Посёлок Репино (бывшее название Куоккала) расположен на Карельском перешейке, недалеко от Петербурга. Здесь находится усадьба художника Репина Ильи Ефимовича, которая называется "Пенаты".
Репин прожил в Пенатах свои последние 30 лет, был похоронен на этой земле, на том месте, которое сам указал. Усадьбу завещал Академии художеств. Таким образом Пенаты превратились в музей.
Приобретя одноэтажное строение, Репин постепенно доделывал свой дом сам. Появлялись дополнительные пристройки, был возведен второй этаж, оборудованы две мастерские под стеклянной крышей: летняя и зимняя. Лес превратился в парк...

Читать далее...

Старая песня, песня знакомая и любимая с детства. :) Приятно вспомнить это мое советское детство. Где все люди вокруг хорошие-хорошие, и город самый лучший, и страна. :) Не знаю как другим, а мне жилось замечательно. И хочется поздравить всех пионерок и пионеров, бывших и настоящих с Днём пионерии!

Maybe My body, my hand, My heaven, my land, My guardian angel is mine. You say... My dreams, my head, My sex, my bed And it's my corona with lime. And then I say... Maybe we could divide it in two Maybe my animals live in your zoo... You say... My hate, my frown, My kingdom, my crown, My palace and court is mine. You say... My lights, my show, My years to grow, The time that I spend is fine. And then I say... Maybe we could divide it in two Maybe my animals live in your zoo... Maybe I'm in love with you. But you say... My coat, my hat, My bones, my fat, My zipper is shut by me. You say... My skin, my blood, My devil, my god, My freedom is what you see. But still I say... Maybe we could divide it in two Maybe my animals live in your zoo... Maybe I'm in love with you. My beginning, my end My nuclear bomb to pretend. Возможно Моё тело, моя рука, Мои небеса, моя страна, И ангел-хранитель принадлежит лишь мне. Ты говоришь – Мои мечты, моя голова, Мой секс, моя постель, И даже йогурт с лаймом – и тот мой. А я говорю – Возможно, мы сможем всё это поделить пополам. Возможно, мои звери смогут жить в твоём зоопарке. Ты говоришь – Моя ненависть, моя хмурость, Моё царство, моя корона, И дворец, и двор – всё моё. Ты говоришь – Мои прожекторы, мой концерт, Все годы – мои. И время, что я трачу – моё. А я говорю – Возможно, мы сможем всё это поделить пополам. Возможно, мои звери смогут жить в твоём зоопарке. Возможно, я тебя люблю. Но ты говоришь – Мой плащ, моя шляпка, Моя кость, моя плоть, И застёгнутая “молния” – тоже моя. Ты говоришь – Моя кожа, моя кровь, Мой чёрт, мой бог, Мою свободу ты и так видишь. Но я всё равно говорю – Возможно, мы сможем всё это поделить пополам. Возможно, мои звери смогут жить в твоём зоопарке. Возможно, я тебя люблю. Моё начало, мой конец, Моя атомная бомба... на всякий случай.

И в День Победы, нежный и туманный,
Когда заря, как зарево, красна,
Вдовою у могилы безымянной
Хлопочет запоздалая весна.
Она с колен подняться не спешит,
Дохнет на почку, и траву погладит,
И бабочку с плеча на землю ссадит,
И первый одуванчик распушит.
1945
Анна Ахматова

154 просмотров

Мы пошли в зоопарк посмотреть, как белые медвежата в первый раз будут купаться. :) И они нас порадовали своим задором и весельем. Уж как они там плавали и играли... ) Жалко, что не видели все с самого начала, когда их только подвели в этот день к бассейну. Вобщем, надо сказать, что ленинградский зоопарк производит удручающее впечатление. И, по-видимому, веселились там только эти медвежата. Какое-то время назад говорили о том, что зоопарк должен переехать на окраину. Вот хорошо бы, может быть там для животных создадут более комфортные условия проживания. Так что фоток будет мало, потому что через решетку снимать не хотелось. А если вольер со стеклом, то фото тоже едва ли получишь сносное. Ну а в закрытых помещениях вообще запрещена съемка со вспышкой. На видео медвежата и следом за ними ленивец. Он такой смешной, вернее она, потому что ленивец - девочка. Она хватала меня за руки своими когтями (по типу Фредди Крюгера) и притягивала к себе. Попрошайничала, вобщем. :) Но не больно тянула, умница. :) У обезьянки как будто маникюр сделан. :)

Музыка М.Блантера, слова М.Исаковского, исполняет В.Бунчиков, 1948 г.