..."Давно пора достраивать сердце"....
«Наверное, дети похожи на окна. Они прозрачные. Сразу видно, кто хочет с тобой дружить, а кто собирается ударить в глаз.
А взрослые – это двери. Иногда открытые. Иногда закрытые. С закрытыми сложнее всего: неизвестно, ждут тебя за дверью или нет. Может быть, там тайный ход, который ведет в интересное место. А может – злая тетенька, готовая всыпать тебе полотенцем. Нужно ли туда стучать? Каждый раз непонятно.
Стены? Людей-стен нет. Бывают только двери, заложенные кирпичом».
...Просто никто не знает заранее, какой формы будет его грустная дырка.
Бусинки и капли
Надея Ясминска
Жил-был Мальчик.
Небольшой человек пяти лет. В самой южной комнате квартиры, на самом шестом этаже дома. У него были Папа, Мама и Кот. И время от времени случался Старший Брат.
В общем, если бы Мальчика попросили написать о себе книгу, он бы начал именно так.
*
Папа, несомненно, занял бы достойное место на выставке пап. Он был как раз таким, каким нужно: большим, слегка квадратным, с крепкими плечами. В наборе с ним шли стандартные вещи – работа, машина и галстук, а по выходным еще и футбольный мяч. Пожалуй, в Папиных глазах чаще, чем хотелось бы, отражался телевизор. И еще он постоянно повторял: «Не сейчас». Но Мальчик знал, что Папа не виноват: «не сейчас» приходит с возрастом – так же, как и лысина.
*
Мама любила готовить. А когда она уставала, то готовила особенно много и вкусно. «Как приятно побыть в тишине, потому что у всех занят рот», – повторяла она. Так что иногда в их семье был завтрак, второй завтрак, обед, полдник, ужин и перекус.
Мама обычно носила платья, но Мальчик любил ее домашние халаты. Потому что платья были цельные, словно кокон. А халат напоминал сложенные и завязанные на поясе крылья, такие же яркие и пестрые, как у бабочки.
*
Кот на самом деле был Корабельным Котом. Потому что, когда перевёрнутый стол превращался в корабль, он непременно забирался туда. А ещё Кота можно было прикладывать к уху, как большую мягкую ракушку: в его урчании слышался шум моря.
*
Брат возглавлял список явлений под названием: «Не понимаю, зачем это нужно». Он был невыносимо Старшим. Щедрым на тычки и подколки. И, подобно утренней овсянке, навевал мысль о неизбежности некоторых вещей.
*
Мир Мальчика представлял собой особенную карту. На ней были пять островов: комната, квартира, лестница с лифтом, двор и улица, которые омывались загадочным океаном под названием «все остальное».
