Среди толстых стволов деревьев, как будто прячась от кого-то очень страшного, мелькнул светлячок. Только это был необычный светлячок, не такой, каких все привыкли видеть. Этот светлячок был одним из духов, населяющий этот древний лес. Он пристально наблюдал за Лэджером и Вурлансом, которые, переночевав в лесных владениях, продолжили свой путь, уходя всё дальше вглубь спутанных толстых ветвей и торчащих из сухой земли корней. Маленький светлячок, сияя мягким желтоватым светом, снова метнулся за ствол очередного дерева и, затаившись там, наблюдал за путниками. Человек остановился и огляделся вокруг. Постояв так немного и чуть отдохнув, он двинулся дальше, а за ним и мальчишка, ведущий за собой пару лошадей. Еще немного посмотрев на людей, лесной дух скрылся в густой листве. Никто из путников, конечно же, ничего не заметил. Они шли дальше, занятые собой и своими мыслями. Обилорн ковылял впереди, а Вурланс сзади. Лошадям было идти тяжелее всех, они спотыкались копытами о торчащие корни. Опустив голову, они шумно вдыхали прохладный воздух леса. Лэджер много прислушивался и присматривался. Большое внимание он уделял поведению лошадей, ведь именно они способны почувствовать любую опасность заранее. Но четвероногие спутники не выказывали никакого беспокойства. Они уже устали и тяжело плелись вслед за мальчишкой. Проделав долгий путь длиною в несколько часов, Обилорн остановил-ся. Оглянувшись назад, он посмотрел на Вурланса. Судя по виду парня, он очень устал и еле дер-жался на ногах. Мальчишка, почувствовав взгляд человека, посмотрел ему в глаза и улыбнулся, только улыбка эта получилась настолько вымученной и усталой, что больше походила на гримасу, чем на доброжелательное выражение лица. Лэджер, нахмурившись, присмотрелся к Вурлансу. Немного помолчав, он спросил:
- Ты устал?
- Нет. – Мотнул головой парень. – Давай продолжим путь, если, конечно, не устал ты…
- Я устал. – Ответил Обилорн, увидев, что мальчишка попросту врет. – Давай лучше передохнем немного. Но лошади, похоже, вымотались больше нашего раза в два… Вечером их надо хорошенько накормить. Присаживайся рядом. – Лэджер указал рукой на примятую траву рядом со стволом како-го-то раскидистого дерева.
Вурланс привязал лошадей к толстой ветке и опустился на землю, туда, куда указал ему чело-век. Тяжело опустившись рядом с парнем, Обилорн посмотрел на него. Мальчишка, чуть нахмурив-шись и напрягшись от прямого и открытого взгляда своего спутника, посмотрел Лэджеру в его темно-карие глаза, а потом опустил взгляд на раненое плечо друга. Кивнув головой на ранение, Вурланс спросил:
- Как?.. Не болит?..
- Нет. – Ответил человек. – Ну, по крайней мере, не так уж сильно. Для меня практически неза-метно.
- Это хорошо. – Облегченно сказал мальчишка, будто рана была не у его спутника, а у него са-мого. – Значит, скоро пройдет.
- Да. – Согласился Лэджер и посмотрел на тюки с едой, привязанные к седлу лошади Вурланса.
- Сейчас. – Быстро отреагировал парень и, поднявшись на ноги, снял мешок с лошади и опустил его прямо перед человеком, предварительно развязав. – На.
Обилорн удивленно посмотрел на мальчишку, потом на раскрытый мешок.
- Я разве просил тебя об этом?
- Нет, но я вижу, что ты, кажется, хочешь пить. – Ответил Вурланс. – Ты устал, не так ли? Вода сможет утолить твою жажду.
И, не дожидаясь ответа, молодой парень достал из мешка бутыль с водой и, откупорив ее, про-тянул человеку. Лэджер, молча смотря на мальчишку и не отрывая от него глаз, принял бутыль из его рук и, сделав пару-тройку глотков, отдал склянку обратно. Улыбнувшись краешками губ, Вурланс уб-рал остатки воды обратно в мешок и, еще раз посмотрев на Лэджера, спокойно устроился рядом с ним. Обилорн задумчиво сидел, опустив голову вниз. В его голове крутилось столько мыслей, что было очень трудно выделить хотя бы одну из них, все они были перепутаны между собой и ни для кого непонятны.
- Лэджер… - Позвал мальчишка, заглянув человеку в лицо.
- Что? – отозвался Обилорн.
- Можно тебя спросить?..
- О чем? – насторожился человек, ожидая от парня каверзного вопроса.
- О твоем занятии… Ты ведь кузнец, так? Расскажи мне… - Негромко ответил Вурланс, заворо-женный собственными словами.
- О чем рассказать? – немного расслабившись, спросил Лэджер. – Разве алхимику будет инте-ресны рассказы о жаре раскаленной печи, стуках молота и закаляющейся стали?
- Будут-будут! – замотал головой мальчишка. – Будут интересны!.. Я всегда восхищался теми людьми, которые могут делать то, чего не могу делать я… Я хочу знать, как это – быть кузнецом?
- Кузница… - Немного помолчав, начал Обилорн. – Кузница… и кузнец. Они не разделимы, они – единое целое, они не могут существовать друг без друга. Кузнец – не просто профессия, это образ жизни. Поверь, я так долго провел в тюрьме, что забыл обо всем кроме ее жара и звона молотков… Да, обо всём. Мне до сих пор снятся странные сны, в которых только я и моя кузница, теперь разру-шенная и сожженная дотла. Даже во сне я чувствую всей своей кожей ее жар, и под ударами молота, вторящими ударам моего сердца, кусок стали прекращается в меч удивительной красоты…
Вурланс с замиранием сердца слушал Лэджера, широко раскрыв глаза. Хоть он никогда не ви-дел кузницу вживую, зная о ней только из книг и рассказов, он представлял ее себе так, будто это было какое-то живое существо, наделенное разумом и скрытой магической силой. Там, где Вурланс жил вместе с Даггодом Амрулом, Аркдулом и другими воинами, кузницы, конечно же, были, но такой, о которой рассказывал Обилорн, мальчишка и не видел и не слышал. В той кузнице Гимкама-Обилорна всё дышало жизнью, которую так безвременно оборвали. Молодой парень смотрел на человека, как на какого-то всемогущего мага, который может повелевать огнем и сталью. Обилорн окунулся в воспоминания. Даже забыв о том, что его слушает Вурланс, человек начал вслух вспоминать свою жизнь, кузницу и раскаленную сталь…
- Я тоже рос один. – Говорил Лэджер. – Я никогда не знал моих настоящих родителей. Моим опекуном был Грэйстор Изонг, славный кузнец, мастер своего дела. Как только я начал осознавать и понимать то, что происходило вокруг меня, Грэйстор говорил мне, что он не мой отец, чтобы потом, когда я вырасту, это не было для меня ударом. У моего опекуна не было ни жены, ни детей. Он при-ютил меня к себе и научил всему, что только знал сам. Конечно же, опираясь на полученное мастер-ство, я сам начал придумывать и разрабатывать новые методы ковки и обработки металла. Денег у нас было мало, можно сказать, что не было совсем. С одиннадцати лет я зарабатывал золотые моне-ты, как только мог, принося всё полученное за день Грэйстору, чтобы он смог пойти и купить хлеба с молоком. Иногда деньги оставались даже ему на табак. Он много курил… Изонг не знал, кем были мои родители, поэтому он ничего не мог рассказать мне. И я не пытал его насчет этого. Я знал, что ему не по себе от таких разговоров. Всю жизнь я провел в кузнице. Целыми днями я пропадал там, наблюдая за работой Грэйстора, иногда помогая ему. Когда у меня стало достаточно сил, чтобы держать молот, я, при чутком руководстве Изонга, сковал свой первый меч. Он был кривой и неровный… Совсем некрасивый. – Лэджер усмехнулся, вспомнив свою первую работу. – Но Грэйстор сказал мне, что это самый красивый меч, который он когда-либо видел… Он врал. Я знал это, и даже знал, почему он так говорит. Я видел, что меч отвратителен и совсем не похож на те, которые делал мой опекун. Схватив кривой кусок стали, я выбросил его во двор, но Изонг подобрал его и повесил в кузнице на самом видном месте. Неудавшийся меч меня жутко раздражал, но теперь я понимаю, что это было действительно самое красивое оружие, выкованное мною…
- Потому что оно было твоим самым первым, да? – спросил Вурланс, который, казалось, даже дышал через раз.
- Да. – Обилорн опустил голову. – Самым-самым первым. – Немного помолчав, Лэджер снова усмехнулся, посмотрев на мальчишку, и сказал: - Что-то я совсем… Ты просил рассказать о кузнице, а я мелю о своей несостоявшейся жизни…
- Прошу тебя, продолжай!.. – Воскликнул парень. – Мне очень интересно, правда… Расскажи, что было дальше.
- Что дальше? – переспросил человек. – Дальше был только кошмар. Кошмар и больше ничего. Однажды я вышел на улицу и пошел в сторону хлебной лавки, как на меня из темного поворота напа-ли несколько пронырливых людей, вооруженных длинными обоюдоострыми ножами… Они потребо-вали денег, которых у меня не было, ну, если не считать те, которые мне дал Грэйстор на покупку хлеба. Я сказал, что у меня ничего нет. Они, конечно же, не поверили и пригрозили своим оружием и даже смертью, если я не отдам свои гроши. Я был тогда молод, мне было двадцать три. Я сказал раз-бойникам, что меня не напугать какими-то тупыми железками и что денег они не получат. Естественно, они напали на меня как свора бешеных собак… Их было четверо, я же был один. Дрались мы недолго. Получилось так, что я проткнул одного из налетчиков его же ножом… Трое, которые были вместе с ним, убежали, а я, впервые увидев смерть собственными глазами, стоял над телом, сотрясаемый дрожью и холодным потом. И тут по иронии судьбы прибежали стражники и, увидев меня рядом с телом мертвого человека, не стали разбираться, кто я и что случилось. Заломив мне руки за спину, они утащили меня с собой, посадив в клетку. Был суд, как мне потом говорили, только я на нем не присутствовал. Судья решил, что виноват я и приговорил меня к пожизненному заключению. Я очень долго и безутешно просил, чтобы мне разрешили увидится с Грэйстором… Но мне так и не дали этого сделать, разорвав окончательно мою связь с внешним миром. Только теперь, после всего, что со мной произошло, я понимаю, что всё это было подстроено. Возможно, всё могло бы обойтись и без убийства, но меня, я уверен, все равно бы упекли за решетку. Причину бы нашли. По прошествии нескольких лет, проведенных в тюрьме, я узнал, что нашу кузницу сожгли и стерли с лица земли, не оставив и камня на камне… Грэйстора Изонга, естественно, убили, оставив меня одного в целом мире. Прошло еще несколько лет, когда меня перевезли в другую страну и другой город. Я уже разуверился во всем на свете, как появился Даггод Амрул, выкупивший меня и подаривший свободу…
- Даггод… - Пробормотал Вурланс. – Он знал, кто ты на самом деле. И свобода, подаренная им тебе, самый дорогой подарок в память о нем. Я уверен, что ты никогда не забудешь его…
- Не забуду. – Подтвердил Лэджер. – Никогда.
- Твоя история… История твоей жизни… Она такая… Такая… - Мальчишка не сумел договорить.
- Какая? – Обилорн поднял на парня блестящие глаза.
- Горькая. – Вурланс нашел нужное слово. – Именно горькая. По-другому я сказать не могу. Ты навсегда потерял своего опекуна, Грэйстора, как и я Даггода… совсем недавно. Мне так жаль тебя, Лэджер… Правда, очень жаль.
- Ладно. – Махнул рукой человек. – Не трать жалость попусту. Она тебе еще пригодится.
- Верно говоришь, Обилорн… - Сказал кто-то совсем рядом со спутниками. – История и вправду горькая, но пожалеть тебя, всё-таки, стоит.

Обилорн и Вурланс нещадно гнали лошадей, отдаляясь всё дальше и дальше от разрушаемого призраками города. Впереди, в ночной темноте, начали виднеться верхушки деревьев. Густой древний лес был совсем рядом, в нем можно было укрыться от невидимых глаз Леденящей Тьмы, которая, надо сказать, и не думала гнаться за обезумевшими от ужаса путниками. У нее были дела и поважнее. Например, перестройка города под названием Даггайран…
Домчавшись до леса, Лэджер притормозил коня и оглянулся назад, посмотрев на гигантское об-лако тьмы на горизонте. Вурланс тоже остановился. Он так тяжело дышал, будто сам бежал впереди своей лошади. Тоже обернувшись назад, мальчишка хотел что-то сказать, но передумал, посмотрев на сломанную руку Обилорна, болтавшуюся как толстая веревка. Они молча смотрели на клубящуюся тьму. Немного погодя Вурланс, указав на руку своего спутника, спросил:
- Очень больно?
- Нет. – Нахмурившись, ответил Лэджер и с трудом спешившись, взял Ардэна под уздцы и повел в сторону леса. – Идем.
Войдя в лес, они не стали уходить в глубь. Остановившись на некотором расстоянии от редких деревьев, им было видно всё, что происходило на равнине. Обилорн сказал мальчишке привязать лошадей к стволу, чтобы они никуда не ушли. Сам же Лэджер тяжело опустился вниз и, прислонив-шись спиной к толстому стволу, сел на сухую траву. Болезненно смахнув пот правой рукой со лба, он судорожно вздохнул. Вурланс, опустившись рядом с человеком, осторожно коснулся его плеча и тихо спросил:
- Разрешишь мне взглянуть?..
Немного подумав, Обилорн чуть кивнул головой и отвернул голову от мальчишки, чтобы тот не мог видеть его страданий, крепко стиснутых зубов и потного лба. Молодой парень был рад тому, что руки его спутника были голы. Лишний раз он будет причинять ему боль, снимая одежду. Осторожно потрогав перелом в области локтя, Вурланс поднял глаза на Лэджера, отвернувшегося от него.
- Ты выпрыгнул из окна? – спросил мальчишка.
- Да. – Ответил Обилорн. – Из окна другой комнаты, которая выходила как раз на конюшни. Прыгнул, да не ловко…
- Ничего. Я выправлю тебе руку. Она заживет, и уже очень скоро ты снова сможешь крепко дер-жать щит. – Улыбнувшись, сказал парень.
- Хорошо бы… - Болезненно пробормотал Обилорн. – Какой лист на этот раз ты привяжешь ко мне?
- В этот раз метод лечения будет немного другим. – Сказал Вурланс. – Твои кости смещены. Их нужно поставить на место… Ты готов?
- К чему? – не понял Лэджер.
- Будет больно. – Быстро сказал мальчишка и с громким хрустом вывернул руку человека в нужную сторону, поставив на место.
Обилорн от неожиданности и нестерпимой боли закричал так громко, что лошади, содрогнув-шись, натянули поводья, а ночные птицы леса испугано вспорхнули с сухих веток. В один миг со лба Лэджера градом потекли капли пота, мышцы напряглись до предела, а вены на висках вздулись так, как будто были готовы вот-вот лопнуть… Обилорн рычал от боли, стиснув зубы и зажмурив глаза. Вурланс испугался, что в порыве гнева человек ударит его, но этого не произошло. Жгучая боль, пульсирующая в опухшей руке, мало-помалу начала утихать и Лэджер, немного расслабившись, отки-нул голову назад.
- Вот и всё. – Осторожно сказал Вурланс, боясь непредсказуемой реакции своего спутника. – Кости стоят правильно. Сейчас я наложу повязку, и они быстро срастутся, а хорошо помогающий лист Аэтола заживит трещины в костях, снимет боль и жар.
Открыв свою сумку, мальчишка достал какой-то небольшой кожаный мешочек, связанный корот-кой тесьмой. Раскрыв его, Вурланс высыпал себе на ладонь немного сухого тертого листа, который он, размочив в миске с водой, выложил на чистую повязку. Осторожно забинтовав руку Обилорна на несколько раз, мальчишка удовлетворенно посмотрел на результат своей работы.
- Всё. – Сказал он.
- Откуда ты всё это знаешь? – отдуваясь, спросил Лэджер.
- Из книг, которые мне покупал у самых знаменитых алхимиков Даггод Амрул… - Ответил Вур-ланс и тяжело вздохнул. – В них описаны всё травы, имеющие целебные свойства. Там есть всё: как готовить, как хранить, как определять, готова трава к сбору или нет… Даггод любил меня и потакал всем моим начинаниям, но, вопреки всему, я не воин, а алхимик.
Они замолчали. Молодой парень смотрел на человека, который, опустив голову вниз, смотрел на примятую желтую траву, среди ломких стеблей которой пробегали какие-то мелкие насекомые. Страх немного отступил назад, но до сих пор напуганное сердце Вурланса продолжало учащенно биться. Посмотрев на Обилорна, парень сказал:
- Когда постоялый двор рухнул, а ты не выпрыгнул вслед за мной, я так испугался… за тебя. Я боялся, что тебя придавит обломками, и я больше никогда не смогу вновь увидеться с тобой, Лэджер. Ты настоящий воин… Таких я еще не встречал. Ты стал мне другом, если не старшим братом… Но я боюсь, что ты не поймешь меня и расценишь мои слова по-другому.
- Иди, поешь. – Немного подумав, ответил Обилорн, не поднимая головы.
- Я знал, что ты не поймешь меня. – Ответил Вурланс и побрел к тюкам с едой. – Я знал…
- Просто я не привык к тому, чтобы за меня переживали и тем более боялись. – Пробормотал Лэджер. – Ты не должен так поступать. Ты должен переживать только за себя… Понял?
- Нет. – Ответил мальчишка, повернувшись к Обилорну лицом. – Я так не могу. У меня не оста-лось никого, кроме тебя. Ты для меня пример для подражания, идеал. Я хочу быть похожим на тебя, потому что ты очень хороший человек.
- Перестань. – Спокойно, но достаточно жестко оборвал его Лэджер.
- Я просто хочу, чтобы ты знал, что для меня ты важен. – Сказал напоследок Вурланс и нагнулся к одному из мешков с едой.
Они снова замолчали. Обилорн украдкой посмотрел на парня, который копался в мешке в поис-ках подходящей еды. Лэджер, повинуясь данному обещанию, должен был оставить мальчишку в пер-вом попавшемся городе, но вместо этого он тащит его за собой неизвестно куда! Всё пошло совер-шенно не так, как хотелось Обилорну. Он нехотя признался себе в том, что проникся к Вурлансу доверием и даже братской любовью. Парень был настолько безобиден, умен и красив, что не понра-виться он просто не мог. Лэджер понимал, что мальчишка будет всей душой желать остаться с ним, но он просто не мог позволить себе этого. Думая и желая лишь одного – оставить Вурланса в безопасном месте – Обилорн, закрыв глаза, задремал. Молодой парень, увидев, что его спутник уснул, тихо подошел к нему и, опустившись рядом на колени, прошептал:
- Я знаю, что случилось в Даггайране… На тебя идет охота, Лэджер… Я не оставлю тебя одного. Никогда.
Еще немного посмотрев в спокойное лицо спящего друга, Вурланс поднялся на ноги и, отойдя в сторону, тоже прислонился к сухому стволу и, опустившись вниз, закрыл усталые глаза. Сделав глубокий вдох чистого прохладного воздуха, мальчишка заснул.

Вурланс проснулся от глухого шума и легкого дрожания земли. Вскочив на ноги, он увидел, что Лэджер не спит, а сидит в пол оборота и выглядывает из-за толстого ствола, что-то высматривая на равнине. Было утро. Солнце уже поднялось и ярко светило, высушивая траву на равнине. Услышав, что мальчишка проснулся, Обилорн бросил на него быстрый взгляд. Парень увидел чем-то очень взволнованное, если не испуганное лицо человека. Лэджер снова начал всматриваться сквозь стволы и ветви на равнину. Вурланс бесшумно приблизился к Обилорну и хотел спросить у него, что случи-лось, но ответа не потребовалось, так как мальчишка, проследив за взглядом своего спутника, увидел большой отряд рапторов, верхом на которых сидели манмуры. Рапторы были очень крупными двуногими животными с чешуйчатой темно-сиреневой кожей. У них были очень сильные мускулистые задние лапы, на которых они передвигались, и длинный хвост с изогнутыми шипами на конце. Передние лапы рапторов были короче и тоньше. Длинные когтистые пальцы были предназначены для того, чтобы подхватывать свою жертву и, не отпуская, крепко держать. На голове у них был короткий заостренный рог, растущий на конце массивной морды, прямо между широкими раздувающимися ноздрями. Маленькие желтые глаза с тонким вертикальным зрачком смотрели холодно и безжалостно. Рапторы мотали большими головами, широко раскрывали зубастые пасти и оглушительно рычали. На чудовищах была стальная упряжь, чем-то похожая на упряжь лошадей. К кольцам стальной дуги, одевавшейся на вытянутую морду, были прикованы длинные толстые двойные цепи-поводья. Лоб и переносица чудовищ была закрыта стальной пластиной, пристегнутой крепкими ремнями к голове. На спине рапторов были стальные подобия седел, покрытые толстой темной кожей, в которых сидели манмуры, крепко сжимая в руках двойные цепи. Всадники были в темных одеждах, похожих на одежды ассасинов, только имелись стальные доспехи, закрывающие тело и голову. Одной рукой манмуры держали длинное копье, которое были готовы метнуть в любой момент, а другой рукой сжимали толстые цепи, натягивая их и не давая рапторам волю. К небольшим седлам были привязаны пучки тонких веревок, на концах каждой из которых был прикреплен голый череп, смотрящий на всех вокруг пустыми глазницами. У одного из всадников, раптор которого шел в середине отряда, на верхушке шлема торчали три причудливо изогнутых лезвия, а к седлу кроме черепов была привязана пара человеческих голов, истекающих кровью… На ногах раптора этого манмура белой краской были нарисованы какие-то знаки в форме кругов и угловатых линий. Лэджер понял, что это никто иной, как главарь этого отряда. Рапторы, погоняемые манмурами длинными кожаными бичами, неслись по равнине, поднимая пыль, взрыхляя землю и создавая очень много шума. Вурланс, затаив дыхание, наблюдал за удаляющимися чудовищами. Посмотрев на Лэджера, он спросил:
- Кто это?
- Не знаю, но они направляются в сторону Даггайрана. – Обилорн повернулся к мальчишке. – Пора и нам уносить отсюда ноги. Пойдем через лес.
- Через лес?.. – Чуть испугано спросил парень.
- Через лес. – Повторил Лэджер и с трудом поднялся. – Перекусим по дороге.
- И что нам теперь делать? – спросил как бы сам себя Вурланс. – Куда мы пойдем? Даггайран разрушен…
- Будем искать следующий город. – Просто ответил человек. – А когда найдем, останемся там.
Слово «останемся», а не «останешься» очень воодушевило мальчишку, ведь это значило, что Обилорн намеревался остаться с ним, а не бросить его на произвол судьбы. Вурланс улыбнулся, по-смотрев на хмурого спутника, который был чем-то очень сильно взволнован и даже испуган. Обилорн подошел к своему коню и хотел взять его под уздцы, но молодой парень не дал ему этого сделать, зная, что это принесет его другу некоторую боль, так как его вторая рука была сломана и заживет она не скоро. Взяв на себя ведение обоих лошадей, Вурланс взвалил на них тюки с едой и, поравнявшись с шедшим впереди Лэджером, спросил:
- Тот зеленый камень… Ты успел отдать его?
- Да. – Кивнул головой Обилорн. – Успел, а почему ты спрашиваешь?
- Не знаю. Просто так. Просто… просто мне хотелось, чтобы ты поскорее избавился от него. Странный он какой-то и влияет на всё вокруг тоже странно. – Сбивчиво ответил Вурланс.
- Ну, я отдал его. Можешь не волноваться. – Ответил Лэджер и ускорил шаг, уходя всё глубже в заросли леса.
- Ты идешь так уверено… Откуда ты знаешь путь? – через некоторое время спросил мальчишка.
- Если идти всё время прямо, то лес кончиться. В этом мире всё имеет конец. – Негромко отве-тил Обилорн. – Всё имеет конец… Только не всегда известно, когда он придет. Некоторые с нетерпе-нием дожидаются его, а некоторые только и думают о том, как бы отсрочить его или задержать каким-то волшебным образом… В основном, это свойственно людям. Ну, возможно и всемогущим магам, некоторые из которых могут поворачивать время вспять, меняя исход… Но они, надо сказать, практи-чески никогда так не делают. Это чревато не очень приятными последствиями… Да.
Мальчишка не ответил. Он лишь благоговейно посмотрел в спину своему спутнику и чуть улыб-нулся. Переступая через выбоины и ухабы, заросшие безжизненной сухой травой, Вурланс вел за со-бой пару лошадей. Лэджер шел, глубоко задумавшись. Он думал о том, что за камень он подобрал в развалинах, и о том, что надо бы поскорее добраться до какого-нибудь густо населенного города с военными силами и сообщить о том, что Даггайран разрушен какой-то черной силой. Возможно, люди, эльфы, гномы и прочие организуют поход против сил Ледяной Тьмы… Хотя, очень врят ли, ведь все представители этих рас сами находятся в разногласии между собой и толку от них нет никакого. Они врят ли смогут договориться между собой и, объединив свои силы, напасть на Даггайран, который теперь принадлежит Тьме.

- Стало как-то прохладно… Тебе не кажется? – спросил один из стражников, стоящих рядом с большим фонтаном, брызгающим теплой водой в разные стороны. – Странно, но я не помню, чтобы было так холодно в последнее время.
- Правильно, не помнишь. Так холодно еще не было никогда в нашем теплом краю. – Согласился второй страж. – У меня руки замерзли, представляешь? Мне кажется, что мои перчатки примерзли к коже.
- Да. – Поддакнул первый. – Очень холодно.
Вдруг подул ледяной ветер, да еще и такой сильный, что стражники, которые стояли, присло-нившись к каменному резервуару фонтана, не удержались на ногах и перевернулись назад, упав… на лед. Фонтан, как только его коснулся ледяной ветер, в мгновение ока замерз, а резервуар с водой превратился в огромную глыбу льда. Брызги воды, застыв прямо налету, звякнув, упали на ледяную арену, а камень фонтана покрылся толстым слоем инея. На льду лежали два мертвых тела стражни-ков, которым эта ночь показалась очень прохладной. Леденящая Тьма, пройдя сквозь тела людей, убила их, превратив горячие сердца в один большой кусок прозрачного льда. Еще миг и из тел стра-жей поднялись два призрака и, догнав Тьму, присоединились к ней, как и эльф по имени Ильс, раско-ловший злосчастный ядовито-зеленый камень, которым Обилорн оплатил ночлег…

Деревянный стол завибрировал, сотрясаемый неведомой силой, которая, заставив дрожать и стакан, подогнала его к краю и опрокинула на пол. Упав, стакан разбился. В единую долю секунды Лэджер вскочил на ноги и огляделся. Увидев разбившийся стакан, он посмотрел на Вурланса, кото-рый, тоже проснувшись, сидел на кровати, свесив ноги вниз, и испугано смотрел на человека. Дрожь прекратилась, или, быть может, стала настолько неощутимой, что ни Обилорн, ни Вурланс ничего не заметили. Еще раз посмотрев на разбитый стакан, Лэджер выругался и, подойдя к окну, посмотрел на небо, которое полностью закрыла темнота.
- Еще глубокая ночь. – Сказал Обилорн. – Можно спать.
И, опустившись на лежавшее на полу одеяло, человек снова уснул, а молодой парень, осторож-но поднявшись с кровати, посмотрел в окно. Ничего не увидев, кроме тьмы, Вурланс тихо сказал са-мому себе:
- Слишком темная ночь… Слишком темная.
Вернувшись на кровать, мальчишка отвернулся к стене и уснул. Он не слышал, как на другом конце города начали рушиться дома, погребая под своими обломками сотни живых душ, призраки которых присоединялись к Леденящей Тьме один за другим. Там, где пролетала Тьма, всё покрывалось инеем. Жуткий мороз и сильный ветер объяли Даггайран… Какая-то неведомая сила была выпущена на волю безрассудной головой и неумелыми руками. Дома, один за другим рушились так, как будто кто-то очень большой пробивал в их стенах огромные дыры, сносил крышу и, наконец, раздавливал сильной ногой… Крик и паника наполнили город. И эта волна хаоса распространялась по Даггайрану с оглушительной скоростью… Леденящая Тьма, твердящая одно и то же слово «Ирваптар», витала над городом и смотрела на хаос с высоты. Хаос, творимый призраками тех, чьи души она успела собрать за столь короткое время. Армия фантомов, пополняемая с каждой секундой, накрывала Даггайран, разрушая его, как вода песочный замок на берегу соленого моря…
Лэджер и Вурланс мирно спали, когда какая-то несокрушимая сила ударила в постоялый двор, разбив в дребезги окно и снеся половину стены комнаты Обилорна и молодого парня. Лэджера чудом не накрыло обломками каменной стены, так как он лежал на полу прямо по середине комнаты. Не сразу поняв, что случилось, человек вскочил на ноги и, узрев, что смотрит прямо на улицу и не через окно, а прямо сквозь отсутствующую стену, до жути испугавшись, бросил быстрый взгляд на Вурланса, глаза которого были широко раскрыты от ужаса. Пол под ногами Обилорна начал вибрировать с каждой секундой всё сильнее и сильнее. Еще миг, и Лэджер, придя в себя, в один прыжок оказался рядом с тюками, наполненными едой и, подхватив два из них, он выкинул их на улицу через огромную дыру в стене. Еще немного и по потолку начали пробегать трещины, равно как и вдоль стен и пола. Дом был готов рухнуть в любую секунду.
- Вурланс! Беги!!! – закричал Обилорн. – Прыгай на улицу!!! Прыгай!!!
- Лэджер!.. – Парень стоял рядом с проломом в стене и в ужасе смотрел на своего спутника. – А ты?..
- Прыгай, черт!!! – оскалив зубы, еще раз крикнул Обилорн и толкнул мальчишку в спину.
Вурланс, не удержавшись на ногах, полетел вниз. Было совсем невысоко и молодой парень, упав ничком, даже не потерял сознание. Быстро вскочив на ноги, он, задрав голову вверх, увидел, как здание постоялого двора и трактира начало рушиться… Лэджер не прыгнул следом. Вурланс не мог видеть его в проломе стены на втором этаже. В ужасе смотря на то, как стены первого этажа задро-жали и развалились, раздавленные натиском второго этажа, мальчишка искал глазами хотя бы какую-нибудь тень своего спутника, но так ничего и не увидел. Лэджера Гимкама-Обилорна нигде не было. Второй этаж, рухнув, оказался на развалинах первого этажа здания. Еще немного и второй этаж с комнатами для постояльцев превратился в груду камней. Крыша постоялого двора рухнула, придавив собой остатки дома. Остальные дома тоже рушились, но Вурланс, казалось, ничего не замечал. Он ждал появления Лэджера и старался разглядеть его в огромных столпах пыли, которые после разру-шения медленно опускались на землю. Мальчишка смотрел и смотрел, никак не желая отрывать взгляд от развалин дома, но Обилорна всё не было… Опустив глаза, Вурланс заметил два мешка с едой, которые его спутник успел выкинуть на улицу.
- Лучше бы ты сам выпрыгнул, Лэджер… - Прошептал парень, смотря на тюки. – Лучше бы ты сам…
Еще раз посмотрев на развалины дома и никого там не увидев, Вурланс медленно развернулся и хотел было уйти куда-нибудь подальше от страшного места расправы над его другом, как услышал топот копыт. Резко развернувшись, он увидел Обилорна верхом на своем темно-буром коне Ардэне, следом за которым неслась испуганная лошадь Вурланса. Правая рука Лэджера крепко держала по-водья, а левая, неестественно выгнутая, свободно болталась. Подскакав в мальчишке, он прокричал:
- Скорее!
- Лэджер!.. Ты жив?.. – Пролепетал Вурланс.
- Не совсем. – Мотнул головой человек. – Давай же!!! Город рушится и скоро тут камня на камне не останется!.. Бежим!
И парень, взвалив на свою лошадь два тюка с едой, быстро запрыгнул на нее верхом и помчал-ся вслед за Обилорном, всё никак не веря, что тому удалось выжить в этом безумии.
Они неслись по узким улочкам, то и дело сворачивая то направо, то налево. Настигаемые Леде-нящей Тьмой, они беспощадно гнали своих и без того напуганных лошадей. Волна холода, гнавшаяся за ними, замораживала всё на своем пути, покрывая бело-серый камень города толстым слоем колю-чего инея…
Ворота Даггайрана оказались настежь открытыми. Лэджер видел, как небольшие группки людей, эльфов и коротконогих гномов пытаются спастись бегством. Вырвавшись за город, Обилорн и Вурланс помчались вперед, обогнав жителей разрушаемого неведомой силой города. Никто из бегущих даже не думал о том, чтобы попросить о помощи. Каждый из них знал, что его существование подошло к концу и мороз со своим леденящим дыханием смерти уже жаждет поглотить их. Ужас и крики были уже не слышны из-за каменных стен города, так как те, кто мог кричать, были мертвы. Леденящая Тьма неслась за отстающими и, замораживая и останавливая холодом сердца, забирала души и превращала их в призраков, пополняя армию фантомов… Тьма кружила над городом, осматривая его сверху. Все дома были снесены призраками… все, кроме огромной башни, возвышающейся в центре. Леденящая Тьма взлетела к ней и, зависнув над небольшой площадкой на самом ее верху, тихо прошептала:
- Ирваптар…
Ни Лэджер, ни Вурланс, никто… Никто не знал, что вместо Даггайрана здесь будет возведен но-вый город, которому будет дано новое название, в котором поселяться новые жители и в котором будут царить другие порядки и другие правила.

Поднявшись рано утром, когда солнце только-только начало опускать на землю свои тонкие лу-чи, они поели и проложили свой путь. Лэджер не без удивления отметил, что его плечо перестало болеть, но повязку он всё-таки снимать не решался. Вурланс же был доволен собой и тем, что он, наконец, смог помочь своему другу, который спас ему жизнь. Теперь они были квиты. Отдохнувшие лошади радостно храпели и желали поскорее продолжить путь. Темно-бурый конь Обилорна с гри-вой-щеткой весело махал хвостом, бия себя по бокам. Лэджер дал ему кусочек сахара, который он нашел в мешке с едой. Конь обрадовался еще больше. Человек погладил его по широкому лбу и ска-зал:
- Похоже, мы с тобой подружились. Теперь я могу дать тебе имя. Ардэн… Да, Ардэн. Вот как я назову тебя.
Конь тряхнул короткой гривой, и Обилорну показалось, что он понял его. Бодро вскочив на Ар-дэна, Лэджер почувствовал, что мешок, привязанный к седлу, слишком тяжелый. Он развязал его и увидел тот самый зеленый камень, который он нашел в руинах и забрал с собой. Обилорн отметил, что совсем забыл про этот странный кристалл. Чуть улыбнувшись своим мыслям, Лэджер убрал ка-мень обратно в мешок и крепко завязал его, подумав, что чудесная вещица еще пригодится им и со-служит свою, пусть и недолгую, службу.

День близился к вечеру. Жара спала, и теплый ветер приятно трепал волосы Лэджера, которые длиной были не больше ногтя, и нежно гладил его по загорелому лицу. Обилорну хотелось спать, но он не давал себе сомкнуть глаз. Вдруг на горизонте появилась какая-то темная полоска. Человек при-шпорил коня и то же самое сказал делать Вурлансу, который с готовностью повиновался. Лэджер не отрывал взгляд от странной полоски, которая с каждым шагом его коня становилась всё шире и шире и очень скоро Обилорн и Вурланс увидели исполинских размеров стену из серого, как будто цельного камня, вдоль которой, на небольшом расстоянии друг от друга, располагались сторожевые башенки для стрелков. Стена имела форму круга, загораживая своим массивным «телом» огромный город под названием Даггайран. В центре гигантского поселения красовалась высокая узкая башня со смотровой площадкой на самом верху, выполненная тоже из серого камня. Башня была ребристой и состояла будто бы из очень узких столпов, стоящих близко друг к другу. Она была настолько высокой, что больше чем на половину возвышалась над огромной стеной. Вурланс, присмотревшись вперед, чуть приоткрыл рот от удивления и, переведя взгляд на не менее ошеломленного Обилорна, тихо сказал:
- Даже и не вериться, что такое способны возвести человеческие руки…
- Не обязательно, что здесь живут только люди. – Ответил Лэджер и, пришпорив коня, поскакал вперед.
Оказавшись у ворот, которые были похожи на ворота грозной цитадели, Обилорн и Вурланс увидели четверых стражников, охраняющих вход, а сверху, в башнях, лучников, пристально наблю-дающих за действиями внизу. Вход в город тщательнейшим образом охранялся. Проезжая мимо стражей, Лэджер ожидал вопросов о цели приезда в Даггайран, но этого не произошло. Охрана окинула путников взглядом с ног до головы и расступилась, открывая путь. Один из стражей, лицо которого было наполовину закрыто большим шлемом, приветливо – настолько приветливо, насколько позволял ему его грубый низкий голос – сказал:
- Добро пожаловать в Даггайран.
Обилорн никак не отреагировал, а Вурланс, учтиво склонив голову, ответил:
- Благодарим.
Даггайран был многонаселенным городом. По его узким улочкам и широким дорогам было по-стоянное оживленное движение. Обилорн отметил, что толпа была настолько разномастной, что и люди, и эльфы, и гномы сливались в единую массу. Все они куда-то торопились, спеша по своим де-лам. Большие повозки, запряженные лошадьми, медленно тянулись вдоль улиц. Народ шел прямо по дороге, толкаясь и мешая проезду верховых. И тут и там были заметны стражники в стальных, отли-вающих на солнце латах, которые медленно прогуливались в толпе, следя за порядком. Было видно, что народ побаивается стражей порядка, так как старается обходить их стороной, боясь задеть рукой или подолом длинного платья. Лэджер и не думал спешиваться. Он ехал впереди, а мальчишка с вьючной лошадью сзади. Возвышаясь над толпой, Обилорн оглядывался по сторонам в поисках по-стоялого двора или хотя бы трактира. Народ сновал туда-сюда, то появляясь в округлых арках высо-ких каменных домов, то исчезая снова. В Даггайране царила суета, которая, надо сказать, была впол-не объяснима. Большинство жителей этого города занимались торговлей. Те, кто был побогаче, нани-мал людей, которые ждали на улице курьеров с привезенным товаром. Те, кто был победнее, прода-вали различную домашнюю утварь собственного производства. Лэджер заметил, что особенно хоро-шо расходятся глиняные кувшины и вазы, которые так хорошо покупаются женщинами. Читая дере-вянные вывески, торчащие вдоль всей прямой улицы, насколько только хватало глазу, Лэджер искал место для ночлега и отдыха и, желательно, чтобы нашлось место и для лошадей. Человек знал, что если он найдет такое место, он получит всё и сразу. Всё самое-самое лучшее за драгоценный камень, лежащий у него в мешке. Интересно, что это были за руины, в одном из камней который был заключен этот кристалл? Что бы это значило?.. И эта сила… Обилорн почувствовал ее, а Вурланс – нет. Поче-му? Может, парень просто-напросто соврал? Хотя… нет. Мальчишка настолько безобиден, что, кажется, он совершенно не умеет говорить неправду. Лэджер глубоко задумался и, отвлекшись от вывесок, немного опустил голову.
- Лэджер!.. – Позвал Вурланс и человек развернулся в его сторону. – Смотри!
Обилорн проследил за рукой мальчишки и увидел, как тот указывает ему на вывеску с названи-ем «Трактир «Песня скальда». Лэджер чуть улыбнулся. Это было то, что нужно. Хорошо хоть, что па-рень оказался бдительнее, чем он думал. Мальчишка внимательно за всем наблюдал, найдя по вы-веске нужное место. Молча спешившись и взяв коня под уздцы, Обилорн подошел к двери, рядом с которой стоял небольшой деревянный стол со сломанной ножкой, перевязанной веревкой. За столом сидели рослый человек и невысокий эльф с тонкими чертами лица и чуть заостренными ушами, кото-рые терялись в густой гриве его светлых волос. Подойдя к ним, Лэджер остановился. Человек и эльф играли в какую-то причудливую игру с костяными дощечками. Обилорн не понял смысла игры и спро-сил:
- Свободные комнаты есть?
Эльф, сидевший к нему лицом, поднял большие темно-карие глаза и, немного подумав, ответил:
- Сколько?
- Две.
- Есть только одна. – Взгляд эльфа скользнул за плечо человеку, внимательно посмотрев на Вурланса, который стоял за спиной Обилорна.
- Берем одну. – Согласился Лэджер. – И конюшня… есть?
- Есть. – Кивнул головой остроносый незнакомец. – Во дворе.
- Отлично. Вурланс, - Обилорн обернулся к мальчишке. – Сними тюки. - Развернувшись к эльфу, он продолжил: - В ту комнату, которую я снимаю, прикажи принести две свежих постели. Надеюсь, там чисто? Если нет, то прикажи немедленно всё прибрать. Я хочу отдохнуть в чистоте и порядке. Лошадей моих накормить отборным овсом, помыть и почистить. На ночь обязательно накрыть попоной. И… надеюсь, здесь хорошо кормят?
- Достаточно. – Ответил эльф, не довольный столькими требованиями, предъявленными новым постояльцем. – Чем расплачиваться будешь, богатей? Боюсь, у тебя просто не хватит денег на все эти удовольствия…
- Не переживай из-за денег. – Криво улыбнулся Лэджер. – Передашь их своему хозяину, да и те-бе еще останется не меньше четверти.
- Ну-ка… - Эльф чуть приподнялся из-за стола, почувствовал, что запахло нехилой наживой. – Покажи свои деньги…
Отстегнув с седла мешок с камнем, Обилорн подошел вплотную к эльфу и, развязав его, рас-крыл, показав содержимое. Эльф, вытаращив глаза, ахнул и уставился на Лэджера, а потом снова на сияющий ядовито-зеленым светом в темноте мешка кристалл. Обилорн закрыл мешок и, усмехнув-шись то ли испуганному, то ли удивленному лицу эльфа, отошел в сторону.
- Ты… Ты разбойник?.. Разбойничий атаман?.. Главарь?.. – Еле выдавил эльф. – Откуда у тебя это? Где ты его взял?..
- Нашел. И никакой я не разбойник. Я вполне честный человек. – Спокойно ответил Лэджер. – Ну, так что? Нам можно пройти в комнату?
- Д-да, конечно… Я только сообщу своему хозяину… - Забормотал эльф и, посмотрев на чело-века, сидящего за столом, сказал: - Ваунк, никого не пускай.
Оставив лошадей с человеком по имени Ваунк, Лэджер и Вурланс толкнули тяжелую деревян-ную дверь трактира и, оказавшись внутри, огляделись. Помещение выглядело настолько мирным, что, казалось, это и не трактир вовсе. Постояльцы, гости, отдыхающие и просто пьяницы сидели за ма-ленькими столами небольшими группами по два-три человека и о чем-то очень упоенно разговарива-ли. Лэджер приметил невысокого пожилого пузатого человека, стоящего в стороне. Он был хорошо одет, поэтому Обилорн подумал, что это, должно быть, хозяин постоялого двора, но это оказался простой трактирщик, который сам был в подчинении. Увидев новые лица, старик подошел к путникам и, пригладив свои седые волосы, спросил:
- Вино? Закуску? Женщин?
- Комнату. – Просто ответил Лэджер.
- Тогда вам выше. – Ответ старика был короток и, потеряв интерес к двум путникам, он отошел в сторону.
- Лэджер, вон лестница. – Указал рукой Вурланс. – Должно быть, нас там уже ждут…
- Конечно, ведь мы щедро заплатим. Богатых тут, я уверен, невероятно любят.
- Да. – Согласился мальчишка, и они по скрипучей лестнице со сбитыми ступеньками поднялись наверх.
Наверху действительно ждали. В длинном коридоре с массой одинаковых дверей стояла симпа-тичная девушка в короткой юбке. Увидев новых гостей, она приветливо улыбнулась и, указав рукой на дверь, сказала:
- Ваша комната. Пожалуйста, проходите.
- Спасибо. – Быстро ответил Вурланс и с готовностью вошел внутрь.
Лэджер, оглядевшись, последовал его примеру, двинувшись следом. Держа один большой тюк, взятый у мальчишки, на плече, а другой, крепко зажатый в руке, он хотел шагнуть в комнату, но дорогу ему преградила гостеприимная девушка.
- Вы, наверное, устали?.. Не хотите расслабиться?
- Не сегодня. У меня много дел. – Ответил Обилорн, отвернувшись в сторону.
И осторожно, но очень настойчиво, он отстранил ее и, войдя в комнату, закрыл за собой дверь. Окинув помещение взглядом, он отметил:
- Очень даже недурно.
- А главное чисто. – Добавил Вурланс, поставив пару тюков к стене. – Даже подсвечники есть со свечами. Можно читать.
- Тебе бы только читать. – Ответил Лэджер и опустил мешки рядом с остальными. – Заняться тебе нечем.
Мальчишка ничего не ответил. Поглядев в небольшое окно с чисто вымытыми стеклами, он уви-дел, как солнце опускается за горизонт, уступая место ночному мраку. Вурланс моргнул усталыми раскрасневшимися глазами и посмотрел на односпальную кровать, стоящую у стены. Он и подумать не мог о такой роскоши, чтобы спать на кровати. Конечно же, она достанется Лэджеру. Об этом не было и речи. Обилорн тем временем снял с себя тяжелые стальные наплечники и, положив их на деревянный стол, сказал:
- Я пойду, расплачусь за комнату.
- Ага. – Кивнул головой парень и Лэджер, взяв мешок с зеленым кристаллом, вышел из комнаты, хлопнув дверью.
Оказавшись в коридоре, Обилорн натолкнулся на того эльфа, который сдал им лучшую комнату на ночь. Глаза остроносого незнакомца алчно горели и он, увидев баснословно богатого постояльца, хотел что-то спросить, но Лэджер опередил его.
- Ты-то мне и нужен. – Сказал Обилорн.
- Идем.
Эльф пошел в самую дальнюю комнату, а человек последовал за ним. Открыв серебряным клю-чом дверь, незнакомец вошел внутрь и пригласил Лэджера. Обилорн, не раздумывая, вошел. Комна-та, в которой он оказался, была очень грязной и неприбранной. Кровать была расправлена, стол был завален несколькими рваными свитками и крошками хлеба. Обилорн подумал, что их с Вурлансом комната выглядит настоящими покоями императорского дворца по сравнению с жилищем этого эль-фа, который жаждал только денег и ничего больше. Закрыв дверь, незнакомец развернулся к Обилор-ну лицом и сказал:
- Я Ильс. – Представился эльф.
- Лэджер. – Просто ответил Обилорн, раскрыв мешок. – Не знаю, как ты его будешь делить, что-бы оставить себе хотя бы часть, но чтобы все мои требования по отношению к этому постоялому двору были выполнены в полной мере. Это касается и еды, которой нас накормят, и лошадей. Это ясно?
- Непременно. – Кивнул головой Ильс. – Часть камня я обязательно отдам хозяину, а часть ос-тавлю себе.
- Это не мое дело. Главное чтобы с нас потом не было спроса о расплате за ночлег. Остальное мне совершенно не важно. Я, по-моему, это уже говорил.
Достав ядовито-зеленый кристалл из мешка, Обилорн передал его эльфу, который, взяв его в руки, крепко сжал длинными сильными пальцами. Осмотрев камень со всех сторон, Ильс положил его на стол и, посмотрев на Лэджера, сказал:
- Мы квиты. Оплата выполнена в срок и… в полной мере. – Эльф довольно улыбнулся. – Мо-жешь идти, друг.
- Я тебе не друг. – Ответил Обилорн и вышел в коридор.
Зайдя в комнату, Лэджер разделся, сняв с себя тяжелые сапоги, легкую кирасу и поножи. Сло-жив всё это на пол, он остался лишь в легких штанах из грубой ткани. Устало опустившись на стул, Обилорн закрыл глаза.
Они поели очень сытно. По просьбе Лэджера им в комнату принесли пару горячих и очень вкус-ных блюд. Поев мяса, фруктов и другой еды, Обилорн и Вурланс опустошили один тюк. Наевшись так, что на еду стало противно смотреть, Лэджер поднялся на расслабившиеся, усталые ноги и, подойдя к окну, сказал:
- Уже ночь. Давай спать.
Подойдя к кровати, Обилорн снял с нее толстое одеяло и бросил его на пол, ровно расстелив. Вурланс, глаза которого сами собой закрывались, подумал, что человек готовит ему место для сна. Но каково же было его удивление, когда Лэджер сам опустился на то одеяло, лег и, раскинув руки в стороны, закрыл глаза. Крепкое вино, которого он предостаточно выпил, расслабило всё его тело и неумолимо укладывало спать, опуская тяжелые веки.
- Лэджер… - Позвал мальчишка, присев на корточки рядом с человеком. – Лэджер, а как же кро-вать? Почему ты лег на пол?
- На кровати будешь спать ты. – Ответил Обилорн и, отвернувшись, шумно засопел.
- Я?.. – Еле выговорил Вурланс, никак не веря своим ушам.
Он хотел еще что-то спросить у своего спутника, только тот уже уснул, и будить его парень не собирался. Сняв с себя сапоги и легкие доспехи, он прилег на кровати и, еще раз подумав о доброже-лательности и учтивости своего спутника, заснул.

А тем временем…

- Так… - Эльф по имени Ильс стоял напротив стола, на котором лежал ядовито-зеленый кри-сталл. – Как же мне тебя лучше поделить? Половину на половину? Да, наверное, я так и сделаю.
Взяв в руки тяжелый молоток, Ильс размахнулся и со всей силы ударил им по камню. Ничего не произошло. Кристалл был невредим. Эльф нахмурился и, поменяв молоток на большой топор, еще раз размахнулся. Удар пришелся точно по середине камня, но тот не раскололся на мелкие кусочки, а лишь дал трещину. Обрадованный незначительному успеху, Ильс схватил прямой железный нож и, зажав кристалл в руке, воткнул лезвие в узкую трещину. Положив камень на стол, эльф, схватившись обеими руками за рукоятку ножа, что есть силы воткнул его в зеленый кристалл. Трещина расшири-лась, и нож глубже вошел внутрь. Улыбнувшись, Ильс начал расшатывать рукоять ножа, чтобы выта-щить его, но он никак не поддавался. Через несколько секунд тщетных усилий, эльф почувствовал холод… Холод, который исходил от камня, лезвия и рукоятки ножа, торчащего из кристалла. Ильс испугано отдернул руки, отступив назад, но холод, коснувшийся его рук, не отступал, замораживая не только пальцы… Холод, перерастя в сильный мороз, полз вверх по рукам эльфа. Ильс уже не чувст-вовал своих конечностей. Его ноги ослабли и он, сделав еще один шаг назад, упал на грязный пол. Эльф хотел закричать, но не смог, ведь мороз, домчав свою леденящую волну до его глотки, заморозил и ее, а потом добрался до сердца…
Всё покрытое инеем, мертвое тело Ильса лежало на полу. Стеклянные, полные ужаса глаза смотрели в потолок, а руки, сжатые в кулаки, были чуть приподняты. Ядовито-зеленый камень, про-должающий лежать на деревянном столе, задрожал и разлетелся на тысячи осколков. Нож, торчащий из кристалла, будучи отброшенным взрывной волной, вращаясь в воздухе, воткнулся в противопо-ложную стену. Как только камень разорвался, комнату окутала непроглядная тьма, потушившая свечи в ржавом подсвечнике и затмившая луну в окне. Тело эльфа начало слабо светиться и через несколь-ко мгновений из него поднялся призрак Ильса, который, растворившись в темноте, исчез.
- Ирваптар… - Прошептала Тьма тихим, загробным голосом.
Еще миг и небольшое окно разбилось и Тьма, вырвавшись на волю, окутала собой весь Даггай-ран, закрыв луну и звезды. Жители большого города спали, поэтому никто не заметил, как на город опустилась ночь…

Они не стали сворачивать с дороги и, проведя в пути целый день, наконец-то остановились. Лэджер спешился и, подойдя к вьючной лошади, снял один из четырех мешков и, раскрыв его, выло-жил на низкую зеленую траву мясо, вино, хлеб, фрукты и другую еду. Было полдень, когда они сели обедать. Обилорн ел много мяса с хлебом и запивал его вином, а Вурланс ел в основном яблоки. Парень, сощурившись, посмотрел на голубое небо, а потом перевел взгляд на своего спутника, который был занят едой.
- Лэджер, а куда мы едем?
За последнее время это был самый актуальный вопрос, но Вурланс задал его только сейчас. Он был уверен в Обилорне и в том, что тот не причинит ему вреда и не даст другим этого сделать. Маль-чишка полностью доверял ему.
- В город. – Ответил Лэджер. – В самый ближайший город, который попадется у нас на пути.
- А-а-а… - Протянул молодой парень и, поднявшись на ноги и увидев непонимающий взгляд Обилорна, сказал: - Я сейчас.
Он отошел в сторону, туда, где росло много высокой сочной травы. Наклонившись, Вурланс всмотрелся в густые заросли. Лэджер внимательно наблюдал за ним и за тем, что он делал. Маль-чишка, не найдя ничего подходящего, отошел еще дальше и начал искать что-то в другой стороне. Прошло некоторое время, прежде чем Вурланс радостно воскликнул:
- Нашел!
- Что еще? – нехотя спросил Лэджер.
- Я нашел!.. – Еще раз повторил парень и подбежал к человеку, держа в руках широкий темно-зеленый лист какого-то растения. – Я нашел то, что нужно!..
- Что это за дрянь? – нахмурившись, спросил Обилорн.
- Это лист Лиога. – Спокойно пояснил Вурланс. – Сейчас я разотру его и сделаю тебе повязку на плечо и уже к следующему утру твоя рана затянется. Поразительные свойства Лиога были известны еще с давних времен, когда целители готовили из них целебные отвары и…
- Почему ты всегда так много говоришь? – перебил его Лэджер. – Я столько за день не произно-шу, а ты частишь по тридцать слов в секунду! – Вурланс удивленно посмотрел на Обилорна. – И ле-чить себя всякой дрянью я не позволю. Я ясно выразился или нет?
- Ясно. – Буркнул мальчишка и отложил лист в сторону. – Я хотел помочь…
- Не надо. – Просто ответил Обилорн. – Не надо.
Солнце припекало сильнее. Было душно, и кони дышали, чуть приоткрыв рты. Поев, Лэджер и Вурланс продолжили свой путь. Они ехали молча. Плечо Обилорна противно ныло, не замолкая ни на миг. Устав от бесконечного нытья, Лэджер стал подумывать о том, что зря отказался от помощи Вур-ланса, но признать свое поражение упорно отказывался. Дорога, представляющая собой широкую вытоптанную до голой земли тропу, бежала вдаль, уходя за горизонт. Лэджер и Вурланс продолжали ехать. Мальчишка очень устал и, опустив голову и прикрыв глаза, дремал в седле, чего нельзя было сказать про Обилорна, который смотрел вперед и только вперед, изредка моргая.
Вдруг впереди показались какие-то развалины, руины. Пришпорив коня, Лэджер поскакал в сто-рону бело-серых камней. Вурланс, услышав, как его спутник куда-то стремительно бросился, тоже пришпорил свою лошадь и поскакал следом. Они оказались среди развалин стен, сложенных из больших блоков камней, высоких толстых колонн, безнадежно разрушенных и неподъемно лежащих на примятой траве. Казалось, что какой-то великан одним ударом своей гигантской руки снес половину стены и несколько огромных колонн. Снес всё, кроме лестницы, ведущей куда-то вверх, на невысокий каменный помост. Спешившись, Лэджер огляделся. Вурланс тоже задрал голову.
- Похоже на форт. – Сказал мальчишка, который, бесспорно, видел в своей короткой жизни больше, чем бывший заключенный, освободившийся благодаря счастливому случаю. – Разваленный форт… Интересно, кто это сделал?
- А, по-моему, это не форт, а руины. Да, руины. – Высказал свое мнение Обилорн. – Только не-обычные… Далеко необычные. Ты чувствуешь?
- Что? – не понял Вурланс и почему-то прислушался.
- Сила… От этого места исходит какая-то странная сила, которая напитывает мое тело, руки и ноги… - Прошептал чуть испуганный Лэджер. – Ну? Ты ощущаешь ее?
- Нет. – Мотнул головой парень. – Ничего я не ощущаю.
Обилорн медленно отошел от мальчишки и начал подниматься вверх по лестнице, ведущей на каменный помост. Вурланс последовал за ним. Он заинтересовался этим местом и той силой, про ко-торую говорил его спутник. Оказавшись наверху, мальчишка увидел большой кривой камень, лежащий по середине круглой площадки, а на нем еще один камень, ядовито-зеленый, полупрозрачный, врезанный почти на половину в первый огромный валун. Лэджер заворожено смотрел на странный камень. Не долго думая, человек вытянул руку и медленно протянул ее вперед, в сторону того, что излучало огромную силу. Вурланс, чуть приоткрыв рот, наблюдал за всем происходящим. Осмелившись, Обилорн коснулся зеленого камня рукой. Ничего не произошло. Тогда Лэджер схватился за камень обеими руками и одним рывком вырвал его из огромного валуна. Вызволенный из заточения ядовито-зеленый камень был достаточно большим, размером с две широкие ладони Обилорна, и достаточно увесистым. Посмотрев на полученный трофей, Лэджер довольно улыбнулся. После этого к Вурлансу вернулся дар речи.
- Зачем… ты это сделал? – еле выговорил он.
- Затем, что это, как я вижу, очень ценный камень, и им мы сможем расплатиться за ночлег, ко-гда доберемся до города, ведь у нас нет денег. – Ответил Обилорн и, подойдя к своему коню, убрал ценность в мешок, привязанный к седлу.
- Может, не надо было этого делать? – осторожно спросил мальчишка.
- И чем ты предлагаешь мне расплачиваться, когда придет время, а? – спросил Лэджер. – За этот камень нам дадут лучшую комнату и еду, понимаешь? Чего ему гнить в этих руинах? Пусть лучше послужит нам.
- Такие камни не служат никому. – Буркнул Вурланс, который был наслышан про различные ве-щи, хранящиеся в развалинах.
Они продолжили свой путь и к вечеру остановились, чтобы дать отдохнуть лошадям и самим себе. Солнце торопливо закатывалось за горизонт, когда Лэджер и Вурланс устало опустились за траву. Конь Обилорна и пара лошадей мальчишки жадно щипали зеленую траву неподалеку. Человек снял один тюк с едой и вывалил его содержимое на землю. Его плечо начало болеть сильнее и вместо ноющей появилась колкая и яростная боль, терзавшая рану. Налив себе вина, Лэджер резко опрокинул большой деревянный кубок. От этого боль в плече начала терзать его так сильно, что он невольно поморщился и это, конечно же, не скрылось от проворных глаз Вурланса. Мальчишка, вздохнув, опустил глаза, а потом, немного подумав, осторожно спросил:
- Может, мне всё-таки взглянуть, а?
Нахмурившись, Лэджер посмотрел на него, а потом на свое плечо, раздираемое болью, которая становилась всё невыносимее и невыносимее. Обилорн не мог понять, почему плечо разболелось сильнее, чем после ранения. Он почти забыл о ране, как она, начав болеть снова, дала понять человеку, что она всё еще здесь и никуда не делась. Немного помолчав, Лэджер сказал:
- Ты ведь выкинул тот листок…
- Ничего подобного. – Улыбнувшись, ответил Вурланс. – Я взял его с собой. Я знал, что боль будет сильнее, и ты одумаешься и примешь мое предложение.
Вздохнув, Обилорн опустил голову. Он не любил принимать помощь от посторонних, особенно если не мог ничего дать взамен, а «бесплатно» и «просто так» он терпеть не мог. Но сегодня был осо-бенный случай и Лэджер знал, что если он ничего не сделает со своим плечом, он не будет спать всю ночь, а, значит, он не выспится и следующий день будет ужасным. Потянувшись к толстым ремням, которые держали наплечники, он начал осторожно отстегивать правый. Это действие послужило сиг-налом для Вурланса, который, открыв свой дорожный мешок, достал оттуда лист Лиога. Опустившись на колени рядом с Лэджером, мальчишка, крепко вцепившись длинными пальцами в стальной наплечник, осторожно отложил его в сторону и, посмотрев на рану своего спутника, чуть приоткрыл рот от удивления… и ужаса. Рана Обилорна расползлась и стала намного шире, чем была. Из широкой трещины тонкими струйками текла кровь. Приглядевшись, Вурланс определил, что рана не только расширилась, но и загноилась. Боль теперь истязала не только плечо, но и всё тело человека, на лбу которого выступил пот.
- Лэджер… - Только и смог вымолвить парень, держа в руках заветный исцеляющий лист Лиога.
- Ну? Делай же что-нибудь или ты просто хотел посмотреть на мое ранение? – сквозь зубы спросил Обилорн. – Давай, прикладывай свой листок. Если он действительно обладает такими чуд-ными свойствами, как ты говоришь, то он сможет помочь мне.
- Мне кажется, что… - Начал было Вурланс, но осекся. – Чем тебя ранили?
- Кинжалом. Ассасин-главарь ранил меня своим длинным изогнутым кинжалом… Но какое это имеет значение? Причем тут оружие?
- Притом, что, возможно, оно было отравлено… - Тихо сказал мальчишка.
- Отравлено? – переспросил Обилорн. – Тогда почему я до сих пор жив?
- Может быть, что это яд медленного действия. – Предположил Вурланс.
- Спасибо за нечаянную радость. – Кивнул головой Лэджер.
- Я… Я не хотел… - Начал было парень, но Обилорн перебил его.
- Уйди от меня и дай нормально умереть. – Лэджер лег на траву и, раскинув руки в стороны, за-крыл глаза.
- Лэджер… - Пролепетал Вурланс.
- Я сказал тебе.
- Ты что?..
- Раз ты тут бессилен, то дай нормально, то есть спокойно, умереть. Не мешай мне. – Не откры-вая глаз ответил Обилорн.
- Я… Я помогу тебе! – воскликнул мальчишка и, достав маленький нож, сделал на плотном листе Лиога несколько надрезов, выдав немного сока.
Положив лист с выдавленными капельками сока на землю, он подбежал к мешку и вытащил от-туда чистые бинты, сделанные из плотной белой ткани. Схватив всё приготовленное, парень бросился к Лэджеру и, присев рядом с ним, осторожно коснулся его раненной руки. Не теряя времени, он, вы-жав из листа еще немного сока, приложил целебную траву к плечу своего спутника. Коснувшись от-крытой раны, капельки сока, тихо зашипев, начали быстро впитываться в плечо. Как только сок исчез, впитавшись в тело Обилорна, Вурланс сразу плотно забинтовал плечо человека. Закончив, мальчиш-ка заглянул в лицо Лэджеру, который продолжал неподвижно лежать с закрытыми глазами. Подождав немного, Вурланс заметил, что напряженное лицо Обилорна начало медленно расслабляться.
- Лэджер?.. – Тихо позвал парень через несколько минут.
- Что? – спросил Обилорн.
- Как ты?
- Лучше. Боль стала не такой острой. Спасибо… за помощь.
Вурланс был на седьмом небе от счастья. Сегодня его первый раз в жизни похвалили за хоро-шую работу. Лэджер немного расслабился и оправился от боли, чему, надо сказать, он был несказан-но рад. Волшебная трава мальчишки, под названием лист Лиога, и вправду действовала.

Лэджер посмотрел на серебристый меч Аркдула, который держал в руках. Решив оставить этот клинок себе, Обилорн подошел к телу старшего воина и снял с его пояса ножны. Снарядив меч себе, Лэджер подошел к своему коню, которого ему дали его уже бывшие спутники. Погладив животное по темно-бурой крутой шее, Обилорн хотел запрыгнуть на него, когда услышал чей-то тихий, хрипящий голос. Лэджер нахмурился, прислушиваясь к звукам. Но когда он понял, что это Даггод, он быстро подбежал к нему. Хозяин был еще жив, но его минуты были сочтены. Ранение в живот оказалось смертельным. Опустившись на колени рядом с Даггодом Амрулом, Лэджер посмотрел ему в лицо. Хозяин, выдавив жалкую улыбку, тихо сказал:
- Я и не думал, что ты так хорошо сражаешься…
Обилорн ничего не ответил. Он продолжал поддерживать голову своего спасителя своей силь-ной рукой.
- Но это тебе всё равно не поможет… - Продолжал Даггод. – Они вернуться за тобой… Один из ассасинов бежал. Он найдет своего хозяина и доложит ему о провале… Они будут охотиться за тобой. Ты для них слишком важен… Но и для меня, надо сказать, ты был тоже не безразличен…
- О чем вы, хозяин? – негромко спросил Лэджер.
- Я тебе больше не хозяин. – Ответил Амрул. – Теперь ты свободен… Но лучше бы ты сидел в тюрьме. Там намного безопаснее, чем здесь, на воле… Прости, что я не смог сберечь тебя от них… Прости меня. Я, правда, хотел спасти тебя, но только ничего не получилось… Извини.
- Вы виноваты только в том, что сразу не дали мне оружие. Я, возможно, смог бы защитить вас… - Предположил Лэджер, но Даггод лишь покачал головой.
- Нет, не смог бы. Ты ничто перед их стрелами. Если бы они не смогли убить тебя, они бы вы-стрелили в тебя из кустов.
- Но ведь не выстрелили. – Ответил Обилорн.
- Они надеялись, что ты отправишься с ними…
- Но куда? Я прошу вас, расскажите мне!.. Как я буду существовать в этом мире, не зная толком, кто и зачем меня ищет?.. – Взволновано сказал Лэджер.
- В этом ты прав. Ты сидел в тюрьме не просто так. Так было нужно. Пока ты был в заключении, над нашим миром, Вандуларком, нависла угроза… Угроза войны рас, живущих на этой земле… Это очень серьезно, Лэджер. Это война грозит вымиранием многих… отдельных личностей и целых рас. Знай: твоя судьба чрезвычайно важна для Вандуларка… Твоя жизнь не имеет цены и все те, кто это знает, начали охоту на тебя. Каждая раса будет пытаться переманить тебя на свою сторону. Все гото-вятся к войне, которая вскоре сотрясет Вандуларк… Вскоре… Да, вскоре.
- Я не понимаю, хозяин… - Обилорн, сощурив глаза, смотрел на Даггода. - Какое дело нашему огромному миру до какого-то кузнеца-неудачника?
- Не говори так, Лэджер… Я знаю, что ты непревзойденный знаток своего дела. Лучшего кузне-ца, кроме тебя, я не знаю… Нет таких, кто бы мог превзойти тебя по мастерству. – Тихо ответил Ам-рул.
- И что, с этим всё связано? – после недолгого молчания спросил Обилорн. – Они больше охо-тятся не за мной, а за моим мастерством, да?
- Я не могу тебе этого сказать, так как я не знаю настоящей правды… - Прошептал Даггод. – Но ты, я думаю, сможешь во всем разобраться… Сейчас же полезай в мою повозку и найди там большой сверток, в котором завернуто оружие… Два клинка из закаленной стали. Возьми их, ведь они предна-значались для тебя…
Лэджер поднялся на ноги и хотел было идти к повозке, но Даггод потянул к нему руку и Обилорн снова присел рядом с ним, посмотрев в измученное лицо своего уже бывшего хозяина. Вдруг Лэджеру стало почему-то так грустно и тоскливо, что у него заболело и без того надорванное сердце… Даггода Амрула ему стало очень и очень жаль, ведь он спас его, вызволил из тюрьмы, дал одежду, оружие и свободу – всё, что было нужно Обилорну. И вот теперь, по иронии судьбы, его хозяин умирал у него на руках.
- Лэджер, я хочу кое о чем попросить тебя… - Прошептал Даггод, чуть шевельнув пальцами.
- Я слушаю вас, господин. – Покорно кивнул головой Обилорн. – Я сделаю для вас всё, что по-желаете.
- Не оставляй Вурланса одного… Если ты уйдешь, возьми его с собой, прошу тебя. Он еще слишком мал, хоть ему и семнадцать лет. Помоги ему стать настоящим воином… Этого не получилось у Аркдула, но, я думаю, получиться у тебя. Я не навязываю его тебе, ни в коем случае. Возьми его с собой и оставь в ближайшем городе, который вы будете проезжать. Я одного только хочу… Я хочу, чтобы он остался жив. Он мне как сын… Я так люблю его. Помоги ему, Лэджер… Прошу.
- Как вам будет угодно, хозяин. Я сделаю всё, что в моих силах. – Обилорн склонил голову. – Я обещаю.
- Хорошо… - Прошептал Даггод и, вдохнув прохладный воздух роковой ночи в последний раз, умер.
На Лэджера смотрели стеклянные глаза Амрула. Тяжело вздохнув, он провел рукой ему по лицу, опустив веки. Поднявшись на ноги, он, в последний раз посмотрев на Даггода, сказал:
- Раз уж я обещал, я выполню. А вам спасибо за всё… Спасибо за свободу, которую вы мне так щедро подарили, не взяв с меня не единой монеты… Спасибо, Даггод Амрул.
Подойдя к повозке, Обилорн запрыгнул внутрь. Среди тюков с какими-то вещами, едой, доспе-хами и чем-то еще, Лэджер заметил большой сверток с оружием, которое, по словам Даггода, предназначалось именно ему. Развернув коричневую ткань, Обилорн увидел пару длинных узких одинаковых мечей с сияющими отполированными лезвиями и длинными рукоятями. Рассмотрев оружие, Лэджер отложил его в сторону и принялся рассматривать доспехи, грудой лежащие в углу крытой повозки. Первым делом он снял с себя большой стальной наплечник с выгравированной головой дракона. Продолжать свой путь с меткой определенной организации он не хотел. Поменяв один на пару более крепких и объемных наплечников, Обилорн пристегнул их к кирасе. Так он остался в той одежде, которую ему жаловал Даггод Амрул, поменяв лишь наплечники. Увидев среди груды доспехов массивную рукоять меча, Лэджер потянулся к нему. Оружие оказалось превосходной тонкой работы. Его широкое лезвие серебрилось, отражая окружающие предметы, а крупная гарда в форме щупалец морского животного, переплетных между собой, плавно переходила в рукоять. Обилорн внимательно рассмотрел меч и, взмахнув им, отметил, что он достаточно легкий. Недолго думая, Лэджер нашел подходящие ножны для этого меча и прицепил их к широкому поясу. Два узких клинка он убрал за спину. Взяв четыре мешка с едой, он выпрыгнул из повозки и, подойдя к коню Аркдула, навьючил на него тюки. Покончив с последними приготовлениями перед отъездом, Лэджер нахмурено посмотрел на Вурланса, продолжающего лежать без сознания у ног своей лошади. Всё оставшееся время думая про обещание, данное Даггоду, Обилорн подошел к мальчишке и присел рядом с ним, заглянув ему в лицо. Единственная возможность получше рассмотреть своего будущего спутника наконец-то представилась человеку. Вурланс был молод и красив. Его тонкие черты лица заставляли смотреть на него снова и снова. Чуть нахмуренные брови и болезненно приоткрытый рот придавали выражению его лица какой-то странный оттенок, похожий на тот, который бывает у тяжело раненого воина. Лэджер подумал, что такой парень, если, конечно, его правильно воспитать и обучить, сможет стать непревзойденным воином или отличным кузнецом. Еще немного посмотрев в лицо Вурланса, Обилорн аккуратно похлопал его по щеке.
- Очнись… Вурланс, очнись. – Мальчишка болезненно приоткрыл глаза и тупо уставился на че-ловека. - Пора ехать.
- Лэджер… - Пролепетал молодой парень. – Где… Даггод?
- Мертв. – Немного погодя ответил Обилорн. – Ассасины тоже, но не все и именно поэтому нам надо как можно скорее убираться отсюда. Вставай. Я обещал Амрулу присмотреть за тобой.
Вурланс медленно поднялся и огляделся. Он ничего не хотел спрашивать у своего нового друга, так как всё было уже ясно. Его любимый хозяин был убит темными налетчиками, и он остался один на попечении человека по имени Лэджер Гимкам-Обилорн.
- Где он? – тихо спросил Вурланс, желая в последний раз взглянуть на своего господина, кото-рый был ему вместо отца.
- Там. – Лэджер молча указал в сторону повозки, и парень медленно побрел туда, скорбно опустив голову.
Остановившись у тела Даггода Амрула, Вурланс внимательно посмотрел на него. Обилорн кра-ем глаза наблюдал за мальчишкой. Он увидел, как по его бледному красивому лицу покатились сле-зы, которые он, отвернувшись от Лэджера, тщательно скрывал. Обилорну почему-то стало жаль Вур-ланса еще больше, чем Даггода, но он не показал своих чувств. Повернувшись к парню, он негромко сказал:
- Едем.
Вурланс нехотя отошел от тела Амрула и, шмыгнув носом, взобрался на свою лошадь, крепко сжав в руках грубые поводья. Лэджер тоже оседлал своего коня, прикрепив к седлу слева от себя большой круглый шит, а справа – пару мечей, припасенных для мальчишки. Обилорн легонько ударил своего коня по бокам и первым двинулся с места. Вурланс же не двигался. Его лошадь беспокойно храпела и рыла копытом сухую землю. Лэджер, почувствовав, что его молодой спутник не едет вслед за ним, развернул голову и через плечо спросил:
- Почему ты стоишь?
- Ты не смог защитить его, да?.. – Вместо ответа спросил Вурланс.
- Да. – Просто ответил Обилорн. – Но не только я виноват в его смерти.
- Я понимаю. – Вздохнув, ответил мальчишка и, тронув поводья, двинулся вслед за Лэджером. – Наш хозяин глупо поступил, не дав тебе оружие… Но мы искали тебя так долго!.. Так долго мы скита-лись по всему Вандуларку, собирая по крупицам информацию о тебе!.. Даггод был ослеплен тем, что он, наконец, нашел того, кто был ему действительно нужен, поэтому он не заострил внимание на тво-ей, да и своей тоже, безопасности. Клан ассасинов узнал о наших передвижениях и решил переманить тебя на свою сторону… Мне жаль, Лэджер… Очень жаль. Прости меня, да и Аркдула тоже… за то, что он уснул. Хозяин ничего не успел сказать тебе?
- Нет. – Соврал Обилорн. – Ничего.
- Но как же тогда насчет меня? Он разве не просил тебя присмотреть за мной? – поймал Лэдже-ра Вурланс.
- Ну, он успел сказать мне только это. – Не отступая, ответил Обилорн.
- Тогда понятно. Мне горько, что он в последние секунды своей жизни думал не о тебе, а обо мне… - Мальчишка снова шмыгнул носом. – Он должен был сказать тебе, что тебя ищут…
- Я не хочу говорить об этом. – Оборвал Вурланса Лэджер. – Я пока не готов.
- Хорошо. Поговорим об этом позже. – Согласился молодой воин.
Вурланс привязал поводья навьюченной лошади к своему седлу. Проехав мимо повозки и тела Даггода, мальчишка еще раз вздохнул и посмотрел вперед, в спину ехавшего впереди Лэджера. Оби-лорн почувствовал взгляд, но оборачиваться не стал. Лишь пришпорив коня, он поскакал быстрее, а за ним и парень, который стал теперь его спутником. Они ехали молча около часа. Вурланс ехал сза-ди, а Лэджер впереди, на случай нового нападения. Мальчишке не терпелось поговорить с Обилорном и расспросить о его жизни, делах и, быть может, семье, но он боялся, что его новый знакомый отреагирует так же, как и Аркдул, когда ему что-то не нравилось. А Лэджер же, наоборот, думал, почему же Вурланс не разговаривает с ним, что было для него совсем не характерно. Молодой парень был любителем болтовни. Обилорн, еще немного помолчав, повернулся к Вурлансу и через плечо спросил у него:
- Почему ты молчишь?
- Я боюсь тебя. – Признался парень и Лэджер притормозил коня.
- Боишься меня? – переспросил человек. – Я тебе не враг.
- Возможно. – Ответил Вурланс. – Возможно, что ты и вправду не враг мне. Ты грозно смотришь на всех окружающих… Смотришь так, будто готов в любую секунду вцепиться им в глотку. Твой взгляд страшен, а голос всегда серьезен. Твой внешний вид не внушает доверия и расположения. Ты как затравленный… и одновременно изможденный, но сила в твоих руках всё еще теплиться. Она спит… Да, крепко спит, но ее можно разбудить. И очень быстро. Признайся: ты воин?
Одна бровь Лэджера медленно поползла вверх. Еще никогда он не слышал про себя столько правды, которую противный мальчишка смог уложить в несколько предложений. До него этого сделать еще не мог никто. Обилорн внимательно посмотрел на Вурланса, выражение лица которого было совершенно спокойно. Человек опустил глаза, а потом снова посмотрел на мальчишку и спросил:
- Кто так хорошо научил тебя разбираться в людях?
- Я сам. – Просто ответил Вурланс. – Но могу смело сказать, что мой учитель – Даггод Амрул.
- Даггод… - Тихо повторил Лэджер, опустив голову. – И давно ты у него?
- С шести лет.
- А родители где? – нахмурившись, спросил Обилорн, развернув коня в сторону Вурланса.
- Мертвы.
- Ясно…
Они замолчали. Лэджер повернул коня, поравнявшись с мальчишкой. Они снова тронулись в путь, пустив лошадей шагом. Близился рассвет, и Обилорн мог уже разглядеть в ночной темноте пер-вые лучики восходящего солнца, медленно поднимающегося из-за горизонта. Лэджер ехал, глубоко задумавшись. Его заинтересовала судьба его нового спутника.
- Ты чем-нибудь занимаешься? Есть у тебя увлечения? – спросил Обилорн.
- Я изучаю разные травы. – Ответил Вурланс и Лэджер презрительно хмыкнул, но парень не об-ратил на это никакого внимания. – Я увлекаюсь алхимией, настойками и зельями различных действий и назначений. Это, надо сказать, очень и очень интересно, ведь алхимия, как таковая, очень древняя наука. Еще сами друиды занимались изучением трав и…
- И что толку? – перебил Вурланса Лэджер, окинув слишком умного парня взглядом. – Кому по-может твоя алхимия и твои травы, а?
- Тебе, например. – Просто ответил мальчишка. – У тебя ранено плечо, и горячая кровь сочится из-под стального наплечника… Разве ты не чувствуешь? Я жду рассвета. Когда он настанет, я смогу залечить твою рану, собрав немного нужной травы, которая в состоянии помочь тебе.
Лэджер уставился на Вурланса, сильно нахмурившись. Рана на плече действительно сильно бо-лела, но она была ничем перед той болью, которую он испытывал изо дня в день в своей сырой тю-ремной камере. Оковы на руках и ногах приносили ему большую боль, чем сейчас это ранение. Оби-лорн отвернул голову в сторону и небрежно сказал:
- Это всего лишь царапина.
- Царапина может перерасти в широкую рану, от которой ты можешь умереть… Ты, наверное, этого не знаешь?..
- Зато ты знаешь всё. – Раздраженно ответил Лэджер.
Они замолчали. Вурланс понял, что Обилорн относится ко всему скептически, но он и не думал отступать. Молодой парень был уверенно настроен на то, чтобы помочь своему спасителю. Мальчиш-ка даже не винил Лэджера ни в чем. Он понимал, что, проведя столько долгих лет за решеткой, Оби-лорн еще очень хорошо сохранился и не утратил свой человеческий облик, в отличие от других за-ключенных, которых он видел на своем веку.

Аркдул и Вурланс запрягли пару коней в небольшую одноместную повозку, которая была пере-движным домом для их хозяина, Даггода. Лэджеру пока ничего не доверяли, лишь показывая, как и что надо делать. Обилорн наблюдал за своими новоявленными товарищами без всякого интереса, ничуть не стараясь запомнить хотя бы что-то. Когда повозка была готова и в нее были погружены все вещи Даггода, а три высоких толстоногих лошади ждали Аркдула, Вурланса и Лэджера, старший воин сказал Обилорну:
- Ты поедешь впереди, я по середине, рядом с повозкой, а Вурланс сзади, понял? Так мы смо-жем обеспечить нашего хозяина безопасностью.
- Ясно. – Кивнул головой Лэджер, хоть и был не очень доволен тем, что ему приказано ехать впереди всех.
Взобравшись верхом на темно-бурого, почти черного коня с гривой-щеткой, Обилорн огляделся, в последний раз посмотрев на темные валуны, из которых были сложены высокие стены Мур-ит-Бинс. Меч ему так и не дали, но он был уверен, что оружием его снабдят, как только они окажутся за воротами тюрьмы.

Была темная ясная ночь. Всё небо было усыпано ярко сияющими звездами. Тишина, нарушаемая лишь тихим стрекотом цикад в высокой траве по обочине дороги и глухими ударами копыт тол-стоногих выносливых лошадей. Оказавшись на улице, Лэджер начал шумно вдыхать прохладный воз-дух и, свесившись с седла вниз, ласкал длинные стебли мягкой травы своими грубыми ладонями. Он никак не мог поверить в то, что всё это – реальность. Обилорн, казалось, уже и забыл, как выглядит мир по ту сторону решетки, и всё вокруг ему казалось новым и совершенным. В уме он сравнивал длинные стебли травы с мягкими волосами, но свои мысли он никому не говорил. Аркдул заметил странное поведение новобранца, но ничего ему не сказал, а Вурланс лишь внимательнейшим образом наблюдал за Лэджером, даже не смотря на дорогу. Мальчишка знал, что его лошадь сама найдет верный путь, следуя за повозкой Даггода. Обилорн никак не мог надышаться этого прохладного ноч-ного воздуха. Его голова чуть кружилась, но он совершенно не замечал этого. Где-то в глубине души Лэджер был готов променять свою кузницу, пусть уже и разрушенную, на свободу, на вечное любова-ние небом и на мягкую траву, похожую на волосы…
Обилорн грозно посмотрел на парня и тот испугано отвернулся. Лэджер продолжал смотреть вперед, ведь он ехал впереди всех. И только он успел отвернуться, он снова почувствовал на себе надоедливые глаза Вурланса, которые, казалось, были готовы протереть в Обилорне дыру. Лэджер раздраженно выдохнул. Ему не нравилось всё вокруг и всё вокруг его настораживало. Первое, что он никак не мог понять, это то, что ему до сих пор не выдали оружие. У него не было даже самого тупого кинжала или, чего уж там, простой крепкой деревянной палки. Он ехал совершенно безоружным. Даг-год сослался на какую-то странную не очень убедительную причину, по которой оружие не может быть выдано. Обилорн не стал настаивать, он просто затаился в себе, размышляя, думая, соображая. Лэджер думал, что Даггод, не смотря ни на что, ему всё-таки не доверяет, поэтому сторожиться да-вать новокупленному бойцу меч или секиру, ведь он как-никак преступник.
Они ехали молча. Никто не разговаривал. Даггод спал в повозке, а Аркдул, Вурланс и Лэджер ехали рядом. Обилорн не смыкал глаз. Была глубокая темная ночь, и даже ночные птицы, казалось, спали. Вскоре Лэджер услышал, как Аркдул громко засопел, уснув прямо в седле. Не спал только он и Вурланс, продолжающий таращить в темноте свои большие глаза на Обилорна. Лэджер притормозил своего коня и, обернувшись к молодому парню, негромко сказал:
- Разбуди его. Нечего спать. Его дело охранять повозку, так пусть же он ее и охраняет!
- Да. Сейчас. – Ответил Вурланс и подъехал к Аркдулу.
Осторожно похлопав его по плечу, парень прошептал:
- Аркдул… Аркдул… Проснись, Аркдул… Повозку нужно охранять, слышишь?.. Аркдул?..
Старший воин приоткрыл один глаз и скосил его на мальчишку. Увидев виновника своего пробу-ждения от сладкого и, надо сказать, спокойного сна, Аркдул одним верным движением схватил парня за горло и сжал свои пальцы, закованные в латные перчатки. Вурланс с ужасом уставился на своего наставника и не смел даже вздохнуть. Он ждал, что его отпустят, но Аркдул только сильнее сжал пальцы на горле молодого парня.
- Вурланс!.. – Прошипел старший воин. – Ублюдок!.. Кто разрешал тебе будить меня, а?.. Кто разрешал тебе?! Говори, мразь!..
- Я… - Прохрипел мальчишка, но больше ничего не смог сказать, так как выражение лица Аркду-ла с раздраженного поменялось на испугано-болезненное.
Вурланс, толком ничего не понимая, не менее испугано смотрел на своего старшего друга, пальцы которого медленно разжались, а тело начало клониться к крутой шее лошади… Бледное лицо Аркдула, кажущиеся в темноте ночи синим, исказила гримаса боли, а изо рта потекла тонкая струйка крови. Единственным местом, не закрытым доспехами, у старшего воина была шея, из которой торчал оперенный наконечник черной стрелы… Вурланс закричал от страха, когда его друг упал на шею испуганной лошади, почуявшей смерть. Лэджер резко осадил коня, развернув его назад. Увидев, что Аркдул мертв, он понял, что вскоре присоединиться к нему, разделив его участь, ведь оружия у него не было и обороняться было нечем. Но те, кто стрелял из кустов, пролегающих вдоль дороги, каза-лось, не спешили прикончить всех сразу. Основная масса стрел полетела в сторону повозки, в которой затаился Даггод… Обилорн подумал, что сейчас идеальное время для осуществления его коварного плана. Он хотел бежать. Эта мысль пришла к нему в голову, как только он вышел из своей камеры. Но сейчас, когда можно было удрать, ему этого делать почему-то не хотелось. Лэджер видел в темноте до ужаса напуганного Вурланса, который, дрожа всем телом, хаотично шарил глазами по кустам, изредка переводя умоляющий взгляд на Обилорна. Молодой парень, оставшийся единственным защитником повозки, если не считать Лэджера, молил о помощи, ведь он физически не сможет справиться с налетчиками. Он был готов сражаться, но только если рядом будет Обилорн. Лэджер, конечно же, прекрасно понимал всё это и только поэтому не собирался бежать. Решив отложить свой план на некоторое время, он подскакал к Вурлансу и, бросив на него быстрый взгляд, выхватил из ножен мертвого Аркдула серебристый меч. Кони беспокойно переступали крепкими ногами, никак не желая стоять на месте.
Еще миг и из кустов выскочили пять теней, которые, приземлившись и окружив Лэджера и Вур-ланса, выставили вперед по паре коротких кинжалов, которые были в руках у каждого налетчика. Вур-ланс, вытаращив на них глаза, тихо прошептал:
- Ассасины… Ночные убийцы… Нам не справиться, Лэджер… Их слишком много!..
Но ассасины не торопились нападать. Они смотрели на Обилорна и Вурланса маленькими юр-кими глазами. Ночные убийцы были одеты в абсолютно черную, совершенно одинаковую у всех, обтя-гивающую грубую одежду. На голове у них были странные платки, скрывающие волосы, а на лице – повязки, закрывающие рот. Лэджер видел лишь десяток маленьких желтых глаз, которые, не отрыва-ясь, смотрели на него в свете блеклой луны. Обилорн, еще немного посмотрев на налетчиков, кото-рые, казалось, не спешили ни нападать, ни разграблять повозку, спешился и подошел к одному из ас-сасинов, стоящему ближе всех. Он был немного выше и крупнее остальных, а его кинжалы были изо-гнутыми и длинными. Крепче сжав меч Аркдула в руке, Лэджер сказал:
- Давайте, нападайте! Или вы только из кустов стрелять умеете? – он заметил за спиной одного из убийц лук и колчан со стрелами.
- Мы не хотим причинить тебе вред. – Спокойно сказал тот ассасин, к которому подошел Оби-лорн.
- Тогда зачем убили Аркдула? – взвизгнул Вурланс.
- Помолчи. – Прорычал Лэджер, бросив быстрый взгляд на парня.
Но ассасин, не обратив на это никакого внимания, продолжал:
- Я предлагаю тебе, Гимкам-Обилорн, по-хорошему пойти с нами. Тебя ждет слава, богатство и всё, что ты только пожелаешь.
- И где это столько дают, да еще и бесплатно? – Лэджер позволил себе легкую ухмылку. – Да и к тому же: откуда вам известно мое имя?
- Нам сказал наш хозяин. Он отправил нас за тобой. – Продолжал всё тот же ночной убийца, по-видимому, главарь.
- Хозяин? – удивился Обилорн.- Как его имя?
- Ты его не знаешь. Но я настоятельно прошу тебя оправиться вместе с нами. Ты в безопасно-сти. Прошу, идем.
- Ну уж нет. – Мотнул головой Лэджер. – Раньше надо было думать. Меня уже купили. Я продан-ный товар.
- Почему ты называешь себя товаром, Обилорн? – спросил ассасин. – Ты знаешь, что наш хозя-ин ищет тебя уже несколько лет по всему Вандуларку? Он не жалеет на твои поиски ни сил, ни средств. Пойдем с нами.
- Наш хозяин – Даггод Амрул! Мы служим ему!!! – воскликнул Вурланс, выхватив свой меч. – Я не позволю вам отнять нашего наемника!!!
И, подскакав ближе к группе ассасинов, он размахнулся и получил сильный удар в грудь, кото-рый в один миг вышиб его из седла. Один из ловких и неуловимых ночных убийц, высоко подпрыгнув, пнул много возомнившего о себе мальчишку в грудь. Вурланс, упав на землю, потерял сознание.
- Значит, Даггод Амрул первым нашел тебя… - Негромко проговорил ассасин-главарь. – Ну, ни-чего. Это очень легко исправить. Умгим!
Один из убийц выступил вперед и, подойдя к повозке, запрыгнул в нее и через несколько секунд вытащил на бледные лунные лучи от страха побелевшего Даггода. Хозяин с ужасом смотрел на сво-его нового наемника. Он ничего не мог сказать ему. Не мог, да и не хотел.
- Ну. – Снова продолжил главарь. – Вот Даггод Амрул, твой хозяин… Бывший!
При этих словах ассасин, которого звали Умгим, размахнулся и проткнул Даггоду живот… Хозя-ин повозки, скорчившись, упал на землю, но не умер. Истекая кровью, он пребывал в сознании. Это, естественно, было сделано нарочно. Лэджер стоял и, чуть приоткрыв рот, испугано смотрел на Даггода, а тот в свою очередь на него.
- Видишь, как легко всё можно изменить… - Сказал главарь и Обилорн почувствовал, что тот улыбается. – Когда мы доставим тебя нашему хозяину, он щедро вознаградит нас… Очень щедро по-сле нескольких лет бесплодных поисков!..
- Я хочу свободы!!! – прошептал Лэджер. – Я хочу быть свободным и ковать железо в своей куз-нице!.. Я никуда не пойду. Я буду биться до конца… Если сможете – возьмите. Просто так я не дамся никому!!! И вообще… Меня совершенно незаконно посадили в тюрьму в одном городе, потом пере-везли в другой. Меня купил один хозяин, а, оказывается, еще кто-то жаждал моей проклятой всеми души… Что происходит, а? Может, объясните?
- Нет. – Покачал головой ассасин. – Я просто скажу, что твоя жизнь очень дорога. Ты нужен жи-вым, а не мертвым, понимаешь?
- Для чего? – Обилорн нахмурился.
- Я не могу тебе этого сказать. – Главарь опустил голову и исподлобья посмотрел на Лэджера. – Но если ты не пойдешь, нам придется применить силу…
- Что ж. – Обилорн мотнул головой и шейные позвонки хрустнули. - Попробуйте!..
Руки Лэджера начали понемногу вспоминать, как надо держать меч и как сражаться. Профес-сиональным воином он никогда не был, но основы боя, как и любой уважающий себя кузнец, знал. Выставив серебристый клинок перед собой, Обилорн приготовился к нападению ассасинов, двое из которых, высоко подпрыгнув, взмахнули своими кинжалами. Лэджер размахнулся и, сделав круговой разворот, распорол им животы, выпустив наружу всё их содержимое. Он рухнули к ногам нового на-емника, уже оставшегося без хозяина. Вперед выступили главарь и убийца по имени Умгим. Лэджер заметил, как они прикрыли еще одного ассасина, который в один прыжок оказался в кустах и скрылся в темноте… Обилорн не хотел оставлять никого в живых, но раз этот сбежал, гнаться за ним он тоже не собирался. Освободившийся заключенный, почуявший запах свободы, не желал сдаваться никому. Он хотел свободно существовать и ни от кого не зависеть и ради этой цели он был готов на любые жертвы. Ассасин-главарь бросил быстрый взгляд на своего воина и последнего оставшегося в живых напарника и они, чуть кивнув своим мыслям, бросились на Лэджера. Главарь, так как его кинжалы бы-ли длиннее других, сумел дотянуться до Обилорна и ранить его в плечо. Лэджер пошатнулся, отсту-пив назад, но тут же собравшись, он шумно вдохнул воздух и рубанул клинком, длинное лезвие кото-рого смертельно ранило и того, и другого. Умгим упал, захлебываясь собственной кровью, а главарь продолжал держаться на ногах.
- Да… Провал. – Тихо прохрипел он. – Но знай: он всё равно настигнет тебя… Наш хозяин знает, где ты… Будь уверен, что он доберется до тебя!..
- Пусть попробует!.. – Зло сказал Обилорн, закрывая рану рукой. – Его будет ждать такая же участь, как и тебя!.. – Еще раз взмахнув мечом, Лэджер срубил ассасину голову.
Он остался стоять один среди трупов ночных налетчиков, Вурланса, лежащего у ног своего коня без сознания, Аркдула, павшего первым, и Даггода Амрула, валявшегося у своей повозки… Обилорн огляделся. Абсолютная тишина. Птицы молчали, даже цикады затаились в траве. Лэджер чувствовал лишь частое биение своего сердца, готового выпрыгнуть из груди. Он был свободен и мог идти, куда ему захочется. Теперь никто не держал его. Заключенный освободился.

Пожилой человек лет пятидесяти с пепельными длинными волосами, загорелой сухой кожей и карими глазами задумчиво сидел за столом. Этот самый человек был новым хозяином Лэджера Гим-кама-Обилорна, и имя ему было Даггод. Он что-то быстро писал на желтой бумаге большим пером, когда дверь небольшой комнаты отворилась, и в помещение вошел Лэджер. Даггод оторвался от бу-маги и бросил на нового воина быстрый взгляд, а потом снова уткнулся в какой-то, по-видимому, очень важный документ, продолжая писать. Закончив, он опустил перо в чернильницу и снова посмот-рел на Обилорна, только уже более пристальней.
- Вот это я понимаю. – Наконец сказал Даггод, оглядев воина с ног до головы. – А ты, оказывается, намного моложе, чем я думал… Сколько тебе лет?
- Точно не знаю. – Ответил Лэджер, стоя у двери. – Знаю только то, что больше тридцати пяти. Мне, наверное, тридцать шесть или, быть может, семь…
- Ладно. – Махнул рукой новый хозяин. – Это не так важно. Ты хорошо выглядишь. Осталось только, чтобы ты оправился от ран и набрал свой вес, нарастив мышцы и приобретя прежнюю силу… Силу, которая была у тебя на воле. А так твой внешний вид мне нравится. Даже очень.
Лэджер очень коротко обстриг свои жесткие черные волосы и выбрил тонкую, смоляно-черную бородку, которая очень ему шла. И теперь на Даггода из-под широких густых черных бровей смотрели не менее черные глаза… Смотрели уверенно, смело и даже немного свирепо. Сильно загорелая кожа выглядела совсем иначе после хорошего мытья в горячей воде. Грязь смылась, и новый хозяин Обилорна видел золотистый загар мускулистого тела своего наемника. На новоявленном воине была одета чистая простая рубашка, если, конечно же, то, что было одето на нем, можно назвать рубашкой. До невозможности простая по выкройке ткань с широким вырезом для головы, сложенная пополам и сшитая между собой – вот и вся рубашка. Она была длинной, поэтому Лэджер подвязал ее на поясе широким клепаным ремнем. На его ногах были одеты просторные темно-коричневые штаны и черные короткие сапоги на низкой мягкой подошве. Обилорн стоял напротив своего нового хозяина и ждал, что он ему скажет, ведь не зря же он пригласил его к себе. Но Даггод, казалось, не спешил хотя бы что-нибудь сказать. Он просто смотрел на Лэджера, ожидая от него чего-то. Воин, которым так скоро успел стать заключенный, быстро сообразил, что нужно поблагодарить хозяина за оказанную честь и удобства. Обилорн шагнул вперед и, чуть склонив голову, негромко сказал:
- Спасибо, хозяин.
- Не за что. – Просто ответил Даггод. – Но это еще не всё. Надень вот это. – Он махнул рукой в сторону небольшой низкой скамейки, стоящей у стены. – Это одежда моих людей.
Лэджер перевел взгляд на скамейку и предложенное обмундирование, а потом снова посмотрел на Даггода, который еще раз кивнул в сторону одежды. Обилорн медленно подошел к скамейке и взял в руки короткую стальную кирасу, отполированную, как у Аркдула. Никаких особых выгравированных рисунков на доспехах не было, если не считать голову дракона с широко открытой пастью на наплечниках, пристегивающихся толстыми ремнями к кирасе. Лэджер снова молча посмотрел на Даггода.
- Ну что ты так смотришь? – удивленно спросил хозяин. – Тебе не нравится? Ты хочешь сменить эти доспехи на мешковину заключенного?
- Никак нет. – Мотнул головой Обилорн.
- Тогда надень это. – Приказным тоном повторил Даггод. – Пойми, что ты должен выглядеть, как все мои люди, а они выглядят одинаково. Ну, почти одинаково. Давай.
Лэджер взял в руки кирасу и надел ее. Она оказалась ему в пору, точно по его размеру. Поверх штанов он привязал высокие поножи, надел широкий кожаный пояс, к которому спереди и сзади были привязанные два небольших куска кольчуги, высокие и невероятно тяжелые сапоги на массивной по-дошве с коротким шипом на тупом носке и двумя ремнями-пряжками по бокам. На руки, от запястья до локтя, он пристегнул наручи из толстой крепкой кожи с небольшими изогнутыми шипами вдоль застежек. Привязав один наплечник к кирасе, он посмотрел на Даггода. Тот удовлетворенно кивнул головой.
- Ты так уверенно всё надеваешь… - Негромко сказал хозяин.
- Я кузнец. – Ответил Лэджер, и этим было всё сказано.
Немного помолчав, Даггод продолжил:
- Ну, доспехи средние, но тебе, по-моему, они очень идут, по размеру и по внешнему виду. Я решил не навешивать на тебя груду бесполезного железа, ведь настоящий воин должен быть не толь-ко сильным, но и ловким, так?
- Вы правы. – Обилорн кивнул.
- У меня с тобой всё. Не хочешь ли ты чего-нибудь еще? Спросить что-нибудь или, быть может, узнать? – Даггод чуть прищурил глаза.
- Нет, хозяин. Не хочу. – Лэджер мотнул головой и Даггод сильно удивился и даже чуть привстал со стула.
- Но… Как? – еле выговорил он. – У тебя ведь должно быть столько вопросов! Ты не знаешь, за-чем я купил тебя, для каких целей, где ты будешь жить, что есть… Почему ты этого не спрашиваешь?
- Меня это не интересует. – Просто ответил Обилорн и хозяин нахмурился.
- Ты так наплевательски относишься к своей дальнейшей жизни?! – вскричал он, вскочив из-за стола. – Да ты хоть знаешь, сколько стоит твоя жизнь на самом деле, а?! Хотя, откуда тебе это знать?.. Эх, Лэджер, славный кузнец… - Успокоившись, Даггод медленно опустился на стул и снова посмотрел на Обилорна.
- Извините, хозяин. Я не хотел вас расстраивать. – Без всякой эмоции сказал Лэджер. – Мне просто уже хорошо от слов «дальнейшая жизнь». Больше мне ничего не интересно. Мне безразлично, чем я буду заниматься: пахать землю и собирать урожай, или же, размахивая мечом, отнимать жизни. Я лишь игрушка, бесполезная вещь в ваших руках и не более того. Я не могу ни на что рассчитывать, ведь по одному вашему взгляду я сам могу лишиться жизни. И вообще… Жизнь раба так непредска-зуема, что быть хоть в чем-то уверенным просто-напросто глупо. Думаю, вы меня понимаете.
- Как же не понять. – Даггод опустил голову. – Всё, уходи. Иди в комнату, где ужинают Аркдул и Вурланс и хорошенько поешь. Мне не нужны тощие и слабые. Иди. – Хозяин махнул рукой. – Иди, го-ворю.
Лэджер молча развернулся и вышел из комнаты. Пройдя по узкому темному коридору вперед, Обилорн толкнул старую дверь и оказался в маленькой комнатке, в которой помещались только большой стол, несколько деревянных стульев и четыре сундука с едой, стоящих вдоль стены. На сто-ле стояло мясо, вино, вкусная ароматная похлебка и много-много мягкого белого хлеба. Аркдул и Вурланс подняли глаза на нового члена их маленькой группы и улыбнулись. Особенно широко и ра-душно улыбнулся молодой Вурланс, которому Лэджер Гимкам-Обилорн понравился сразу, как только он его увидел. На вид бестолковый мальчишка был очень умным и хорошо разбирался в людях. Он чувствовал их, их настроение и мысли. Лэджер хмуро посмотрел на светловолосого, коротко стриженого Вурланса с бледной кожей и большими серыми глазами. Молодой парень был худощав и очень красив собой. Обилорн подумал тогда, что мышцы можно нарастить с помощью физический упражнений, силу приобрести с годами, а вот ум и красоту уж никак ни откуда не достанешь. Что есть – то есть.
- О, - Аркдул поднялся на ноги. – Это наш новобранец! Как твое имя?
- Лэджер. – Ответил Обилорн, стоя у двери.
- Ну, что же ты стоишь? Проходи, садись и начинай есть. Хозяин говорил тебе, что сегодня но-чью мы выезжаем отсюда и отправляемся домой? – Аркдул, дружески похлопав по плечу Лэджера, опустился на свое место.
Обилорн внимательно смотрел на своих новых знакомых, которые, надо сказать, очень даже хо-рошо его приняли в свой узкий круг. Лэджер медленно опустился за стол, сев между Вурлансом и Аркдулом. Увидев вожделенное мясо, он потянулся к нему и, схватив большой кусок, жадно откусил его. Прожевав, он посмотрел на Аркдула и спросил:
- Отправляемся домой? А что для тебя дом?
- Дом? – немного смущенно переспросил статный воин средних лет. – Для меня давно стал до-мом дом нашего хозяина. И говоря слово «дом» я подразумеваю огромную землю нашего господина.
- Ты давно у него работаешь? – набив рот мясом и хлебом, спросил Лэджер.
- Достаточно давно. Несколько лет. – Ответил Аркдул и отпил немного вина из большого дере-вянного кубка.
- Расскажи мне про него. – Обилорн внимательно посмотрел на воина, отложив обглоданные кости в сторону. – Я хочу знать про него больше. Я знаю только то, что его зовут Даггод. Это всё. Расскажи мне про него, пожалуйста.
Аркдул бросил быстрый взгляд на Вурланса, а потом снова посмотрел на Лэджера. Отпив еще вина, он посмотрел на нового знакомого в упор и тихо сказал:
- Я не могу рассказать тебе всё, потому что я сам ничего не знаю. Практически. Мои знания о нем, конечно же, чуть больше твоих, но ненамного. Давай-ка я лучше расскажу о нем, как о хозяине.
- Ну. – Обилорн согласился.
- Он очень требовательный и строгий. К людям относится достаточно хорошо, но никогда не да-ет им повода забыть о том, что они – рабы, а он – их хозяин. Даггод богат, но не на столько, чтобы нанимать профессиональных воинов. Он покупает крепко сложенных заключенных и тренирует их, превращая в бойцов. Я тоже бывший заключенный… - Аркдул подался вперед и сказал шепотом: - Я скажу тебе больше: Даггод сам в прошлом преступник! Он тоже был заключенным и сидел на цепи, как и ты всего несколько часов назад… Он понимает тебя и твои потребности. Я уверен, что он будет очень хорошо к тебе относиться, ведь ваши с ним судьбы так похожи…
Лэджер сидел сильно нахмурившись и смотрел Аркдулу в его темно-зеленые глаза. Обилорн не мог поверить, что его новый хозяин – бывший заключенный, хотя он же сам говорил, что ему ничего не важно, а что выходит? Выходит, что важно? Как это так?.. Они сидели молча. Обилорн смотрел на свои руки, а Вурланс и Аркдул смотрели на него. Еще немного так посидев, Лэджер поднял глаза на статного воина и, кивнув в сторону молодого парня, спросил:
- И этот тоже преступник? Он вор?
- Нет. – Аркдул, усмехнувшись, покачал головой.
- Хорошо. А то его длинные цепкие пальцы похожи на пальцы вора, которые служат ему вместо щупа. – Кивнул головой Обилорн. – Хорошо, что он не тот, за кого я его принял.
- Да, - согласился Аркдул. – Но мне иногда кажется, что лучше бы он был вором. Быть может, толку от него в этой профессии было бы больше. Он настолько бесполезен и туп, что порой кажется, что он умалишенный. Иногда начнет нести такую несусветную чушь, что голова идет кругом!..
- Если так, тогда зачем вы его тут держите? Выгоните его прочь. – Просто сказал Лэджер. – Ка-кой смысл таскать за собой ненормального?
- Не знаю. – Мотнул головой Аркдул. – Хозяин любит его.
- А… - Понимающе кивнул Обилорн. – Раз так…
- Он его любит, но вожусь-то с ним я! – вздохнул статный воин и допил остатки вина. – Вожусь-то я…
Они снова замолчали. Лэджер вытянул правую руку вперед, положив ее на стол прямо напротив глаз Вурланса. Парень увидел красные запястья нового воина Даггода. Истертая кожа была местами вышаркана до невозможности, было страшно смотреть на кровоточащие мелкие раны. Но Вурланс не мог оторвать взгляд от воспаленной руки. Сильно засмотревшись, он протянул руку и осторожно коснулся пальцем запястья Обилорна. Лэджер вздрогнул и отдернул руку, убрав ее под стол, и, нахмурившись, посмотрел на Вурланса, который виновато опустил глаза вниз. Обилорн ничего не сказал ему, зато парень, поняв, что его не будут ругать, смело поднял глаза и быстро выпалил:
- Хозяин проехал полстраны в поисках вас!
Лэджер медленно поднял глаза на Вурланса, а чуть не задохнувшийся от изумления Аркдул по-терял дар речи, но когда через секунду к нему на смену изумления пришла ярость, он вскочил на ноги и, размахнувшись, хотел ударить парня по лицу. Но Обилорн, схватив руку воина, отбросил ее в сто-рону, не давая Аркдулу ударить мальчишку. Старший воин, стиснув зубы и сощурив глаза, медленно опустился на свой стул, не отрывая взгляд от напуганного Вурланса. Молодой парень увидел в Лэд-жере своего защитника, поэтому новобранец понравился ему еще больше. Он видел, что это самый справедливый человек из тех, кто ему был знаком. Вурланс опустил голову и исподлобья посмотрел на нахмуренного и немного разозленного Обилорна. Немного оправившись от гнева, Аркдул, нервно улыбаясь, провел рукой по волосам, убрав их короткие пряди, спадающие на лицо, назад и сказал:
- Вот видишь… Он опять мелет какую-то чушь!.. Мы просто проезжали мимо этого города и за-ехали в Мур-ит-Бинс, чтобы купить нового бойца… Всё. А он, посмотри, что говорит!.. «Проехал пол-страны»! Какая, надо сказать, глупость!..
Лэджер ничего не ответил ему. Переведя взгляд на Вурланса, он еще раз посмотрел ему в лицо и, не увидев никаких признаков умалишенного, снова посмотрел на Аркдула. Еще немного помолчав, Обилорн спросил:
- И много у Даггода таких бойцов?
- Достаточно, но по городам с ним ездим только мы. – Ответил Аркдул.
- Вы еще кого-нибудь купили, кроме меня? – снова спросил Лэджер.
- Нет. – Ответил старший воин.
- Ясно… И как скоро мы выезжаем?
- Даггод сам зайдет за нами и скажет, что делать.
- А чем вы занимаетесь?
- Ездим с хозяином по городам. Я же сказал.
- А другие чем занимаются, те, кто простые, рядовые воины или бойцы, как они у вас называют-ся, а? – никак не отставал Обилорн, желая узнать как можно больше.
- Другие, те, кто лучше, тренируют тех, кто хуже, чтобы они лучше и профессиональней сража-лись. – Пояснил Аркдул.
- И куда отправляются те, кто сражается лучше всех? – поинтересовался Обилорн. – Куда их на-правляют?
- В армию. – Просто ответил старший воин. – Всё продумано. Даггод покупает заключенного за какие-то гроши, ведь жизнь его ничего не стоит, потом тренирует, делая из него настоящего воина, а потом продает в армию за баснословные деньги. Прибыль огромная, причем сам Даггод ничего не делает. Армия охотно покупает таких бойцов, поверь мне. Только там превосходный воин, если, ко-нечно же, у него есть голова на плечах, сможет сделать головокружительную карьеру и подняться до небес, разбогатеть и завоевать славу! Разве это не прекрасно?
- Возможно. – Неохотно ответил Лэджер. – Возможно, ты и прав. И последний вопрос: почему мне не дали оружие?
- Ты получишь его, как только мы выйдем из Мур-ит-Бинс. – Ответил Аркдул.
- Ладно, я понял. – Кивнул головой Обилорн. – Полученной информации мне пока хватит.
И только он успел это сказать, как дверь комнаты открылась, и вошел Даггод, одетый в свой длинный черный балахон, в котором он был в момент покупки Лэджера. Подойдя к столу, он налил себе вина и залпом опустошил деревянный кубок. Оглядев своих людей, он особенно пристально по-смотрел на хмурого Лэджера, а потом перевел взгляд на Аркдула и сказал:
- Пора. Готовьте повозку и лошадей.
Аркдул, Вурланс и Лэджер поднялись на ноги, и, выйдя из комнаты, пошли по коридору с каме-рами к выходу. Обилорн старался не смотреть на заросшие бородами лица заключенных, которые пристально смотрели на него из-за решеток. Лэджеру было не по себе от этих взглядов. Ему хотелось подбежать к первой попавшейся камере и, сорвав с нее замок, выпустить немощного человека на волю… Но зная, что этого попросту делать нельзя, Лэджер быстро подавил в себе это желание и, высоко вскинув голову, смотрел только вперед. Никто из тех, кто шел рядом с ним – ни Даггод, ни Аркдул, ни тем более Вурланс – не знали, что в голове нового наемника зародился коварный план…

- Проснись… Почему ты дрожишь?.. Ты в порядке?.. Проснись…
Человек, сидящий у холодной каменной стены сильно вздрогнул и открыл глаза. Оглядевшись, он заметил стоящего над ним друга, который встревожено смотрел на него.
- Тарген… - Человек посмотрел на виновника своего пробуждения.
- Воды хочешь? С обеда еще осталось немного. – Предложил тот, чье имя было Тарген.
- Пожалуй. – Ответил человек.
Тяжело поднявшись на ноги, он, шатаясь, побрел в сторону рассохшегося деревянного стола, на котором стоял глиняный кувшин с мутной водой, плескавшейся на дне. Из холодной стены, выложенной большими блоками камней, тянулись длинные толстые цепи и тяжелые кандалы, прикованные к рукам и ногам человека, которые тихо звенели, когда он двигался. Опухшие и истертые в кровь от грубо обработанного железа запястья и щиколотки сильно болели, но человек старался не обращать на эту боль внимания. Подойдя к столу, он открыл кувшин и налил немного воды в железную кружку и, промочив горло, поставил ее обратно на стол. Тарген тоже выпил воды, но ее остатков ему показалось мало и он, подойдя к толстой решетке-двери, начал отчаянно трясти ее и громко кричать, чтобы к нему подошли. Прошло меньше минуты, прежде чем к решетке подошел надсмотрщик в тяжелых доспехах и с мечом в руке. Первым делом он ударил Таргена в грудь рукоятью своего оружия через решетку и, когда тот упал на спину от сильного удара, грубым голосом спросил:
- Чего орешь?
- Воды хочу. – Сквозь зубы пробурчал Тарген, отползая к стене.
- Рано еще. На ужин вода. – С этими словами надсмотрщик отошел от решетки маленькой и не-вероятно тесной тюремной камеры.
Человек, прикованный длинными цепями к стене, поднял опухшие слезящиеся глаза на малень-кое окошко под самым потолком, закрытое, как и дверь, толстой решеткой. Через это окошко на не-ровный каменный пол камеры опускался широкий тусклый луч, служивший в этом месте единственным источником света, если не считать ряды факелов, висевших в коридоре, вдоль которого часто прохаживались надсмотрщики, нарушая тишину громким топаньем своих тяжелых сапог…
- Плохая идея. – Сказал человек, садясь на корточки рядом со стеной.
- Пусть идут к черту, ублюдки!!! В этой проклятой всеми тюрьме даже воду нормальную не да-ют!!! Ее вообще не дают! А если дают, то мутную!!! Мутную настолько, что вонючая похлебка кажется прозрачнее!.. – Выругался Тарген и как только он сказал свои последние слова, большой замок на решетке звякнул, и вошли двое надсмотрщиков, закованные в тяжелые доспехи.
Тарген с вызовом смотрел на них, зная, что его ожидает. Люди подошли к нему вплотную, и один из них спросил:
- Тебе что-то не нравится?
- Да. – Высоко вскинув голову, ответил Тарген. – Мне здесь всё не нравится! Мне не нравится еда, которой нас тут кормят. Мне не нравится вода, которой нас поят. Мне не нравится то, что в это гнилой камере нет даже хоть каких-нибудь кроватей, чтобы нормально поспать!!! И еще мне не нрави-тесь вы, куски железа!!! Понятно?..
Один из надсмотрщиков размахнулся и ударил Таргена в живот, но это ничуть не сломило его. Выпрямившись, он, собрав во рту остатки слюны, плюнул одному охраннику в лицо. Тот, конечно же, не смог вытерпеть такого и оставить преступника без наказания. Выхватив из ножен кривой меч, он вонзил его и, последний раз посмотрев в лицо заносчивому нахалу, скинул его с лезвия, пнув ногой… Второй надсмотрщик, наклонившись, схватил Таргена за грубую мешковатую рубашку заключенного и поволок из камеры, чтобы скормить псам. Первый охранник, выйдя следом, закрыл решетку на ключ и ушел.
- Это уже третий за эту неделю… - Откинув голову назад, сказал человек сам себе. – Я снова остался один и мне даже не с кем поговорить… Почему они себя так ведут? Хотя, быть может, это и правильно, ведь лучше сразу умереть, чем так гнить за решеткой до скончания дней своих. Если так, то получается, что наши надсмотрщики еще очень и очень милосердные…
Человек посмотрел на свои грязные мозолистые ладони и на красные запястья и истертой ко-жей, а потом перевел взгляд на маленькое окошко наверху, из которого лился луч света, освещая небольшую лужицу крови на каменном полу. Человек всё это время думал о том, зачем же его перевезли из одной тюрьмы в другую, из одного города в другой, из одной страны в другую?.. Сам он не мог ответить на все эти вопросы. Он оказался за решеткой волею судьбы, которая, посмеявшись над ним, заставила его быть в ненужном месте в ненужное время. Его забрали и приковали к стене, как особо опасного, но за что?.. Он не знал. В конце концов, он не хотел, чтобы с ним поступили так же, как с его новоявленным, но уже бывшим другом Таргеном. Он мало ел и пил, ведь то, чем кормили в этой тюрьме, брать в рот было вообще нельзя и всеми противопоказано. Человек погладил свою длинную, черную, как смоль, кудрявую бороду и снова посмотрел на загорелые руки, руки славного кузнеца, которым он был на воле. Он вспомнил жар печи, звяканье большого молота и маленького молоточка, раздувающиеся мехи и раскаленный, только что скованный и еще не остуженный в холодной воде, меч… Его руки уже совсем забыли, как это – держать молот? И мускулистое тело, казалось, уже и не помнит грубость черного, испачканного смолой, кузнечного фартука… Теперь оно знает лишь мешковатую одежду заключенного и не более того. Жены у него не было, детей тоже. Был только дом, он же кузница. От грустных мыслей и далеких воспоминаний человека отвлекла открывшаяся дверь-решетка, замок которой звякнул в чьих-то латных перчатках. В камеру вошел высокий статный воин, не похожий на тех разжиревших надсмотрщиков, гуляющих по коридорам тюрьмы Мур-ит-Бинс. На нем были одеты стальные, отполированные доспехи. На широких толстых наплечниках заключенный заметил изображение головы дракона, выгравированного прямо гладкой стали. У дракона была широко раскрыта пасть. Тонкая работа художника показывала всем целый ряд длинных и очень острых клыков, торчащих из раскрытой пасти чешуйчатой твари. Человек перевел взгляд на хмурое лицо вошедшего в камеру воина, в руках которого был замок, снятый с решетки. Воин еще немного посмотрел на сидящего у стены заключенного и, еще более нахмурившись, приказным тоном сказал:
- Поднимись.
Человек не стал спорить и тяжело поднялся. Шатаясь от сильной слабости, царившей в его те-ле, он встал напротив странного воина и прямо посмотрел на него. Воин еще раз оглядел заключенного и, достав их небольшого мешочка, висевшего у него на поясе, связку ключей, отстегнул толстые цепи от стен. Человек внимательно наблюдал за действиями воина и никак не понимал, что и зачем тот делает. Отстегнув последнюю цепь, незнакомец выпрямился и снова посмотрел на преступника, но так ему ничего и не сказал. Выйдя из камеры, он посмотрел куда-то в сторону и крикнул:
- Вурланс! Иди сюда. Принеси цепь, которую я оставил на столе. Да поживее.
Человек не слышал, ответил ли тот, кого звали Вурлансом, но меньше, чем через минуту незна-комому воину подали не менее толстую цепь с широким железным ошейником, которую он поспешно надел на шею заключенному, который ничуть не сопротивлялся, привыкши ко всему. В камеру вошел молодой человек, которому воин передал четыре цепи, прикованные к рукам и ногам заключенного, а сам взял главную цепь, держащую под стражей глотку преступника.
- Идем. – Незнакомец чуть дернул цепь на себя. – Пора.
Они повели его по коридору в сторону небольшой двери, располагавшейся по левой стороне камер. Остальные заключенные безразлично смотрели на человека, с ног до головы закованного в цепи, через толстые прутья решетки. Они, казалось, знают, что его ожидает только смерть и не более того. Человек шел, опустив голову вниз. Тяжелый железный ошейник отягощал его, клоня голову вниз, но заключенный из последних сил старался держаться прямо и не опускать голову. Нормально и более-менее сытно он ел больше трех дней назад, поэтому силы в его мускулистых руках становилось всё меньше и меньше. Длинные черные спутанные волосы до плеч спадали на лицо, а черная кудрявая борода добавляла человеку еще больше хмурости и опустошения в сощуренных темно-карих глазах. Статный воин в блестящих доспехах и тот, молодой, которого звали Вурлансом, открыли небольшую, но невероятно скрипучую деревянную дверь с ручкой-кольцом, и втолкнули человека туда. Заключенный и двое странных стражников оказались в небольшом, но очень темном помещении, которое освещалось только лишь несколькими свечами, стоящими в медном подсвечнике на старом рассохшемся столе. Свечи горели спокойно, ничуть не дрожа. Человек поднял глаза на толстопузую фигуру начальника тюрьмы, на лицо которого падал тусклый свет. Начальник сидел за столом, положив одну руку на край, а другой подперев свой жирный бок. Прямо напротив него сидела другая фигура в длинном черном балахоне с большим капюшоном, спадающим на глаза. Заключенный не мог разглядеть лица незнакомца. Начальник тюрьмы с интересом наблюдал за угрюмым лицом человека в цепях, тихо постукивая пальцами по сухому дереву стола. Люди, находившиеся в комнате, молча смотрели друг на друга. Первым молчание нарушил странный незнакомец в капюшоне.
- Он? – человек кивнул на заключенного.
В ответ начальник тюрьмы лишь кивнул и молча чуть двинул рукой, отдавая приказ статному воину в доспехах и молодому парню по имени Вурланс. Те, конечно же, поняли, что хочет их толсто-пузый начальник. Отведя несопротивляющегося заключенного к дальней стене, они пристегнули цепи к специально врезанным в камень большим железным кольцам. Когда заключенной вновь оказался прикован, стражники отошли в сторону, к столу.
- Идите. – Приказным тоном сказал начальник тюрьмы, и Вурланс вместе со статным воином вышли из комнаты.
Снова настало молчание. Преступник чувствовал, как на него смотрит чей-то тяжелый пронизы-вающий насквозь взгляд… Взгляд незнакомца в капюшоне. Человек знал глаза начальника тюрьмы. Пустые, ничем не заинтересованные, алчные и безнадежные. Но этот взгляд, который сейчас сверлил его, был чем-то особенным… Особенным, по сравнению со всем, что видел в последнее время за-ключенный. Начальник тюрьмы поднялся на ноги и медленно подошел к человеку. По сравнению с ним он был чуть ли не в половину ниже преступника, прикованного к стене. Низкорослый человек по-тянулся к мешковатой грязной рубахе заключенного и одним верным движением сорвал ее с него, оголив крепко сложенное тело. Потом, отбросив лохмотья рубахи в сторону и повернувшись к стран-ному незнакомцу в капюшоне, начальник тюрьмы Мур-ит-Бинс сказал:
- Посмотрите, как сложен. Неплохо, правда? Он не потерял свою форму за все те годы, которые провел за решеткой. Только исхудал немного…
- Не удивительно. – Преступник услышал негромкий голос незнакомого человека. – Тут кормят отравой, которую даже крысы не едят… Что уж говорить о заключенных?
- Да-да, конечно. Вы как всегда правы. – Волнительно ответил начальник, сжимая пальцы на своих пухлых руках.
- Имя. – Потребовал незнакомец, усевшись поудобнее.
- Его зовут Лэджер Гимкам-Обилорн. – Ответил начальник тюрьмы.
- Кем был на воле?
- Кузнец. – Всё так же волнуясь, ответил пухлый начальник, покрываясь каплями пота. – На-сколько мне известно, он был очень даже неплохим кузнецом. Как мне говорил Зугир, глава Негмуторской тюрьмы, из которой мне доставили Лэджера, в его руках закаляется сталь, становясь настоящим предметом для убийства и мало того: он великолепно украшает свои работы!.. Если ему дать самоцвет, он врежет его в рукоять так, что…
- Меня это не интересует. – Жестко оборвал начальника незнакомец и медленно поднялся на ноги.
Заключенный, которого звали Лэджером, определил, что незнакомцу, вероятно, лет тридцать пять – сорок. Он был высоким, крепкого телосложения. Большего Лэджер не мог видеть, так как чер-ный длинный балахон до пола делал свое дело, скрывая личность незнакомца от посторонних глаз. Незнакомец открыл большой тяжелый сундук, который стоял в темном углу, и достал большой кусок свежего, очень нежного белого мяса. Подойдя к Лэджеру, он протянул мясо ему. Обилорн заметил на пальце крепкой руки незнакомца большое кольцо-печать из чистого золота с изображением головы дракона, у которого была широко открыта пасть. Точно такой же дракон был выгравирован у того статного воина на стальных наплечниках, крепко привязанных толстыми ремнями к его кирасе.
- Ешь. – Сказал он, но заключенный не двигался. – Ешь, Обилорн!
Заключенный потянулся грязными руками к белому мясу и отщипнул от большого куска малень-кий кусочек, отправив его в рот. Лэджер почувствовал, что незнакомец удивился, хотя он и не видел его лица. Странный человек подошел ближе, держа на вытянутой руке сытный кусок мяса.
- Ешь больше. – Сказал он. – Ты же хочешь есть. Я вижу. Так ешь же!
Лэджер поднял глаза на незнакомца, а потом опустил их, посмотрев на мясо. Он и вправду очень сильно хотел есть и схватил бы этот вожделенный кусок немедленно, если бы не те обстоя-тельства, при которых этот самый кусок предлагали ему. Обилорн, еще раз посмотрев на мясо, отступил назад, к стене. Незнакомец молча смотрел на него и еще миг, и он тоже отошел в сторону, бросив мясо на стол. Посмотрев на начальника Мур-ит-Бинс, он сказал, указав на Лэджера:
- Посмотри, что твоя грязная жратва сделала с этим человеком! Он дик. Он стал даже хуже, чем твои псы, которых ты кормишь человечиной!.. Я вижу, что он был когда-то совсем другим, не таким как сейчас…
- Д-да… В-возможно… - Заикаясь, ответил начальник тюрьмы, трясясь всем телом. – В-вы пра-вы, он был другим…
- Ладно! – жестко оборвал его незнакомец. – Я покупаю его. Сколько ты хочешь? – но, не дож-давшись ответа, тут же продолжил: - Я дам тебе за него… М-м-м… Семьдесят… Нет, девяносто ап-ров! Да, девяносто золотых апров. Думаю, этого будет достаточно. Даже больше, чем достаточно.
- К-конечно. – Поддакнул начальник тюрьмы и протянул руки, в ладони которых упал увесистый кожаный мешок, стянутый крепкой веревочкой. – Благодарю.
Но незнакомец, казалось, даже не слышит начальника Мур-ит-Бинс. Подойдя к Лэджеру, он спо-койно сказал:
- Я теперь твой хозяин. Сегодня ночью мы уезжаем из этой тюрьмы. Ты будешь отчасти свобо-ден. Ты понял?
- Да. – Обилорн медленно поднял глаза на темный капюшон незнакомца. – Как мне называть вас?
- Зови меня Даггод. – Ответил незнакомец. – А теперь, когда я стал твоим полноправным хозяи-ном, я хочу узнать у тебя, что ты хочешь сейчас больше всего?
- Я хочу помыться, подстричься и побриться. – Сразу ответил Лэджер, звякнув толстыми цепями.
- А есть ты разве не хочешь? А залечить свои раны, свои истертые запястья и щиколотки, а? – усмехнулся Даггод.
- Позже. – Ответил Обилорн. – Да и к тому же раны со временем заживут сами. Сейчас для меня важнее смыть грязь…
- Будь по-твоему. Я позову тех двоих, которые привели тебя сюда. Они мои слуги. Ты тоже бу-дешь моим слугой и моим охранником. Одного из них, того, что помоложе, зовут Вурланс, а того, кто над ним начальствует, Аркдул. Они отведут тебя в комнату, где ты сможешь привести себя в порядок. Да и мне, надо сказать, не нужны грязные заключенные. Мне нужные воины! Воины и еще раз воины. Так что давай. – Даггод подошел к двери и, открыв ее, громко позвал: - Аркдул!

Я ухожу отсюда прочь.
Ты не узнаешь, где я буду.
Ничем не сможешь ты помочь,
И вскоре я тебя забуду.

Но ты не плачь и не грусти,
Быть может, я вернусь.
Прошу тебя: меня прости.
Быть может, я очнусь.

Я жизнь хочу прожить не здесь.
Пусть убегаю. Не то важно.
Я в поисках уж век свой весь.
За жизнь борюсь отважно.

И надо драться, надо жить.
Сражаться, воевать.
Жизнью надо дорожить,
Чтоб многое узнать...

Эльфийская рукопись мятая
Лежала на ветхом столе.
У побежденных отнятая...
Края ее были в смоле.

Никто не мог прочитать ее...
Там странные надписи были.
И старые руны пергамента
Древнем проклятьем прослыли...

Кричащие буквы молили,
Молили их прочитать!..
И женщины слезы всё лили,
Но никто не мог их понять...

И все шифровальщики мира
Трудились над этим трудом.
И плакала старая лира,
Скрипел деревянный тот дом...

А рукопись та - предрешенье
Для всех, кто живет на земле.
Не нужно уж наше прощенье,
Не взмоем мы ввысь на орле...

Плакали деревья и небеса,
Предчувствуя близкий конец...
За то, что за нас проливалась слеза,
Расскажет наш дальний гонец...

Средь рассохшихся дерев,
Зимней лютой той пурги
Встала я, чужих узрев...
То были гоблинов шаги...

И шли они, щитом укрывшись,
Не оставляя там следов.
И снег всё падал, так кружившись,
Скрывая всех ночных воров.

Их видела издалека я.
Торопились они уходить.
Средь деревьев их тени, мелькая,
Убегали, чтоб золото скрыть.

И украдено золото это
У гномов с Высокой горы.
И закончилось жаркое лето
До следующей теплой поры...

В черном капюшоне,
Длинный балахон.
Не сидел на троне...
Монах-фанатик он...
Безумный в поклонении
И вере всем богам:
"Не может быть сомненья!
Я всё для них отдам!.."
И жизнь вручить им может,
И правду, и судьбу...
Но червь всё сердце гложет,
Не слышит Бог мольбу...
Жизнь его ничтожна,
А вера не годна...
Правда его ложна,
А преданность сильна...
И зверско истязает
Свое тело он...
Ужасно он страдает
И слышен тихий стон...
И на муки вечные
Он обрек себя...
И мечты беспечные
Хранит он без тебя...

Когда тело сжигаемо болью,
Но в душе лишь радость и смех,
Я дам своим чувствам волю,
Я знаю - ждет их успех.

И пусть тихо умру я в кровати,
Я знаю - останусь в веках.
Мне неведомы прихоти знати,
Моя жизнерадость в зеленых глазах.

И умирая улыбнусь я старухе,
Той старухе с острейшей косой.
И она, протянув ко мне руки,
Умоется горькой слезой...

Да, даже Смерть не в силах
Противостоять жизни моей.
Я ни о чем не просила
Для меня нет жизни родней.

Я люблю ее, ей предана в целом!
И расставаясь с ней, огорчусь.
Моя жизнь нарисована мелом,
Но с этим я тихо мирюсь.

Всю жизнь свою я любила,
Любила, люблю до сих пор...
Лишь об одном я всё время просила:
Мою смерть оставь напотом.

И умирая улыбнусь я старухе,
Не почуяв в улыбке подвох...
Но ведь это всё в моем духе:
Думай о жизни, испуская последний вздох...

P.S.

Всю жизнь свою недолгую,
Отступившись от своих проблем,
Все книги сложила на полку я
И радость несла я вам всем...

Так и вы же, прошу, заклинаю,
Любите и будте любимы.
Мне сверху всё видно, я знаю,
Что вместе вы непобедимы...



Прим.: это стихотворение я посвящаю моей бабушке, Шумковой Руфине Александровне, умершей 5 ноября 2005 года.

Убежим от реальности вдаль,
Ведь она тяжела непомерно.
Пусть говорит нам маленький враль,
Что ее господство безмерно.

Уверяя в неправоте,
Люди с завистью нас осуждают.
Их действия при равноте
Нас остаться с собой убеждают.

Но не будет мы слушаться их.
Реальность - не наша забота.
Убегаем от кошмаров своих,
Ведь у нас есть другая работа.

Мы умеем любить и сражаться,
Мы умеем за правду стоять.
С нами им никогда не сравняться,
Никогда им нас не понять...

Есть огромное море
Неважно - воды иль песка.
В нем - огромное горе,
За ним - одна лишь тоска.
И люди в нем тонут, уходят,
Не зная, что их там ждет.
Годы жизни устало проходят,
А счастье никак не придет.

Одни добровольно уходят,
Других камнем тащит на дно...
И к чему всё это приводит?
Я точно знаю одно:
Их никогда не спасти уж
Ни мне, ни тебе, никому...
И это море гибельных душ
Всё тянет и тянет ко дну.

А люди видят тонущих,
Но туда же, туда же идут!..
Миллионы голосов зовущих
Думали, что себя там найдут.
Но когда жизнь зажимала,
Они прыгали из окон квартир...
Я никому того не желала,
Что ж поделать? Таков Мир...

В старом доме живет мечта.
В дырявом пледе сидит у камина.
Эта мечта так дряхла, так стара,
Но всё также красива и мила.
Любовь, скучая, сидит у окна,
Мечтая увидеть кого-то...
Но на всей улице она лишь одна
И всё же желает чего-то.
Счастье давно ушло погулять
И еще не вернулось.
Значит, совесть в ней всё молчит.
Видать, еще не проснулась.
Вера с надеждой молча сидят.
Сердца их давно опустели...
Крики надежды и веры слова -
Всё унесли метели.
Тот дом скрепит, трещит и стонет.
Недолго уж ему осталось,
Но друг его тихонько тронул
И в щепки всё это распалось...

На стене висят часы,
Время всё считают.
Теплые капельки росы
В полдень исчезают.
Не исчезнет только боль
Всех годов прожитых...
Не исчезнет только соль
Тех минут убитых...
А часы считают -
Нету смерти им.
Люди умирают,
Власть дают другим.
Люди умирают,
Гибнут города.
Королей свергают
И течет вода...
Нету места в Мире
Бессмертию всего.
Мы играем в тире
Все до одного...

Вот огромный город
И сокол в вышине.
За широкий ворот
Нож воткнули мне.
И сниться мне О'кнэди
В голубом свету,
Сделанный из меди...
Иду я по мосту.
А мост тот в середине
Развален. Я иду.
И как на той картине
Я в пропасть упаду.
Но мне ничуть не страшно,
Нисколько не боюсь.
Я знаю: это важно,
Хоть я разобьюсь.
И вот дошел до края
Разрухи на мосту.
Закрыты двери рая -
Архангел на посту.
Зато открыты двери
Мне в ад. Зовут меня.
Кланяются звери,
Лапы преклоня.
Столп света, вырываясь,
Землю расколол.
И Демон, разминаясь,
Вышел на престол.
- А вот и ты, мой Кулхан,
Мой родной сынок...
Адских тварей хан
И эльфов всех пророк!
И Демон засмеялся -
Разверзлись небеса.
Тогда я и поклялся...
Мелькнула полоса
И рассекла меня она
Надвое. Совсем.
Осталась ты навек одна,
Трудно стало всем...
И разорвался я тогда
Ровно пополам.
И было это как всегда...
По мраморным полам.
И стал я демоном. Теперь
Нашел я амулет.
А если хочешь, то проверь -
В легендах он воспет.

Вот огромный город,
Сокол в вышине.
За широкий ворот
Нож воткнули мне.
Но я вовсе не мертвый,
Я совсем живой.
И помог мне стертый
Камень голубой.
И мост тот не развален.
Иду я по мосту.
Там дуб лежит. Повален.
Я знаю - перейду.

Носит ветер над равниной
Прах погибших там солдат...
Оторвало ноги миной
Трупы их там и лежат...
Ветер, плача, воспевает
Их отвагу, честный бой...
Искренне он так желает
Их забрать сейчас с собой...
И умчаться из Афгана
Прочь, за дальние края...
Кровоточащая рана
Заживет... А я?..