Ну, вот и всё. Всё кончилось. Тихо, без взаимных обвинений, ругани и, уже не имеющих никого магического воздействия, слёз. Да, впрочем, и без лишнего трагизма. Все отношения заканчиваются. И все плохо: либо расставаниям, либо смертью. Такова моя, не то, что бы оптимистичная теория. В большинстве своём люди пытаются всю жизнь делать всё для того, чтобы стать счастливыми. Словно, мы мчимся на немыслимой скорости по бесконечному шоссе, нарушая правила и игнорируя светофоры, с искренней уверенность, что там, в конце – счастье. Но разве оно так? Если продолжать метафору, то счастье – это скорее скользящие за окном яркие, вызывающие у наблюдательных наездников восторг, пейзажи. Мгновения…
Мы были счастливы. Четыреста восемьдесят три дня, семь часов и двадцать пять минут. Мы видели пейзажи за окном. И, вероятнее всего, сможем увидеть ещё. Теперь порознь. Он свои, а я свои. Как будто, на перекрестке мы разъехались в противоположных направлениях. Но с годами мир становится теснее, и, возможно, нам будет суждено увидеть друг друга ещё. На доли секунды, на очередном перекрёстке. А пока, всё кончилось. Он тихо закрыл дверь, оставив на тумбочке ключи с деревянным брелоком в форме половинки разбитого сердца. Вторая половинка болталась на моих ключах. Эти брелки, в туго перевязанной цветной коробочке, нам подарила Алиса на Новый Год. Я сняла с его ключей половинку и прицепила к своим. Ирония: теперь сердце едино. Вернувшись в комнату, затушила свечку и включила свет. Грязную посуду – на кухню, остатки жареной курицы – в холодильник. И, кажется, всё как обычно. Вот только тишина, густая и практически осязаемая. Я вышла на балкон и закурила. В окнах дома напротив, горел свет. Небольшие тёмные фигурки мелькали за прозрачными шторами, как в кукольном театре. Интересно, сколько за этими окнами прячется таких же одиноких людей? Наверняка, где-то есть клуб для «анонимных одиноких». Ведь их точно не меньше, чем анонимных алкоголиков. По коже пробежали мурашки. Я свободная, ничем не обремененная, независимая, самостоятельная девушка. Вывод: я одинокая. Вырвался истерический смех. Терапия глянцевых журналов дала трещину. Кстати, Он всегда говорил, что умные люди глянцевых журналов не читают, они их издают. Наверное, был прав, да и не только в этом. С Ним мне тоже иногда было одиноко. Но это было другое чувство, выращенное долей незатейливой обиды и искренним непониманием. Мое сегодняшнее одиночество было совершенно другим. В его основе лежала пустота, грязная посуда и остатки курицы в холодильнике. Слёзы покатились по щекам. И пусть в извечной борьбе разума и сердца сегодня первый проиграет. Мне никогда в жизни ещё не хотелась так плакать. Желание, сродни жажде или голоду. Это было необходимо, что бы завтра наступило. Что бы утром заставить себя взять в руки. Чтобы придти на работу, прочитать недельные отчеты, ответить на текущую почту, сделать несколько звонков и просто чаще молчать. Как умирает любовь? Думаю, что тихо, в одиночестве на балконе с сигаретой. Проблема розовых очков в том, что они всегда бьются стёклами внутрь. А может тогда лучше всё-таки по шассе за призрачной надеждой на счастье? За надеждой на то, что всё когда-нибудь изменится? Прежде чем относиться цинично к счастью, стоит выработать иммунитет к одиночеству. В противном случае будет больно, слишком тихо и пусто. Вернулась в комнату и рухнула на диван. Со стены предательски смотрела его фотография. Что в нём было такого особенного? Как это что? Всё. От начала и до конца. С его появлением всё пошло совсем не так как должно было. Какая же я всё-таки банально предсказуемая, но я помню нашу первую встречу. Помню своё смешное платье, неприлично короткое, нелепое. Мило. Помню его серьёзный, сосредоточенный взгляд. И он тоже помнит - я знаю. Я всегда знала о нём больше, чем было нужно. Но больше я таких ошибок не допущу. Теперь я стала старше на целую жизнь длинной в четыреста восемьдесят три дня, семь часов и двадцать пять минут. Он не был уникален в своем несчастье. Диагноз: слишком много воспоминаний. Он не выбирал себе лекарство, окунулся в работу. А я? Хорошо, если мне отвели роль витаминов. А может просто - пищевая добавка? Глупость. Он всегда говорил, что я - это важно. Хорошо быть важной вещью, в чьей-то жизни. Вещью... Он сложный. Особенный. Не смешной. Понятный. Искренний. Он слишком похож на Мужчину Моей Мечты. Между ними, впрочем, только одно отличие: он – живой человек. Настоящий. А значит, он не приснился мне, а я не приснилась сама себе. Я хочу спать. Хочу, чтобы мне приснилось наше небо, все наши пейзажи. Хочу увидеть во все нас, которых больше нет. Нас нет. Так просто. Ну, вот и всё. Наконец-то ВСЁ ПРОСТО!.. А теперь, прочь из моей головы. Я засыпаю. Вали из моей головы, очень срочно!
