"Я не рассказывал вам про человека, который научил свою задницу разговаривать? Его таз двигался вверх и вниз, выпукивая слова. Это не было похоже ни на что из того, что я когда-либо слышал: пузыристый, застоявшийся звук, звук, который можно было унюхать. Этот парень работал на ярмарках, показывая людям номер чревовещания.
Через какое-то время задница начала разговаривать по собственной воле. Когда бы он ни заговаривал, без всякой подготовки задница начинала откалывать что-нибудь остроумное в ответ.
Затем у неё выросли некие зубоподобные крючки, и она стала есть. Он сначала решил, что это клёво, и разыгрывал из этого представление, но задница проела в его штанах путь к свободе и стала кричать на улицах, что хочет, мол, равных прав. Она напивалась и хныкала, что никто её не любит и не хочет целовать, как другие рты.
В конце концов она уже не затыкалась ни на секунду. Днём и ночью можно было слышать, как он кричит на неё, бьёт её кулаками и вставляет свечи, но ничего не помогало, а задница приговаривала: "Это ты заткнёшься в итоге, а не я. Ты здесь больше не нужен, ведь я могу и разговать, и есть, и срать".
Потом он начал просыпаться с похожим на хвост головастика прозрачным желе вокруг рта. Учёные назвали бы это желе "недиференцированная ткань". Из этой ткани образуется любая плоть в человеческом организме. Он стирал желе с лица, но капли припали к рукам и повсюду прорастали ядовитыми островками. В итоге его рот заклеился, и вся голова онемела за исключением глаз, ведь единственное, чего задница не могла, это видеть, ей нужны были глаза. Но нервные соединения были заблокированы, истощились, атрофировались, и мозг больше не мог отдавать команды. Он оказался пойманым в ловушку черепа.
Какое-то время можно было наблюдать в его глазах тихое, беспомощное страдание мозга, а потом мозг, должно быть, умер, потому что глаза вылезли, и чувств в них было не больше, чем в глазах у краба."
 

Так как знаю, что время есть время всегда, и место всегда только место,
и что сущее — сущее только на время,
и только в одном из мест.
В свете этого, я довольствуюсь
тем, что есть.
Так что я не надену счастливый лик,
так что я отвергаю истошный крик,
так как я не надеюсь вернуться назад.
И поэтому весел я,
весел тем, что могу для себя создать
причину веселья.


Боже, смилуйся надо мной!
Я молю, чтобы я позабыл
все материи, бывшие почвою
долгих и спорных раздумий,
всю излишнюю мудрость,
так как я не надеюсь вернуться назад.
Говорятся эти слова в ответ
тому, что свершилось,
тому, что свершилось — возврата нет.
Не суди строго нас, Судия,
прояви свою милость.
 

Я не то что схожу с ума, но устал за лето.
За рубашкой в комод полезешь, и день потерян.
Поскорей бы, что ли, пришла зима и занесла всё это -
города, человеков, но для начала зелень.
Стану спать не раздевшись или читать с любого
места чужую книгу, покамест остатки года,
переходят в положенном месте асфальт.
Свобода -
это когда забываешь отчество у тирана,
а слюна во рту слаще халвы Шираза,
и, хотя твой мозг перекручен, как рог барана,
ничего не каплет из голубого глаза.
 

Моя песня была лишена мотива,
но зато ее хором не спеть. Не диво,
что в награду мне за такие речи
своих ног никто не кладет на плечи.
Я сижу у окна в темноте; как скорый,
море гремит за волнистой шторой.

Гражданин второсортной эпохи, гордо
признаю я товаром второго сорта
свои лучшие мысли и дням грядущим
я дарю их как опыт борьбы с удушьем.
Я сижу в темноте. И она не хуже
в комнате, чем темнота снаружи.
 

Обмен словами, разговор – всего-навсего предлог для других, более тонких форм общения. Когда такое общение не устанавливается, разговор умирает. Если двое настойчиво стремятся к общению, то не играет ни малейшей роли, что и как они говорят – можно нести любую чепуху. Те же, кто уповает на ясность и логику, часто остаются в дураках, понимания не добиваются. Они упорно ищут наилучшие возможности передать свои мысли и чувства, ошибочно считая, что мозг – единственный инструмент для обмена мыслями. Когда кто-то начинает говорить по-настоящему, он отдается этому всем существом. Слова разбрасываются щедро, их не отсчитывают как мелкие монетки. И не надо думать ни о грамматике, ни о фактических ошибках, ни о противоречиях – ни о чем. Только говори. И если вы говорите с тем, кто умеет слушать и вслушиваться, он прекрасно вас поймет, даже полную бессмыслицу. Вот именно такой разговор ведет к полному единству, так заключается нерушимый брачный союз, не важно, говорите ли вы с мужчиной или с женщиной. Мужчина, говорящий с другим мужчиной, вступает в такой брак, так же как женщина, говорящая с другой женщиной. А вот настоящие супружеские пары редко наслаждаются такими беседами по само собой разумеющимся причинам.

Разговор, подлинный разговор, по-моему, одно из самых ярких проявлений человеческой жажды всеохватного слияния. Натуры восприимчивые, люди, способные чувствовать, стремятся создать какие-то глубокие, тонкие, более прочные связи, чем это установлено обычаями и дозволено договорами. И насколько они превосходят все мечтания творцов социальных и политических утопий. Человеческое братство, если даже оно наступит, – детский сад в драме человеческих отношений. Когда человек откроется по-настоящему, когда он позволит себе самовыражаться без боязни быть осмеянным, осужденным, гонимым, тогда он прежде всего должен проявить себя в любви.
 

Плюшевый мишутка
Шёл по лесу, шишки собирал
Сразу терял всё, что находил
Превращался в дулю   
Чтобы кто-то там...вспомнил   
Чтобы кто-то там...глянул   
Чтобы кто-то там понял.

Плюшевый мишутка
Шёл войною прямо на Берлин
Смело ломал каждый мостик перед собой
Превращался в дуло

Чтобы поседел волос
Чтобы почернел палец
Чтобы опалил дождик
Чтобы кто-то там тронул
Чтобы кто-то там дунул
Чтобы кто-то там вздрогнул
Чтобы кто-то там...
...на стол накрыл
...машинку починил
...платочком махнул
...ветку нагнул...

Плюшевый мишутка
Лез на небо прямо по сосне
Грозно рычал, прутиком грозил
Превращался в точку

Значит кто-то там знает
Значит кто-то там верит
Значит кто-то там помнит
Значит кто-то там любит
Значит кто-то там...
 

Куда лучше быть обуреваемым удивительными идеями, чем мыслями о завтрашнем пропитании, о квартирной плате, о новой паре обуви. Конечно, когда хочется есть, а есть нечего, мысли о еде из головы не выкинешь. Но когда у художника темнеет в глазах от голода, он немедленно укрывается в безграничном, принадлежащем только ему мире, и, пока он там, он – король. А ваш рядовой небокоптитель – просто-напросто бензоколонка, и нет там ничего, кроме вони и копоти. "...Пусть вы не рядовой обыватель, а человек состоятельный и вам по силам потакать своим причудам, удовлетворять свои разнообразные аппетиты, можете ли вы хотя бы на минуту предположить, что миллионер получает наслаждение от еды, или вина, или женщины такое же, как получает голодный художник? Чтобы наслаждаться чем-либо, вам надо сделать себя готовым к получению наслаждения, это требует известного контроля, дисциплины, даже чистоты, если хотите. Но прежде всего это предполагает умение желать, а желание можно взрастить в себе только подлинной жизнью. Я говорю так, словно я художник, а ведь я не художник, я всего-навсего рекламный иллюстратор, но у меня достаточно понимания, чтобы заявить вам, что я завидую тем, у кого хватает смелости стать художником. Я завидую им, потому что они безмерно богаче любого другого сорта людей. Они богаче потому, что растрачивают себя, потому, что они отдают себя, а не только свой труд, или деньги, или талант. Для вас невозможно быть художником прежде всего потому, что в вас нет веры. И у вас не может быть идеи красоты, потому что вы задушили ее заблаговременно. Вы отрицаете то, что составляет красоту, – любовь к жизни, к самой жизни. Вам всюду видится изъян, червоточина. Художник, даже если он натыкается на какой-то изъян, ухитряется видеть вещь безызъянной, если можно так выразиться. Он не пробует увидеть в черве цветок или ангела, но он включает его в нечто большее. Он знает, что мир не зачервивел, даже если он видит миллионы и миллиарды червей. А вы увидите маленького червячка и кричите: «Смотри, как все прогнило!» Дальше этого вы не можете взглянуть… Ладно, извините меня, пожалуйста, я не хотел переходить на личности. Но я надеюсь, вам ясно, что я имею в виду… "

Скука – не что иное, как растворенная во времени боль.
                                                                                                               Юнгер Э.

Идиотизм предохраняет от самоубийства
                                                                                                               Дюркгейм Э.

Мир с тобой
Мир держится на тебе
Держи на себе весь мир
Мир жив лишь тобой
Так держи его на себе.
                                                                                                                Летов Е.

А что, если наша земля – ад какой-то другой планеты?
                                                                                                                Хаксли О.

Норма не имеет признаков. Это лишенная пространства точка между сумасшедшим и дураком
                                                                                                                Лотман Ю.

я крепко убежден, что не только очень много сознания , но даже и всякое сознание - болезнь.
                                                                                                                 Достоевский Ф. М.

Мы знаем, кто мы есть, но не знаем, кем мы можем быть
                                                                                                                  Шекспир В.

Желание вызвать восхищение или жалость – вот что нередко составляет основу нашей откровенности
                                                                                                                  Ларошфуко Ф.

Я понял, что все вещи, которых я боялся и которые боялись меня, являются добрыми или злыми лишь в той мере, в какой они воздействуют на мой разум
                                                                                                                   Спиноза Б.

Теперь, когда мы стали совсем обособленными, почистим наши грани, чтобы лучше видать было где начинаемся уже не мы. Почистим нижний пункт - сапоги, верхний пункт -- затылок -- обозначим шапочкой; на руки наденем блестящие манжеты, a на плечи эполеты. Вот теперь уже сразу видать, гдe кончились мы и началось все остальное. 
                                                                                                                   Хармс Д.

Пропала совесть. По-старому толпились люди на улицах и в театрах; по-старому они то догоняли, то перегоняли друг друга; по-старому суетились и ловили на лету куски, и никто не догадывался, что чего-то вдруг стало недостовать и что в общем жизненном оркестре перестала играть какая-то дудка. Многие начали даже чувствовать себя бодрее и свободнее. Легче сделался ход человека: ловчее стало подставлять ближнему ногу, удобнее льстить, пресмыкаться, обманывать, наушничать и клеветать...
Совесть пропала вдруг... почти мгновенно! Еще вчера это надоедливая приживалка так и мелькала перед глазами, так и чудилась возбужденному воображению, и вдруг... ничего! Исчезли досадные призраки, а вместе с ними улеглась и нравственная смута, которую приводила за собой обличительница-совесть. Оставалось только смотреть на божий мир и радоваться: мудрые поняли, что они, наконец, освободились от последнего ига, которое затрудняло их двежения, и, разумеется, поспешили воспользоваться плодами этой свободы. 
                                                                                                                                                                     Салтыков-Щедрин
 

Всё так.Всё на свете должно происходить медленно и неправильно, чтобы не сумел загордиться человек, чтобы человек был грустен и растерян.  

                                                                                                                                                   В.Ерофеев, Москва - Петушки

Если бы Бог внимал молитвам людей, то скоро все люди погибли бы, постоянно желая зла друг другу. 

Кто не помнит о прошлом счастье, тот старик уже сегодня.

Поблагодарим мудрую природу за то, что нужное она сделала легким, а тяжелое ненужным.

Проживи незаметно.

Самое страшное из зол — смерть — не имеет к нам никакого отношения, так как пока мы существуем, смерть еще отсутствует; когда же она приходит, мы уже не существуем.

Необходимость есть бедствие, но нет никакой необходимости жить с необходимостью

Смерть для нас - ничто: ведь всё и хорошее и дурное заключается в ощущении, а смерть есть лишение ощущений.

Лови день.

Вера в бессмертие родилась из жажды ненасытных людей, безрассудно пользующихся временем, которое природа отпустила им. Мудрый найдёт это время достаточным, чтобы обойти весь круг достижимых наслаждений, и когда наступит пора смерти - насыщенному отойти от стола, освобождая место другим гостям. Для мудрого достаточно одной человеческой жизни, а глупый не будет знать, что ему делать с вечностью.

Эпикур (341 — 271 до н. э.) — древнегреческий философ, основатель собственной философской школы в Афинах («Сады» Эпикура), в которой развивал этику наслаждений в сочетании с учением Демокрита об атомах. По Эпикуру познание мира не является самоцелью, они освобождает человека от страха перед неизвестным - суевериями, религией, боязни смерти и т.д. Это освобождение необходимо для счастья и блаженства человека. Сущность последних составляет удовольствие, но это не простое чувственное удовольствие, а духовное. Хотя удовольствия любого рода сами по себе не являются дурными, духовное удовольствие имеет более высокий порядок, так как не зависит от внешних причин.