Роман Балакирев
|   |
В этом городе нестерпимо пахло безразличием. Безразлично было всё и всем. Порой казалось, что люди забыли даже о собственном существовании. Да что там говорить, если даже Иисус, живший здесь во исполнение своего обещания о втором пришествии, не вызывал ни у кого хотя бы чувства элементарного любопытства. Он и сам, судя по всему, понимая это, старался держаться максимально незаметно и обособленно. Проповедей больше не было — некому и незачем здесь было проповедовать. Странствия по святой земле заменила двухэтажная квартира на Свиблово, где он вполне комфортно разместился со своими двенадцатью учениками. Чудеса… да, он творил их. Ежедневно к нему приходило несколько десятков страждущих: больных, калек, безутешных, да и просто заблудившихся в этом городе. Взмахом ладони или просто спокойным всепроникающим взглядом он решал их проблемы и провожал до дверей — раскаявшихся, просветлённых, увидевших краешек истины…… провожал, зная, что через неделю и они забудут о его существовании…
…Но сегодня Иисус был пьян. Необъяснимая мрачность последних дней, разрастясь, как опухоль, через молчаливость и отчуждение достигла своей критической точки. Около часа дня, когда садились обедать, Иисус, отказавшись от еды, вдруг начал торопливо одеваться. Затем пошептался о чём-то с Матфеем и вышел, даже не притворив за собой дверь. Остальным же ученикам объявил, что хочет побродить в одиночестве и поразмышлять.
Он действительно шёл и размышлял. До ближайшего пивного ларька. Там он взял самую большую из имеющихся пластиковую бутыль крепкого пива, сделал первый долгий глоток и побрёл дальше, уже ни о чём не размышляя. Привычная реальность уходила прочь, уступая место чему-то новому. Чему-то яркому и необузданному…
…С неизвестно какой по счёту бутылью Иисус вышел на людную площадь где-то в центре города. Посреди площади бил фонтан, обрамлённый удобными каменными приступками. По площади ходили люди. Основная их часть спешила куда-то по своим замысловатым делам, даже не замечая великолепия фонтана. Некоторые задерживались на минутку, полюбоваться освежающим зрелищем, а потом, видимо опомнившись, убегали дальше и растворялись в неизвестности. Были и такие, кто коротал вечер, сидя на приступке, с банкой чего-нибудь в компании друзей, либо просто в одиночестве. Этих последних было так много, что на приступке совсем не оставалось места. У Иисуса очень устали ноги, но вокруг не было видно ни одной лавочки, и совершенно невозможно было хотя бы с краю примоститься на камень. Поэтому он просто стоял, глядя на фонтан, прихлёбывая пиво и думая о чём-то далёком. Минут через двадцать он будто впервые посмотрел на опустевшую бутыль, пожал плечами и медленно побрёл прочь. Когда он уже скрылся за поворотом, из фонтана начала бить кровь. Люди хватали эту кровь ртом, зачёрпывали руками и пили, пили, пили… Кровь была смешана с водкой в пропорции примерно один к одному…
…С очередной, только что открытой бутылью, Иисус вышел к обочине оживлённой дороги. Машины по дороге шли сплошным нескончаемым потоком, и не было ни малейшей возможности перейти, на другую сторону. Но там, на другой стороне, был сквер и вожделенные лавочки, а переноситься по воздуху Иисус не хотел. Не то было настроение. Поэтому он просто стоял и ждал. И стоял он так, наверное, минут двадцать, а может и полчаса. Затем грустно улыбнулся и поднял вперёд свободную от пива руку. И машины остановились. Иисус медленно перешёл дорогу, купил на другой стороне пакет сушёных толстолобиков и, примостившись на лавочке, наконец-то расслабился, полностью уйдя в свои мысли. Когда же опустела и эта бутыль, он, будто бы вспомнив что-то, поднял глаза на дорогу и разрешающе махнул рукой. И машины продолжили движение…
…А Иисус сидел, то болтая ногами, то щурясь на заходящее солнце; думал о разном, всё больше рассеивая мысли, и незаметно задремал. Уже в полудрёме он неосознанно закинул ноги на лавочку, подложил под голову руку и уснул окончательно…
…Проснулся он от ощутимого тычка в бок. С трудом разлепив глаза, он увидел склонившегося над ним человека в милицейской форме.
-Вставай! — сказал человек.
Иисус перекинул ноги на землю и сел на лавочке, мотая головой и безуспешно пытаясь придти себя. ..
-Разлёгся тут, — опять заговорил человек в форме. — Документы есть?
-Я Иисус, я живу здесь, — слова давались с трудом, но объясниться было нужно. Человек в форме задумался.
-Сто рублей давай, — наконец сформулировал он.
Иисусу наконец удалось сконцентрировать взгляд на просителе.
-Исчезни, стражник. — приказал Иисус.
И милиционер исчез. Исчез навсегда, пропала даже память о нём, сам след его существования в мире разгладился подобно рубцу неглубокой раны. Ещё одна ошибка творения была исправлена…
…Иисус брёл неизвестно куда, поминутно сбиваясь с ног. Ему было очень плохо, было тяжело идти, а в голове взрывались огненные круги боли. Из темноты выплыл круглосуточный магазин, Иисус механически зашёл туда, подошел к прилавку и потребовал бутылку водки. Получив искомое, он выпил всё одним неестественно длинным глотком прямо на крыльце магазина и опять устремился в темноту. Он ушел, а стены магазина вдруг прямо на глазах почернели и обуглились. Было такое впечатление, что Иисус сфотографировал свою душу и забыл в магазине снимок…
…В какой-то подворотне его окликнули — он не обернулся. Тогда его окликнули ещё раз, грубо и настойчиво. Пришлось остановиться и обернуться на голос. Просителей было трое. Вид у просителей был угрожающий.
-Слышь, ты…. сюда иди, понял……. я тя нах… кто такой нах!
В другое время Иисус бы просто проигнорировал недоумка, но сегодня… сегодня Иисус был пьян. И поэтому он ответил:
-Меня зовут Иисус. Я мессия.
-Какая, нах, миссия?! Миссия, мля…… так у тебя небось денег до хрена?…
-Да, у меня с собой много денег. Но я не хочу отдавать их вам сейчас.
-Я тя ща… три фигуры начали приближаться — Деньги давай!
-Господи! — вскричал Иисус. — Ты сотворил этот мир, этих людей, а я… я…
И Иисус сотворил себе из воздуха автомат Калашникова
-------------------------------------------------------------------------
Абсолютно трезвый Иисус перешагнул валяющиеся в нелепых позах тела, отбросил автомат, достал из внутреннего кармана пиджака сотовый и, набрав номер, негромко произнес в трубку:
-Матфей, вышли машину. Я возвращаюсь домой.
P.S.: Что хотите ВЫ мне сказать?
Ром, очень скучаю от долгой невстречи...
---------------------Арамис
---------------------------Виктор Коськин
---------------------------------Вереск кленовый
---------------------------------------да хрен знает кто....
--------------------------------------------- пусть будет жизнь!
а с именами, мы как-нибудь разберёмся...
