-Я - фотограф

 -Подписка по e-mail

 

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в наталья_дремова

 -Интересы

каменоломням которых немало в крыму краеведение (особенно топонимика крыма) поиски всевозможных таинственных мест путешествия по заброшенным штольням хорошее кино. хорошие книги

 -Сообщества

Участник сообществ (Всего в списке: 1) КОШКИ_КП

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 13.04.2008
Записей:
Комментариев:
Написано: 153

Каждый день - одна яркая картинка, нужно только успеть ее заметить

Ох, и Вася!

Вторник, 03 Июня 2008 г. 17:40 + в цитатник
Только что вернулась домой слегка расстроенная - бегала на встречу в организацию, которая занимается проблемами бывший заключенных. Я с ними дружу, поскольку много прекрасных тем оттуда в клюве приношу: с их подачи, например, написала про девушку, которая вышла замуж за пожизненно осужденного, там куча душещипательных историй - например, про женщину, которая, взявшись за ум, воссоединилась с сыновьями - один по ее вине стал инвалидом без обеих рук... Организацию основательно поддерживает одна из христианских общин, меня приваживают потому, что я в теме, не шарахаюсь ни от кого, умею разговорить, и глупостей не пишу.
В этот раз планировался разговор с человеком, который когда-то был конвойным в колонии - а потом оказался по другую сторону "колючки", в пьяной драке убив почти незнакомого человека. С ним мы отлично говорили, и мне вдруг предлагают: может, еще с Васей пообщаешься, у него очень интересная судьба. Ладно, говорю, давайте Васю.
Увидела я его - и поняла, что при всем своем умении проковыривать дырочку для откровений практически в каждом человеке, тут придется туго. Сидит передо мной такой плечистый мужик (лет ему оказалось 48, из которых 28 он провел в зоне), глаза ярко-голубые... Смотрит так, что если встретить его вечерком в безлюдном месте, захочется отдать все, включая квитанцию из химчистки, и еще благодарить, что не отказывается...
А тут есть такая тонкость - люди, которые в этой организации, прошлое свое не считают чем-то значимым, тем более стыдным. Они уверены, что дальше будут жить, придерживаясь Божьих заповедей, рядом есть единомышленники. Потому и говорят о нем много, деликатные моменты тоже не замалчивают. Но, посмотрев на Васю, я поняла, что это не тот случай. Он здесь пока просто нашел убежище, сделал для себя передышку, и еще толком не решил, что ему дороже - несколько месяцев на свободе и неизбежная зона, или попытка как-то начать жизнь заново.
Я только успела сказать :"Ну..." - а из него уже полилась целая речь, причем фразы явно обдуманные, много раз говоренные: про то, что все равно, пиши - не пиши, толку не будет, про нехорошее государство и нехороших граждан, которые осмеливаются свысока смотреть на бомжей, наркоманов, бывших заключенных... Я ему честно сказала, что слышала это не раз, и это очень типично - во всех бедах винить кого угодно, но только не себя: и судьба не такая, и жизнь-злодейка, и люди-сволочи.
Я в колонии бываю регулярно, пару раз была в СИЗО (по работе, конечно), с бывшими заключенными общаюсь очень много. Так что четко разграничиваю: где есть действительно сложнейшие проблемы, мешающие им жить - проблемы с документами, жильем, работой, а где - инфантильное какое-то отношение: пусть кто-то придет, и все за меня сделает. И плюс к этому песни о жестокой судьбе. Я на это не ведусь: извините, насильно никто нож в руки не вкладывает, наркотики не заставляет сбывать.
Я же и в суде посиживаю, там такое количество человеческого горя - что просто возращаешься измочаленной: то юноши, имевшие уже условный срок зверски убили незнакомую девушку - это они так развлекались: насиловали и пытали жертву около пяти часов; то старуху убили - чтобы остатки пенсии забрать... И после этого будем говорить, что надо принять во внимание несложившуюся жизнь? Извините: за то, что сделал, нужно ответить. Другой вопрос, что человеку, который вышел из колонии, нужно помочь прожить хотя бы первый год, поддержать - иначе он обязательно туда вернется. А в наших интересах, чтобы он работал, а не грабил и не воровал.
В общем, ничего у нас с Васей не вышло: он хотел говорить масштабно, я хотела узнать, что он собирается сделать, чтобы не вернуться в зону. Стаж в 28 лет - это, считайте, кандалы, которые просто утягивают туда. Сила воли и мотивация для этого нужны очень сильные. С волей-то, наверное, у него порядок, только не увидела я, как у других, того огонька, который поддерживает в них желание зацепиться на свободе. В общем, расстались мы взаимно недовольные друг другом...

тайна сарматской шкатулки

Четверг, 29 Мая 2008 г. 13:16 + в цитатник
01 (700x420, 94Kb)






Вот такого вы никогда и нигде не увидите — это древняя шкатулка скифо-сарматского времени, найдена на могильнике Усть-Альма в Бахчисарайском районе экспедицией А.Е.Пуздровского - замечательного ученого, с которым я общаюсь уже лет семь или восемь. Ее история очень интересна, хотя б была отвергнута в качестве темы для КП. Ну, ничего - я ее все равно расскажу!!
Как хорошо все-таки, что жившие в Крыму люди верили в загробную жизнь, в которой может пригодиться имущество из этой, потому и отправляли в могилу с покойником множество вещей. Благодаря им археологи находят в целости и относительной сохранности керамику, изделия из камня, бусины, украшения из золота-серебра, редко - стекло, еще реже металл. Единичные случаи — кусочки тканей, войлока, дерева, речь, повторяюсь, идет о двух тысячелетиях. В это время в Крыму скифы живут оседло, мешаются с новыми поселенцами полуострова - сарматами, да в общем-то тут такой калейдоскоп разных народов был!
Так вот, в 1996 году археологи раскапывают женское погребение, и натыкаются на... шкатулку. Она была сделана из дерева или прессованного бамбука, покрыта лаком. Дерево истлело, а эта лаковая оболочка осталась - чудо, что сохранилась, чудо, что ее сумели взять из раскопа. Рядышком в других захоронениях нашли еще пять штук, но из них удалось взять только две, от остальных остались просто кусочки лака. Оказалось, что шкатулки из... Китая - точно такие же были в обиходе у тамошних знатных дам. Но их никогда не находили не то, что в Украине, но и во всем СССР за всю историю археологии!!!!
То, что через Крым проходил Великий Шелковый путь, знают все, но все равно удивительно, что уже тогда у крымчан была налажена такая активная торговля. Могильник и само поселение - у моря, там наверняка был торговый порт, и, как думают наши крымские ученые, несколько шкатулок (они, скорей всего, из одной партии), получил кто-то из влиятельных местных столпов общества - потому что и в то время это были предметы роскоши. Может, подарок ему такой купцы сделали, может взятку хапнул...
Выкопанные археологами шкатулки лежали на хранении 12 лет - и перспектива была незавидной, они, скорей всего, просто бы рассыпались. Потому что опять же - ни в Украине, ни в России, ни во всем СНГ и Европе не нашлось ни одного специалиста по лаку, который мог бы взяться за реставрацию. Вопрос о деньгах уже второй, проблема в том, что никто не знает, что делать с вещами насстолько древними и настолько уникальными. Только представьте: Украина оказалась обладателем величайшей редкости - и не может ее сохранить. Впрочем, если честно, только самим ученым было не наплевать, что будет с этой уценностью, они все это время спрашивали, писали, искали по всем музеям. И вышли, наконец, на японцев.
Когда крымский ученый Юрий Зайцев рассказывал мне о японской лаборатории, где занимаются археологическими находками, у него голос дрожал от почтения - такое там роскошное оборудование и финансирование...
Японцы и денег выделили на проект реставрации, и мастера - единственного в мире специалиста по древнему лаку, который и взялся за шкатулки. И - ура! Только что получено известие: первый этап закончен, теперь шкатулкам гибельне грозит. На втором этапе успех закрепят. Все делается в Японии, куда вывезли спасать крымскую ценность.
Вряд ли шкатулки будут когда-либо выставляться, поэтому предлагаю полюбоваться на них на снимках. Тут есть и реконструкция внешнего вида одной из них.
Кстати, наверное, интересно, что хранили в них дамы 2 тысячи лет назад? Что ж, мы, женщины, за это время не изменились: там лежали флакончики с ароматными маслами, притираниями, туалетные ложечки из золота и серебра (или, видимо, косметику накладывали), щипчики для корректировки бровей, бронзовые зеркала, украшения, футлярчики с иголками внутри, застежки для платья и плащей...
Вот еще выкладываю фото украшений, которые носили сарматские дамы (найдены в разное время уже упоминавшейся экспедицией). Кто хочет - может мне позавидовать, потому, что когда я писала заметки об интересных находках, то видела их вживую, трогала, и даже пыталась примерить (застежки хрупкие, так что ограничилась прикладываем к себе, ненаглядной...)

А вот была у меня статья в КП про находки всякие!
http://www.kp.ua/daily/030308/36109/

 (474x698, 60Kb)
 (699x449, 66Kb)
vojd5 (700x462, 42Kb)
 (700x489, 75Kb)
 (700x525, 484Kb)
 (525x700, 551Kb)

коты орут днями и ночами

Воскресенье, 25 Мая 2008 г. 16:16 + в цитатник
 (600x427, 114Kb)





Вся ночь прошла под дикий ор котов. Кошачьи свадьбы у меня ассоциировались с ранней весной, но, видимо, в природе что-то сдвинулось, и звери продолжают скандалить. Живу на первом этаже, под окном палисадник - там-то они и выясняют свои отношения, слышно прекрасно. Мучилась я вчера, мучилась, стараясь немножко поработать, но коварные коты не давали. Зато у меня написалась вот такая...
















КОШАЧЬЯ ПЕСЕНКА
Душе покоя не вернуть:
Клочками шерсть, безумны взгляды -
Коты под окнами поют
Свои ночные серенады.

Свирепо выгнута спина,
Разодранные в драках уши -
Так наступившая весна
Смущает их кошачьи души.

И под дождем, и на ветру -
Ну как же можно не услышать? -
Любовь крадется по двору
И пробирается по крыше.

Котам сегодня равных нет -
И громко песня раздается,
Пока разбуженный сосед
В них не швырнет, что подвернется.

пошла клубника

Пятница, 23 Мая 2008 г. 12:49 + в цитатник
Еще неделька - и у нас начнется клубничное изобилие! Уже сейчас ягоды много, но будет еще больше, поспеют разные новые сорта - и "красивые", и сладкие, хоть на варенье (есть еще энтузиасты, которые варят!), хоть просто так поесть. Я, кстати, так и не выяснила, сколько могу умять клубники. У нас уже семейные легенды на этот счет складываются: муж чуть ли не всерьез уверяет, что я и вышла-то замуж, чтобы вдополь ее поедать в огромных количествах (у свекрови частный дом в селе, и множество грядок...) Когда будущий супруг привез меня знакомить с родителями, будущая свекровь велела нам забрать два ведерка с клубникой. Через неделю позвонила: поинтересовалась, что я из нее сделала, компоты или варенье? Пришлось сказать правду: из одного ведерка поделилась с подружкой, а все остальное сожрала сама (муж на дух эту клубнику не переносит). И ничего, плохо не было - наоборот, очень даже хорошо!! Так что, ждем пика клубничного бума - вчера покупала ее по 16 гривен, есть надежда, что она подешевеет до 7-8.

очень-очень старый крым

Четверг, 15 Мая 2008 г. 11:47 + в цитатник
Не так давно побывала я у замечательной женщины, жены человека, спасшего от взрыва во время войны Воронцовский дворец в Алупке. Статья в КП вышла как раз ко Дню Победы.
Но я не только добывала материал для заметки, так уж получилось, что получила еще и удовольствие - в семье сохранилось несколько альбомов, который собрал герой моей заметки (увы, его уже несколько лет нет в живых). Там старинные открытки и фото с видами Крыма, в основном Южного берега. Часа два мы это богатство пересматривали, если честно, я бы и еще столько же сидела над этими альбомами... Рассказать очень трудно, что при этом переживаешь, видя Крым начала ХХ века, 20-х и 30-х годов. Люди, конечно, совсем другие, пейзажи неузнаваемые - вот в такие моменты будто чувствуешь тот Крым - не исчерченный вдоль и поперек дорогами, относительно малолюдный (населения было раза в три-четыре меньше), весь в садах и виноградниках... Я пересняла несколько открыток и фото, и что-то сейчас выложу. Наверное, интереснее всего будет на людей посмотреть.
 (700x525, 168Kb)
 (700x525, 170Kb)
 (700x525, 163Kb)

 (525x700, 170Kb)
Рубрики:  каждый день

зверь невиданный

Среда, 07 Мая 2008 г. 22:11 + в цитатник
 (700x525, 235Kb)
вот какой гость пожелал запечатлеться

детский вопрос

Среда, 07 Мая 2008 г. 22:05 + в цитатник
Встретила сегодня в маршрутке знакомую, она работает в социальной системе, по "детским вопросам". Спрашиваю: верны ли слухи, что сирот стало намного меньше, скоро придется детдома закрывать?.. Да, говорит, меньше, но до закрытия еще лет пятьдесят подождать придется. Зато посыпались отказы от взятых в семьи детей: то есть, взяли ребенка, а через два-три, четыре-пять лет — отмена усыновления через суд, ребенок возвращается на казенный кошт. Процесс, видимо, дальше будет набирать обороты...
Со всех сторон - мощная социальная реклама: дай ребенку семью, сделай, чтобы одним сиротой стало меньше. А мы, журналисты - как проникновенно пишем о глазах детдомовцев, которые с надеждой устремляются на каждого взрослого... Собственно, правду пишем. И каждую сказку о том, как малыш обрел папу и маму заканчиваем успокоенным: теперь у мальчика (девочки) все будет хорошо.
И люди действительно в последние годы больше усыновляют, удочеряют. Дай им Бог сил, терпения и здоровья. Куча примеров, какие растут замечательные дети. И другие есть - давали все, старались как могли - а из осинки не выросли апельсинки... А эти отказы по второму разу от детей - не всегда воля нехороших дядь и теть, которым надоел ребенок. К сожалению, даже самые разумные и дальновидные не могут ожидать, с чем иногда придется столкнуться: малыш, проведший первые несколько лет в детдоме может довольно легко вписаться в семью, принять новые условия жизни - а может быть и по-другому. И тогда - вот такой "возврат товара", как ни цинично звучит. Больно детям, больно людям, которые пытались стать им родителями. Я не знаю, что делать - может, усыновителей за счет государства тоже отправлять на специальные курсы и тренинги, как для родителей-воспитателей в детдомах семейного типа? Может, психологическую помощь бесплатную оказывать не только в первое время, но и в замечательном подростковом возрасте?
Я, кстати,писала не раз о таких историях. Вот ссылочка на одну.
http://www.kp.ua/daily/230108/16708/print/

снова про войну

Среда, 07 Мая 2008 г. 21:38 + в цитатник
О многих вещах даже сейчас упоминают вскользь, например о пресловутом сотрудничестве с оккупантами. Когда я училась в школе об этом принято было говорить с нотками праведного негодования. Я считаю, никто не имеет права судить те поступки. Не имею в виду военные преступления, но почему виноватыми считали тех, кто всего-навсего пытался выжить, спасти своих детей. Эта статья и была написана когда-то в попытке все-таки понять, каково приходилось женщинам в занятом немцами Крыму.

"Шоколадницы"
Для нас время не является однородным и годы запоминаются не только различной нумерацией. Некая идея, завладевающая ненадолго обществом, навешивает тот или иной ярлык, и мы привычно говорим: время застоя, время оттепели... Конец восьмидесятых прошел под вывеской «время неформалов», начало девяностых — «время разоблачений и вскрытия тайного». Ох, как же мы яростно кинулись ворошить прошлое, будоража друг друга сенсациями! Плюс обратился в минус, хрестоматийные предатели стали невенчаными героями... Нью-историки и просто любопытные бродили по огромному гнойнику под названием «советская система», и наобум тыкали в него острым, а брызгающий продукт выдавался за истину в последней инстанции.
Но разоблачения надоели, количество исторических компроматов превысило критическую массу — и настало время разумного осмысления и понимания.
О том, «чего не было»
Секса в тоталитарном советском государстве «никогда не было». И особенно его не было в годы войны. Правда, наша пропаганда допускала сообщения о зверствах оккупантов, в том числе и об надругательствах над советскими женщинами, скромно умалчивая впоследствии о немецких фрау, изнасилованных русскими освободителями. Позже, в мемуарной литературе бывших подпольщиков и партизан, на фоне героического народа, противостоящего захватчикам, вскользь упоминаются некие женщины недостойного поведения, тесно связанные с немецкими солдатами и офицерами. Вроде бы до войны были они как и все — и вдруг показали свою сущность, сожительствуя с оккупантами. Их-то и любили «выводить» в качестве предательниц, виновниц краха подполья и т.д. Параллельно, в тех же мемуарах мы находим воспоминания о героинях-подпольщицах, так же общавшихся с немцами для добычи некоей стратегической информации, льгот для нужных людей, лишних продовольственных карточек и т.д. Причем «наши девушки», добывая все вышеупомянутое, допускали в лучшем случае легкий флирт... Вы в это верите?
Такова была официальная картина поведения женщин на оккупированных территориях. Мне хочется, чтобы статья эта не воспринималась как попытка очернить героев войны, как «копание в грязном белье» более чем полувековой давности. Давайте вместе вспомним тысячи осужденных, высланных, пропавших в лагерях крымских женщин, на которых надолго легло клеймо предательства. И то, что впоследствии все они были признаны невиновными и реабилитированы, не компенсировало им разлуки с близкими, потерянное здоровье и осуждение общества.
— Во время оккупации довольно много женщин имело связи с немецкими солдатами и офицерами, — рассказывает историк, специалист по оккупационному режиму в Крыму Владимир Гуркович, — Они пользовались определенными льготами, покровительством оккупантов. Некоторых немцы снабжали дефицитными в то время медикаментами, продуктами: мясными консервами, фруктами, шоколадом. Кстати, в народе этих женщин так и называли: «шоколадницы». Им дарили вещи, деньги, спасали от вывоза в Германию.
Давайте зададимся сакраментальным вопросом: «почему?» Ну, во-первых, несмотря на значительные усилия, советской власти так и не удалось полностью ликвидировать проституцию как явление. Так что женщины, зарабатывающие на жизнь собственным телом, в условиях оккупации получили возможность беспрепятственно заниматься этим ремеслом. О размахе деятельности «ночных бабочек» можно косвенно судить по рапорту коменданта Белогорского гарнизона, в которой он приводит цифры по заболеваемости личного состава венерическими болезнями.

...Быть бы живу...
Другая категория женщин — это те, которых немцы принуждали к длительному сожительству, и те, кто шел на это добровольно.
— Женщины жили с оккупантами в силу обстоятельств, для спасения своей семьи, детей... Не нужно забывать, что и немцы были самые разные. Всем известно, что солдаты старшего поколения были более разумны, вежливы, осторожны, культурны. Дикое и даже хамское отношение к женщинам демонстрировала в основном молодежь, солдаты, формировавшиеся и воспитавшиеся в период гитлеризма. Эти юные «победители», промаршировавшие по всей Европе, считали, что весь мир принадлежит им.
Возможно, что для этих женщин помощь немца-сожителя была единственной возможностью прокормить семью — продуктов, выдаваемые по рабочим карточкам не хватало. В семье разрешалось оставлять в месяц на одного взрослого едока 10 кг зерна (не муки!), 500 г сахара, 500 г жиров. Излишки продуктов необходимо было сдать оккупационным властям. Забой скота разрешался только для заведений общественного питания и с предъявлением разрешения от сельскохозяйственного управления. Нарушителям грозил расстрел. Естественно, присутствие немца-покровителя делало существование семьи более приемлемым.
«... С продуктами очень плохо было, а еще хуже с одеждой — материю достать совсем невозможно было. Помню, сшила я себе платье из какой-то военной материи — грубой, не новой. Обувь вся износилась — так и ходила босиком. А на соседней улице жили женщины — им немцы и одежду дарили, и вечеринки часто были, музыка вечерами играла. Холеные такие ходили, хорошо одетые... Когда Симферополь освободили, этих женщин быстро арестовали — соседи донесли. И ко мне приходили из органов, пытались завербовать, чтобы доносила: мол, может слышали что, знаете... Я отговорилась тем, что почти не выходила на улицу и знаю очень мало...» (из воспоминаний жительницы Симферополя Марии Шмидт, пережившей оккупацию).

Ich liebe dich
И все-таки, несмотря на присутствие в Крыму чужих солдат, враждебной армии, на карательные меры, притеснения, жизнь продолжалась. Скольким молодым девчонкам хотелось любить, чувствовать, что о них заботятся? Любовь между солдатом-оккупантом и местной девушкой (почти хрестоматийный сюжет!) была не такой уж редкостью. И известны случаи, когда такие отношения заканчивались законным браком.
Дмитрий Омельчук, руководитель группы "Реабилитированные историей", работавший с архивными делами НКВД 30-40-х годов, показал мне старый снимок: молоденький ефрейтор-пехотинец и хорошенькая девушка с модной прической На обороте надпись: «На память в хорошие дни Вале И. (подруге? — Н.Я.) от Курта и Вали Бедуэль. 26\Х-42 г.» Слева на фотографии следы проколов иголкой — она подшивалась в «дело», слова «в хорошие дни» жирно подчеркнуты. Следователем? Можно представить себе сцену из допроса: «страна воюет, люди кровь проливают, а для тебя, ..., хорошие дни?» Про женщину с фотографии известно только то, что муж отправил ее в Германию к родным, а впоследствии ее вместе с восточными рабочими, бывшими пленными, и другими русскими, оказавшимися на немецкой территории, вернули в лоно Советского Союза, «разобрались» и дали 8 лет лагерей. За любовь.
Виноват, нее виноват — статья всегда найдется
За «этих женщин» взялись сразу после отступления немецких частей. Неизвестно, сохранились ли в архивах упоминания о самосудах над ними, скорей всего нет: не до того было властям, да и вполне удобным было господствовавшее мнение «каждому по заслугам, собаке — собачья смерть». Но по воспоминаниям очевидцев, и женщины, пользовавшиеся покровительством немцев, и те, кого считали таковыми, были первыми кандидатами на жертвы «народного гнева». Рассказывают, что их забивали насмерть, прогоняли в обнаженном виде по улицам, сбрасывали в колодцы. Чуть позже, когда пошли аресты пособников оккупантов и лиц, сотрудничавших с фашистам, НКВД собрало богатый урожай среди женщин.
Ну не было в уголовном кодексе такой статьи: «за интимные отношения с врагами, за любовь к врагу...»! И сажали за пособничество, за антисоветскую агитацию, за восхваление чуждого строя, за сотрудничество с оккупационными властями. «Подчищали» ряды таких женщин основательно. Уже после первой волны арестов (сразу после освобождения Крыма), 7 мая 1944 года у Лаврентия Берия просят разрешения наряду с немцами, венграми, румынами, итальянцами «разрешить выселить ... 1000 проституток, проживающих на курортах и в городах Черноморского побережья».

Лес рубят — щепки летят
Как выявлялись такие женщины? Естественно, согласно сообщениям патриотически настроенных граждан. Наивно было бы считать, что последние руководствовались только праведным гневом и приверженностью советским идеалам. Да, воспитанные и вымуштрованные нашей системой, основательно напуганные 37-38 годами, граждане считали, что поступают правильно. Но давайте не будем сбрасывать со счетов обычные человеческие чувства: зависть к тем, кто жил при оккупантах чуть лучше чем остальные (кстати, не намного!), неприязнь к молодой красивой соседке, обида на тех, кто сумел сохранить нажитое... Перечислять можно долго — например, жилищный кризис в Симферополе породил практику доноса соседей на одиноких молодых женщин с целью занятия их жилплощади. И не обязательно должен был быть факт сожительства женщины с немецким солдатом или офицером. Достаточно было того, что поздно возвращалась, работала в немецком учреждении, выносила на помойку пустые банки из-под немецких консервах, выходила на улицу в обновках... А вывод делали одинаковый: фашистская сожительница.
Надежда Ивановна С., 37 лет, жительница Симферополя (ул. Тургеневская, 37), медсества детской инфекционной больницы, осуждена на 5 лет ИТЛ по статье 58-1 «б» (измена Родине ).
Нина Васильевна К., 28 лет, проживающая в Симферополе по ул. Пушкинской, 16, домохозяйка, получила 3 года лагерей за то, «что ... была направлена немцами в Германию, вернулась в 1942 году в Крым при сомнительных обстоятельствах, стала восхвалять фашистский строй, клеветать на советскую действительность».
Александра Степановна Т., 24 лет, жительница г. Саки признана виновной в хранении антисоветских листовок и фашистской газеты «Голос Крыма», лишена свободы на срок 1 год 9 месяцев.
Мария Михайловна С., 19 лет, керчанка, признана в измене Родине. Приговорена к 10 годам лишения свободы с конфискацией имущества и поражением в правах на 5 лет.
Все эти женщины впоследствии были реабилитированы. Они не совершали преступлений, в которых обвинялись. Возможно, кто-то из них позволил себе в оккупацию «слишком весело жить», кто-то не вовремя вернулся, обманув ожидания претендентов на жилплощадь, кто-то позволил себе громкие разговоры и неуместные сравнения...
Люди старшего поколения помнят обязательные анкеты с пунктом «был ли на оккупированной территории?» Ответившие положительно имели все шансы
Давно пора уйти от черно-белого видения войны. Не надо забывать, что основная масса людей пыталась просто выжить. Не их вина, что они не стали героями. И предателями — хотя государство очень старалось обвинить их в измене.
Рубрики:  крымские тайны



Процитировано 1 раз

у меня начало мая...

Суббота, 03 Мая 2008 г. 21:05 + в цитатник
 (700x525, 66Kb)
 (700x525, 241Kb)
 (700x525, 229Kb)
Не знаю, у кого как, а у меня уже пятый или шестой год начало мая - традиционная поездка к нашим, крымским, поисковикам, которые затевают очередную экспедицию в крымские степи - искать советских солдат, которых так и не похоронили за 60 с лишним лет. К 9 мая обычно обнаруженные останки торжественно перезахораниваются у села Фронтовое (Ленинский район Крыма). Место очень красивое, на верхушке холма, кругом степь, трава местами до пояса...
Вот, только приехала из очередной вылазки. В этот раз откопали трех солдат, убитых и засыпанных прямо в окопах, а в другом месте - краснофлотца: он лежал прямо над пляжем. Люди столько лет купались рядом - и не подозревали об этих останках. Чуть поодаль в яме - тоже кусочек фронтовой трагедии. Молодой совсем парнишка (антрополог сказал до 25 лет) был убит взрывом мины (наступил, видимо - тазовые кости и ребра просто разнесены). Правильнее, наверное, сказать, "разорвало на куски". Кто-то просто сложил эти куски в шинель или плащ-палатку - так его и закопали.
В этот раз, правда, поездка была подпорчена тем, что я ехала не сама по себе: поисковики решили организовать доставку журналистов, и вокруг ям клубилось человек десять с камерами и фотоаппаратами. Молоденькие девочки-журналистки картинно ужасались появляющимся из земли костям, задавали разные идиотские вопросы (они что, вообще историю в школе не учили?), о войне в Крыму вообще никакого представления - действительно, оно им надо? Снимут, наговорят чего-нибудь - и сойдет. А главное, очень коробили всякие смешочки и шуточки, какое-то очень поверхностное ко всему отношение. В общем, больше в коллективе не еду.
Когда выбираешься в экспедицию - главное не только подробно поговорить, но и посмотреть находки. Честное слово, ощущение при этом - как будто окошко в то время открылось. Например, ключик, весь проржавевший - может, его солдат в кармане носил, чтобы думать, что у него есть дом, куда он когда-нибудь вернешься. Или ложка с выцарапанными инициалами, или стеклышко от очков, истлевший кошелек с советскими копейками... А подробности, которые рассказывают сами кости: у этого прямо в грудной клетке околок бомбы с пол-ладони, а у того вообще повреждений нет. Этому - за сорок, а тому - еще и двадцати не исполнилось. А главное, для родных они все пропали без вести. В этот раз поисковики нашли два закрытых медальона-смертника, и один пустой. Если внутри окажутся бумажки с именами солдат - одна или две семьи узнают, где погибли их родные. В прошлом году у меня вообще был потрясающий случай. Кому интересно - вот ссылка.
http://www.kp.ua/daily/080507/4391/

о пещерном городе Бакла

Четверг, 01 Мая 2008 г. 18:38 + в цитатник
 (600x398, 41Kb)
Светлое небо Баклы
— Не трогайте меня… — простонал фотокор, забравшись в прохладную каменную нишу, — Я, наверное, здесь жить буду. Отшельником. Тут из камня лежанка вырублена, брошу на нее что-нибудь — вот и постель. Красота вокруг какая, к благочестивым мыслям располагает…
С места будущего отшельника не стронула даже перспектива остаться без пропитания. Он обратил очи к ближайшему склону, где прыгало несколько коз: «Молоко пить буду, опять же туристы что-нибудь да подадут!»
Солнце безжалостно. Единственное укрытие — пещеры, которыми исперщена скала. Как берег — гнездами стрижей, как кусок сыра дырочками. Сколько усилий нужно было приложить, чтобы появились эти комнатки, келейки и каменные погреба?
Пещерный город Бакла прожил несколько столетий, и оказался покинут жителями около семисот лет назад. Какие истории могли бы рассказать нагретая солнцем скала?
На свидание с древним городом нужно приходить не в шумной компании. Не с промасленным свертком бутербродов, чтобы потом суетиться с поисках камня поглаже, местечка почище. Ну, поели. Ну, выпили. Поднялись, запустили с обрыва вниз бутылку — и отправились восвояси. А зачем приходили-то?
Все меняется. Обрушиваются куски скал, разрушая то, что еще осталось от пещерного города Баклы. «Самые пещеры его, большею частию уже обвалившиеся снаружи, не представляют особого интереса» — отмечали путешественники больше ста лет назад. А все-таки — то же небо над головой, тот же захватывающий вид с иссеченного временем уступа, те же звуки — как будто сама Бакла разговаривает с забредшим сюда человеком. Просто послушайте шуршание мелких камешком под подошвами, реденькое «кап-кап…» — это пробивается в каменной толще родничок, роняющий капли в прозрачную лужицу. Вот капает почаще — можно подставить ладони, поймать тощую струйку, поднести к губам. Надолго остается во рту вкус этой воды, чуть отдающей мелом.
Единственную легенду о Бакле доводилось мне слышать в этих местах лет пятнадцать назад. Давным-давно, когда трава была зеленее, солнце ярче, а земля щедрее, поселились на неприступной скале люди. Как и откуда пришли они сюда — неизвестно. Пришельцы стали разводить виноград на склонах, сеять зерно, торговать с соседями. Правда, в город свой, выдолбленный в скале, никого не пускали, чтоб не узнали посторонние о тропинках, ведущих от пещеры к пещере, о складах зерна, об источниках воды. Ссор ни с кем жители города не искали, но и в друзья не навязывались. Поэтому некому оказалось помочь, когда налетели враги. Осадили скалу — а ближе не подобраться, мирные земледельцы оказались неплохими воинами. Не день, и не два тянулась осада. Подошли к концу городские запасы, по ночам люди покидали свои пещеры, крались по склонам, в надежде выбраться из погибающего города. Одного из таких беглецов и захватили враги. Потребовали показать, как пробраться в пещерный город. Взглянул военачальник на проводника — он же от голода еле на ногах стоит! Кивнул: отсыпьте, мол, ему зерна — пусть пожует. Шел впереди вражеского отряда проводник, прижимая к груди мешочек с мерою зерна, кидая на ходу зернышки в рот. Вот уже впереди темнеет вход в пещеру, вышел навстречу кто-то, готовый поднять тревогу. А, свой вернулся? И тут заметил мешочек — ни у кого в осажденном городе не могло оказаться столько зерна. И темные силуэты заметил за спиной вернувшегося. Успел закричать, успел позвать на помощь — но смяли враги защитников города. А предателю та мера зерна впрок не пошла: в схватке выронил он свой мешочек, бросился со скалы за ним, но не разбился, а превратился в невзрачную серую птицу. Так и летает до сих пор рядом с опустевшим городом, кричит жалобно — то ли ищет свой мешочек с зерном, то ли просит прощения у погибших. А опустевший древний город потому и стали звать Бакла — так называли на одном из тюркских языков меру зерна. Другой вариант перевода этого слова — «фасоль».
…Умный, может, в гору и не пойдет, но обойти ее никак не получится. Единственный путь к Бакле — вверх по зеленеющему склону, и дальше по узкой, извивающейся вместе с причудливым рельефом скалы, тропинке. Чем ближе приближаешься к пещерному городу, тем чаще задаешь себе вопрос: кому и зачем нужно было выдалбливать эти разнокалиберные полости в камне? Археологи считают, что рождение города произошло где-то в YI веке нашей эры. Возможно, что несколько естественных пещер сначала стали домом нескольким поселенцам, а после «подсказали» идею сооружения неприступного поселения. Наверное, жителям Баклы было чего опасаться.
Или все было по-другому: один из местных «власть имущих» повелел поставить на скале крепость (остатки ее, а точнее, камни, сохранились до сего дня). Где крепость — там само по себе возникает и «гражданское» селение: во-первых, рядом с воинским гарнизоном поспокойней будет; во-вторых, надо же чем-то воякам кормиться, кто-то должен работать.
…Обычно у этого места люди ложатся на пузо, свешивают голову в темную глубину, и таинственно завывают, прислушиваясь, как голос там, внутри, отражается от стен, вначале усиливаясь, а после мягко затихая. Исследователи Баклы считают, что в таких, выдолбленных в камне огромных цистернах, хранили-когда-то вино. Может быть, использовали их как склады для продуктов. А что — в любую жару там прохладно!
То, что жители пещерного города занимались виноделием, и, скорей всего, не только «для внутреннего потребления», подтверждают как внушительные размеры винных цистерн (ну сколько там было жителей — тысяча, полторы, где ж им все выпить?), так и археологические раскопки, в ходе которых обнаруживали «винную тару». Кроме того, обитатели пещерного города в немалых количествах запасали и продовольствие.
«В долине, под обрывом скалы Бакла, крестьяне, распахивавшие землю, наткнулись на двенадцать огромных каменных горшков или амфор, каждая величиной с бочку. Горшки эти были зарыты рядом в землю и были сделаны из отлично выжженной, чрезвычаной крепкой глины.» — отмечал в своих заметках известный путешественник XIX века Евгений Марков. Он полагал, что такие сосуды предназначались для хранения зерна. Тут уж можно пофантазировать — то ли сами баклинцы сеяли и запасали урожай, то ли подготовили хлеб для вывоза (продажи?); то ли сами покупали его.
О назначении комплекса пещер, до которых мы с фотокором наконец добираемся, гипотезы существуют разные. Кельи отшельников. Комплекс пещерной церкви. Обычные жилые помещения. Помещения производственные и сезонные — скажем, место проживания виноградарей на сезон сбора урожая. Склады. В общем, есть из чего выбрать.
Далеко не во всех пещерках и пещерах можно выпрямиться в полный рост: это то неглубокие ниши, то обширные двух-, трех- и еще больших размеров аппартаменты. Странное чувство оставляют пещеры Баклы. Они не скрывают ничего, охотно подставляя солнцу свое прохладное нутро — все видно, солнечные зайчики забираются даже в самые дальние уголки. И настроение у этого покинутого города (считается, что он погиб в XYIII веке) — совсем особенное. Нет той грустинки, чувства непрочности дела человеческих рук, очарования заброшенности, которые охватывают любого, посетившего иные пещерные города. Здесь кажется, что природа поторопилась загладить, стереть почти все связанное с человеком. А оставшееся прочно и незаметно слилось с ней. О чем грустить — тихое умиротворение просто разлито в солнечном свете.
…Эта пещерная «квартира» имеет даже неровное четырехугольное окно. Говорят, что именно здесь была церковь. В стенах есть несколько небольших ниш — возможно, туда ставили какие-либо культовые предметы?
Если пройти дальше — то попадешь прямо к могильнику Баклы. Это место уже несколько лет очень любят грабители, «черные археологи». Сейчас вроде бы они поутихли: наверное, место считают «отработанным».
Рубрики:  крымские тайны



Процитировано 1 раз

раздел пошел...

Четверг, 01 Мая 2008 г. 18:36 + в цитатник
ура, выложила в разделе "Крымские тайны" несколько своих статей об интересностях полуострова. Но их у меня еще очень-очень много!!

знаете ли вы, что в Крыму есть... уголь?

Четверг, 01 Мая 2008 г. 18:35 + в цитатник
 (501x699, 222Kb)

На фото - те самые Бешуйские копи, снимок сделан еще до революции.



Тайны бешуйских копей

Сначала прозвучало слово «копи». Его произнес мой коллега, журналист Иван Коваленко, добавив, что эти заброшенные шахты — место интереснейшее. У меня тут же засверкали глаза. Почему-то вспомнился знаменитый роман Хаггарда «Копи царя Соломона» — о путешествии нескольких авантюристов к таинственным шахтам в самом центре Африки. Там тоже все началось с небрежного: «Знаете, есть такое место…» По всем законам приключенческого жанра на свет должна была появиться карта. И она появилась. Позвольте: да что ж это за приключение — вот она, деревня, а возле нее — нужное место. Э, нет! Не верьте картам. Нет давным-давно ни этой деревни, ни соседних. И, как положено в любом хорошем романе, лес надежно скрыл все следы человеческих поселений. Итак, мы отправляемся к Бешуйским копям.
Гора с «сюпризом»
Прекрасное солнечное утро застало нас у шлагбаума. Он четко отсекал населенную местность от таинственной дороги, которая должна была привести нас к таинственным копям. Человек, ведающий закрытием и открытием шлагбаума записал номер машины и посомневался, проедем ли дальше — во-первых, дорога, гм… не очень; во вторых — десятка через полтора километров начнется заповедник. Лесник не пропустит.
…Дорога была. Это все, что о ней можно сказать. Когда-то тут лежало добротное покрытие, по которому много и часто ездили. Теперь казалось, что его основательно и неравномерно обьели мыши — более-менее гладкие участки чередовались с ухабистыми, где дорога сбросила асфальтовую шкурку и охотно вернулась в первобытное состояние. Сначала — километра три, наш водитель смотрел на жизнь с оптимизмом. Потом, когда нам попалась первая, идеально круглая лужа, занимающая всю дорогу, он задумался. Мы вышли, промерили лужу палочкой и затеяли дискуссию: проедем, или нет? По всему выходило, что проедем. Пригрозив, что если что — сами будем машину толкать, водитель газанул.
Цель нашего путешествия — несуществующая ныне деревенька Чаир. Была ли она здесь до того, как произошло громкое открытие, или позже «отпочковалась» от ближайшего села Коуш — мы, скорей всего, уже не узнаем. А произошло вот что: в этом месте отыскали каменный уголь. То, что Крым все-таки не обделен углем, подозревали разные исследователи. Маркшейдеры неоднократно проводили разведки — и давали неблагоприятные заключения. Но в восьмидесятых годах XIX века геолог Давыдов на северном склоне горы Бешуй, что в долине Качи, нашел каменный уголь. Более поздняя разведка показала, что месторождение имеет промышленное значение. Каменный уголь для Крыма — вещь такая же редкостная, как цветок в пустыне. То есть, теоретически он может существовать, но вероятность — ничтожная. Пласты угля означают, что много милолионов лет назад здесь был морской залив. Можно представить, какая в нем кипела жизнь: от простейших организмов до динозавров, живших в воде. А на берегу залива росли гигантские папоротники и хвойные деревья. Вот их-то стволы, падающие друг на друга, спрессовавшиеся, погребенные потом в заливе более поздними отложениями, и образовали каменный уголь. Но если бы уголь был единственным «сюпризом» горы Бешуй! Слышали ли вы что-нибудь о гагате?
Справка: Гагат — черный, коричнево-черный, блестящий после полировки камень. Обычно используется в ювелирном деле для изготовления четок, бус, сувенирных украшений. Гагат представляет собой разновидность бурого угля, образовавшуюся за счет углефикации хвойных деревьев семейства араукариевых. Гагат — плотный, вязкий, легко режется ножом и хорошо шлифуется и полируется, приобретая при этом смолистый блеск. При трении иногда электризуется, с чем связано еще его одно название — черный янтарь. От большинства ювелирных камней черного цвета (мориона, меланита, шерла, обсидиана и даже стекла) его отличает низкая твердость и плотность, смолистый блеск.
Чем дальше в лес…
Мы вьезжаем в сказочный лес. Такой, как любят рисовать художники, оформляющие детские книжки. Каждый лес обычно — со своим «настроением»: светлый, пронизанный солнечными лучами, с желто-коричневой подстилкой листьев; или пестрый, с чистеньким соснячком, акуратными полянками, зарослями кустарника. Или — лес мрачноватый, когда даже изумрудный мох не кажется украшением на темных стволах.
Этот лес необычный. Вдоль дороги выстроились деревья, обросшие синевато-зеленым лишайником — точь-в-точь чопорные дамы, в кружевных платьях и накидках. И сколько глаза хватает — кружевное цветное изобилие. Дубы и грабы перемежаются с «принаряжеными» деревьями. Последние то совсем уступают место кустарнику и ровным стволам, то снова подступают к самой дороге. В конце концов мы останавливаемся, чтобы взглянуть на них поближе. Эти деревья посажены человеком. Уж не наткнулись ли мы на чаиры — лесные сады? Когда-то возле небольших горных деревушек было по несколько чаиров. Их хозяева навещали свои деревья, ухаживали за ними, чтобы после собрать урожай.
За очередным поворотом (с неизменной лужей), останавливаемся еще раз. Кажется, что здесь… чего-то не хватает. Большая поляна — терраска, за ней — еще одна. Я спотыкаюсь о камень. Еще несколько валяется рядом. Под террасой — опорная стенка. Ежевика стелется возле камней. Здесь когда-то жили люди. Еще сохранились следы улочки — наверное, единственной в этом селении.
До войны тут было много таких маленьких деревень. Одни исчезли сравнительно недавно — лет двадцать назад; другие не пережили войны. Были полностью уничтожены за поддержку партизан.
Один партизанский мемориал, кстати, мы уже миновали — несколько раз в год к нему приезжают родственники погибших, те, кто воевал в этих лесах. А вот памятник на могиле, что посреди светлой полянки, поставлен чуть ли не этим летом. «12 отряд, 7 бригада, Южное соединение крымских партизан. Погиб в бою Мустафаев Виждет. Коуш-каю, 1920-1944. От братьев.» Был Виждет уроженцем этой деревни, или погиб неподалеку?
Коуш — это несуществующее ныне село Шелковичное. Война стала для него страшным временем. Война разделила село на две половины. Односельчане воевали друг против друга: одни ушли к партизанам, другие — помогать фашистам. В немецких рапортах упоминаются «8 и 9 татарские боевые роты Бахчисарая и Коуша, показавшие себя отлично». Расстрелы в соседнем поселке Чаир, который еще назывался Шахты — тоже дело рук этих «добровольцев». Было убито 15 жителей поселка, два красноармейца, а сам поселок сожжен 4 февраля 1942 года — он открыл список уничтоженных населенных пунктов Крыма.
С другой стороны, немцы не уничтожали лояльные к новой власти селения. Жители — а население было большей частью татарское — регулярно снабжали партизан продуктами и необходимыми вещами. Один из партизанских отрядов (командир Селезнев) четыре месяца стоял в деревне.
Из донесения немецкого штаба по борьбе с партизанами при 11-й Армии:
«5.12.1941 — борьба с партизанами в районе Бешуя. Руководил подполковник Эверт, командир 24-го танкового батальона. Отара овец, принадлежащих партизанам (около 1200 голов), при помощи татарских пастухов была передана нашим войскам. Предполагается, что район очищен от партизан полностью.
9.12.1941 — операция 1-й роты 22-го противотанкового дивизиона в районе шахты Бешуйские Копи. Успехи: пять палаток, годных для жилья, были уничтожены, 3 винтовки с патронами - уничтожены. Было захвачено 60 овец. Одеяла, пальто и небольшое количество продуктов были уничтожены или забраны. На обратном пути были атакованы партизанами. Собственные потери: 2 тяжело раненых и двое легко. Среди партизан были раненые и убитые, но их партизаны унесли с собой. По сообщениям жителей Коуш и Бешуйские копи, в 3 км., с обеих сторон от населенных пунктов, находятся укрытия для партизан и склады продовольствия».
Скорей всего, и сами шахты служили партизанам укрытиями.
Врангель и шахта
О цели своего путешествия (заговорились — об исчезнувших селах, войне и партизанах), мы вспоминаем, добравшись до очередного шлагбаума. Дальше машине хода нет: во-первых, не проехать; во-вторых — постороннему транспорту в заповеднике разьежать не полагается. Это мы добрались до Шелковичного, бывшего села Коуш. Теперь тут живет всего несколько человек — лесники и их семьи.
— О-о, надо же… — взглянул лесник на журналистские удостоверения, — Как по мне, то лучше б никто об этой шахте не писал. Вот сделаете такую рекламу: мол, тут, в угольных копях, гагат есть — и полезет народ сюда. И так тут всякие подозрительные личности шатаются — чтоб их…
Мы нерешительно заметили, что если следовать этой логике, то писать вообще не надо ни о памятниках археологии (их грабят вовсю); ни о природных обьектах (приедут — намусорят)… Лесник такую точку зрения поддержал. Меньше люди знают — спокойнее живут. А потом добавил:
— Ну, если хотите, отправляйтесь во-он по той дороге. Пешочком. Тут километра четыре. Я ж вижу, что вы вроде народ порядочный, никакой шкоды не сделаете…
Мы пообещали шкоды не делать, сбегать быстро: одна нога здесь, другая — за четыре километра отсюда.
…Судя по всему, гагат в этих местах стали добывать раньше, чем началась промышленная разработка угля. Шустрый и предприимчивый народ уже рылся на месте будущей шахты в поисках крупных кусков «черного янтаря». Лесники порой ловили таких «добытчиков», отбирая камни. К 1893 году, например в Симферпольском лесничестве накопилось тринадцать ящиков первосортного гагата. Один ящик даже уехал на Всемирную выставку в Чикаго — в составе коллекции «южных минеральных богатств России». Остальные собирались продавать как поделочное сырье, а продали, или нет — неизвестно.
Самыми оживленным временем угоьной шахты стал период Гражданской войны. За два (1920-21) было добыто 161706 пудов угля. Не очень высокого качества, но лучше, чем ничего. Бешуйскими копями очень интересовался Врангель, поскольку «разработка их сильно облегчала нужду в угле». Даже стали тянуть железнодорожную ветку от копий до станции Сюрень (теперь Сирень). Несколько раз то «красные», то «зеленые» делали налеты на Бешуйские копи. В конце концов одному из отрядов удалось взорвать шахту.
«Беженцы из Ялты сообщают:
Усилившиеся за последнее время набеги зеленых на Ялту происходят довольно часто. Недавно ими расхищен арсенал в гостинице "Россия" и захвачена тюрьма в городе Шеломе, из которой освобождены были все "политические". По ночам окрестные горы у Эриклика (над Ливадией), как бы иллюминированы огнями зеленых отрядов. Бешуйские угольные копи разрушены. Красное командование лишено, однако возможности уловить зеленых. На перевалах Алушты сожжены в автомобилях 3 комиссара.»
("Последние Новости" Париж 11 июня 1921 год)»
Черный камешек гагат
Дорога может быть настоящим удовольствием — если она пролегает по таким местам. Под ногами шуршат листья, солнце блестит в лужах, подернутых корочками льда. Вдруг… Мы моргаем и смотрим друг на друга. Автобусная остановка. Посреди леса. С проржавевшей дощечкой, где указано время отправления.
— Ну что, автобус подождем?
Нам пришлось бы ждать долго. Последний автобус по расписанию проезжал здесь лет двадцать назад. К Шелковичному, и дальше — к противотуберкулезному санаторию «Крымский». Санаторий был упразднен в 1984, когда стал организовываться заповедник. Жители сел, попавших в заповедную зону, перебрались в другие места. Трудно удержаться, чтоб не свернуть к развалинам, белеющим в нескольких десятках метров отсюда. Асфальт. Руины беседок, корпусов, обвитые вездесущей ежевикой…
…Под ногами хруст, как будто листья торопятся нам что-то рассказать. По краешку лужи — отпечатки копытец. Да здесь же наверняка полно кабанов! Самое кабанье место: корма им тут вдоволь. Начинаем припоминать все, что известно о регламенте встреч человека с кабаном. Вроде бы надо стоять, не двигаясь. Или — лезть на дерево повыше? Или — покричать и похлопать в ладоши? Впрочем, мы надеемся, что шуму производим достаточно — чтоб даже самый безрассудный кабан поторопился спрятаться.
Впереди вырастает горб горы Бешуй. Слева — удивительные скалы, похожие на кусок небрежно отломанной халвы: слоистые бока с неровными выступами.
…Склон весь черный. За столько лет природа загладила следы человека. Склоны вокруг — угольные отвалы. Я поднимаю кусочек каменного угля — слоистый черный камешек. Крымская редкость. А Иван нагибается поближе к земле: «Вот и гагат!» Через несколько минут я уже сама отличаю кусочки гагата от обломков угля: гагат притягивает взгляд жирноватым, смолистым блеском. Излом у него мягкий, сглаженный. Кажется, что держишь в руке кусочек смолы. А постучишь обломками — камень.
Гагат. Самый дешевый из поделочных камней. Изделие из гагата ценно не камнем, а работой мастера. Делали из гагата мундштуки, трубки, пуговицы, четки, крестики. Из больших кусков (а у Бешуя добывали обломки гагата до 70 сантиметров в длину) — резали скульптуры. Наши предки верили, что гагат излечивает от несчастной любви, оберегает от темных сил, раскрывает тайны о прошлых жизнях, рассеивает страхи, смягчает боль разлуки. В начале прошлого века была в Симферополе мастерская, вырабатывавшая изделия из крымского мрамора и гагата.
Лет тридцать назад еще был виден вход в шахту. Заходить туда не решался никто — за много лет деревянные опоры и крепления прогнили и обветшали вконец. Теперь о ее существовании напоминают лишь угольные отвалы с обломками гагата. Мы нашли место, где был вход — там сохранились остатки проржавевших лебедок, а заплывший провал говорил, что здесь когда-то был вход в недра горы.
Может быть, где-то сохранились и другие входы в шахту, мы не стали их искать. Еще лет двадцать-тридцать — и не останется и этих следов.
Рубрики:  крымские тайны



Процитировано 1 раз

статья о старинной усадьбе

Четверг, 01 Мая 2008 г. 18:33 + в цитатник
Памяти крестьянина Пахомова
...А гостей встречать выходили Пахомовы на парадное крыльцо. Глядишь — а по дороге, что на Симферополь, пылит уже экипаж. Выйдет дорогой соседушка, потянется: “Эх, и воздух у тебя тут, Власович! Хоть пей его”. Ведут гостя в дом, а Алексей Власович еще и обернется: далеко расстилается степь, по которой потянулись уже вечерние тени... Красота. Своя красота. И дом, и степь, и отары овец, гуляющие по степи. А пришел ведь сюда Алексей Пахомов гол, как сокол. Всего богатства было, что жена с детьми, привыкшие к работе руки, да мужицкие изворотливость и смекалка.
Как выбиться в люди
Это был самый конец XIX века. Из вагонов на станции Джанкой выбирались измученные дорогой люди. На их лицах было облегчение — добрались наконец! И — настороженность: дескать, неужели это и есть тот самый Крым, где полным-полно свободной земли и есть возможность “выбиться в люди”? Алексей Пахомов тоже начал знакомство с Тавридой с Джанкоя. Прибыл он сюда из Курской губернии, спасаясь от голода. И сколько-то времени в Джанкое и жил. Чтоб семью прокормить, устроился грузчиком на железной дороге. А потом кто-то дал ему хороший совет: иди в перекопские степи, нанимайся чабаном. Чабаны хорошо зарабатывают, смотришь — и своя отара появится.
Как в воду глядел подсказчик: понравилось Алексею Власовичу в чабанах. Во-первых, с мясом всегда: для своих нужд можешь раз в месяц овцу забивать. Во-вторых, осенью хозяин чабану несколько овец отдает: как стадо сохранил, так и заработал. Опять же, денежный расчет — это уже как сговоришься, и, наконец можешь негодных овечек и ягнят купить совсем задешево. Обычно чабаны таких покупали, забивали и везли на рынок. А Пахомов сразу смекнул, что негодные они в общем стаде, а если их выходить, смотреть за ними, как за детьми... В общем, хитрый мужик принялся покупать выбракованных овец и ягнят не только у своего хозяина, но и у других. И вскоре действительно начал водить по степи свою отару. Потом отар стало несколько, и водили их сыновья. А потом денег у Пахомова стало столько, что он смог купить поместье у немца-колониста.
Перестроил усадьбу, помог отстроиться сыну — неподалеку от своего дома. По-прежнему занимался овцами, приглашал рабочих. Специально для них строил маленькие домики. Приходили и оставались насовсем здесь новые переселенцы — так и возникло село вокруг усадьбы. И называлось, конечно, Пахомовкой. Алексей Власович человеком был богобоязненным, и местной церкви сделал впечатляющий подарок: заказал колокол, да такой огромный, что везли его со станции Джанкой на огромной, специально сделанной телеге, запряженной несколькими парами лошадей. И красовалось на колоколе: “от Пахомовых”. В тридцатые годы он, конечно, был отправлен на переплавку...

От Вилора до Ильинки
Крестьянина Алексея Пахомова, а точнее, историю этого отца-основателя целого села, “раскопал” в архивах краевед Лев Кружко.
— Сегодня это село называется Ильинкой, относится к Красноперекопскому району. А как оно сменило имя — это целая история, — рассказывает Лев Петрович, — После революции и установления в Крыму советской власти, на основе хозяйства Пахомова образовалась коммуна с экзотическим названием “Идази”. Что это слово означает — неизвестно до сих пор. Коммунары стали сьезжаться со всех окрестных деревень: построили барачного типа дома, к каждой “квартирке” сделали отдельный вход с улицы. И жили они в коммуне неплохо, пока... было что кушать. Пока не перерезали и не “распределили” весь скот. Но председатель коммуны, судя, по всему, был мужик неглупый. Он застраховал все имущество, а потом в коммуне... случился пожар! Получили страховку, и решили организовать колхоз.
Насчет колхоза в архивах сохранилась такая интересная подробность: как придумывали ему название. Воспоминания о крахе коммуны были еще свежи, и “Идази” не годилось. Пахомовка — в честь землевладельца, выглядящего в глазах советской власти помещиком — политически вредное название. И тут встал дед со смешной фамилией Гупка, и выпалил: “Вилор!” Расшифровывается так: Владимир Ильич Ленин — организатор революции. Так и колхоз стал Вилор, и сама деревушка. А после войны, когда шло тотальное переименование населенных пунктов, “Вилор”, несмотря на идеологически верное содержание, кому-то показался подозрительно звучащим. И назвали его по отчеству вождя революции — Ильинкой.
Благодарность потомков
А что же случилось с Пахомовым и его семьей? А семья была немалая: четверо сыновей и две дочери. Чем ближе приближалась старость, тем больше задумывался старик Пахомов о смерти. И в 1915 году даже выстроил на местном кладбище внушительный семейный склеп. Правда, первым, через два года, в этом склепе упокоился его сын Константин. Сам Алексей Пахомов умер в 1918 году, к счастью, так и не увидев, как коммунары пускают по ветру нажитое им добро. Кстати, ни склеп, ни могила Пахомова не сохранились: сооружение разгромили наиболее радикальные представители революционного крестьянства. Сейчас на этом месте просто неглубокая яма.
Увы, можно только догадываться, что сталось с остальными членами семьи в эпоху раскулачивания. Вроде бы один из сыновей, увлекавшийся механикой, успел уехать в Москву, махнув рукой на овец, землю и дом. А потом Пахомовы остались только в воспоминаниях старожилов.
...Когда-то в северном Крыму было полным-полно помещичьих усадеб. До сегодняшнего дня сохранилась одна: дом Пахомовых. Одни называют его домом самого старика Пахомова, другие — домом его сына Александра, построенном почти одновременно с отцовским. Краеведам еще предстоит установить истину. Если успеют. Потому, что усадьба, состоящая из “господского” крыла и пристройки для прислуги, находится в печальном состоянии. Ныне она вроде бы собственность одного из предприятий, хозяева которого якобы живут в Севастополе. Сейчас дом закрыт, окна забиты. Нет уже того самого парадного крыльца — оно разобрано и заложено кирпичом. И вид открывается на изрытый пустырь и брошеные постройки.
Но можно встать у парадного крыльца, посмотреть сохранившуюся лепнину под крышей, и подумать о тех временах, когда в хорошие годы собирали здесь по 12 центнеров пшеницы с гектара (смешная цифра для сегодняшних хлеборобов), и хлеба хватало всем. Как помогали друг другу в неурожайные годы: самая страшная засуха пришлась на 1899-1902 годы — три года подряд ни капли дождя летом, и сорокоградусная жара. Как жили: неторопливо и обстоятельно. На всю волость был один урядник. Убийства если случались, то говорили о них десятилетиями. Самым страшным преступлением было конокрадство. Конокрадов сторонились, а поймав, били нещадно. Как-то в одном из сел северного Крыма над ними устроили самосуд: насмерть забили и конокрада, и его сыновей.
У бывшего парадного подьезда еще видны следы старой кладки: когда-то там умещалась если не вся семья “со чадами и домочадцами”, то сами хозяева и их взрослые дети.
Жаль, ужасно жаль старую усадьбу — единственный памятник крестьянину Пахомову, который всего в жизни достиг тяжелым трудом.
Рубрики:  крымские тайны



Процитировано 1 раз

о стихах

Четверг, 01 Мая 2008 г. 18:25 + в цитатник
В длинные праздники дошли руки разобрать завалы бумаг, солидную кучку составили всякие стихотворные опыты - одни люди приносили их, надеясь опубликовать в газете (и каждому - минут 10-15 приходилось объяснять, что нынче газеты такими шедеврами не интересуются), другим просто хотелось услышать: "Пишите-пишите, вы такой талантливый..."
Загадка природы: люди, которые действительно пишут хорошие стихи не стремятся их ни публиковать, ни даже показывать кому-то, кроме самых близких. Зато другие... Я когда сталкиваюсь с такими рифмованными кошмарами, вспоминаю замечательного детского поэта Владимира Орлова, за дружбу с которым до сих пор благодарю судьбу. Он как-то рассказывал о своем опыте журналистской работы, и читал на память множество перлов стихотворцев-любителей. Запомнилось два. Вот такой стишок кто-то принес к дню освобождения Крыма (ударение по замыслу автора должно приходиться на последний слог):
Сигналит азбука МорЗЕ,
Что на Сиваш идет ФрунЗЕ.
Из наших солнечных земель
Бежит разгромленный ВранГЕЛЬ.

А вот еще, видимо. что-то очень старое, конца 50-х годов, вроде тогда повсеместно кукурузу сажали. Вирш называется "Кукурузоводке":
Стан твой удивителен и узок,
И не может быть не таковым -
Потому, что садишь кукурузу
Способом квадратно-гнездовым.

Ну чем не шедевры?

зачем мы еще нужны

Среда, 30 Апреля 2008 г. 20:25 + в цитатник
Сегодня позвонила героиня одной моей публикации. Я радуюсь таким звонкам. У меня за плечами куча всевозможных профессиональных (порой совершенно ненужных) тренингов, часто их ведут заграничные коллеги, которые формулируют смысл работы журналиста только так: наше дело — объективное освещение событий. Правильно, конечно, но мне всегда хочется заниматься не только событиями, но и людьми с их интересными историями, перепутанными порой судьбами. Вот эта моя героиня - она ведь появилась после короткого письма, которое было опубликовано на множестве сайтов, женщина обращалась практически в никуда - вдруг кто услышит... Она искала отца и мать, которых никогда не видела: была удочерена в младенчестве, уже взрослой от приемной мамы узнала историю своего рождения. Об отце знала только его имя и фамилию, и село в Крыму, где он жил и работал несколько месяцев. Я ей написала - она ответила, рассказала, как мечтает найти хоть кого-то родного по крови. Чем-то эта история зацепила, захотелось помочь. Рассказывать о двух месяцев поисков - долго, но в том самом селе удалось найти документы с паспортными данными ее отца. Оказалось, что у моей героини - две сводные сестры, одна из них отыскалась в Евпатории, вторая - в Вильнюсе. Я ездила на их встречу...
А сейчас моя героиня рассказывала, как съездила на родину отца, на Западную Украину, побывала на его могиле, как ее принимала огромная родня - двоюродные и троюродные, как специально ради нее подтянулись и жившие в Киеве и других городах. Год назад она мечтала хоть о ком-то - а теперь получила большую семью, и теперь каждое событие в ее жизни будет обязательно известно всем-всем-всем, а ей придется запоминать даты всех дней рождений, юбилеев, свадеб, крестин... Я писала об этой истории в двух номерах КП - кому интересно - вот ссылки.
http://www.kp.ua/daily/051207/14899/
http://www.kp.ua/daily/251207/15830/

комсомольское обещание

Вторник, 29 Апреля 2008 г. 23:13 + в цитатник
Я свой дневник только осваиваю, в меру своей продвинутости (или, скорее, непродвинутости). В ближайшее время разберусь, куда и как жать - выложу свою коллекцию статей о разных крымских чудесах и местах, куда меня заносила (заталкивала, проваливала и т.п.) журналистская судьба. Ну, и интересные фотографии надо выложить - например, про те же подземные похождения или интересных людей.

статья о подземельях Северного Крыма

Вторник, 29 Апреля 2008 г. 23:04 + в цитатник
Статья была написана давненько, лет семь назад, это было мое первое знакомство с замечательным красноперекопским краеведом Львом Кружко


Подземелья Северного Крыма
Впереди чернела дыра. Не просто чернела — притягивала, манила. Что там, за внезапно открывшейся пустотой? «Ну ее! — подумал Лев Кружко, оглянувшись на жену и детей, с которыми выбрался в этот выходной за город, — Еще засыплет, не выберусь.» Но уже минут через десять душа краеведа не выдержала: ведь он сейчас своими глазами видит открывшийся провал — может быть, это и есть таинственный подземный ход, о котором ходят разговоры уже сотни лет? Может, он завалится завтра-послезавтра, а Лев Петрович там так и не побывал... И тогда он полез.
Пустота. Сырость. Низкие земляные своды, но можно выпрямиться во весь рост. За спиной осталось яркое пятно света. «Папа, что там?» — донесся крик снаружи, и тут же с «потолка» посыпалась земля. Шагнуть дальше Лев Петрович не решился. Уже через неделю хода не было — прошли дожди, и обвалившийся земляной пласт закрыл провал...
Слухи ходят по Армянску
Говорят, что под Армянском целая сеть подземных ходов. Время от времени земля проваливается над ними — в шестидесятых годах, например, ухнул под землю целый продовольственный магазин, а в семидесятых, при строительстве школы, никак не могли забить в землю стандартной длины сваи — они все время «уходили» в пустоту. И сейчас вроде бы любопытные армянские мальчишки время от времени открывают новые дыры.
Говорят, что запускали в провал возле базарной площади (где, по легенде, сходятся несколько ходов) собаку — и она выходила на поверхность Перекопского вала, а это добрых 3-4 километра.
Говорят, что сооружены ходы в незапамятные времена, они длинны и запутаны, и держали в них раньше ослепленных лошадей — они якобы, ничего не пугаясь, мчали седоков по темным подземельям.
Наверное, ходы под Армянском — одни из самых «мирных»: привидений, согласно народным преданиям, там не водится, никто в ходах еще без вести не пропал. Правда, старики вспоминают одну мрачную подробность относительно того, почему не стоит соваться в темное подземелье. Вроде то ли двести, то ли сто с лишним лет назад, разразилась эпидемия чумы. «Черная смерть» собрала столь обильную жатву, что не успевали хоронить умерших. И тогда их просто стали сбрасывать в подземные ходы. Так что, возможно, до сих пор в подземельях дремлет чума...
«Город радости»
— Конечно, подземные ходы есть, — уверен директор Красноперекопского музея Лев Кружко, — И их существование связано с древней крепостью Ор-Капу. Каждая крепость имела тайные ходы на случай осады. Тем более, что колодцы находились вне укрепления, а без воды, естественно, долго не продержишься.
«На Крым» в свое время «гуляли» и запорожские казаки (говорят, что доходил сюда и легендарный кошевой Иван Сирко), и их донские коллеги, и российские войска неоднократно штурмовали крепость. Но Ор-Капу держалась. Кстати, называли ее еще и по-другому: Фейхкермен — город радости. Известный турецкий путешественник Челеби трактовал это название так: дескать, варили в крепости немерянное количество бузы (аналог русской бражки), и за неприступными стенами не утихало хмельное веселье. Но на правду больше похожа другая гипотеза о названии. В пятнадцатом-шестнадцатом столетии примерно от Курской области и до Перекопа было дикое поле, степь. Редко-редко попадались крохотные хуторки. И вдруг перед утомленным путешественником встают высокие башни, чувствуется близость человеческого жилья. Чем не повод для радости? В том числе, и для верениц татарских пленников, которых гнали на рынок рабов в Кафу — их ожидал отдых.
Перекопский перешеек — узкая полоса суши, в которую с одной стороны вгрызлись заливы Черного, а с другой — Азовского морей. И от Сиваша до Каркинитского залива идет Перекопский вал. Время его появления связывают чуть ли не со скифами. Татары же в полной мере оценили грандиозность и неприступность этого земляного сооружения. Тысячи и тысячи пленников погибали на «ударной стройке средневековья», но вал был тогда выложен камнем, глубокий ров служил еще одним препятствием, а перед рвом была сооружена земляная насыпь. Штурмующие крепость неприятельские воины, взобравшись на нее, становились легкой мишенью для татарских стрел. А в начале пятнадцатого века вдоль вала стало расти грандиознейшее сооружение — крепость Ор-Капу. Семь башен, которые соединяла мощная стена перегораживали перешеек. Внутри крепости располагались жилища «гражданских лиц», последних было немного, около тысячи-полутора тысяч человек; казармы гарнизона, состоящего в лучшие времена из пяти тысяч татар и семи тысяч янычар; здесь же находились обширные подземелья, где томились пленники — их использовали на работах по ремонту крепости. В центре крепости возвышалась резиденция ор-бея — начальника гарнизона. За первой башней, что ближе к Сивашу, располагались ворота в Крым. Да-да, самые настоящие ворота, через которые проходили в Крым торговцы, послы, и прочий странствующий люд. Естественно, чтобы ступить на крымскую землю, необходима была санкция ор-бея. А разрешение давалось отнюдь не бесплатно, и на обширной площади у ворот располагался целый табор ждущих — иногда их ожидание длилось месяцами. Сравнительно легко в Крым проникали чумаки, их визиты приветствовались, поскольку вносили существенный вклад в крымскую экономику.
Легенда о Золотом коне
В том, что подземные ходы лабиринтом вьются под Армянском, Лев Кружко сомневается. Провалы в разных местах обьяснить можно и тем, что находились там подземные сооружения времен гражданской и отечественной войн — блиндажи, бункеры, доты. А вот о трех подземных ходах можно говорить вполне определенно: первый шел в направлении базарной площади Армянска, тогда длина его достигала 4 километров, второй проходил также через площадь и заканчивался вблизи дороги на Кафу, а третий обрывался возле дороги на Гезлев (Евпатория). В этом случае длина последних ходов достигала 6 и более километров! Но возможно ли это — почва здесь глинистая, тяжелая — как держались своды ходов без креплений? Как вентилировались они, ведь должны были бы существовать какие-то шурфы, колодцы и т.п.? Кроме того, Северо-Крымский канал наверняка перерезал ходы, почему не было обнаружено при его строительстве загадочных подземелий? Впрочем, на последний вопрос ответить можно: строительство велось такими темпами, что вряд ли подобная сенсационная находка была бы желанна. Кроме того, за время двух войн земля в районе перешейка была настолько изуродована взрывами бомб и снарядов, что мы можем говорить в лучшем случае, об остатках ходов. Один из опрошенных Львом Петровичем очевидцев рассказывал, что во время войны он видел железные ворота, выброшенные взрывом из-под земли. А жители города Перекопа, располагавшегося некогда у Перекопского вала (ныне от него осталась одноименная деревушка) вспоминают рассказы бабушек и дедушек о том, что когда обнаруживались подземные провалы, предприимчивые купцы использовали их под склады и погреба: выкладывали уже готовую земляную камеру камнем и приспосабливали ворота.
Еще в 1920 году прошел слух, что в разрушенной крепости, в существовавшем тогда полузасыпанном ходу, турки спрятали Золотого коня (крымский аналог сибирской Золотой бабы). По легенде, эту драгоценную статую отлили из золота ордынского «общака». Один из жителей Перекопа, мечтая разбогатеть, полез туда. Неизвестно — то ли сам золотоискатель пытался подорвать ход, то ли наскочил на мину — но живым его больше никто не видел.
После войны, в 1945, известнейший крымский археолог Шульц, пытался провести раскопки на Перекопском валу, но отступил — это было смерти подобно из-за огромного количества неразорвавшихся снарядов и мин. А вот эту историю Лев Кружко услышал от своей учительницы, Анны Ивановны Леоновой. По происхождению она была дворянка, жила в Перекопе. В 1909 года, будучи студенткой Киевского художественного училища, она рассказала о подземных ходах своим однокурсникам, приехавшим к ней на каникулы. Конечно, молодые люди вдохновились идеей проникнуть в подземелье. Тогда один из ходов еще зиял в Ор-Капу. Они вооружились длинной веревкой, фонарем, и отправились в путь. Спускаться в лаз было тяжело, но затем ход стал расширяться, петлять. Время от времени встречались неглубокие боковые ниши с утрамбованными кучками земли — своеобразными столиками. На них лежали истлевшие остатки конской сбруи, металлические наконечники стрел... Чем дальше уходил ход, тем труднее становилось дышать, да и веревка заканчивалась, пришлось возвращаться. Прошли студенты под землей приблизительно 300 метров.
Одинокая башня
Лучше, все-таки один раз увидеть — и вот редакционный «Москвич» мчится по направлению к Ор-Капу. Странное и неповторимое место — северный Крым. Здесь, как в сказке, возникают и исчезают села, поселки и целые города, зато живут... их названия. И иногда одно название — на несколько деревень. Скажем, жили-были рядышком три Берды-Булата: русская, молоканская и татарская деревушки.
Кто сказал, что дорога по крымской степи однообразна и скучна? Мы только и успеваем вертеть головами под комментарии Льва Петровича: слева — русское село, возникшее на месте татарского поселения и сохранившее старое название, но переименованное после войны; справа — скифский курган... А вот слева, на столбе электролинии — аистиное гнездо, тоже достопримечательность. А справа — «Ласточкино гнездо» — так прозвали автомобилисты недействующий ныне пост ГАИ.
От Ор-Капу сегодня не сохранилось практически ничего, только остатки насыпи, ямы, в которых хранили зерно, полузасыпанный ров. Камень в степи — материал дефицитный, и со времен покорения Крыма потихоньку растаскивался окрестным населением. Уже в XIX веке крепость характеризовалась как «не имеющая оборонного значения», и до нашего времени дожил фундамент одной башни, что возвышалась у Каркинитского залива. Там же, в практически первозданном виде сохранился участок Перекопского рва.
Кусочек целинной степи обрывается высоченной, чуть ли не в два человеческих роста, насыпью. И как бы растет из глубин рва мощное каменное основание башни, уцелевшего сооружения Перекопской оборонительной линии. Ей чуть ли не полтысячи лет, она видела бесчисленное количество штурмов, и до сих пор видны между камнями остатки огромных бревен, положенных в кладку, чтобы не произошло резкого оседания строения. Возможно, что и эта башня хранит тайну подземного хода.
...Где-то, глубоко под землей, ждут своих исследователей таинственные подземелья.
.

о детишках

Вторник, 29 Апреля 2008 г. 22:55 + в цитатник
На днях высидела что-то около четырех часов на мероприятии, причем не в качестве прессы, а как родительница: мой детеныш защищал научную работу на секции Малой Академии Наук. Вроде бы во всех регионах страны такие структуры для детей имеются, но наша, Крымская, образовалась самой первой, и умудрилась сохранить замечательных преподавателей, ученых, которые готовы тратить свое время на детей...
Так вот, о научной работе - детенышу моему в июле стукнет 9. В прошлом году он уже один диплом победителя с такого же мероприятия притаранил - за работу по физике, которую во втором классе не учат, зато с нею знакомят на астрономическом кружке, куда он ходит с пяти лет. В этом же году ребенок выбрал такую тему: "Влияние плоскостных оптических иллюзий на людей с разной остротой зрения". Его интересы (уже год носится с этими иллюзиями), его идея, его же и исполнение: отобрал несколько картинок-иллюзий, составил опросную таблицу, обработал 54 человека от 6 до 54 лет. Группа, конечно, для глобального исследования невелика - но с чего-то же надо начинать. А результаты-то интересные оказались. Я перед защитой подсунула его творение профессору-офтальмологу, тот и с ребенком познакомился, убеждал продолжать - сказал, что тема интереснейшая, в Крыму никто таким не занимается, а в перспективе можно попробовать использовать что-то из наработок на практике. Ну, до чего там он доисследуется, видно будет. Я-то, собственно, не своего хотела хвалить - пока слушала другие работы, думала о другом. Ведь те дети, которых я видела в тот день, включая и моего - не супергении, не сверхталантливые, самые обычные. Просто родители рано дали им возможность радоваться самому процессу познания, осознать, как здорово самому повторить чей-то опыт, или вообще создать что-то свое, дойти по шажочку до какой-то цели. Поэтому им и в школе легче, поэтому на них не давят чужие авторитеты, поэтому и жить интереснее. А что делают с остальными? Ведь для них учеба - страшный труд, книга - первый враг. Чтение для удовольствия - вообще вещь немыслимая... Грустно все это. Тем более, что они сами не представляют, чего их лишили.

уже весна

Понедельник, 28 Апреля 2008 г. 19:26 + в цитатник
В Крыму совсем нетрудно не заметить весны. Где-то в других краях ее ждут, подмечая, что потеплело, деревья стали вести себя распущенно,птицы засобирались домой. А у нас в феврале - цветет миндаль. Потом - немного холода и снега, затем - несколько недель двадцатиградусного безоблачного неба, народ торопливо снимает куртки и свитера. В это время так забавно ходить по улицам: встречаешь то девчонок в юбках, больше похожих на широкие пояса и с голыми животами (медики, кстати, очень против этой моды возражают - плохо для почек и секретных женских органов). И тут же - тетка в шлепанцах на босу ногу, у нее уже лето. Рядом - двадцатилетняя мадам в ботфортах и куртке с мехом. У бедняги пот заливает макияж, но она держится: ведь оторвала обновку на распродаже - как же теперь ее не выгулять?
Конец апреля - это последние дни, которые условно еще можно назвать весной. Потом будет май, он обрушится сразу сушью и жарой... Что, впрочем, не исключает ночных заморозков, от которых традиционно погибнут персики и абрикосы - на радость торговцам, которые все это везут из Турции, потом будут впаривать приезжим, как экологически чистую продукцию из крымских садов. Все, ждем май - это уже лето!
Рубрики:  каждый день

Дневник наталья_дремова

Воскресенье, 13 Апреля 2008 г. 18:22 + в цитатник
Когда лет двенадцати назад меня спрашивали, чего ради я решила стать журналистом, то ответ был единственный: хочу писать! Теперь бы я ответила: не только писать, но и знать, для чего. Когда я узнаю, что после публикации что-то сдвинулось в истории - восстановили справедливость, помогли обделенному или обиженному, поддержали одинокого, то воспринимаю это как самый дорогой подарок. Но это не все, что я получаю от читаталей - нередко они сами предлагают очень интересные темы. Не раз случалось, что короткое письмо по электронной почте толкало к новому поиску, расследованию и интеренсой заметке.


Поиск сообщений в наталья_дремова
Страницы: 4 3 2 [1] Календарь