирать.
«Баба» - подумал я и скривился. Человек рядом не обратил на это ни малейшего внимания. Я попытался встать, но понял, что все тело скованно. Боль это или оковы я не знаю. Мне ничего больше не оставалось, как лежать на чем-то не очень мягком и принимать ухаживания этой девушки. Я не чувствовал страха. Обо мне некому было беспокоиться. Родители бросили меня, когда я был младенцем, дед погиб еще на войне, а бабушка скончалась пару лет назад. С тех пор я слоняюсь по миру в одиночестве. От моих размышлений ни о чем меня оторвал предательски-громкое журчание в животе. Человек, стоящий рядом понял все без слов и куда-то удалился. Минут пять спустя я услышал его приближающиеся шаркающие шаги.
- Открой рот.
Не знаю почему, но я повиновался. В горло полилась теплая жидкость. «Куриный бульон». Бабушка поила меня таким в детстве, когда я болел. Я не боялся, что меня отравят. Если бы этому человеку нужна была бы моя смерть, он расправился бы со мной, пока я был без сознания. По мере наполнения моего желудка, я чувствовал, как ко мне тихим шагами приближается Морфей. С последней каплей бульона, я окончательно провалился в глубокий сон без снов.
Когда я проснулся, вокруг меня было так же темно, как и раньше. Но на этот раз рядом никого не было. Я недоуменно начал прислушиваться и только сейчас расслышал в звенящей тишине тихое, ровное дыхание. Человек, кормивший меня бульоном, спал, судя по всему, облокотившись о край моего ложе. Тело онемело от долгого отсутствия движения.
«Вот интересно, зачем я ей. Денег за мой счет она получить не сможет, если разве что только на каторжные работы отправит. А что еще с меня можно взять? Хотя… Какое мне собственно дело? Пусть делает что хочет. Мне все равно».
Она зашевелилась. «Просыпается». С ее пробуждением, во мне зарождалось какое-то странное чувство. Это не было страхом, ненавистью, уважением и уж тем более нежностью. Никогда со мной такого раньше не было.
Я чувствовал, что сейчас должно произойти что-то. Что-то очень важное, но я не мог понять что это. Но мучиться в неизвестности мне оставалось не долго. Каким-то неведомым мне образом она поняла, что я не сплю. Я слышал, как она поднимается на ноги и подходит к той стороне моего лежбища, где находиться моя голова. Я скорее догадывался о ее приближении и снова не чувствовал ничего. Кроме интереса. Я ощущал, как какая-то часть ее приближается к моему лицу. В нос ударил запах знакомых мужских духов. «Странно. Не часто встретишь девушку, которая…» Моей щеки коснулось что-то шершавое. Я удивленно вскинул брови. Но продолжать недоумевать мне не дали. К моим губам прикоснулись чьи-то чужие, шершавые, но горячие губы. О боги, что это был за поцелуй! Никогда не было со мной такого! Сколько девушек я целовал, ни одна не вызывала во мне ТАКОГО чувства. В груди что-то затрепетало, голова пошла кругом, в глазах заплясали огоньки. Чтобы не видеть этой суеты я закрыл глаза. Никогда не понимал зачем люди, когда целуются, делают это. Теперь понял. Я ответил на ее поцелуй. Я чувствовал, как она улыбается, и улыбнулся в ответ.
Она отстранилась, секунду спустя зажегся яркий, ослепляющий свет. Я сощурился, привыкая к освещению. Слегка очухавшись от резкого света и от такого чувственного поцелуя я открыл глаза и обомлел. Так вот кто обхаживал меня все то время! Вот кто только что подарил мне незабываемые минуты. Я лежал и смотрел на этого человека и улыбался, как самый настоящий дурак. В этот момент я понял, почему дура и дурак не могут быть в месте. Потому что этому дураку теперь как воздух необходим другой дурак. Я соскочил с кровати, кинулся ему на шей и начал целовать его в лоб, нос, губы, подбородок шею, с каждым поцелуем сползая все ниже, ниже, ниже, ниже…
|
|
