Вера в гражданские свободы и идеалы в конце 18 века, надежда на их осуществление в огне революции и крушение этих надежд, становление империи Наполеона – все это вызвало к жизни художественное направление, получившее название романтизма.
Романтизм был важной ступенью в развитии искусства всей Европы. Само название говорило о разрыве искусства с классическим наследием античности и повороте к народным традициям западноевропейского средневековья.
В сильных натурах сознание враждебности мира, в котором они живут, вызвало возмущение против существующего порядка. Оно выливалось в страстные публицистические стихи (Байрон, Гейне, Шелли), наполняло поэмы и романы темой тоски, одиночества и усталости, принимало резкую политическую окраску, выступая в защиту демократии, прав свободы личности. Его глашатаями были Гюго, Жорж Санд, русские поэты Рылеев, Бестужев-Марлинский, Одоевский, Кюхельбекер, Лермонтов. Гений Пушкина осветил все грани этого течения. Романтизм уходил в глубь истории, поэтизируя старину, окружая ее ореолом возвышенных чувств.



Литературные журналы, газеты, театры, выставки искусств – все это было самым верным источником, питающим моду и модную промышленность. Стоило только свершиться какому-нибудь событию, имевшему общественный резонанс, как мода уже отвечала на него. «Корсар» Байрона произвел в общественном мнении, в театре и в модах значительное впечатление.
Восточные имена героинь его баллад перенеслись на холодные берега Невы и в далекую Москву. Головы женщин покрылись турецкими чалмами, греческими покрывалами, восточными полосатыми тканями. Появились накидки «корсар», духи «Корсар». В будуарах и гостиных поставили широкие диваны и тахты, застелили полы восточными коврами, набросали на них удлиненные подушки.
Мода очень тонка в своих нюансах, и если присмотреться, то все, что привнес романтизм в литературу, живопись и театр, получило отзвук в костюме. Внимательно вглядитесь в мужские портреты этого времени: Кукольника (Брюллова), Байрона, Пушкина (Тропинина и Кипренского), автопортрет Брюллова. Вам бросятся в глаза темные одежды, широко распахнутые мягкие воротники рубашек, волосы, свободно подставленные под ветер, небрежно накинутый плащ или клетчатый плед.
Каждый месяц журналы всех стран, и России в том числе, не только специально модные, но и литературные, публикуют модные картинки, советы, описания туалетов, рисунков на ткани, обычаи и все, что подвержено изменению ветреной моды.

Читать далее

Н.В.Гоголь в своем "Невском проспекте" смог передать модные тенденции 30-х годов 19 века.Петербург заиграл перед нами всеми красками-бедность и богатство, порочные кокотки и заносчивость аристократов-все переплелось и завязалось в тугой узел столичной жизни. Хочу вас кротко ознакомит словами самого же Николая Васильевича , а иллюстрации-дамские модные журналы того времени.

Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере в Петербурге; для него он составляет все. Чем не блестит эта улица - красавица нашей столицы! Я знаю, что ни один из бледных и чиновных ее жителей не променяет на все блага Невского проспекта. Не только кто имеет двадцать пять лет от роду, прекрасные усы и удивительно сшитый сюртук, но даже тот, у кого на подбородке выскакивают белые волоса и голова гладка, как серебряное блюдо, и тот в восторге от Невского проспекта. А дамы! О, дамам еще больше приятен Невский проспект. Да и кому же он не приятен? Едва только взойдешь на Невский проспект, как уже пахнет одним гуляньем. Хотя бы имел какое-нибудь нужное, необходимое дело, но, взошедши на него, верно, позабудешь о всяком деле. Здесь единственное место, где показываются люди не по необходимости, куда не загнала их надобность и меркантильный интерес, объемлющий весь Петербург. Кажется, человек, встреченный на Невском проспекте, менее эгоист, нежели в Морской, Гороховой, Литейной, Мещанской и других улицах, где жадность и корысть, и надобность выражаются на идущих и летящих в каретах и на дрожках. Невский проспект есть всеобщая коммуникация Петербурга. Здесь житель Петербургской или Выборгской части, несколько лет не бывавший у своего приятеля на Песках или у Московской заставы, может быть уверен, что встретится с ним непременно. Никакой адрес-календарь и справочное место не доставят такого верного известия, как Невский проспект. Всемогущий Невский проспект! Единственное развлечение бедного на гулянье Петербурга! Как чисто подметены его тротуары, и, боже, сколько ног оставило на нем следы свои! И неуклюжий грязный сапог отставного солдата, под тяжестью которого, кажется, трескается самый гранит, и миниатюрный, легкий, как дым, башмачок молоденькой дамы, оборачивающей свою головку к блестящим окнам магазина, как подсолнечник к солнцу, и гремящая сабля исполненного надежд прапорщика, проводящая по нем резкую царапину, - все вымещает на нем могущество силы или могущество слабости.



Какая быстрая совершается на нем фантасмагория в течение одного только дня! Сколько вытерпит он перемен в течение одних суток! Начнем с самого раннего утра, когда весь Петербург пахнет горячими, только что выпеченными хлебами и наполнен старухами в изодранных платьях и салопах, совершающими свои наезды на церкви и на сострадательных прохожих. Тогда Невский проспект пуст: плотные содержатели магазинов и их комми еще спят в своих голландских рубашках или мылят свою благородную щеку и пьют кофей; нищие собираются у дверей кондитерских, где сонный ганимед, летавший вчера, как муха, с шоколадом, вылезает, с метлой в руке, без галстука, и швыряет им черствые пироги и объедки. По улицам плетется нужный народ: иногда переходят ее русские мужики, спешащие на работу, в сапогах, запачканных известью, которых и Екатерининский канал, известный своею чистотою, не в состоянии бы был обмыть. В это время обыкновенно неприлично ходить дамам, потому что русский народ любит изъясняться такими резкими выражениями, каких они, верно, не услышат даже в театре. Иногда сонный чиновник проплетется с портфелем под мышкою, если через Невский проспект лежит ему дорога в департамент. Можно сказать решительно, что в это время, то есть до двенадцати часов, Невский проспект не составляет ни для кого цели, он служит только средством: он постепенно наполняется лицами, имеющими свои занятия, свои заботы, свои досады, но вовсе не думающими о нем. Русский мужик говорит о гривне или о семи грошах меди, старики и старухи размахивают руками или говорят сами с собою, иногда с довольно разительными жестами, но никто их не слушает и не смеется над ними, выключая только разве мальчишек в пестрядевых халатах, с пустыми штофами или готовыми сапогами в руках, бегущих молниями по Невскому проспекту. В это время, что бы вы на себя ни надели, хотя бы даже вместо шляпы картуз был у вас на голове, хотя бы воротнички слишком далеко высунулись из вашего галстука, - никто этого не заметит.

Читать далее

Предлагаю,кому интересно ,пройти ниже пр двум ссылочкам- там две игры по истории моды.
1- даны детали одежды- нужно составить правильно костюм по определенным временным промежуткам 19 века
http://www.mccord-museum.qc.ca/en/keys/games/jeu2/

2.Даны уже готовые картинки- нужно их составить выше в квадратики по годам 19 века.
http://www.mccord-museum.qc.ca/en/keys/games/jeu2_2/

Удачи !

Французское слово «redingote» происходит от английского названия верхней одежды для езды «riding-coat». Костюм отличается характеными признаками: высокий воротник и пелерина, предохраняющая от дождя, прямые неширокие рукава на манжетах, вертикально расположенные карманы и двойная застежка. Английский мужской костюм для езды обычно шился из темного сукна. Но в музеях хранятся и образцы из светлых тканей, украшенные богатой вышивкой.
Как и зачем появился редингот? В XVIII веке французской придворной моде подражала аристократия всей Европы. Из Парижа в Лондон регулярно присылали две восковые куклы, которые демонстрировали последнюю моду для женщин и мужчин. Англичане вносили в нее изменения в соответствии со своим строгим и сдержанным стилем. Изысканные и дорогие французские ткани, кружево и вышивка заменялись на сукно или другие шерстяные ткани, чаще всего темных тонов. Носили одежду почти без украшений. Но случалось и обратное: французы заимствовали образцы одежды северного соседа, переосмысливали их, придавая им изысканность и блеск.



В 1783 году, после подписания Версальского мирного договора, восстанавливались прежние экономические связи между двумя странами, и после семилетного перерыва французское общество вновь начало проявлять интерес к британской культуре. В женскую моду вошли и надолго задержались там английские ткани из хлопка, так как модным стал белый цвет. Простота и строгость, характерные для английского костюма, нашли во Франции благоприятную почву. Здесь все заметнее чувствовалась склонность к большей сдержанности. В это время лаконичный редингот получил небывалое распространение. Но костюм для езды получил другой характерный вид. Он превратился в длинное мужское платье для прогулок, которое сохранило прежний крой и элементы: высокий воротник, пелерина, неширокие рукава с манжетами, карманы, расположенные вертикально в боковых швах, и двойная застежка. Изменились и ткани. Французские аристократы предпочитали яркие цвета. Практичная и удобная одежда нравилась и буржуазии. Рединготы шили преиумщественно из сукна или других шерстяных тканей синего, зеленого, но в основном кофейного цвета.



Мода на редингот быстро распространилась по всей Европе. Приблизительно в то же время и женщины Франции восприняли редингот как верхнюю одежду. Женщины носили редингот поверх платьев с широкой юбкой. Редингот застегивался до талии, а ниже расходился, оставляя открытой большую часть юбки. Для пошива редингота использовались яркие ткани, преимущественно в полоску.
В период Французской революции 1789 года женский редингот уже выглядел по-иному: стал темным, однотонным, плотно облегал фигуру, из-под прямого воротника выглядывал шарф-жабо. Именно тогда во Франции для представительниц аристократии и буржуазии стало удобнее и безопаснее передвигаться по улицам Парижа в нейтральных, не бросающихся в глаза рединготах. Кроме того, мужской покрой отвечал идее эмансипации женщин, общей идее, охватившей французов в первые годы революции.

Далее -небольшой коктейль из литературы разных времен с упоминанием редингота
Использованы кадры из фильма Гордость и предубеждение, Остаться в Остин, сканы модных журналов 19 века,картины художников 19 века-J.-L. David,Sir Thomas Lawrence,Michel Martin Drolling,John Rubens Smith и др., портреты M. Philibert Rivière, Pierre Guérin (художник),Claude-Marie Morin и др.

Читать далее

Эта милая вещица в 20-е годы 20 века буквально накрыла женщин с головой. Речь идет о знаменитой шляпке-колокольчик. Звезды кино, девушки-флапперы, буквально все надели этот головной убор.
Благодарить за это нужно известную шляпницу того времени Каролину Ребу- (1837-1927). В 1865 году она открыла модный магазин в Париже на 9, avenue Matignon и проработала там всю свою жизнь.В течении 50 лет она была королевой креативных шляпок.Ее называли королевой модисток, так же как Ворта отцом высокой моды.Она была первым модельером,украсившим дамскую шляпку вуалью. В 20-е годы она создает свою cloche hat (шляпку-колокольчик), но до этого была реставрация прошлых веков- шляпа "Гейнсборо" и шляпа в стиле натурщиц Вижи-лебрен. На Парижской всемирной выставке 1900года Ребу представляла французскую коммерцию.
Марлен Дитрих была постоянно клиенткой дома Ребу, именно там она приобрела свои знаменитые береты,которые женщины до нее не носили.В 1860-е года у Ребу одевались Полина Меттерних и императрица Евгения. Приобретала у нее головные уборы и Эльза Триоле, посещая магазин часто в сопровождении Луи Арагона.
Шляпы-клош обычно изготавливались из фетра, носили их, надвинув низко на лоб. Часто, разные виды лент, прикрепленные к шляпам являлись своего рода "носителями информации" о владелице. Например, лента в виде стрелы означала, что девушка не замужем, но сердце ее не свободно. Туго завязанный узел означал, что перед вами замужняя дама, а пышный бант ярко сигнализировал о том, что владелица шляпки не замужем и заинтересована в знакомстве.



Клош идеально гармонировал с образом флэпперов, и существовала даже определенная манера его носить. Поскольку шляпка надвигалась очень низко и смотреть из-под нее было неудобно, женщине приходилось приподнимать голову и немного вытягивать шею.
Клош имел форму колокола - правда несколько более округлого, чем привычный колокольчик; искусные шляпницы изготовляли тульи клошей таким образом, что их форма могла визуально прибавлять клиентке роста.
Существовало множество разновидностей клоша - был даже такой, напоминавший по форме берет. Клоши отделывались весьма разнообразно: от цветных строчек "зиг-заг" в стиле арт деко до вполне стандартных украшений в виде букетов.
Идеальным материалом для изготовления шляпки-клош считался фетр, впрочем, летние модели делали и из соломки - при этом ее полировали или красили, чтоб с виду шляпка напоминала шлем. Другим вариантом была вышивка.

Современное видение.Фильм Легкое поведение


К концу десятилетия сложилась система, диктовавшая, соответствие клоша с полями стилю casual, в то время как клоши без полей принято было носить в особых случаях. Состоятельные женщины украшали клоши брошами и клипсами - как правило, только с одной стороны. Такая ассиметрия вполне соответствовала стилю арт деко.
К 1926-му единственным способом освежить модель клоша оказывается только отказ от полей!
В 1928году поля клоша исчезают окончательно.

Читать далее

В Англии были свои щёголи. В 1770-е годы там появились модники нового типа — «последние в длинном ряду модных пустоголовых молодых людей». Их узкие полосатые камзолы и полосатые чулки, плотно обтягивающие тощие фигуры, высокие вытянутые парики, поверх которых надевали маленькие шляпки, должны были визуально вытягивать силуэт, в котором были почти одни вертикальные линии (карманы на такой одежде пришлось сделать внутренними, чтобы убрать карманные клапаны, которые нарушали модную вертикаль). Такой стиль назывался «macaroni» — по внешнему сходству с итальянским блюдом. Щёголь «macaroni» носил дамские зонтики от солнца и большие муфты, огромные пуговицы и пряжки, букетики в петлицах, выбирал платья светлых тонов и поливал себя духами. Мужчина-щёголь использовал много косметики: красил губы, румянил щёки, подводил брови специальным чёрным порошком, мазал волосы жасминовым маслом, пользовался кремами от морщин и делал ночные маски от веснушек. Они организовали клуб, члены которого должны были служить образцами вкуса в области моды, хороших манер, разбираться в изящных искусствах. Однако скоро стало ясно, что «macaroni» едва ли могут претендовать на оригинальность в какой-либо сфере, кроме своего внешнего вида.
Карикатуристы, изображая macaroni, делали акцент на их женственности: использование зонтиков от солнца, больших муфт, пудры и духов казалось забавным. Но многие профессиональные карикатуристы довольно хорошо знали тот новый стиль в моде, над которым они смеялись, поскольку сами были частью модной публики.
Такие щёголи, как и русские «петиметры», часто были персонажами комедий, к тому же представители среднего и низшего сословий использовали наряд «macaroni» и огромные парики 1770-х годов в качестве маскарадного костюма.



Несколько другое мнение о происхождении самого слова "макарони",как названия модного течения,предшественника дендизма

Macaroni прозывались щеголи того класса, что появился в Англии около 1760 года и состоял из путешествовавших молодых людей, перенявших вкусы и моды континентального общества
В 1760-е годы группа молодых людей из высшего общества, вдохновившись распространенным на Европейском континенте и особенно в Италии стилем «миньон», переняла эту вычурную и экстравагантную моду. «Макарони», как их скоро стали называть, предпочитали огромные парики, роскошные ткани, драгоценные камни и. не в последнюю очередь, белые шейные платки с большими бантами. «Такая надушенная благоухающая персона, с волнами кружев, выбивающимися из-под подбородка, озадачивает прохожих, пытающихся определить ее пол», — неодобрительно ворчха «Журнал города и провинции» в 1772 году. Этот полный излишеств стиль не прижился в американских колониях. Несмотря на то что в области моды Америка следовала примеру Европы и главным образом Англии, все изобретения значительно перерабатывались, приобретая смягченные, сравнительно скромные формы. Пуританские нравы страны не приветствовали вычурность в одежде, а тем более барочные изыски «Макарони».
слово произошло вовсе не от еды-макарон, а от итальянского «maccherone» - что-то типа «шалопай, презирающий условности».
Члены этого клуба были модниками, одевавшимися на модный итальянский манер, носили супервысокие парики, а целью их жизни было эту самую жизнь «прожигать» - пить вино, кутить, распутничать - в 1772 году Англия бурно обсуждала скандал, связанный с этим клубом – его члены почти поголовно оказались гомосексуалистами, хотя гордо именовали себя «самцами», выискивая для этого разнообразные местечковые словечки в разных языках и диалектах. Например, «guappo» («самец») - так приветствовали друг друга на юге Италии мужчины, хотя это слово также значит и «гвоздик» - подобно тому, как известное «мучачо» буквально переводе в некоторых местечковых диалектах Испании означает «самец, мужчина» и одновременно «болт». Кстати, там же «мухеро» - это и «женщина», и «гайка».

Современное видение момента :)Prince Poppycock



Читать далее