Каждый понедельник в 19-00 мы собираемся в Харьковском Доме Актёра им.Л.Сердюка в Каминном зале театральной лабораторией. Приходят люди самых разных творческих профессий:драматурги,актёры,художники и конечно же желающие овладеть профессией режиссёра.
ЭТО ЧТО В ДУХЕ МОЕГО ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО ЛИЧНОГО МАНИФЕСТА.
Хочешь или не хочешь, а придётся нам учиться быть непредсказуемым.
У каждого времени свои предлагаемые обстоятельства.
Наше время – время глубочайшего конфликта Человека и Природы.
Непонимание замыслов Природы, потребительское отношение к ней и к самому себе ведёт нас к сладкому самоуничтожению: выродиться под музыку и фейерверки или незаметно сварить себя вкрутую как яйцо.
Человечество входит сегодня в глобализацию, как когда-то вынуждено было входить в этап демократизации.
Побочный продукт глобализации – информационная война, направленная на массовое оболванивание, давно бушует в головах людей.
Перед каждым человеком стоит или будет стоять выбор – как вести себя под этим мировым колпаком.
Информационная эпоха отрицает оптимальные решения, как показывает опыт.
Сегодня любая стратегия легко просчитывается; тут же находятся способы управления любой группой, организацией, государством. Способы эти далеки от любых нравственных ограничений, важен сиюминутный результат.
Хочешь или не хочешь, а придётся учиться спонтанности.
Трудно предположить, что человеческое общество само захочет меняться, пока его не припрут мёртвой хваткой к стене обстоятельства и болезни.
Всякое действие возможно лишь тогда, когда человек расстаётся со своим жёстким взглядом на мир. По большому счёту, всякое действие – есть отклик на своё предназначение на Земле.
Организацией гораздо проще управлять, чем одним человеком, а театр, как известно, искусство коллективное.
Спонтанность, импровизация, - живое средство против программ управляемости.
Вот и придётся нам всем учиться быть непредсказуемым, а значит действовать спонтанно, чтобы быть неуправляемым и не просчитываемым ни обществом ни отдельным человеком.
Поэтому как никогда востребован и необходим сегодня спонтанный театр.
Чтобы художественное произведение имело сегодня успех, ему безусловно необходима острота сюжета, новизна проблем, экстравагантность выполнения, увлекательность, нахальство и, наконец, эпатаж.
Но самое важное для современного художника – научиться согласовывать свои творческие поиски с интересами и замыслами самой Природы: слышать и понимать её звучание прежде всего в себе самом.
Природа – есть уникальная живая и разумная творческая сущность. Спонтанность проявляется в ней как форма энергии, которую нельзя накапливать и сохранять, она не является ни наследственным ни социальным фактором. Подчиняясь закону «Здесь и Сейчас» и принимая на себя ответственность за творчество, человек уподобляется Богу,
а спонтанности можно научиться в Театре нашей жизни путём опыта, навыка и умения. Природа спонтанности пока до конца не выяснена, но театр, спонтанный театр как никогда сегодня необходим и восстребован в мире невероятного давления и обезличивания человека: Человекобога, обречённого на пожизненное обучение на Земле.
Театральная студия – это всегда школа своего времени. Тут нет демагогии, тут царствует искренность, кипучая внутренняя жизнь, тут звучит пафос жизни, непередаваемый словами, всегда слышен гул и аромат времени. И хотя современный человек опасается пафоса, именно ОН всегда направляет и предохраняет нас от выветривания и энтропии. Пафос – это волнение, страстное воодушевление, подъём и энтузиазм: это одухотворяет мысль, придаёт ценность действию. Пафос всегда направлен за, а не против. Без этого существование искусства не имеет никакой ценности.
Студия всегда дом для студийцев.
Дети вырастают – что из них получается?
Студийцев всегда роднило неугасимое чувство свободы.
Студийцы всегда романтики, вне зависимости от таланта, всегда стремятся быть пассионарными, ими движет непоколебимая сила – имя ей вера в то, что именно они могут сказать решающее слово в искусстве и создадут нечто нетленное.
В настоящих студиях не умыслов, там живут только помыслы, хотя групповое сознание студии не гарантирует ни бескорыстия, ни полного отсутствия вреда. Единственной формой группового сознания, которая обеспечивает бескорыстие и безопасность её членов, является та его форма, которая опирается на воссоединение человека с его внутренней сущностью.
Иначе можно попасть под влияние эгоистичноти.
Но и в студии не существует обучение вообще, а есть обучение каждого в отдельности. Истинной энергией является лишь собственный опыт, навык и умение. Из опыта черпается личная сила, сила собственного восприятия.
Выявлять себя, не копаясь в себе.
Студия жива пока точно выполняются заветы –
«Люби искусство в себе, а не себя в искусстве»;
«Нет - любительщине, нет - зазнайству, нет – безапеляционности, нет – мнимой значительности».
Студия уничтожается борьбой амбиций, самолюбий, вырастающих как следствие из чувства собственной важности.
В истории театра нет и не было студий без жесточайших конфликтов. Катаклизмы, разделение, борьба за власть подтверждают действующий в Природе закон: «Свой -Чужой».
Каждая студия мечтает о спектакле, но все студийцы знают, что путь к сценическим открытиям лежит через упорный труд и обучение. Здесь идёт обучение даже не мастерству, а ремеслу.
Выражение невыразимого – суть искусства.
Настоящая студия – это прежде всего Школа Воспитания Чувств.
Чувство – психическая функция астрального тела, проявляющаяся в форме переживания человеком своего отношения к Реальности. Отличается относительной устойчивостью. Выделяет явления, имеющие стабильную мотивационную значимость.
Чувства – есть выражение иррационального знания, есть продукт регистрации иррационального знания.
Настоящая студия – прежде всего стремление к культуре и неуемная жажда познания, а вовсе не выход на результат, на модный спектакль, сделанный любыми средствами во имя успеха.
Жизнь настоящей студии – это изучение истории театра, живописи, литературы, встречи с писателями, поэтами, интересными людьми.
Развить в себе Человека большой культуры с глубокой внутренней интеллигентностью, художественный вкус, артистичность, интуицию, абстрактное и образное мышление, социальную ориентацию, творческий авантюризм, альтруизм.
Студия – стремится расширить свой кругозор в смежных искусствах(литература, изо, кино и т.д.).
Творческая фантазия должна опираться на знания и вкус: только тогда она будет раскованной.
В Природе есть всеобщая сила и личная сила: и той и другой должна быть дана дорога в театральной студии - «Знание – Сила», есть закон.
Атмосфера влюблённости в своё дело подчиняет себе всех – от актёров до рабочих сцены (впрочем, в студии рабочие сцены – это актёры).
Зрители по-прежнему редко сегодня получают со сцены излучаемый энтузиазм и чувствуют полную самоотдачу.
Зрители сами сегодня подранены или заражены потребительством, они как и артисты нуждаются в особой подготовке , подготовке быть зрителями, вплоть до посвящения в зрители.
Труднее всего пережить оглушительный успех. Оглушительный успех не имеет права слишком долго оглушать. На лаврах опасно почивать – лекарство тут oдно: «Удесятери свои усилия в самообучении, прорабатывай импровизацию».
«Здесь и Сейчас» - закон спонтанности.
«Спонтанность и Дисциплина одновременно».
Театр – есть коллекция специалистов, индивидуальностей, ценностей, талантов, служителей истины.
Театр – хранилище подтекстов, место уяснения неких собственных живых сомнений, никак не выразимых словами.
Живой театр импровизации – мечта многих выдающихся деятелей. Мечта, так манившая своими высотами безграничной искренности, пока так и осталась не претворённой в жизнь идеей.
Подлинная сущность идеальной сцены, это место, где разум и чувство сливаются воедино, всегда усиливая друг друга.
Затеняя ясное и проявляя тёмное, театр, как все виды искусств, служит самому трудному – искусству жить.
Жизнь – главный источник творчества.
Жизнь – это всё, что обладает разумом!
Жизнь – это танец новаторства и созидания.
В жизни действует принцип сопряжённости противоречий, в котором рождается целостный акт, происходит обмен излучаемыми потоками, рождается состояние чуда, где эмоция – есть выражение восприятия и намерения.
Вокруг всегда происходит что-то глобальное. Глобализация опасна для того, кто оторвался от источника творчества, оторвался от жизни, не заметил, что всё вокруг стало уже чуточку Иным.
В студии приходят нередко фанатичные люди и надо помнить об этом: пафос для них – это волнение, страстное воодушевление, подъём, энтузиазм, который одухотворяют мысль, придаёт ценность действию. Благодаря пафосу искусство способно не только аккумулировать данные опыта (с этим вполне справляется газета и телевидение), но и предохраняет их от выветривания, от энтропии. Бе этого существование искусства не имеет ни какой ценности.
И тут всегда важно во время засмеяться. Ибо сеются, когда уже нет надежды спастись пафосом. А юмор, как общеизвестно, является непременным и естественным условием гармонии ума и сердца.
В юморе заключается нравственное здоровье, одержимость творчеством. Говорят, это ещё признак ума и таланта. Умение не принимать себя слишком всерьёз, бесценный дар смеяться над самим собой – первый признак силы, которая действительно пробуждается и накапливается в Человеке.
Юмор – это то, что отличает человека от животного, это высшее проявление человеческого духа.
«Юмор - это хорошая погода мышления».
«Гротеск – высшая форма выразительности, на которую надо иметь право. Это смелое оправдание громадного внутреннего содержания, доведенного до преувеличения».
«Искусство рождается на мансардах!» - жизнью подтверждённый афоризм.
Чем меньше сцена, зрительный зал, тем пленительнее, проникновеннее и темпераментнее спектакли.
И чем меньше театр, тем больше в нём трудностей – непреложный закон театра.
Мы поём гимн малому театру и малой сцене – в них душа театра.
Мы поём гимн театру на площади – в нём дорога к ритуалу и матушке Природе.
Мы поём гимн театру – месту скандала, логики и здравого смысла.
Месту праздника, «…который всегда с тобой!»
