- Дельвез, а вы никогда не задумывались, что мы  – тоже их убийцы?

- Вы – за них? Из этих…Миротворцев?! Неожиданно…

     Я отрицательно качаю головой.

- Нет. Иначе я бы не служил здесь. Вы ведь знаете, для чего предназначена эта база…

 Он резким движением отбрасывает назад выбившиеся из хвоста пряди волос, напряженно спрашивает:

- И долго вы его приручали, чтобы он приносил вам кофе в постель?

-  Дельвез ,поймите сразу – куклы не животные!  Их нельзя заставить,приручить, они не идут на компромиссы.

-  Но…Ваш Эри…

    Из ста пятидесяти искусственно созданных пар вместе по окончании экcперимента осталось три. Остальные выжившие вернулись домой, точнее, на те планеты, откуда были изъяты. Насколько я понял из путаных объяснений Эри, вернувшись, они, скорее всего, позавидовали умершим. А Эри стал предателем в глазах своей расы. Что его держит возле меня? Наверное,твердая уверенность на грани веры, что я без него сдохну .И это абсолютная и истинная правда. Так и есть…

- Не мой, Дельвез…Он остается в этом доме добровольно.

- Ваш кофе…

     Эри продолжает играть на моих нервах, изображая покорного слугу. Вот попробуйте закованного в панцирь рыцаря заставить разносить мороженое. В нашем доме подобная история тянется уже скоро восемнадцать лет.

- Господин Дельвез, осторожнее, пожалуйста…

      Судя по сузившимся глазам лейтенанта, присутствие Эри рядом для него отвратительно. Неужели это воспитывалось из года в год? С таким отношением к противнику погибнет в первом же деле. Во враге надо видеть живое существо со всеми достоинствами  и недостатками, иначе самоуверенная дурость обычно кончается очень печально. Но этому всему его придется учить. А пока…

-  Уже поздно, пора спать. Я покажу вам вашу спальню . Кстати говоря, вы прибыли очень вовремя, завтра у местных большой праздник –День основания колонии, поэтому тренировок не будет, весь личный состав, кроме караулов, будет отпущен в город на гуляния.

- Приглашаете меня с собой?

- Да. Но это после полудня. А вот утром – приглашаю посмотреть мой личный тренировочный полигон.

 Алые губы надменно усмехаются в ответ:

-Что ж, можно и размяться перед праздником.

- Вы не против, если ваши противником в игре выступит Эри? Это будет полезно для формирования ваших навыков, Дельвез…

- Поединок с куклой?

- Да…

 Увидев в глазах мальчишки сомнение, я добавляю:

- В свое время я их выигрывал…Правда, года теперь совсем не те…

    На щеках Дельвеза вспыхивает яркий румянец от злости. Попался, голубчик! Уж если этот старый черт выигрывал, то мне-то… Эри едва не убил меня тогда, мне удалось справиться с ним только благодаря тому, что я измотал его силы. Главное  –  выбрать правильную тактику в игре с куклой. Но это тема второго нашего урока с Эриком.

      Я бежал тогда с обжитой базы, как из зачумленного города. И мне было все равно, куда наняться, только бы исчезнуть хотя бы на пару лет из дома с пустыми окнами. И еще… Я хотел отомстить и уйти. Впереди я ничего не видел… Отчаяние –  это такая хитрая штука... Ты видишь только узкий тоннель, ведущий к смерти…  Наверное, глупо привязываться к человеку, зная, что не сегодня-завтра потеряешь его, но по-другому мы просто не умеем. Ведь мы люди…

   Суть задания была довольно простой, –  изъятия кукол из привычной среды происходили  уже лет двадцать, изучение их продолжалось. Говорят, что во время первых изъятий сохранить им жизнь надолго в чужой среде не удавалось, ценились даже трупы, привезенные из очередных столкновений. Сама анатомия кукол была необычной.

      Если говорить о самом названии кукла, то термин был выбран крайне неудачно. Впрочем, как назвать враждебную нам расу гуманоидов с приблизительно таким же уровнем технического развития, но более устойчивых к перепадам температур и газового состава воздуха, переносящих легко сверхбольшие перегрузки? Да еще, к тому же, очень похожих друг на друга. Правильные овальные лица, огромные по отношению к остальным частям лица глаза, обычно синего, серого, голубого цвета. Пышные копны волос, уложенные в хвосты или сложные прически. Огромный по людским меркам рост  –  они все  доходили до двух  метров. Белые полупрозрачные тела, покрытые синеватым переплетением кровеносных жил. При всем при этом средний интеллект этих кукольно-красивых созданий был выше среднего человеческого раза в два, если не больше. Думаете, война была проиграна, не начавшись? И куклы победили, не обнажив меча? Да ничего подобного! Они… Это выяснилось через довольно большой промежуток времени от начала первых контактов. Они были порождением людей. Первые опыты по выведению идеального космопроходца больше двухсот лет назад, начатые еще на Земле, а потом продолженные в дальней колонии, подальше от любопытных глаз человечества. Смешение с местной расой , потом полностью исчезнувшей, я думаю, не без участия отцов-основателей колонии. Жестокие законы подчинения логике. Потеря связи с Землей и забвение своих корней. Да и если бы они помнили, то повели себя при первой встрече так же, – вступив в бой. Они умнее, но их логика пробуксовывает перед людской непоследовательностью и дуростью; они сильнее, но их можно измотать. Они не бросятся в смертельно опасную атаку –  их разум не позволяет гибнуть зазря. И только потому, что мы так разительно непохожи, паритет установился и не дает им слишком близко подойти к густонаселенным мирам, а мы сталкиваемся с ними только в их колониях, по-прежнему точно не зная, где находится их материнская планета и существует ли она вообще, не являются ли они расой космических изгнанников.

      Все это довольно долго изучалось группой, в которую был переведен и я, под руководством двух высоколобых тощих умников с учеными степенями, полученными во всех обитаемых мирах. Говорили, что они лучшие специалисты по психологии кукол. Группа была немаленькая, все ребята – из опытных бойцов, большинство потеряло партнеров или друзей при столкновениях с куклами и жаждало отомстить. И сдохнуть в случае неудачи. Уже потом, читая документы по этому проекту, я удивлялся, насколько авантюрно решались некоторые сложные вопросы нашего взаимодействия в группах и между центрами. Вопиющий непрофессионализм. Этот проект не курировал ни один военный, хотя участники носили погоны. Куча слов, направленных только на то, чтобы скрыть истинные цели проекта. Чего проще:ворваться на базу кукол и изъять определенное существо для передачи его в центр для изучени. Все замечательно просто, но эти ребята из кукольного замка обладали более совершенным лучевым оружием, чем наше, и так просто на мучения своих отдавать не собирались… Видел я потом, что происходило с захваченными куклами. Расходный материал, неодушевленная материя. Впрочем, справедливости ради  надо сказать, что эти твари подобное делали с захваченными людьми, похоже, тоже подробно изучали анатомию и физиологию. Живых, вернувшися из плена от кукол я не видел. Вроде ходили слухи, что пара парней выжила, но свихнулись настолько безнадежно, что были мигом отправлены на дожитие в один из славных санаториев вдали от населенного мира.

     Впрочем, тогда это все нас совершенно не пугало. Идея была до смешного проста – основная группа высаживается на базе кукол, провоцируя их ответную реакцию попыткой ее захвата, а вспомогательная группа прибывает чуть позже, отбирает для изъятия нужный экземпляр и увозит его в специальный модуль подальше от замка. И ждет, пока все успокоится. Потом челнок заберет людей и пленника на основной корабль и - ау, мы уже дома,куколка моя! Понятное дело, что вернутся на базу не все, но это и не планировалось. Чем ежедневно заглядывать в ствол старинного пистолета или в створ лазерного оружия и спрашивать себя, стоит ли продолжать жить без цели и желания, несколько проще упокоиться на планетке врагов, заберя парочку на тот свет для компании. Все мы так думали, так, веселое путешествие в Ад на экспрессе и русская рулетка  –  кому повезет меньше и он останется жив… Что думали те, кто готовил  нас в течение полугода к безумному кошмару, я не знал тогда и плохо понимаю даже сейчас. Ладно бы мы, взрослые, мы сами выбрали свою судьбу и жаловаться тут было некому, так было предначертано. Но… дети проекта. Они-то не были виноваты ни в чем ни перед нами, ни перед куклами… Просто так вышло… Подло и мерзко вышло! И по-другому это и не замысливалось! Но тогда я этого просто не знал…

- Может быть, мне показать вам вашу комнату, лейтенант?

    Голос Эри выводит меня из раздумий. Дельвеза всего аж передергивает. Но он отлично помнит, что я сказал ему перед этим об обычаях дома и благоразумно молчит в ответ.

 — Эри?

 Синие глаза моего партнера смотрят на меня с неприкрытой усмешкой. Он всегда был очень ироничен, Эри. Насмешлив, недоверчив, закрыт для чужих.

 Дельвез находит выход из положения:

- Полковник, я умею ориентироваться на незнакомой местности. Просто укажите правильное направление.

-  Вверх по лестнице,потом направо. Золотистая дверь, покрытая цветами…

     В серых глазах Дельвеза вспыхивает удивление. Ну да, дом военного и дверь в спальню, покрытая вьющимися растениями. Это Эсперанса, мальчик. Тут все, что живо, пробирается в дом и растет там, где захочет. Мы давно приспособились продираться среди зарослей цветов, отмахиваясь от огромных бабочек в своем собственном доме. За то я и люблю эту дикую планетку, что она умудряется одушевить даже совершенно мертвые предметы… А еще за то, что я смог хоть немного напомнить Эри его привычный мир. Да, планета, открытая сумасшедшим биологом Дельвезом, была очень похожа на Эсперансу. Иначе бы на ней не выжили ни мы, ни куклы…

-  Зигфрид, ты спать сегодня собираешься?

    Эри довольно сердито смотрит мне в лицо. А я, очнувшись, привычно окидываю взглядом сильное гибкое белокожее тело. Он готовится ко сну. И вопрос не о том,буду ли я спать… Он очень деликатно намекает, что соскучился по мне. Мы довольно давно не были вместе. И дело тут не в охлаждении отношений. Просто я не смею прикоснуться к нему без его разрешения. Никогда не смел. В искупление того, что я делал с ним в те три первые наши месяцы.

-  Эри, извини, я не могу сегодня…

    Он встает передо мной во весь рост, такой же стройный, соблазнительный, как и восемнадцать лет назад. Он не стареет, в отличие от меня. Куклы живут намного дольше людей, если, конечно, люди их не убивают.

- Тебе тяжело, ты расстроен?

- Да…

 По правильному лицу проходит судорога. Он не любит, когда мне плохо.

- Это совершенно безнадежное дело… Не твоя вина, что так вышло…

 Ой ли, Эри? Не моя вина?..

     Самая суть заключалась вот в чем. Вступать в  прямой поединок с куклой в одиночку –  самоубийство, даже очень хорошие бойцы могли продержаться против светлокудрых убийц пару-тройку минут. Проверено горьким опытом. Но один добрый высоколобый человек предложил совершенно убойную штучку –  генератор-подавитель. Если объяснять совсем просто –  то эта штуковина рассогласовывала движения их мышц. Если более заумно – то происходил дисбаланс по передаче по  нервно-синаптическим связям. Если давилка работала на полную мощность, то кукла не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Едва-едва слушались мелкие мышцы. И тогда играть с ними в боевые игры было одно удовольствие. На людей давилка не действовала вообще, вроде бы, у нас синапсы другие. Другое дело, что действовала давилка на близком расстоянии и для больших боевых операций не подходила. Но справиться с одной  куклой возможность все-таки появлялась. В модуле установили аж две давилки, при том, что стоили они как космический корабль. Ну и почти два месяца нас учили, как управляться с беспомощной куклой. Все не так просто – при подавлении самостоятельно жевать она не сможет, это надо снижать мощность генератора, кожа на их теле очень нежная и требует ежедневного ухода, искупать его тоже надо было научиться. Волосы… Ох, и намучился я впоследствии с волосами Эри. Да черт бы с этими премудростями, но в их солдат заложена программа самоуничтожения, которая включается при превышении определенных параметров загрязненности кожи, волос. Проще сказать – искупай куклу в грязи –  и она подохнет у тебя на глазах. Как они  приспосабливались в обычной жизни при освоении – не могу знать, но вот обмануть эту программу удалось самым обычным способом –  приставив к изымаемым игрушкам нянек. Это не сразу поняли и перепортили кучу хорошего материала…

   Эри присаживается рядом со мной на кровать, обнимает за плечи, кладет голову мне на плечо:

-  Ты опять мучишь себя воспоминаниями?

 Я молча киваю.

-Я не хочу этого…

 Да кто же этого хочет… Но это было и того, что произошло тогда, уже не изменить…

-Я соскучился…

     Жесткая сильная рука осторожно ерошит мой ежик. Это для подчиненных я   – злой папа… А здесь лишь покорно склоняю голову, принимая его ласку. Пропускаю между пальцами густые светлые пряди, закручивающиеся у меня на пальцах тонкими кольцами, как лианы. У него удивительные волосы, словно живущие своей жизнью, и я очень люблю их ласкать. Словно прикасаешься к сказочному животному, которое ластится и нежится возле твоих рук.

     Сильные  пальцы скользят по моим плечам, забираются под рубашку, тихо царапаются о грудь возле сердца. Ему тоже не по себе. Эри  редко начинает любовную игру сам. И я принимаю краткие мгновения его нежности как особый дар мне. Это сейчас он нежен, как влюбленная женщина…  А тогда…

      С самого начала все пошло не так, как задумывалось. Сначала где-то на подходах к замку кукол сгинула основная группа и отвлекающий маневр не вышел, пришлось ломиться самим и в крепко закрытые  двери. Ясное дело, что открывать просто так нам никто не собирался и ясно  как белый день,что эти завторники уже вызвали помощь. Но вот прихватить одну их сладких куколок нам было нужно…

     Идиотская картина –  десяток парней в полной защитной экипировке колотится в створ зАмка, словно вопрос стоит о жизни и смерти. А стальные ворота и не думают подаваться…

     Нам не везло по-прежнему. Добраться до модуля предполагалось пешком, неся пленника на руках, но никак не с фейерверком из лазерных лучей и не с подожженным куклами хвостом.  А тут пришлось прорываться буквально по головам, просто нагло оставляя противников с их хваленой логикой позади. Они просто представить себе не могли, что мы пойдем в лобовую атаку, да еще и на прямое столкновение. Для человека подобная игра смертельна в принципе, но у нас был щит из бесчувственного их соплеменника, и , похоже, убивать они его не смели, по крайней мере, выстрелы стали реже… Вырваться с поляны в лес удалось, дальше же –  все зависело от быстроты наших ног и настойчивости кукол. Уже темнело, а шляться по лесу Дельвеза ночью –  это практически мертвое дело. Каждую минуту рискуешь превратиться в чью-то еду. И если бы только зверей… Цветочки тут тоже добрым нравом не отличались. Это знали мы, знали и куклы, поэтому слишком настойчивыми они не были…

      Звонкие голоса наших загонщиков перекликались все ближе и ближе. Достойная тактика –   прижать к какому-нибудь непроходимому препятствию. Сейчас они целенаправленно прижимали нас к скальной гряде, скрытой посреди леса. Модуль-то бы недалеко, и, попади мы туда, они прошли бы мимо, так и не поняв, что именно находится рядом. Но до него надо было дойти.

      Бесчувственное тело куклы тяжелело на руках с каждой минутой. Я был связан им, а ребята по мере сил пытались меня охранять и направлять –  шлем был поврежден и из-за широкой трещины на стекле я еще и не видел ни хрена. По сути, из нас троих я был самым бесполезным и уязвимым…

      И все же каким-то чудом им удалось увести погоню за собой, а я провалялся это время в густой траве, периодически приподнимая забрало и сначала наблюдая напряженные спины кукол с лазерниками навскидку, а потом слушая их перекликивания и затихающие шаги… Можно было попытаться дойти до модуля .Нас должны были забрать через сутки… Желаю ребятам только  одного –удачи! Чтобы они смогли дойти хотя бы до запасной площадки.  В модуль они не пойдут по-любому –   нельзя выдавать куклам то, из-за чего уже и так погибло немало…

      А вот теперь эта белокурая тварь очнулась и лупит меня что есть силы, не давая включить генератор. Лицо у него сильно разбито, кровь заливает глаза и пока у меня есть возможность уворачиваться да порезвее. Но вот если он зажмет меня в угол –  пощады не жди. Самое глупое то, что он тоже подохнет в этом же модуле –   системы управления дверями настроены на мой голос и рисунок моей ауры. Он просто не вырвется из стальной бронированной кробки.

-  Дьявол!!!

     Я лишь чуть отвлекся и каменно-тяжелый кулак мгновенно притянулся к моей морде. Да утихомир\шься ли ты когда-нибудь? Ясное же дело, что не для того тебя брали, чтобы выпустить! Да чтоб тебя!

     Второго шанса покалечить я ему не даю –  ускользаю вниз, хватаю за ноги и тяну  на пол, приваливая сверху грудой наваленных вещей и десантного оборудования. Пока он ворочается среди полной разрухи и поношения человеческого рода, я успеваю проскочить в рубку управления и нажать на запуск генератора. Он уже на ногах и рвется в бой. Пытается пробить защитное стекло между рубкой и жилым отсеком и внезапно валится с ног как подкошенный, гордая голова падает в лужу его же крови – натекла, пока он пытался очухаться, а я врубал давилку. Черт, не хватало только, чтобы он в ней захлебнулся!

      Приподнимаю тяжеленную голову, перемазанную в густой, алой, резко пахнущей крови куклы. Ну вот за каким хреном было так колотиться? Впрочем, если бы дело коснулось меня, то я бы сдох, но не дался. Кроме грязных ругательств, слов для выражения своих пламенеющих чувств к нему у меня просто нет. Придется, вместо того, чтобы перевязать рассеченную собственную морду, срочно отмывать и перевязывать этого белокурого ублюдка. Вот ведь фатально  повезло! Я остался  в живых… Впрочем, может быть, это ненадолго? Очень надеюсь. Впрочем, вот этого я в могилу с собой точно заберу, это уже по-любому.

    Белокурая гадина тяжело стонет, когда я начинаю отмывать засохшие потеки крови на красивой морде. Надо же, а я думал, что давилка не даст ему говорить. Синие глаза горят бешеной бессильной ненавистью. Мог бы –  раздавил бы!

-  Руки коротки, красавчик!

    Он только прокусывает насквозь губу от безвыходной ярости. Сделать-то ничего не может! Точнее, может, если я буду копаться и отвлекаться на глупости – сдохнуть он может добровольно. Да…

     Эри прижимается ко мне покрепче, находит на ощупь, словно слепой, мои губы, перецеловав перед этим виски, щеки, веки, - он очень любит целоваться. Слабое прикосновение его губ словно глоток терпкого вина –  его горечь сладка до боли…  Дьяволово семя, ведь столько времени прошло! И все равно…

-  Ты сердит на меня? За мальчика?

-  О, Эри, какие глупости, когда я на тебя сердился? О чем ты?

    Он тихо смеется, я чувствую ток воздуха из его губ на своей щеке. Его рука словно струится по моему плечу, столь нежные прикосновения. И конечно, я не выдерживаю! Черт с ним, белокурым наглым мальчишкой, спящим сейчас в цветочной  спальне или чутко прислушивающимся, что происходит в соседней комнате... Эри!

   Он успевает вывернуться и уйти из внезапно возникшего кольца моих рук, но я так просто сдаваться не намерен.Нам обоим надо отдохнуть сегодня… Так не вовремя вторглось прошлое в нашу жизнь…

     Модуль был задуман как совершенно изолированное от внешнего мира помещение. Его очень трудно открыть снаружи и непросто  –изнутри .За каким чертом было громоздить такую штуковину для одной ночевки -  непонятно, но тем не менее, этот домик не по зубам ни ночным тварям Дельвеза, ни его ядовитым цветочкам, ни куклам. Места тут очень много… Потому что укрываться в этом кукольном домике должны были и ребята из моего отряда. А остался только я да этот ублюдок синеглазый...

    Иссеченное ссадинами,  измученное правильно-красивое лицо. Думаю, моя морда вызывает ужас даже у зеркала, а не то что у куклы. Но, как бы то ни было : не знаешь, что делать  --  строго выполняй инструкцию. Успокаивает, знаете ли…

    А по инструкции у нас –   приведение в порядок кожи и лица гада. Ладно, приведем в порядок, раз уж так надо.

     Парень попытался сопротивляться, когда я с бойким присвистом стянул с него сапоги и комбинезон. Бился бы насмерть и угробил бы меня, если бы не хитрая машинка-давилка. А тут  – только грозные взгляды и чуть подрагивающие пальцы рук. Красивое тело… Очень красивое поджарое тело с гладкой кожей, пересеченной возле сердца парой шрамов. А ведь это красивое тело воевало  – шрамы от нашего оружия. И… Очень интересно  – заросший белый ножевой шрам поперек живота. Похоже, нарвался на кого-то из десантников  –  такие ножи только у нас. И человек дорого продал свою жизнь. Но не убил. Не сумел убить. Куклы живучи… Судя по тому,что шрам широкий и бесцветная поверхность чуть бугрится  – зарастал он не в клинике и не в полевом госпитале, а, похоже, где-то в кустах, где эта гадина живучая пряталась. Даа, видимо, были причины,чтобы безоружным броситься на людей возле замка. Все они свихнутые на смерти врагов и отмщении за погибших. Фанатики,идиоты. Куклы неживые!

  Ну ладно,это лирика, а боевые платят за физику, то бишь набитые морды или выполненный приказ. А по приказу у  нас что? Вот именно –умывание! Ну ,начнем-с!

    Он не издал ни единого звука, когда я довольно грубо провел ладонью по перемазанным копотью и лесной паутиной щекам. Правда, губы уже все в кровавых ошметках  – он грызет их в ярости, стараясь уменьшить боль от унизительной беспомощности. Не знаю, что бы я делал в этой ситуации… Останавливать сердце на заказ не умею, а то остановил бы давно, чтобы не болело так мучительно…

      Я спускался все ниже и ниже, проводя влажной губкой по груди и животу пленника. Что? Озоновый душ? На Дельвезе? Ага,самое время вспомнить об этом едва не под тенью кукольного замка и , по крайней мере, с пятком погибших товарищей за спиной. Все примитивно просто, как и может быть на первооткрытой планете. Парень, поняв, что ничего противопоставить моей воле не может, отвернулся и, прикусив губу, прикрыл глаза. Только мелко-мелко подрагивала нежная голубоватая жилка на виске да чуть раздувались ноздри породистого носа. Не приведи господи,отключись внезапно давилка  –  я не успею понять,что умер. Такие оскорбления не прощают. Коснись меня  – убил бы без всякого сожаления.

     Длинные неподвижные ноги чуть разведены в стороны. Я прикасаюсь к ним и с ужасом понимаю совершенно дикую вещь: я хочу обладать этим телом. До его глаз и души мне дела нет, но вот совершенное тело куклы… Сколько я уже один? Да, почти год… В друзья ко мне пытались навязаться и ребята из моего отряда, потом –  при обучении в центре. Но… Не хотелось… Просто ничего не хотелось…Совсем. Никогда… Я считал, что незачем. Потому что потом придет неизбежное. Или меня закопают или сожгут, либо моего партнера. В любом случае,повторять этот путь еще раз сил у меня не было… Да просто трусил… Тяжело обретать твердую землю под ногами после ходьбы по болоту, но еще страшнее почувствовать, что она снова уходит из-под ног.

     Но здесь… Одна совместная ночь. Завтра нас заберут и я его больше никогда не увижу… Расходный материал для высоколобых умников. Игрушка. Кукла бездушная…

      Когда я навис над ним, он не смог двинуться, только горько и жестко сжались покрытые корками кровавой коросты губы. И потом... Он заставлял себя быть неподвижным даже тогда, когда я намеренно причинял ему боль. А я делал это. Кто спросит с меня за подобное? Да никто. Его умственные и физические способности не пострадают от одной мимолетной связи… Я видел то, что оставалось от кукол через пару-тройку недель исследований. Так что…С меня некому было спросить за него…

     Но это оказалось ложью,запрятанной в самой глубине сердца… После всего, что я натворил, мне же и пришлось убирать следы своих игр с куклой. А он равнодушно отвернулся от моего взгляда. Внезапно мне в голову пришла совершенно дикая идея – я любил всегда спать рядом с моим партнером, чувствовать связь между нами, слышать сонное дыхание, засыпать, убаюканным им. Получится ли это рядом с куклой?

-  Зигфрид!

     Голос из коммуниктора хрипит так, словно это не атмосферные помехи, а кто-то душит моего начальника.

-  Как у вас?

-  Мы захватили куклу, но в модуле я один вместе с ним. Точно погибло двое. Остальные должны были выйти к запасной площадке.

- Да. Вышло пятеро. Мы забираем их. С вами сложнее  – не можем посадить машину рядом – большие помехи. Попробуем забрать вас через неделю.

- Что?!!

- Зигфрид, ты должен сохранить куклу живой хотя бы неделю! Это приказ!..

-  Черт! Черт! Черт!  -   голос Дельвеза врывается в нашу жизнь.

       Я подхожу к окну, откидываю в сторону тяжелую сетку –   чтобы предприимчивые ветви не лезли ночью в нашу спальню. Дивная картина –  растрепанная белокурая голова едва не под окном. Мальчик пробудился и, видимо, решил устроить прогулку по саду… М-да. Мы-то гуляем после ежеутренней прополки. А тут… Острые пальчики ночных лиан крепко вцепились в ноги пленника, и чем больше он бьется, пытаясь подняться, тем меньше шансов у него остается сделать это самостоятельно. Скажи спасибо,что они просто играют с тобой, а не пытаются сожрать, как на Дельвезе!

        Выпрыгиваю в окно и приземляюсь вблизи Эрика. Тот притихает ненадолго,пытаясь оценить обстановку. Это надо было делать чуть раньше, а не бросаться в бой с открытым забралом. Щенок! Парень поворачивается ко мне и я вижу совершенно растерянные серые  глаза. Он как завороженный смотрит на мое тело, потом опускает глаза вниз. Госсподи, что еще? Полковник сиганул в окно на помощь, едва прикрыв стыд? Еще покрасней! Пара взмахов ножом и лианы торопливо отползают в свое дневное убежище, под кусты. Они неглупые и за так помирать не собираются. На то и был расчет.

      Звук мягкого падения – похоже, Эри тоже не выдержал. Ну да, вот он, стоит чуть в стороне и немного ехидными глазами наблюдает за нашими играми с Эсперансой.

-  Что это было? - Мальчишка не испуган,но заинтересован.

-  Утренняя побудка на Эсперансе… Доброе утро,лейтенант… Эри, запусти машины для очистки сада. Мы сегодня погоним растения чуть пораньше.

-  Погоним?

-  Ага. Думаю, что к нам в сад пришло много гостей –  как же, новичок на планете!

        Взгляд, который я ловлю… Похоже, парень считает, что начальник свихнулся от груза ответственности.

- Эсперанса – живой, сложно устроенный организм, поэтому чужеродное тщательно изучается.

       Эри, как всегда, пытается объяснить с научной точки зрения капризы нашего дома. Дельвез резко дергает головой, словно стряхивая с себя звуки голоса Эри. Я не думал, что он проявит такое яростное неприятие.

-  Дельвез,идемте в дом. Эри справится с лианами и вернется.  А мне  -  готовить завтрак,  вам –  переодеться для прохождения полигона.

-   Прямо-таки с раннего утра?

-   Да…

-   А я думал, что готовит ваш слуга…

     Лицо Эри не выражает никаких эмоций. Щенок сделал больно мне. Я и так очень виноват, что рыцарь без страха и упрека печет мне пироги и моет посуду.

-  Эри –  не слуга. И не пытайтесь уязвить его этим. Научитесь все-таки выполнять приказы…

-  А это был приказ?

     Серые глаза смотрят с неприкрытым вызовом. Психологи центра были поголовно пьяны, обследуя Дельвеза,  или ослепли всем скопом, когда вынесли заключение о его психологической устойчивости? Он же вспыхивает  как солома  по любому незначительному поводу.

-  О прохождении полигона вместе с Эри? Конечно…

-  С оружием?

-  Да…

 Можно допустить даже немного удивления в голосе. Из таких энтузиастов чаще всего получаются неплохие вояки. Если , конечно, не гибнут по своей дурости в первом же бою…

- И не боитесь, что я его просто прикончу под шумок?

- Нет.

-  Идемте…Я тоже закончил.

    Пока мы пререкались, он уже завершил наладку и машины стройными рядами двинулись под дорожкам, изгоняя ночную нечисть в ее дневные обиталища. У Эри существует негласный договор с незваными гостями  – мы не слишком точно настраиваем машины, а растения выбирают для постоянного существования самые укромные уголки сада, где никто их не замечает.

 Дельвез едва не бегом устремляется к дому. Похоже, общения с куклой ему уже хватило…

-  Он не сможет принять меня,Зигфрид. Ты же видишь, что творится. Враг – да, соперник на полигоне… Но не…

      Я угрюмо молчу в ответ. База была создана как место для обучения подразделений по работе с куклами. Стрелять мы их, конечно, учим, но главное здесь не это… Не доводить дело до прямых столкновений… Когда из столицы толпами набегут дипломаты, может быть уже поздно. Война начнется. А мы все-таки сумели добиться перемирия десять лет назад. И повторно воевать никто не хочет. Дельвез первый из продуктов эксперимента, которого  прислали сюда в расчете именно на то, что ему будет проще понять. Я даже настаивал на этом. И, похоже, жестоко просчитался.

- Время, Эри, ему нужно время, чтобы осознать… Я же понял…

 Жуткий взгляд Эри в ответ. Да, я знаю, я все помню. Но я же понял в конце концов-то!

      И, кстати говоря, у меня сегодня был очень длинный день… Модуль надежно защищен снаружи, его непросто обнаружить, да и вскрыть даже куклам будет непросто. По крайней мере, я успею исполнить приговор и для него ,и для себя. По справедливости воздам каждому то, что мы заслужили. По крайней мере, я… И крошечная живая пылинка интереса  – если я прикоснусь к его плечу во сне, что будет? Что я почувствую?

      Даже давилка не смогла остановить его рывок от меня, когда он понял, что я хочу лечь рядом. Из вновь прокушенных губ потекла кровь, а взгляд… Вышиб бы ему глаза, если бы мог, за такой взгляд.

-  Да пошел ты…,кукла бездушная! Вот еще!

…Мы не властны над своими снами. На меня смотрит злющими глазами Эд. Такими же злющими, какими смотрел на меня, когда я шесть лет назад набрался наглости и подошел с предложением жить вместе. Говорить о чувствах двум мужикам  – смешно! Ну вот я подвалил к длинномордому упрямому ублюдку с экономическими выкладками… Морда болела долго. Оплеуху схлопотал, даже не успев полностью закончить предложение. А еще сильно болел живот –  второй удар последовал под дых. Когда я проплевался и ответил, не щадя, ударом в грудь, Эд внезапно засмеялся и согласился. Правда,с условием спать в разных углах. Сколько мы так прожили, по отдельности друг от друга? Да месяца три,пожалуй. Эд просто был постарше меня тогда… И, видимо, боялся ошибиться.

- Что ты творишь, сука?

-  Эд? Что происходит?

-  Ты что творишь? Зачем? Тебе людей мало?!!Зачем?!!

- Эд!!!

    Сильнейший удар в грудь, сдавливающий и не дающий дышать! Эд, что я натворил такого, что ты проснулся в моей памяти? И все же  – я очень рад видеть твою злобную морду бладхаунда! Эд!..

    Мы не властны над своими снами… И я в глубине души знаю, что Эд умер и был сожжен мною. И через мгновение открываю глаза. Пряди спутанных длинных волос касаются моего лица, сильные жесткие руки сдавливают горло, крепкие мускулистые бедра оседлали мою грудь и сжимают грудную клетку, не давая вздохнуть. Как он сумел подняться при включенном на полную мощность генераторе  – я просто не понимаю. Но он убивает меня вполне целенаправленно, потеряв большую часть силы, разума и умений убийцы он не потерял. И здесь нельзя медлить. У меня есть приказ. И я его выполню…

      С коротким вскриком кукла отлетает в сторону, падает лицом вниз, пытается подняться, но ноги не слушаются, он падает раз за разом. Легкий щелчок автоматического устройства, тут уже не до эстетического наслаждения, можно и просто в плечо. Переворачиваю его на спину. Ну, за что боролись… Он полностью обездвижен. На бесцветно-белом лице живут только глаза ,горящие бессильным ярко-синим пламенем ненависти. Дьявол!!! И что теперь делать? При таком раскладе мне придется не только купать и расчесывать его, но и с ложечки кормить! Модуль-то на длительный период пребывания в нем куклы никак не проектировался! Мало того, завтра мне придется тащиться с самого утра в джунгли, чтобы подстрелить кого-то для еды этому ублюдку, сухпай он жрать не может  – в течение суток полностью отказывает выделительный аппарат, травятся они нашим сухпаем.

-  Слушай, хватит уже, а? Я спать хочу! Могу тебе для надежности вкатить еще дозу, да только завтра мозги откажут! Угомонись!

      Жуткие окровавленные губы шевелятся в ответ, выплевывая ругательство! Ну вот не надо мне про милосердие! Хватит! На сегодня мне достаточно было и внезапно приснившегося Эда!

- Ты понял или нет?!

   Оскал безупречных зубов становится надменным. Да выбил бы все до одного, чтобы не кусался, гадина белокожая!

 -  Опять мучишь себя воспоминаниями и своей мнимой виной?

      Эри чуть задержал меня, взяв за руку, когда я было двинулся за Дельвезом. Синие глаза смотрят укоризненно. Впрямую Эри замечание никогда не сделает, это что-то из области этики кукол,ч его я до конца в его поведении так и не понял, но высказать свое отношение к моему бесплодному сейчас мазохизму  – вот это пожалуйста, сколько угодно…

-  Знаешь, он такой смешной… Как ты…тогда…

-  Я был смешон?

     От удивления у меня совершенно по-дурацки приоткрывается рот. Если я был тогда смешон по-детски, то что же тогда бессмысленная жестокость и ненависть?

- Тебе было больно и ты приносил боль. Хуже, когда доставляют боль просто так,из любопытства…

-  Эри!

     А вот об этом не надо! Это действительно очень больно! Даже мне… Каково было ему, мы вообще никогда не обсуждали.

- Ладно, мы квиты! Идем, надо покормить человеческого детеныша!

-  Идем!..

       Кормление человеческого детеныша –   дело тонкое.  Дельвез уже сидит на кухне в полном боевом облачении, лоб покрыт капельками пота; Эсперанса  – планетка жаркая, не дело таскать такую длиннющую гриву летом. Даже Эри, я знаю, несколько раз в день окунает голову в проточную воду… Вообще говоря, как-то раз я подсмотрел этот процесс… Длиннокудрой русалке такое и не снилось – водопад жидкого серебра рухнул в воду и почти сразу же волосы, словно лепестки цветов, расплылись по глади ручейка… Дьяволово семя, куклы исключительно красивы! А Эри, возможно, самый красивый из них всех!

       А вот сейчас белокурое чудо торопливо колдует над кухонным автоматом .Подозреваю, что лейтенанту хватило бы и простой каши, но я-то тоже тут и даже могу воспользоваться выходным, что бывает далеко не всегда. А, значит, Эри готовит что-то такое,что я люблю…

-   Блинчики?

      В голосе Дельвеза  – искреннее удивление.

-  А ты думал, что полковник на завтрак жует камни и попивает расплавленный свинец?

-  Нет,но…

    Судя  по тому, как он довольно неуверенно протягивает руку к румяной горке, разносолами в школе парня не баловали.

-  Ешьте, вам надо подкрепиться перед тренировкой…

-  Надеюсь, живот мне не пропорют!