В час, когда Мадонна (в миру Луиза Вероника Чикконе) приземлилась в российской столице, в кассах комплекса «Лужники» все еще оставались непроданные билеты на ее концерт. «А это потому, что у нас народ такой, нам даже на Мадонну плевать», – откомментировали мне эту информацию компетентные наблюдатели. Поспорю. Нормальный у нас народ. Без лишней суеты ко всему относится. Созерцательно. И позвольте не согласиться, совершенно нам на нее (Мадонну) не плевать. Масса общественных организаций отреагировала на ее приезд шумно – митинги протеста там всякие были. Православные против убежденной каббалистки: хеппенинг Fly! Mad donna! на Крутицком подворье провели, сбор подписей под обращением к Алексию II с просьбой предать анафеме участников шоу «Откровения» организовали. Перенос концерта опять же – с Воробьевых гор в Лужники из-за угрозы «нормальному функционированию города», как сказали в ГУВД. Ажиотаж. Все как положено.
Но вот все-таки без сумасшествия, и все тут. Не может это не радовать. Там, глядишь, и до роста национального самосознания недалеко. Впрочем, это уже не про Мадонну.
Так вот, Мадонна как приземлилась во Внуково-3, так сразу же практически отправилась засвидетельствовать свое почтение маэстро Стивену Кляйну, что разместил в галерее Гари Татинцяна на Ильинке выставку своих фоторабот Madonna. X-STaTIC PRO=CeSS, посвященных поп-диве. Говорят, осталась довольна. Экспозицию осмотрела внимательно, хотя видела она ее не раз. Стивен Кляйн и его творения сопровождают Мадонну в ее мировом турне.
Вот только мы с Мадонной разминулись, потому как ходили к памятнику Героям Плевны встречать подругу-художницу, которая все это больше всех видеть хотела. Но вышла не туда, куда нужно, из станции метро «Китай-город» и заблудилась. Когда пришли, Мадонны уже и след простыл. И как-то не верилось, что вот здесь, по Ильинке, только что ступала ее нога. Круги на воде сошлись. Остались те же, но только без Мадонны. А именно: фотомодель Наталья Водянова, правда, без мужа виконта, ресторатор Аркадий Новиков, критик Артемий Троицкий, певица и телеведущая Елена Перова, художник Андрей Бартенев, решивший в новом светском сезоне напомнить о себе черной шапочкой с именной надписью, чиновники от культуры Владимир Григорьев и Иосиф Бакштейн, предприниматель Александр Сенаторов. В общем, все, кто привык ничего не пропускать.
И, действительно, грех было бы пропустить то, что позиционировалось как must seen. Хотя снова на минуту показалось, что правы компетентные наблюдатели: нам что Мадонна, что не Мадонна – был бы повод собраться. Шампанского выпить. Шампанское Piper Heidsieck подавали в антисоветских крохотных бутылочках. Три порции – и нет светской персоны, человеческий облик теряется. VIP-персоны рассредоточились по VIP-машинам, а не VIP – потянулись нестройной вереницей опять же к станции метро «Китай-город».
Но это позже, а сначала все попали в мультимедийное пространство. В одном углу лежит на столе в гимнастическом купальнике Мадонна, кажется, в натуральную величину, смотрит в серый потолок, рядом дверь изображается чуть приоткрытая, а справа печень в рамочке пульсирует. Преувеличенная, в масштабе один к пяти примерно. Звуки булькающие, утробные, в такт. На музыку не похоже. Жутковато. Один этаж – инсталляции с подвижными картинками, другой – черно-белая фотосессия звезды в скромных серых одеждах. Первое – шокирует почти антисексуальными в своей откровенности позами модели-экспериментаторши, второе – уравновешивает целомудрием и сосредоточенностью великой «селфмэйдвумен» (в прямом смысле – тело сорокавосьмилетней Мадонны, согласно публичным свидетельствам ее личного врача, по большинству показателей соответствует телу здорового двадцатилетнего человека – и все благодаря упорной работе над собой).
Впрочем, слово художнику. С ним корреспонденту «НГ» удалось поговорить по душам, когда, собственно, выставка была еще на таможне, а стены галереи на Ильинке сиротливо тосковали в ожидании монтажа, и украшал их почему-то только портрет Фриды Кало, который к прибытию изображений Мадонны, конечно, ликвидировали.
– Стивен, с чего началась эта работа? В названии слово «процесс» – это ваш личный процесс как художника или Мадонны как актрисы?
– X-STaTIC PRO=CeSS – название одной из ее песен с альбома American life. Мадонне всегда интересен не конечный результат, а путь к нему.
– В чем, по-вашему, феномен успеха Мадонны?
– Она великий посланник и великий художник.
– Чему бы вам хотелось поучиться у нее как у личности?
– Я научился у нее отдаче. Она полностью отдается тому, что делает. При этом она – цельная личность. К тому же она очень талантливая, красивая и смешная.
– Мадонна неоднократно заявляла, что никогда не будет выступать в России. Так как здесь опасно. Известно ли вам, почему она все-таки переменила мнение и приехала в Москву?
– Мы никогда не говорили об этом. Я не знаю, почему она боялась России и почему не выступала здесь до сих пор. Для меня это тоже первый приезд в вашу страну. Я еще не видел толком Москвы, но уже поражен архитектурой, парками, размерами этого города. Я хочу его изучить. Что касается людей, в Нью-Йорке я много общался с русскими. Такова глобализация. Все слилось. Куда бы ты ни поехал, тебя окружают те же. Но мне важно было привезти свои работы сюда, чтобы те, кто не видел их, могли бы с ними познакомиться.
– Вас называют самым модным в мире «гламурным фотографом». Чем для вас наполнено это понятие?
– Я не знаю, что это. Когда я впервые решил фотографировать Мадонну, я знал, что это не будет иметь никакого отношения к моде. Не люблю слово «гламур». Оно касается внешней красоты, связано со статусом, с красотой как совершенством. И это не является сферой моих интересов. Я занимаюсь фэшн-фотографией, но в рамках фэшн-индустрии я исследую поп-культуру, современную культуру красоты, различные субкультуры. Я скорее изучаю все эти явления, нежели создаю какие-то статусные образы. Стараюсь идти от обратного.
– Кто влиял на ваше творчество? Как вы относитесь к главному специалисту по поп-культуре Энди Уорхолу?
– Меня вдохновляет знаете что? Например, открываю «Нью-Йорк таймс» и смотю на фотографии. Или листаю любой таблоид или глянцевый журнал. Творчество современного фотографа – это что-то среднее между репортажем с военных действий и работой со звездами, которыми увлекаются люди. Уметь балансировать, провоцировать, чувствовать время – вот что главное.
– Глобальный мир может внушать оптимизм современному художнику или он пугает?
– Вообще-то и то и другое. Людей нужно испугать, чтобы они проснулись. А вот когда они проснутся, тогда появится основание для какого-то оптимизма, тогда они подумают: а может, этот мир не так плох и можно сделать его еще лучше.
– Художники привозят выставки, критики пишут о них. Всегда не то. Если бы вы были критиком, как бы вы сами сформулировали идею вашей работы с Мадонной?
– Наша работа – это химический процесс. Каждый раз, когда я сам вижу эту выставку, у меня появляются новые интерпретации. То, что вы видите, – продукт химической реакции. Я был только частью ее, что я могу сказать? Важно, что для Мадонны какие-то моменты этих картин являются неким возвращением в ее прошлое, в самое начало карьеры. Постель, свадебное платье. Но это возвращение с новой точки ее развития.
– Мадонна была ведущим или ведомым персонажем в этом процессе?
– Это моя работа, мой проект. Я был режиссером, она – актрисой. Конечно, она не просто позировала мне, она вносила свои предложения. У нее были свои видения определенных образов. А вот когда я делал видео для концерта «Откровения», там она диктовала мне то, что она хотела бы видеть в итоге. Здесь было наоборот.
– Что будет дальше?
– Не знаю, я много работаю с различными журналами. Думаю, вскоре буду больше заниматься собственными проектами. Может, сниму кино.
Чувствовать время
Стивен Кляйн – 38-летний американец. Один из самых востребованных фотографов glossy magazines. Его часто называют единственным продолжателем дела Хельмута Ньютона. Стивен Кляйн, как и Сесил Битон, Дэвид Бейли, Брюс Вебер или Терри Ричардсон, считается преобразователем фэшн-реальности. Он первым начал использовать «раскрученные» лица в качестве персонажей в неожиданных сюжетах. Клаудиа Шиффер на его фотографиях, сидя перед телевизором, ест чипсы и изображает человека, страдающего булимией. Брэд Пит снят в тюремной камере лежащим на полу лицом вниз. Мадонну Стивен Кляйн фотографирует вот уже 6 лет и считает ее своей любимой моделью. Премьера совместного проекта Мадонны и Стивена Кляйна Madonna. X-STaTIC PRO=CeSS состоялась в 2003 году в нью-йоркской галерее Deitch Project. С тех пор он побывал в Дюссельдорфе, Мюнхене, Лондоне, Берлине, Флоренции. 11 сентября выставка открылась в Москве. X-STaTIC PRO=CeSS – попытка сплавить в визуальных образах религиозное исступление и животные страхи из глубин подсознания, умиротворяющие йогические асаны с агрессивной сексуальностью, жизнь со смертью в лице и теле-поп-идола современности.
На механическом коне
Мировое турне Мадонны стартовало 21 мая в Лос-Анджелесе. Включало 48 городов, в том числе Москву. Это был первый концерт певицы в России. Он завершил европейскую часть турне. Выступив в «Лужниках», певица отправилась в Японию. Шоу Мадонны Confessions («Откровения») вызвало бурный резонанс среди представителей разных религиозных конфессий. Сценарий шоу недвусмысленно намекает на библейский контекст. И по мнению некоторых критиков, сюжет его использует слова Иоанна Богослова о вавилонской блуднице: «Я увидел жену, сидящую на звере багряном, с семью головами и десятью рогами. И жена облачена была в порфиру и багряницу, украшена золотом, драгоценными камнями и жемчугом...» Сцена во всех городах турне украшена в «порфиру» и «багрянец», а для исполнения одной из песен Мадонна появляется на механическом коне или быке. Представители Ватикана обвиняли Мадонну в богохульстве и заявляли, что она может быть отлучена от Церкви. Епископы протестантских церквей Германии призывали прихожан игнорировать ее эпатажные концерты. Представители Русской православной церкви рекомендовали верующим воздержаться от посещения шоу певицы, номера которого могут содержать оскорбительные для христиан символы.
