«У нас сейчас самый важный этап в жизни»
Дмитрий Бикбаев и Влад Соколовский до сих пор ездят на метро, спокойно относятся к гриму и не помнят, как зовут их вторых половинок
Рис 1. У Димы (справа] и Влада был разный путь в шоу-бизнес. Дима в 15 лет при¬ехал из Уссурийска в Москву, начинал с работы официантом и хождения по бесконечным кастингам. Родители Влада - хореограф, основатель груп¬пы «И.К.С. Миссия» Андрей Соколовский и заслуженная артистка России режиссер Ирина Соколовская - с детства готовили сынам артистической карьере. В 2,5 года он снялся в фильме Юнгвальд-Хилькевича, в 3 года спел вместе с Филиппом Киркоровым хит «Зайка моя», был постоянным участником группы отца. Кстати, из-за дружбы Андрея Соколовского с Сергеем Пластининым Владу приписывают роман с дизайнером Кирой Пластининой. По словам отца певца, Кира и Влад дружат с детства, в 10 лет они даже сыграли ненастоящую свадьбу в Лас-Вегасе
Рис 2. Дима учится на четвертом курсе ГИТИСа, играет в Театре Луны в четырех самых успешных спек¬таклях, пишет сценарии и мечтает стать кино¬режиссером. Всеволод (на соседней странице) пока заочно заканчивает школу, живет в Москве I один, на съемной квартире: не так давно его родители продали квартиру в Москве и перебра¬лись за город.
Группа «БиС» стартовала год назад на «Фабрике звезд — 7». Первая же песня, написанная для них Констан¬тином Меладзе — «Твой или ничей», — стала хитом. Диме — 20, Владу — 16, и они только начинают свою карьеру, но сво¬бодного времени у них уже нет — школа Меладзе! 7 декабря ребята как полноправ¬ные артисты выступят на «Песне года» в СК «Олимпийский», а пока они дают ОК! одно из первых «взрослых» интервью.
У вас настолько плотный график, немногие артисты могут похвастать такой занятос¬тью в период кризиса.
Дима: Да, график у нас и правда напряжен¬ный. Мы записываем дебютный альбом, в феврале стартует наш первый сольный тур. Что же касается корпоративов... Заказчики знают, что «БиС» всегда работает с живым звуком, плюс мы танцуем сами, в отличие от большинства артистов. Поэ¬тому мы так востребованы! Ну и съемки, съемки, съемки...
При таком сумасшедшем графике остается время на личную жизнь?
Влад: Приходится совмещать!
Д.: Мы с Владом оба понимаем, что сейчас у нас самый важный этап в жизни. У нас есть возможность выступать на одной сце¬не с Аллой Пугачевой, Софией Ротару. Это такая ответственность, такие на нас воз¬лагаются надежды нашим «музыкальным отцом» Константином Меладзе, что мы не имеем права его подводить! Поэтому в данный момент для нас в приоритете про¬ект «БиС», и мы делаем все для того, чтобы он был качественным. Нам не до гуляний, не до ночных клубов. Если у человека хва¬тает времени на ночную жизнь, значит, днем он ничего не делает, фигней страдает. Влад пару раз сходил в клуб, но это спе¬цифика возраста, я же человек пожилой {смеется): если ночь погуляю, днем уже не встану. Так что дел много, ну а личная жизнь... прибудет. Карьера же развивается по параболе: сначала вверх, потом пониже. Вот когда у нас будет перерыв, мы с Вла-дом вдарим по личной жизни. Вспомним, как зовут наших вторых половинок, как они выглядят (смеется), и уделим им вни¬мание.
Влад, ты часто ездил на гастроли вместе с папой. Наверняка лучше Димы знаком с тяготами кочевой жизни.
В.: Да, в чем-то мне проще — я привык к такому образу жизни. Но с другой сторо¬ны, мы с Димой, бывало, в туре сталкива¬лись с такими проблемами, о которых я и не догадывался, гастролируя с отцом!
А тебя не обижает, когда люди говорят, что на сцену ты попал благодаря папе?
В.: Ой, я слышу это каждый день. Но пос¬кольку в шоу-бизнесе я давно, то уже на¬учился закрывать на все это глаза. Есть много богатых детей, которые просто тратят родительские деньги, а есть дети, которые стараются достичь уровня своих родителей или даже стать выше их.
Ты из тех, кто хочет быть выше?
В.: Я стараюсь. И дай бог, получится. Отец будет только счастлив.
Дима, а как складывается твое общение с родителями?
Д.: Родители — это моя опора, поддержка, которая появилась у меня сразу после того, как я пришел на «Фабрику звезд». До этого поддержки не было — родители жили не в Москве. Но когда начался тур, они пере¬ехали в столицу. Я их очень люблю. Они всегда в меня верили, пусть и не всегда поддерживали. Когда я решил поступать в театральный, они говорили: «Не возвра¬щайся потом! Ты испортишь себе жизнь, ты потратишь три года ни на что». Когда я занялся вокалом, они вздыхали: «Гос¬поди, есть же люди, которые не поют, им просто не дано. Зачем тебе это?» Но тем не менее они всегда со мной разделяли мои победы. Радовались, когда у меня был пер¬вый спектакль, когда я получил красный диплом, когда выиграл первый вокаль¬ный конкурс. Вера в меня как в человека у них была всегда. Ну а их веру в меня как в деятеля искусств приходится регулярно подпитывать. (Смеется.) Например, ког¬да я решил писать песни вместе со своим очень хорошим товарищем, родители не понимали: «Зачем тебе это? Есть же Кон¬стантин Меладзе!» Но первая песня полу¬чилась неплохая, а затем мы написали вто¬рую — она, кстати, войдет в наш с Владом дебютный альбом, называется «Засыпай». Видите, родители не особо верили, а когда услышали эту песню, даже заплакали!
Кстати, вы так рыдали в эфире «Фабрики звезд», когда расставались с другими учас¬тниками шоу! Признайтесь, что это было: искренние эмоции или игра на камеру?
В.: Конечно, мы искренне переживали. Все говорят, что.выпуск нашей «Фабрики» был самым дружным.
Д: Мы и сейчас со многими ребятами об¬щаемся. Буквально вчера я созванивался Темой Ивановым, Таней Богачевой — их я воспринимаю как одно целое. (Смеется.) Они всегда меня поддерживали. Еще во время гас¬трольного тура «Фабрики», когда в аэропорту Сочи мне стало плохо и меня положили в ста¬ционар, рядом со мной были Дакота (она дер¬жала меня за руку, пока я лежал под капельни¬цей), Тема, Таня и Юля Паршута. Им было не все равно, что происходит со мной! Это насто¬ящие друзья, дружбу с которыми мы уже вто¬рой год отсчитываем и, дай бог, насчитаем еще много-много лет. Тем более что у нас общий «музыкальный отец», общее начало. Если мы добьемся высот, будем помогать им. Если они добьются высот, то будут помогать нам!
Неужели нет зависти, ревности: «Вот, им по¬везло, а мы в пролете»?
Д.: Да регулярно бывает! Но это творческая конкуренция, в этом нет ничего страшного. Более того, я считаю, что клип «Карма» груп¬пы «Инь-Ян» самый красивый в истории рос-сийского клипмейкерства. Конечно, нам хо¬чется иметь такие же красивые клипы. Но это уже зависит от нас. Ну и помимо нас есть еще Сергей Лазарев, Дима Билан... с ними тоже нужно конкурировать! (Смеется.)
Вы уже ощущаете себя звездами?
Д.: Влад, когда ты ездишь в метро, ты ощуща¬ешь себя звездой? (Смеется.)
В.: Нет, я накрываюсь капюшоном, вставляю наушники в уши, включаю громко музыку — так, чтобы отпугивало народ. Но бывает, что узнают по носу, торчащему из-под капюшона.
А где больше ощущается популярность - в провинции или в столице?
Д.: Или в метро? (Смеется.) И в Москве, и в других городах к нам подходят люди, говорят приятные слова. Но когда нам с Владом что-то говорят про популярность, мы воспри¬нимаем это скептически. Мы понимаем: нас показали по телевизору, поэтому нас узнают. А чтобы нас действительно полюбили, нужно еще многое сделать. Статус артиста, конечно, предполагает узнаваемость, но это не должно быть самоцелью. Узнают, и хорошо.
На «Песне года» вы будете выступать на одной сцене с именитыми артистами...
Д.: У меня безумное уважение к этим артистам. Так важно, что, несмотря на дикую занятость, Филипп Киркоров и Алла Пугачева находят время, чтобы подойти к нам перед выходом на сцену, поддержать, высказать замечания. Ведь начинающий артист всегда работает с огляд¬кой на своих предшественников. Тем более, я считаю, у нас достаточно хороший материал, все знают, что мы не блатные, пробивались сами, мы много работаем, и к нам относятся очень по-доброму, поддерживают. Помню, когда были «Старые песни о главном», мы приехали в Кремль, у нас были достаточно скромные костюмы (мы вообще были очень скромные ребята), и перед нами пел Леонтьев с балетом. Так вот, костюмы на ребятах его ба-лета были на порядок дороже, чем наши кон¬цертные! (Смеется.)
Вы уже научились реагировать на желтую прессу?
В.: Мы научились не реагировать. Я всегда смеюсь, когда о нас пишут всякий бред.
Ну да, желтая пресса вас уже поженила, при¬чем друг на друге!
В. и Д.: Да! (Смеются.)
Д.: Если мы будем интересны зрителю исклю¬чительно на уровне кто с кем спит, куда он пошел и зачем он это надел, это будет для нас первым звоночком: значит, наша музыка без-дарна и мы идем не той дорожкой. Поэтому реагировать на желтую прессу...
Вы обаятельные, симпатичные парни. Для вас не секрет, что вы нравитесь мужчинам нетра-диционной ориентации? Они убеждены или хотят верить, что вы тоже...
Д. и В.: Любим друг друга, да? (Смеются.)
В.: Таких людей я готов... не знаю что сделать! Можно отвечать тактично, можно нетактич¬но...
Д: А можно вообще не отвечать! Группа t. А. Т. u. сделала себе карьеру на этом, мы этого не заяв¬ляли, но все равно карьера складывается. (Сме¬ется.) Понимаете?
В.: Есть куча мужчин, на которых смотришь: «Ну мужик!», а на него все равно вешают, что он... Потому что такая артистическая сре¬да — завидуют многие. Я вырос в мужском коллективе, где непозволительно было даже говорить об этом, за такие разговоры сразу вставляли по полной. Наверное, у меня такое воспитание, но я просто не переношу все это.
Почему вы так активно пользуетесь гримом? Нередко можно услышать у вас за спиной: «Вон «БиС» пришли, опять накрасились!»
В.: Когда я пришел на «Фабрику», я обалдел: за всю мою концертную жизнь меня ни разу не гримировали, только однажды — на съем¬ ках у Малахова! Я всегда к этому осторожно отношусь, даже гримеров прошу: «Красьте по минимуму». Но для съемок нужно, чтобы цвет лица был ровным. А вот на концертах мы стараемся обойтись без грима.
Д.: Я отношусь к гриму спокойно, да и пользу¬ емся мы только тоном и пудрой. Это работа, не хожу же я в обычной жизни накрашенный!
Как долго планируете работать с Меладзе?
Д.: Да сколько угодно долго! Для меня встреча с Константином Меладзе — подарок судьбы, награда за испытания. Мне было очень не¬ просто, когда я переехал в Москву. Мне было нечего есть, я учился в театральном, ходил по всем этим ужасным кастингам на «Мосфиль¬ме», и мне говорили «нет, нет, нет...», а я про¬должал верить в себя. От меня отказывались педагоги по вокалу, говорили, что я бездарь, а потом я выигрывал конкурсы, где они си¬дели в жюри, — даже такие случаи были! Так что для меня работа с Костей — это великая награда. Я не думаю о конце, у нас впереди второй альбом, хочу третий альбом, пятый, десятый... Хочу концерт в «Олимпийском»! У меня не упрощенные цели типа «А вы хотите на «Евровидение»?». Да на фиг мне «Еврови¬дение», если у меня еще альбома нет? Я хочу со зрителем общаться. Главное для артиста, чтобы он залы собирал, — вот что круто!
В.: Я шел именно на «Фабрику» Меладзе, и говорить о том, что я планирую столько-то проработать с ними, — бред полный. Я за то, чтобы работать с этими людьми до самого предела, до конца, сколько я смогу. Дай бог, чтобы и в тридцать, и в сорок работать с та-кими выдающимися людьми, потому что это просто кайф!
АЛЕКСАНДРА КУЦЕВОЛ
,
