Днесь спасения нашего главизна,
и еже от века таинства явление,
Сын Божий, Сын Девы бывает,
и Гавриил благодать благовествует,
тем же и мы с ним Богородице возопиим:
радуйся, Благодатная,
Господь с Тобою.
Разрешила детям не пойти в школу сегодня, - и правильно сделала, что разрешила, без меня все рано не собрались бы толком… и Мишку не на кого было бы оставить: муж опять в Питере…
Утро, пять сорок пять, звонок: «Ленинское РОВД, инспектор такой-то. Сегодня ночью с вашей машины сняли щетки. Вы должны приехать, написать заявление. Лучше прямо сейчас.» И ладно бы, щетки… но ведь если не поехать – замучают звонками. Одеваюсь, силясь проснуться, не без труда нахожу пострадавшую, отметив для себя по пути к ней еще две машины с тем же дефектом, с трудом выезжаю из неудачного, не слишком подходящего для парковки места…
В отделении, кроме меня – еще «пострадавшие». За дверью кабинета инспектор допрашивает «пойманного с поличным». Парень лет двадцати пяти, трезв и адекватен, значит не хулиганство… предполагаю наркозависимость – увы, как потом оказалось, не ошиблась… Жалко его...
После оформления нужных бумаг, едва живой после бессонной ночи инспектор жалуется: «Как с цепи сорвались в эти два дня… драки, поножовщина… И ведь святой праздник!»
Муж привез из Питера в подарок кэноновскую мыльницу, пытаюсь освоить – ничего пока не получается, видимо, придется вернуться к своему старичку «Олимпусу».
Служба Пасхальная – на одном дыхании, полетом, с одиннадцати до половины пятого. Мальчики вздремнули немного, девочки бодрствовали всю ночь. Бесконечно умилял Мишка, был вдохновлен и серьезен, осбенно со свечой в руках, во время крестного хода. На Гришин вопрос о незнакомых молитвах: «Мама, а какие песни они сейчас поют?», - с важным видом знатока ответил: «Воскресные!»