Тайна женской души



Стив Хенкс (чьи картины я выкладываю ниже) говорил: " Женщины занимают отдельную нишу в моей чувствительности. Они выражают большее количество чувств. В них имеется много волшебства. " Не могу с ним не согласиться. Тайна этого волшебства не дает покоя мужскому уму и заставляет их делать опрометчивые выводы в их познаниях. Они неохотно соглашаются отбросить свои убеждения и с нежеланием изучают тайну женской души.

Все здесь

МИР ДАН НАМ В ОЩУЩЕНИЯХ



... БЛАГОСЛОВЕННЫ, ДОВЕРИВШИЕСЯ ШЁПОТУ СЕРДЦА, -
ОНИ ПОЗНАЛИ В ОЩУЩЕНИЯХ ПОЦЕЛУИ АНГЕЛА !!

ПРОСИЛ Человек:
- Господь, поговори со мной!
И луговые травы пели.
Но человек не слышал ПЕНЬЯ ТРАВ !
ПРОСИЛ Человек опять:
- Господь, поговори со мной!
И гром с молнией прокатились по небу.
Но человек не услушал в громыхании ГОЛОСА ЕГО !
Тогда сказал Человек:
- Господи, позволь мне увидеть тебя!
И звезды ярко сияли.
Но человек не видел ГОСПОДА.
Человек вскричал:
- Бог, покажи мне видение!
И новая жизнь была рождена весной.
Но человек опять этого не заметил!
Человек сидел и плакал в отчаянии:
- Дотронься до меня, Господи !
Дай мне знать, что ты здесь!
И после этого призыва Господь откликнулся,
и - дотронулся до человека!
Но человек смахнул с плеча бабочку и ушел прочь.

... БЛАГОСЛОВЕН, ЧУВСТВУЮЩИЙ:
ОН ДОВЕРЯЕТ СВОИМ ОЩУЩЕНИЯМ и ЗНАЕТ СЧАСТЬЕ.

Что там под покрывалом...?





Влекомый страстью и истине, в Саис
Пришел однажды юноша, который,
Стремясь постигнуть тайную науку
Египетских жрецов, уже прошел
Немало ступеней к высотам духа;
Но рвался он вперед неудержимо,
Учитель отвечать не успевал
На все его вопросы. «Чем владею, —
Твердил он, — если не владею всем?
В познанье есть ли много или мало?
Ведь истина — не чувственная радость,
Которой мы, как суммою, владеем:
Порою — меньшей, а порою — большей.
Нет! Истина от века неделима!
Из радуги возьми лишь цвет единый
Иль из гармонии единый звук —
И ты ни с чем останешься, погибнет
Прекрасное единство красок, звуков».

Однажды, так беседуя, они
Вступили в одинокий круглый зал,
Где юноша увидел изваянье,
Покрытое завесой; с изумленьем
Учителя спросил он: «Что таится
Здесь под покровом этим?» И в ответ
Услышал: «Это — истина». — «Возможно ль? —
Воскликнул он. — Я к истине стремлюсь,
А здесь она таится под завесой?»
«Об этом ты спроси богов, — сказал
Ему учитель. — Ни один из смертных,
Так боги молвят, да не смеет тронуть
Священной ткани дерзостной рукой,
Пока ее мы сами не поднимем.
А если человек сорвет ее,
Тогда...» — «Тогда?..» — «Он истину узрит». —
«Какой оракул странный! Неужели
И ты, ты сам не поднял этой ткани?» —
«Я? Никогда! И даже искушенья
Не испытал ни разу...» — «Я не в силах
Тебя понять. Ведь если отделяет
От истины лишь тонкая завеса...» —
«Но и закон! — прервал его учитель. —
Весомее, чем мнишь, завеса эта.
Она, поверь мой сын, для рук легка,
Но тяжела для совести людской».

В раздумье юноша домой вернулся.
Томясь познанья жаждою, без сна
Он мечется, горя, на душном ложе
И в полночь вдруг встает. Неверным шагом,
Непобедимой силою влеком,
Подходит к храму. Здесь, легко и ловко
Одолевая стену, он с нее
Соскакивает прямо в круглый зал.
Достигнув цели, он стоит во мраке,
Со всех сторон объятый тишиной,
И мертвое безмолвье нарушают
Лишь отзвуки шагов по гулким плитам.
Мерцая, через купол проникает
Голубовато-белый луч луны;
И, словно бог, спустившийся на землю,
Под сумрачными сводами блестит
В таинственном покрове изваянье.

Подходит он, дрожат его колени,
Рука сама уж тянется к святыне,
Как вдруг его пронзил озноб и жар,
И он рукой незримою отброшен.
«Несчастный, что ты хочешь сделать? — так
В душе его взывает верный голос. —
Ты божество задумал испытать?»
«Да не коснется этой ткани смертный,
Пока ее мы сами не поднимем», —
Так рек оракул. Но не он ли молвил:
Покров поднявший — истину узрит?»
Нет, будь что будет, я его сорву!
И громко крикнул он: «Хочу увидеть!» —
«Видеть!» —
С насмешкой гулко повторило эхо.

Так он воскликнул и сорвал покров.
«И что ж, — вы спросите, — ему открылось?»
Не знаю. Только полумертвым, бледным
Он утром найден был у ног Изиды.
О том, что видел он и что узнал,
Он не поведал никому. Навеки
Он разучился радоваться жизни;
Терзаемый какой-то тайной мукой,
Сошел он скоро в раннюю могилу...
«О, горе тем, — твердил он неизменно
В ответ на все расспросы, — горе тем,
Кто к истине идет путем вины!
Она не даст отрады человеку».

Путь Жрицы, путь Богини

"""Существует священный поток света,
протекающий через пространство и время, -
свет Божественной женщины."""


Шэрон Роуз
"Путь Жрицы, путь Богини"


Руководство по пробуждению
Божественной Женственности




"

.. Девушек, чье поведение и склонности указывали на связь с Божественным, брали в храм и посвящали в женские мистерии. Их обучали шестидесяти четырем священным искусствам, включавшими в себя религиозные ритуалы, танец, драматическое искусство, музыку, поэззию, ткачество, искусство украшения, массаж, искусство приготовления эликсиров из трав, целебные и прорицательские практики и тайные мистерии сексуального слияния.

Знания этого искусства было необходимо, чтобы выполнять одну из важнейших ролей: Давать посвящение, - ибо они должны были зажечь внутри мужчины духовный огонь и направить его вверх по священному пути просветления. Это непростая задача, поскольку жрица должна была посвящать мужчин в глубокие тайные мистерии сердца, пробуждая их истинный духовный  потенциал.

Жрицы овладевали ритуальными практиками, позволявшими осознавать Богиню внутри себя. В результате этого обучения их тела становились священными сосудами, через которые протекала чистая сила и энергия Богини. Все их движения, мимика, жесты, позы являлись актами поклонения и священнодействием. По существу, они были живыми символами божества - богинями во плоти.

Во многих культурах таких жриц считали эмиссарами божественной энергии и поощряли путешествовать по сияющим дорогам духовного царства, чтобы приносить в наш мир образы и озарения из тонких энергетических измерений."

 

Море-море... (Christian Riese Lassen)



Гавайский художник Christian Riese Lassen



- = Море-море, мир бездонный... = -

На улице чайных домов...

На улице чайных домов и бумажных змеев,
Где часто драконы играют с монахами в шоги,
Где желтых людей превозносят лесные звери -
Смакуют домашние вина домашние боги.

Там пахнет волшебными свитками и жасмином,
А вишня роняет свои лепестки и как будто…
Там Будда свернулся калачиком у камина
Такой невозможно – уютный и искренний Будда.

Там женщины нежно смеются и носят дзори.
Места откровений зовутся Святыми местами.
А в самые красные и неземные зори
Сердца и доспехи куются из света и стали.

Но ты улыбнешься: «Сердца? Да еще из света!»
Нарочно зеваешь и делаешь вид, что скучаешь.
Прислушайся к звону бубенчиков, может это
Драконы тебя приглашают на чашечку чая?

 

 

 

 

Рисует ночь на матовом стекле
Драконов и миры волшебной кистью,
И встречи все на маленькой Земле,
И цепь картинок, что зовем мы жизнью,

Мерцанье звезд и зарево огня,
И перья пальм, и волны кружевные,
И золото свечи, тату, меня,
Объятья твои сильные, родные,

И аромат раскрытых лепестков,
И бриз, что полон запахами моря,
Мелодию далеких берегов,
Что красотою с райскою поспорит,

Луну, что будет лить жемчужный свет,
И рык Дракона, что звучит как песня,
И серебристо-радужный рассвет,
Что сбывшейся мечтой во мне воскреснет...

  Джонни

 

Ничего не вечно . Истина стара , как мир . Лишь люди словно капризные дети , хотят оставить после себя вечные тени их могущества . И не столь для них важно , в какой именно это будет форме . Поэзия вечна . Лишь для истинных ценителей . Философия вечна . Мудрость не всегда к месту в современном мире .

Robert Finale (сказочные пейзажи)



Уже был пост, но тут больше картин.
На сайте можно рассмотреть детали картин. Очень интересно!!!



- = сказочные пейзажи = -

Вот и все...

И замер миг, и замер век,
И еле слышимое слово...
И только белый вкус небес,
Прозрачный вкус Твоей печали,
И белый Бог, и белый лес,
И жизни белые причалы...

Е.Самарина
 

 Нас совсем засыпало....

 

 

Ловлю губами снег
И невдомек,
Что губ твоих касаюсь
В самом деле,
Что от тебя снежинки
Прилетели,
Что ты не так уж,
В общем - то, далек.
Мы - близко, стоит только
Сделать вдох.
И между нами - вдох один
Всего лишь.
Ты, как и я, снежинки
Молча ловишь.
Мы так с тобой целуемся,

Мой Бог...

БАБОЧКА-рисунки Шорохова В.Л.

БАБОЧКА-рисунки Шорохова В.Л.

Читать далее...

Загадочность Сэйанн.

>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>

СНЫ... Владимир Лермонтов. Библия любви.




До­ро­га

И уви­дел Ве­тер с Гор ста­ру­ху с клю­кой, иду­щую по пыль­ной, из­ви­ли­стой до­ро­ге. До­ро­га под­ни­ма­лась вы­со­ко в го­ру. Ве­тер с Гор хо­тел дог­нать стран­ни­цу, но она то­же при­бав­ля­ла шаг, и ему ни­как не уда­ва­лось при­бли­зить­ся к ней. То­гда Ве­тер с Гор по­звал ста­ру­ху, она ус­лы­ша­ла его при­зыв, ос­та­но­ви­лась и Ве­тер с Гор по­до­шел к ста­ру­хе.
— Кто ты? — спро­сил Ве­тер с Гор.
— Я — до­ро­га, — от­ве­ти­ла ста­ру­ха.
— Чем ты за­ни­ма­ешь­ся?
— Я ве­ду лю­дей до­мой.
— Где же их дом?
— Там, от­ку­да они на­ча­ли свой путь.
— Вы­хо­дит, что мож­но не ид­ти ни­ку­да, по­то­му как все рав­но при­дешь ту­да, от­ку­да на­чал путь.
— Мож­но не ид­ти, но то­гда ты ни­ко­гда не при­дешь до­мой.
— По­че­му же я не при­ду, ес­ли я уже до­ма?
— По­то­му что ты не зна­ешь об этом.
— А ес­ли мне ска­зать об этом, то уз­наю?
— Ес­ли лю­дям ска­зать, что они на са­мом де­ле сча­ст­ли­вые — они бу­дут та­ко­вы­ми?
— Нет, ко­неч­но, нуж­но что-то еще.
— Вер­но, но ведь все лю­ди сча­ст­ли­вы, толь­ко не зна­ют об этом.
— На­вер­ное, ты пра­ва: мы не осоз­на­ем, что то, что у нас есть сей­час, и есть на­ше сча­стье.
— Что­бы лю­дям уз­нать о том, что они сча­ст­ли­вы, нуж­но прой­ти по до­ро­ге, ко­то­рая в ито­ге при­ве­дет их к то­му, что у них бы­ло все­гда, к сча­стью.
И ста­ру­ха по­бре­ла даль­ше.

СНЫ... Владимир Лермонтов. Библия любви.




Смерть

И увидел Ветер с Гор бескрайние ромашковые поля. По цветочному раздолью на белой лошади неслась гибкая как пантера, стройная как лань женщина в красном платье. Ее длинные белые волосы развевались на ветру. Она приблизилась к Ветру с Гор.
— Кто ты, чудная наездница? — спросил Ветер с Гор.
— Я — смерть.
У Ветра с Гор внутри все сжалось.
— Я боюсь тебя, — признался он.
— Почему? — спросила она, улыбаясь.
— Потому что ты отнимаешь жизнь.
— Ты ошибаешься: я не отнимаю, я даю новую жизнь.
— Я не верю тебе.
— Ты не веришь потому, что боишься всего нового.
— Ты права: новое всегда пугает, потому что оно может быть хуже того, что было прежде.
— Было ли в твоей жизни хотя бы одно то новое, отчего бы ты сейчас был готов отказаться?
— Конечно! Особенно, когда вместе с новым приходило разочарование, боль, утраты, страдания.
— А что было потом?
— Потом все проходило, и все становилось на свои места.
— И как потом становилось?
— Наверное потом все-таки становилось лучше. Я начинал жить как-то глубже что ли, осмысленней.
— Если бы ты отказывался от того нового, что приносило тебе неудачи, поражения, скорбь, то не был бы ты сейчас таким, какой ты есть.
— Да, я соглашусь с тобой.
— Готов ли ты отказаться от того нового, что приходило в твою жизнь, и вернуться назад, стать тем, каким ты был до этого нового?
— Нет, я не хочу становиться прежним, я дорог себе таким, какой я есть сейчас.
— Но таким, как ты сейчас, ты стал потому, что в твою жизнь приходило новое.
— Ты думаешь, тебя не стоит бояться?
— Самое удивительное то, что люди больше всего боятся того, что на самом деле приносит им наивысшее благо.
— Ты говоришь, что мы боимся чегото, но если оно случается, то оно приносит нам благо?
— Да, только это понимаешь не сразу, а позже.
— Наверное, ты права.
— Я ведь посещаю жизнь каждого человека много раз. Всякий раз, когда в твою жизнь приходило новое, случалась смерть твоей старой, прежней сущности. Вспомни, сколько раз ты в жизни умирал, сколько раз умирало твое старое «я» и что в итоге получалось?
— Нарождалось новое, более совершенное, возвышенное «я».
— Значит, смерть — это по сути рождение?
— Выходит так.
— Вот видишь! Об этом я и хочу тебе сказать. Я приношу людям великое избавление от старого, дарую новую жизнь.
— Очень странно, никогда не думал о тебе с этой точки зрения.
— Если ты подумаешь еще глубже, то поймешь, что я есть любовь.
— Нет, это уж слишком!
— Подлинный дар не бывает без любви. Я дарю новую жизнь, разве можно подарить новую жизнь без любви?
— Мне нужно подумать, слишком большая дистанция между этими восприятиями — между тем, что тебя надо бояться, и тем, что ты есть любовь.
— Боятся вообще ничего не нужно, но если уж выбирать, чего бояться, то бояться следует, как раз того, чего люди не боятся, — того, что приносит им удовольствие, наслаждение, удовлетворение.
И женщина пришпорила лошадь и умчалась за горизонт.

СНЫ... Владимир Лермонтов. Библия любви.




Счастье

И увидел Ветер с Гор водопад, низвергающийся посреди густой зелени. У водопада стояла лань и пила воду. Ветер с Гор подошел к животному и спро¬сил:
— Кто ты?
— Я — счастье, — ответила лань человеческим голосом.
— Наконецто я встретил тебя, ты ведь такая редкая гостья.
— Ты ошибаешь¬ся. Я всегда с тобой.
— Со мной? Что-то тебя не видно.
— Не видно оттого, что ты заглядываешь слишком далеко и не видишь того, что вблизи.
— Как же не вижу, если все, что вблизи меня, я знаю как свои пять пальцев.
— В том-то и дело: то, что ты знаешь, ты не принимаешь за счастье, ты полагаешь, что счастье — это то, что тебе еще не ведомо и потому твой взор устремлен вдаль. А твои пять пальцев, как ты выразился, и есть твое счастье.
— Но ведь все говорят, что счастье нужно искать, к нему следует идти, его необходимо добиваться.
— Я тебе одну истину поведаю, постарайся понять ее: все есть всегда.
— Объясни, пожалуйста.
— Представь, что у тебя в кармане всегда лежит коллекция камней, каждый из которых представляет собой определенное состояние души: например, грусть, радость, слезы, отчаяние, вдохновение, счастье, несчастье, удачу и так далее. И человек всегда может сунуть руку в карман и извлечь любой камень по своему желанию.
— Как это понимать?
— Это следует понимать так, что ты по своему усмотрению решаешь, какой камень вытащить, то есть в каком состоянии жить: в радости или печали, в све е или во тьме.
— Ты хочешь ска ать, что ты у меня в кармане, я могу всегда извлечь тебя и жить счастливо?
— В этом-то все и дело. Я всегда с человеком, и сам человек решает, быть ему счастливым или нет.
— Твоя интерпретация слишком проста: живешь так, как хочешь. Желаешь — пожалуйста, счастье, не желаешь — пожалуйста, несчастье. Но в жизни все не так. Каждый человек желает быть счастливым, но это редко получается.
— Все дело в старании: счастливым нельзя стать, ты уже счастлив. Счастливым можно быть, а можно не быть — все дело в выборе. Счастье у тебя уже есть, оно всегда с тобой.
— Это трудно понять.
— Тогда посмотри на детей, и ты увидишь, что они счастливы каждое мгновение.
— У них нет проблем, забот, какие есть у взрослых, — возразил Ветер с Гор.
— Дети счастливы потому, что живут и воспринимают мир душой, а душа исполнена любви и счастья — это ее свойство, ее суть.
— Выходит, быть счастливым человеку не позволяет ум?
— Верно, ибо если хочешь быть счастливым — живи, твори, созидай душой.
И лань скрылась в лесу.