нас любят те, к кому мы равнодушны.
они добры, застенчивы, послушны.
они всегда на многое готовы.
а мы, порой, жалеем даже слово.

нас любят те, кого, увы, не надо.
идя к другим, мы пьем чужого яда…
потом болеем, мучаемся, даже,
но те, кто любят ничего не скажут.

нас любят те, с кем мы могли стать лучше,
но нам плевать на наш "счастливый случай".
любовь, увы, жестока и упряма!
нас любят те, кому мы роем ямы.

нас любят так, как нужно ненавидеть!
и нам их жаль, но можем и обидеть.
нас любят не за «что-то», вопреки!
но нас несет течение реки.

нас любят.. и мы это принимаем.
нас любят.. но других мы обнимаем..
нас любят.. но глухи мы и жестоки..
нас любят! и в итоге – одиноки.

Вроде Сильнее стала.
руки не завязав,
Не слова Не написала,
Хоть и была В Слезах.
Только курила много.
Знала---Лучше Лечь спать.
И бесконечна Дорога.
И без Тебя Не встать.
Знала, что бесполезно
Чего-то сидеть и ждать.
Но Лезвия Словно лески
По венам пытались Бежать.
Не могла Я. Спать.
Не могла заглушить Ни печаль, ни мысли.
Не могла Я. встать.
И музыкой только Лечись..
Борись.
За собой Тянись ввысь.
Только Держись,
Только держись..
устала себе шептать.

а она всё время ждала кого-то, без особо веских на то причин,
и любила мальчиков по субботам, а по воскресеньям — уже мужчин.
и пила по вторникам капучино, а по пятницам — с бергамотом чай,
и жила — опять-таки без причины — незаметно, нервно и невзначай.

загоралась ярко — но тут же меркла, прикрываясь мнимой своей тоской.
собирала марки, снимала мерки, созерцала мир сквозь калейдоскоп.
по утрам казалась довольно близкой тем, кто рядом, кто не отводит глаз.
вечерами томно цедила виски, и неважно, где, лишь бы фоном — джаз.

убегала из дому утром ранним на природу — вечная пастораль,
и ценила дальние расстоянья —так спокойней, правда же? просто рай.
и держала всех у себя на мушке, и сама боялась своих идей,
и летала в Питер - лишь потому, что как-то ночью Питер приснился ей.

напевала песни, что в горле комом (а без них всё плохо, совсем беда),
и писала письма (родным, знакомым) — отправлять не думала никогда,
в неизменной тайне хранила файлы, в каждой строчке — чудный, изящный бред..
а однажды утром себя застала в монохромном жизненном ноябре.

и — конец ответам, конец вопросам, все совсем серьёзно — не глюк, не баг.
понимала — это такая осень, из которой выбраться — не судьба.
поменяла с возрастом все привычки: не курила в ванной и в неглиже,
методично жгла и бросала спички, вместе с ними — что-то в своей душе.

А так порою хочется быть… Стервой,
Мужские кошельки трепать и нервы…
Смотреть с прищуром, говорить сквозь зубы…
Не в меру хитрой быть, не в меру глупой…
Быть той, которую… А не которая.
Прощать, любить и ждать всегда готова…
Но вот беда: для тех, кто верит в чувства,
Стервозность — недоступное искусство…

лето- это какой-то замкнутый круг:
днем спать нельзя, ночью - не получается.
летние дни гораздо лучше запоминаются.
летом как-то всегда есть, о чем рассказать,
есть что выпить, что спеть и о чем помолчать.

и пока ты там в кабаке заливал печали виски или текилой
я училась жить без тебя, тренировалась, искала силы
я с упорством ребенка пробовала улыбаться,
скрещивала за спиной пальцы: «только бы не сломаться. только бы не сломаться»

и пока ты там томно курил кальян, танцевал, напивался и падал,
вспоминал меня, жаловался друзьям, какая я падаль,
может, стоило все поменять и остаться,
я стискивала зубы: «только бы не сорваться, только бы не сорваться»

и пока ты там репетировал на очередной девиц
взгляд этот блядский, пресс свой стальной и бицепс,
остро шутил, угощал ее Асти, просил раздеться,
в голове билась мысль: «скорей согреться. мне экстренно нужно согреться»

и пока ты там центр компании, завсегдатай потасовок,
резидент ночных клубов, звезда городских тусовок,
я привыкаю подолгу тебя не видеть
каждый вечер: «только бы не начать тебя ненавидеть, только не ненавидеть»»

и пока ты там собираешь вещи и строишь планы,
на лето/будущее, складываешь чемоданы,
выбрасываешь последнее, что от меня осталось,
я заклинаю: «только бы забывалось, скорее бы забывалось»

и пока я здесь научусь ходить без твоей руки,
как учатся дети, поднимаясь, стискивая кулаки,
посмотрю как ты бежал отсюда,
потом вдруг вздрогнул, остановился и оглянулся
и подумаю «только бы не вернулся, только бы не вернулся»

ты как-то там по утихнешь, задумаешься, рассеешь смог:
«видишь, ты без меня научилась, а я без тебя не смог.
самого себя не получается обмануть.
научи меня, как тебя вернуть.
покажи мне обратный путь

Она пахнет духами и сексом, и чем-то тревожным,
Она слишком умна. Улыбается, слушая лесть,
Коль она не захочет - заставить ее не возможно,
Ее надо понять и принять лишь такою, как есть.

Она - дивный цветок, но сорвать его не для любого,
Ее нужно не просто хотеть, а безумно любить...
Она слишком строптива.Мужчину ей нужно такого,
Чтобы душу ее, а не тело сумел покорить...

Возраст - ей не помеха.Она его не замечает,
Она, словно хороший коньяк, еще лучше теперь,
Ни о чем не жалеет, о том, что ушло не скучает,
Она просто живет, не считая побед и потерь...

Впрочем, жизнь и судьба ее, правда, не очень щадила,
Но она, словно Феникс, из пепла восстала опять,
Чтобы всё пережить, чтобы стать еще лучше, чем было,
Чтобы снова, как звезды на небе, сиять и сиять...

да какая разница, кто по субботам в клубе с тобой танцует,
на щеках румянец помадой тебе рисует,
к кому ты торопишься на такси в темноте.
они не те, о ком стоит думать.
сам знаешь, они не те.

да какая разница, кто звонит тебе в выходные,
что с тобою рядом красивые и чаще всего - чужие,
и звучание имени моего на твоих губах-
это слишком большая редкость
и жуткий страх.

да какая разница, где мелькает твой профиль изящный.
все твои слова были сброшены в дальний ящик.
ты обманщик.
и успокоить не поспешишь.
а мне, честно, плевать, с какой ты сегодня спишь.

но если меня спросят, кому я посвятила столько строк,
я без сомнения назову твое имя,
хотя давала зарок.
да какая разница, кому там зеленый погас.
я сама по себе.
и не мечтаю о глупых "нас".

на каком языке ты думаешь? русский, идиш?
и во что одет? черный, серый или пальто?
да какая разница.
ты меня уже не увидишь.
и вторую такую не встретишь,
как не встретил никто.

да какая разница, кто с тобой - брюнетка, блондинка, блядь?
ты едва ли жалеешь, что сумел меня
потерять.

а ты найдешь меня,
если я выключу свет и отключу интернет?
наверное нет.
я у каждого прохожего спрашиваю про твой портрет.

выкури ты уже всё это дерьмо,
оно мне не нужно.
я задыхаюсь от каждого твоего "никогда"
лучше убей меня,
чтобы я ушла из твоей жизни навсегда.

я ведь буду ждать.
слышишь?
до.последнего.ждать.

кто предлагал ей руку, кто звал в гости,
кто приводил в гостиницу за углом.
он достаёт у неё из спины гвозди,
скобы, и пули, и прочий металлолом.

кто с ней бродил по сонным тенистым рощам,
кто о "последнем разе" её просил.
он же не выбирает чего попроще
и не жалеет злых и бессонных сил.

кто-то хотел просто остаться рядом,
кто-то искал утешения; что до него -
слишком уж много доступно его взгляду,
не пропускающему ничего.

к ней почти перестали ходить кошмары,
сниться чужие, - те, что были свои.
он морщит лоб; откуда же столько шрамов
у этой девочки из хорошей семьи?

каждое утро солнце рождается заново
и целует её запястья, - тонкие, как тростник.

правда, она бы всё ему рассказала, -
но ничего не помнит
до встречи с ним.

доктор, можно мне добровольную амнезию?
чтобы проснуться в 8 где-нибудь не в России.
чтобы не помнить ни его запаха,
ни ключиц,
ни его голоса,
ни ресниц. и чтоб наконец перестало крыть.

господи, дай мне его забыть.

расскажи ему, море, о неистовых снах моих.
о пульсирующих запястьях, о родинке на груди,
как ночами мне окончательно не хватает сил.
расскажи ему, море,
что он у меня один.

расскажи ему, небо, как сижу, теребя кольцо.
как люблю его мимику резкую и лицо,
что не злюсь, не считаю его подлецом
расскажи ему, небо,
как я говорю о нем.

расскажи ему, Господи, как на самом деле все по-другому
объясни, зачем мне скандалы, мальчики и алкоголь.
покажи, как я корчусь и плачу, проснувшись от этой боли
расскажи ему, Господи,
как на самом деле все по-другому.

нужен тот,кто сводит меня на самую высокую крышу
и отпросит меня у родителей ,чтобы гулять всю ночь.
нужен тот,кто готов всегда и во всем помочь.
нужен тот,кто будет терпеть все мои выходки,
все мои загоны.
нужен тот,с кем я буду не бояться нарушать законы.
нужен тот, кто не будет стесняться советовать мне платья
и плести мне косы.
нужен тот,кто будет любить меня

во все беды и грозы

сложно просто взять, и не сказать "привет"
не съесть парочку вкусных конфет,
изнурительно-долго ждать от него ответ
или собрать все чувства и выбросить в пакет
когда каждую долю секунды тратишь на мысль о том,
где он, с кем он, когда он придет домой,
не куражил ли с бывшей, где-нибудь, за углом?
Боже, как же сложно любить, но не быть вдвоем

нет,мне никто не звонит,никто не пишет.
я могу,конечно,сказать, что я сильно скучаю.
но,это пожалуй, уже будет лишним,
так же как и вторая кружка чая.

да, я хочу сохранить,оставить
да, мне порою жутко сносит крышу.
заходи ко мне, мы полетаем.
поднимемся выше восьмого, поднимемся выше.

что мешает разум? правда режет?
не подсыпай мне с сахаром иголки.
я хочу с тобой быть и точка !
остальное не имеет никакого толку.

понимаешь, мальчик
я тебя всегда любить буду
всегда всегда
будешь ли ты один, или в отношениях

а когда я буду встречаться с другим мальчиком,
а я буду.
ты все равно можешь позвонить мне в любой момент
написать..
я примчусь, прилечу
буду рядом, когда тебе будет плохо
буду рядом, когда рядом не будет никого

а если ты захочешь опять быть со мной,
я плюну на то, что повстречался со своим года 2-3
брошу все и всех
и приду .

есть мальчишки, с которыми хочется помолчать.
недопринцы, невольно похожие на волчат.
открываешь такому полсердца, бутылку, чат,
улыбаешься нарисованными глазами,
ожидаешь чего-то внезапного, как потоп,
забываешься, ставишь принципы на поток,
оставляешь метания логики на потом,
чтоб в итоге тебе обратное доказали.

есть мальчишки, с которыми хочется засыпать,
если ливень ворует пристанище у серпа
новолунья, а ночь обезличенна и скупа,
как портовая шлюха, торгуясь за грош морали.
обнимаешь такого, смешного, он тянет плед
и сквозь сон, невзначай, пробирается в твой куплет –
это мелочь, из тех, что сакральны на много лет,
как бы сильно от времени краски не выгорали.

есть мальчишки, с которыми хочется не кончать
до того, как талантливо будет в тебе зачат
новый Бог/новый дьявол – замок одного ключа –
подожди, он родится и станет с тобою вровень,
он получит твои привилегии и права.
а пока торжествующим скрипом поёт кровать.
есть мальчишки, которых не хочется убивать,
но твои маникюрные ножницы просят крови.

Когда ты перестанешь мне сниться, я перестану спать. Всё просто как дважды два. Предательства созданы для того, чтобы их прощать, а я после них практически не жива. Горячим лбом утыкаясь в твоё плечо, я вымолвлю имя, единственное, что помню. На этой войне я всё-таки новичок, ещё не умеющий сам спастись от погони.
Держи моё сердце - сухая банальность фраз. Ведь мы с тобой априори остались живы. И чем за такие чувства Господь воздаст, когда у меня к тебе месть, у тебя ко мне - жажда наживы, и в общем-то всё решилось давно за нас, мы где-то в какой-то степени заслужили
толчок под колено - и рухнешь как небоскрёб, трагично, манументально, эффектно даже.
ты слишком любезен с затёртым "контрольным в лоб",
когда результат абсолютно тебе не важен.

Этот запах сигарет на простынях
Эта страсть которой мы предавались
Все рассыпалось в пух и прах
Мы с тобой в первый раз поругались.
Не заметив как больно обоим
Мы кидали в друг друга словами
Я наверно навечно запомню
Как слезы по щекам бежали.
Хлопнув дверью и крикнув вдогонку,
Что я сука и меня ненавидишь
Ты ушел из моей жизни в сторонку .
Знаю больше никогда не напишешь.
Но теперь я стала циничней
И уже не курю я в кровати
Ты мне до сих пор не безразличен.
Только уже наверное хватит.
Я Сжигаю тебя и все слезы
Всю ту боль что я испытала
Забирай свои дешевые розы
Я начну без тебя все сначала.

Вдыхать с тобой кокс намного приятнее, чем ехать в Сан-Себастьян,
Ирун, Андай, Биарриц, Бейонн
или тошниться в Травесера де Грасия в Барселоне
частично из-за того, что в своей оранжевой майке ты выглядишь так здоровски, что Сан-Себастьян и рядом не стоял
частично из-за того, что я люблю тебя, частично из-за того, что ты любишь йогурт
частично из-за флуоресцентных оранжевых тюльпанов, которые растут между берез
частично из-за тайны, которой облекаются наши улыбки перед людьми и скульптурами
когда я рядом с тобой, мне трудно поверить, что в мире может существовать нечто такое же безмолвное
такое же торжественное, такое же неприветливо решительное, как статуя в тот момент, когда я стою прямо перед ней
теплым нью-йоркским днем в четыре часа нас будто бы относит друг от друга
и сразу же сводит опять, и мы похожи на дерево, что дышит сквозь цветные стекла

и на портретах, висящих в ряд, кажется, совсем нет лиц – одна краска
и ты вдруг задаешься вопросом: да зачем их вообще нарисовали

я смотрю
на тебя, и я лучше буду смотреть на тебя, чем на все портреты мира
пожалуй, разве что иногда буду поглядывать на «Польского Всадника», да и вообще, он же из коллекции Фрика
где, к счастью, ты еще не был, так что мы пойдем туда вместе впервые
и в красоте твоих движений сквозит некий футуризм
это в точности так же, как дома я никогда не вспоминаю об «Обнаженной, спускающейся о лестнице», или
на репетиции – о каком-то рисунке Леонардо или Микеланджело, от которых я всегда тащусь
и к чему все эти потуги импрессионистов
когда некому стоять рядом с ними у дерева и наблюдать за тем, как садится солнце
к чему это, если Марино Марини не смог высечь всадника из камня так же старательно
как и его коня

мне кажется, что всех их одурачили, отобрав некий восхитительный опыт
который я никогда не упущу, и вот почему я рассказываю тебе об этом