Мало-мало поспав в силу ряда обстоятельств, заглотив несколько колес валерьянки выдвинулся в полном обмундировании в сторону Москвы. В рюкзак почти ничего не поместилось, так как пришлось брать купленную вчера морковку, да и горелка заняла неприлично много места. Печенье и термос остались дома. На работу приперся с лыжами и с рюкзаком, на КПП ничего сказать не успели, у них Толька челюсть отвисла…, зато в лифте смотрели как на полного идиота, учитывая тот факт, что погода склонялась в сторону глобального потепления, в отличие от предыдущих двух лет. После обеда обзвонил свою команду на предмет боевой готовности, хотя до Наташи так и не дозвонился. Но, по заверениям Инны с ней было все в порядке. Начальство на работу не спешило, позвонила бухгалтерша, обещала нагрянуть с тортом и конфетами – в честь грядущего праздника. К вечеру подъехал Александр Викторович, потом Наталья Викторовна, с обещанным сладким. Часа в три организовали стол.
Слово за слово, я как то ухитрился рассказать, что у меня сегодня старт, видимо по тому, что отказывался пить. Все конечно офигели, особенно Саша, зато не пришлось отпрашиваться, и убежал на 15 минут раньше чем рассчитывал. На КПП меня снова провожали вылезжим из орбит взглядом. На Пушкинскую, откуда планировался старт, приехал минут без двадцати шесть. Народу практически не было, кое-где стояли мелкие группы лыжников. Наших никого не нашел. Ближе к шести пересекся с Катькой из Харьковской команды, выяснил, что встречаться нужно с другого конца зала. Встретил Сашку Грашина, он тоже оказывается бежит в составе околоперовской команды, Марата – тоже наш человек. Дождавшись Инночку у эскалатора мы пошли искать остальных. С другого конца уже собрались четыре неполных команды – Эдика, Марата, Жени и Харькова. Здесь же была Яна, чуть позже появилась Наташа. Потом я с другого конца зала отловил и Сашу – наша команда собралась вроде бы первой, но на регистрацию, как выяснилось, уже ломанулась Харковская команда. Моей команде тоже было невтерпеж, и мы пошли искать организаторов. Искать долго не пришлось, пара чуваков из АзИсполкома тусили в центре зала, вокруг них толпились лыжники с безумными глазами, их пытались обойти нормальные люди с не менее ненормальным взглядом. Вообще картина конечно веселая: станция метро, переполненная турьем с лыжами, по непонятным обстоятельствам растущая в геометрической прогрессии. Удалось сбагрить немного вещей Володьке. Хоть зубную щетку с собой не таскать! Мы зарегились где-то восьмыми, нам выдали конверт с заданием, маршрут №30. Распечатали конверт: лист с правилами, огрызком расписания, пара карт, гугловский снимок, куча конвертов.
Конверт SOS я сразу забрал – как и обещал. В задании гласилось: Ваша станция Театральная, расписание с Белорусского вокзала или с Беговой. До ближайшей электрички 10 минут – не успеваем. Решено ехать с Белорусского. Театральная, как оказалось не метро, а станция смоленского направления. На вокзале ахтунг – море лыжников, порядка 5 команд, бешеная очередь до дверей, пытаемся выяснить ближайшую электричку. Вдвоем с Яной стоим в кассу за билетами. С нами стоят четверо девчонок и офигевают, спрашивают куда и откуда мы такие, с лыжами – обожаю наблюдать за реакцией нормальных людей в таких случаях. Отстояв минут 15 в очереди, мы таки купили билеты. Прячемся в коридоре – пытаемся разобраться с правилами, картами и конвертами. Наташка пытается одеть бахилы, достаем компаса, фонари, планшеты. Судя по табло можно попробовать уехать на электричке до Вязьм через пару минут. Хватаем лыжи и бежим на платформу. Со второй попытки влетаем в переполненный тамбур – зря!, на театральной он не останавливается, слава богу успели выскочить, а то бы азимут стал гораздо веселее! До электричке еще где то с полчаса, в расписании ее нет, похоже, что перенесли на 15 минут. Рядом стоящая группа поддерживает наши предположения. Несколько групп, стартующих с Тучково уезжают раньше нас – им повезло! С неба капает, ветер, холодно, противно ((. Стоим кучкой как пингвины, греемся. В 43 минуты прибывает наконец поезд, грузимся, вагон полупустой, занимаем все купе. Чуть позже подтягиваются другие Азимутовцы, их как магнитом тянет в наш вагон, остальные немагнитные садятся почему-то в предыдущий. Вагон быстро заполняется, мы уплотняемся, чтобы посадить человека одной из команд. Ребята веселые, изрядно заправленные пивом, рюкзаки побольше наших – еще бы – они даже торт прихватили, не говоря уже о запасах спиртного)) Сверяем задания, карты, девчонки изучают правила. Что делать после первого КП особо ничего непонятно. Карта ужасная, страшно представить, как по ней можно ходить, надежда только на то, что в конвертах есть более приличные карты. Съели шоколадку, до бутербродов дело не дошло. В Тучково почти все вышли, мы вышли на Театральной. Из вагона вывалилось около шести команд, в том числе Эдика. Непонятно каким образом по платформе гулял Валера – он оказывается тоже бежал, мы же сочли его членом ночного дозора – уж очень подозрительный у него был взгляд и слишком уклончиво он отвечал на наши вопросы о причинах его присутствия. После зеленой стоянки мы принялись обшаривать платформу, легенда – середина западной платформы. В прошлом году организаторы отличились оригинальностью – шифр был написан под платформой. В этом году все оказалось банальней – КП было обнаружено на одном из фонарных столбов.
До следующей точки идти около двух км, легенда – опора ЛЭП на пересечении газопровода и дороги. Саша назначен штурманом, я замыкающим. До деревни идем без лыж, затем обуваемся, зеленая стоянка, штурм оврага в лучших традициях Перово! Не знаю, где народ его переходил – мы пошли своим путем! Дальше идем вдоль реки до дороги, отмеченным красным. Впечатляет рельеф – огромнейшие холмы и овраги в лунном свете, а вот обледенелая дорога в горку девчонок явно не вдохновляет, равно как и обледенелые спуски с них. Миновав Сухарево, мы снова сворачиваем с проложенной другими командами лыжни и идем вдоль ЛЭП. Далеко впереди мелькают фонарики одной из команд. Место скопления фонариков обозначало точку пересечения двух ЛЭП и газопровода. На одной из опор красовались долгожданные буквы.
Здесь все еще кружили несколько команд, одна из которых советовала позвонить организаторам. После подсчета поправки так и пришлось поступить, ибо до следующего КП получалось больше семи километров, а ручьев из легенды там вообще не наблюдалось. Звонок разъяснил ситуацию – это было не наше КП, а наше где-то недалеко. Кроме того, выяснилось, что конверты в этом году вскрывать нельзя, и идти надо по единственной карте. Всего 13 обязательных КП плюс бонусные по желанию. После тщательной разведки всех близлежащих ЛЭП Саше удалось отыскать наши буквы.
До следующей точки удобней было бы идти по ЛЭП, но она проходила через охраняемую территорию, поэтому нам пришлось идти в обход, не то по просеке, не то по дороге, не то по газопроводу. Сия проплешина не подходила не под одно из вышеперечисленного, но зато отличалась завидной прямотой и протропленностью лыжни. Хотя удовольствие продлилось недолго, дорога стала зарастать мелкими кустами, и незначительно вихлять в пределах своей ширины. Я пытался делать отсечку по времени, нужный поворот обнаружился вдвое дальше, чем я рассчитывал. Пока я бегал на разведку, Саша, говорят, снова видел Валеру, который тотчас же исчез в ближайшем лесу. Мы повернули на восток. Снова веселые горки, но, зато, достаточно чистая просека. Немного недоходя до поляны, мы свернули на север в лес, где одиноким лыжником была проложена едва заметная лыжня. Говорят, и она очень скоро закончилась. Вот здесь начались первые косяки с картой, поля не соответствовали своему количеству и конфигурации, а ручья и в помине не было. Пройдя пару таких полей по восточному краю нам удалось таки обнаружить небольшой овраг, который чисто условно можно было обозвать ручьем. Саша пошел по дну оврага, я с девчонками по верхнему краю. Кроме квадрантных столбов ничего обнаруживать не удавалось, да и те не давали возможности сориентироваться по карте. Спустя минут двадцать поисков позвонил Саша, в метрах семидесяти от нас сверкал чей то фонарик, мы двинулись в его сторону. Там действительно была дорога, и некое подобие ручья. Я пошел по левой ветке развилке дороги, а Саша по правой. Когда вернулся и посмотрел на ожидающих нас девчонок я остолбенел – в двух метрах от них на дереве красовались две желтые буквы – нас разобрал смех. Жаль, что это снова оказалось не нашим КП – поправка на расстояние оказалась отрицательной.
Но позвонил Саша – он нашел наше КП – внизу, у ручья. Там мы остановились перекусить. За время перекуса мимо нас прошло еще 3-4 команды, одна из них составила нам компанию.
Что ж, это уже третье КП, мы на правильном пути и неумолимо движемся вперед! Следующая точка – мост, мы идем по лыжне до населенки. Холмы, неслабый подьем, дождь и вот он - мост! КП не обнаружено, сняв лыжи, идем до следующего, слева от нас снова фонарики – это однозначно искомый мост! Снова знакомые физиономии параллельных команд, четвертое КП взято!
Следующая точка Опора ЛЭП на выходе из леса, идем по дороге вместе с одной из команд. Саша явно устал, начал отставать, Инна же наоборот – разогналась и убежала вперед. Впервые за все время группа растянулась. Дорога мерзкая, обледенелая, мои лыжи рыщут на льду – приходится тропить вдоль дороги – тяжело, но лучше чем бороться со льдом. Ищем ЛЭП. На горизонте виден поворот дороги, по которому периодически проезжают Камазы. Группа конкурентов обогнала нас метров на четыреста и свернула в лес через поле, достигнув пересечения дороги с ЛЭП. Мы срезаем угол и скоро догоняем их. Они уходят, мы остаемся на КП. Чай в термосах закончился, зеленая стоянка, кипятим воду на горелке. Несмотря на почти плюсовую погоду, вода не торопится закипать, горелка периодически захлебывается и гаснет. Дальше идем по ЛЭП, хочется чтобы рассвело, ночь не торопится отступать, хотя луна уже зашла за горизонт, мелкий дождь, но приятно тепло и нет ветра. Свернуть в лес так и не решились – не хочется неприятностей в виде брожения в лесу после внезапно пропавшей прсеки. После разведки решаем снова идти вдоль ЛЭП. Дорога напоминает американские горки, девушки периодически стараются упасть. Скатившись с очередного склона и проехав мимо нашей группы, едва успев затормозить, в ответ на Сашин отклик обнаруживаю перед собой обрыв, вернее очень крутой спуск метров в тридцать-сорок. Чувство самосохранения редким образом победило избыток моего энтузиазма, и я снял таки лыжи чтобы спуститься. Лыжи отправили самосплавом вниз, затем слезли и сами: я с опорой на палки, из девушек больше всех зажгла Наташка, она так упиралась пятками в склон, что перед ней фонтаном рассыпались потоки снега. Аттракцион всем понравился, были желающие повторить. На снегу валялись корки от мандаринов – какая то из групп все время шла перед нами, оставляя за собой оранжевые следы)). Мы повернули на север и пошли по оврагу, пока не вышли к выжженной пожаром вырубке. Ввиду этого, местность снова перестала соответствовать карте и поиск КП потребовал от нас значительных усилий. Уже начала сказываться усталость, каждая новая потребность в разведке требовала усилий над собой. Нас как всегда спасло Сашино чутье, он первым нашел злосчастное КП.
Мы заправились чаем и двинулись вперед,
Саша не пределе возможностей довел нас до следующего КП, благо до него было недалеко. КП представляло собой столб около моста. Минуя покрытое настом поле мы вышли к обрыву. У подножия его пролегала дорога, за ним светились огни населенки, справа находился искомый мост. Девчонки пошли в обход, Мы с Сашей покидали лыжи с обрыва, а сами спустились при помощи палок. Это было уже восьмое по счету КП. Саша сложил с себя обязанности штурмана, и дальше группу предстояло вести мне. Лучше бы было наоборот, но я понимал, что Сашу дальше эксплуатировать нельзя. Сделав на мокрой карте последние зарисовки маршрута, мы двинулись дальше. Дорога вела круто вверх, лил дождь, дул леденящий тело ветер, под ногами текла глина с мелким щебнем, шли без лыж – в общем, полный набор для садомазохиста. До следующей точки более четырех километров. Но, будем видеть позитив: светало, команда еще держалась и готова была идти вперед. По дороге мы дошли до пионерлагеря, расположенного севернее Поречья, оттуда по шоссе пешком двинулись в сторону Крюково. Девятое КП представляло собой пересечение дорожек восточнее пионерлагеря на берегу Москва реки. Мы планировали выйти к нему по дороге, отходящей на северо-запад от шоссе. Что-то похожее мы действительно нашли, и даже смогли встать на лыжи. Дорога на местности оказалась короче, чем на карте и упиралась в охраняемую волкодавами территорию из пяти домов, на которую мы ухитрились вторгнуться. Охранник едва сдерживал бегущих навстречу нам зверюг. Дабы не провоцировать животных бегством, мы с Сашей остались стоять на месте, а девушек отправили обратно за шлагбаум. После беседы с охранником было выдвинуто предположение, что лагерь находится южнее и мы покинули территорию. Ответвлений от дороги не наблюдалось, просека же была непроходима из-за обилия бревен. Для успокоения души и прояснения ситуации я созвонился с организаторами. Хотя ничего вразумительного нам так и не сказали. Из разговора стало понятно, что мы на правильном пути, но немного в стороне от лагеря, а в самом лагере дежурит человек из АзИсполкома. Было решено вернутся, и обогнуть территорию с южной стороны и выйти к реке, для чего мы свернули в лес и пошли на восток, зачем-то перелезли через колючку. Слева сквозь деревья просвечивали какие то с/х постройки и двухэтажные дома. Причем было абсолютно непонятно, была ли это та же самая территория или искомый лагерь. Лес закончился, вернее началась непоказанная на карте вырубка. Я ушел не разведку в поисках реки. За вырубкой была еще одна, затем еще, полное несоответствие с картой и потеря ориентации. С трудом протропив очередное поле, мне удалось догнать мелькавшую на горизонте группу и поговорить с ними. Как выяснилось, они зашли в лагерь со стороны Крюково, и, пройдя через него (позже выяснилось по его северному краю), вышли к реке. То есть восьмое КП он взяли и бегали по карте ориентировщика за бонусными. Я вернулся к нашим – они уже выдвинулись навстречу по моей лыжне. Я настолько задолбался, что стал требовать перекус. Немного углубившись в лес мы организовали отдых. Для поднятия боевого духа команды я извлек таки из рюкзака всю ночь хранимую мной клубнику. Надеюсь, что хоть кому то стало приятно ).
Лагерь удалось найти только по подсказке одной из групп, пробегавшей мимо нас во время перекуса. Помня разговор с предыдущей группой, я пытался отыскать ворота лагеря, чтобы через него выйти к реке, и начал огибать его с южной стороны по часовой стрелке. Вот здесь то моральное напряжение группы дало о себе знать - я чувствовал недовольство, и осознавал, что не могу сориентировать себя в пространстве (еще бы: судя по позже выложенной в инете карте, лагерь полностью изменил конфигурацию, а подходы к нему, если идти не из крюково, обозначены очень даже по-другому, не удивительно что мы не вышли к нему с первого раза). Перед входом в «ворота» лагеря пришлось собрать группу, Саша с Яной отстали по непонятной мне причине. Поговорив с местным, я выяснил как можно пройти к реке, и понял, что заложил крюк вокруг лагеря, чем вызвал еще большее недовольство группы. Яна вспылила, я пытался ее осадить. Но конфликт рассосался, как выяснилось, не без помощи Инны. Мы вышли к обрыву, здесь толпилась парочка команд. Саша ушел вдоль обрыва по дороге, я спустился вниз, применяя полученные в Перово навыки скоростного спуска на лыжах и отрабатывая технику падения перед препятствиями. Сей процесс был заснят членами АзИсполкома, чья солнечно желтая палатка стояла у подножия оврага. Удостоверившись, что считать нас не собираются, я отправился искать КП. Долго искать не пришлось – она находилось на дереве в двадцати метрах от палатки.
Внизу, на реке, на тающей льдине ловил рыбу дядька самоубийца. Вниз уже спускалась женская часть моей команды. Пришлось позвонить Саше, чтобы спускался и он. Теперь предстояло решить, ищем ли мы промежуточные КП? Голосование не удалось, ибо явных голосов за или против не было.
Исходя из начальной установки «погулять» я решил таки заняться этим неблагодарным делом. Одно из ближайших КП было отмечено на склоне ближайшего оврага, ближе к вершине, туда вела лыжня. Мы двинулись по ней, через тридцать метров наш путь преградило упавшее десять минут назад дерево, за ним, еще через двадцать метров лыжня обрывалась. Оставив команду у дерева, я полез на склон, ценой немалых усилий, учитывая то факт что мои лыжи скользили вниз меньше остальных, я достиг таки вершины. КП не было, я дал команду возвращаться и ждать меня в начале. Здесь же начиналась лыжня тех, кто пытался взять это КП сверху. Прочесав весь гребень мои поиски так и не увенчались успехом, кроме того, предстоял спуск вниз. Склон мне показался достаточно крутым, а риск сломать при этом шею большим, чем удовольствие предположительного спуска, уходящего к тому же прямо к реке. Лыжи пошли самосплавом по склону, я за ними, изрядно повеселив проходящую мимо команду. Вернулся к началу оврага, наших не нашел. Позвонила Инна, сказала, что они нашли следующее КП. Саша с Яной последки утратили свой энтузиазм и пассивно наблюдали процесс поисков. Наташа с Инной прочесывали лес, в поисках очередного КП. Но на этот раз я их опередил, осталось еще одно из обязательных. Судя по карте, оно располагалось наверху обрыва, точно над последним найденным. Поступило предложение всем туда не ходить, дабы не затягивать процесс, учитывая способности своих лыж, я ушел добровольцем. Подняться на склон, не снимая лыж, удалось с трудом, но елочкой я так и не пошел, хотя последние несколько метров стал жутко проскальзывать и передвигался почти ползком. Ну Перово мы в конце концов или нет? Сначала сходил налево, поплутав по переплетенной паутине лыжни с глубоким чувством неудовлетворенности пошел на всякий случай направо. Позвонила Женька, дабы проинформировать меня о месте финиша: о черт!, это Поречье, еще больше четырех километров! Поинтересовалась нашими успехами. Организаторы как всегда постарались, если б не лыжня, так бы и не нашел бы злосчастного маркера! Зато теперь со спокойной совестью можно было возвращаться к команде! Зато вниз прокатился с ветерком.
Инна захватила карту, и совместно с Наташей повела нас к девятому КП. Подниматься решили там же где и спускались. Пока я возился с фотоаппаратом, я окончательно отстал, тем более что уже очень давно не отдыхал и часто ходил в разведку. У восьмого КП стояла группа Эда, их трасса была длиннее, и им предстояло еще одно дополнительное задание. Поделившись впечатлениями, мы начали подниматься.
Здесь я встретил команду Марата, Наташку – я не верил своим глазам, неужели мы их могли обогнать? Говорят они где то крупно затупили и заложили четырехкилометровый крюк. Я поделился информацией о местоположении КП, как выяснилось – зря, они и без нас прекрасно справились, и даже впоследствии обогнали нас на финише. Обогнув лагерь все с той же стороны, мы отправились искать «угол леса», девчонки немного тормозили, постоянно сверяясь с картой. Мы вылезли из леса на как всегда не обозначенную на карте проплешину и стали обшаривать все мало-мальски похожие на легенду углы. Мне удалось отобрать таки у девчонок карту, со второй попытки нам повезло – мы нашли последнее КП. Снова пришлось звонить организаторам, тк я почему то прибавил не те поправки и никак не попадал в легенду, немного собравшись с мыслями, мы двинулись к последней, десятой точке. Идти решено было снова по шоссе и пешком. Поле провожало нас леденящим ветром в лицо и отсутствием лыжни. Параллельно нам по шоссе в сторону финиша двигалось еще 2 команды. Последнюю поправку я так и не подсчитал, и мы чуть не свернули раньше чем надо, по новому подсчету финиш был в начале Поречья. Над нм на карте был обозначен лагерь. Мы вошли в населенку и стали выпытывать у жителей где у них тут лагерь, ответы были весьма неопределенными, что мол 1 из лагерей заброшен, а к другому нужно заходить с другой стороны. Звонок Вове – бесполезно, они ехали с Тучково, и ничего вразумительного объяснить не смогли. Визит в магазин за колой, минералкой и апельсинами. Звонок организаторам –выясняется, что нужно было свернуть у указателя на Васильевское и пройти еще триста метров. Мы вернулись к указателю, финишный рывок – видим деревянные бараки с выбитыми окнами – позитиф, котельная, затопленная дорога – нам пофиг! На одном из столбов надпись – финиш, причем полный.
Идем дальше – на дереве еще один финиш. Нас пытаются объехать машины «халявы». Видим парковку, газель, цивильные здания, люди. Нам показывают куда идти – центральное здание. На входе пытаются впарить футболки, сворачиваем направо – два стола, люди, кафетерий. Обращаюсь к девушке за столом: где можно отметиться – нас посылают к соседнему, направляюсь к нему, нас ставят в «очередь на регистрацию». Перед нами дядька из халявы, своим видом напоминающий кота Толстопуза из м/ф Чип и Дейл, медленно нерасторопно решающий вопросы по заселению группы поддержки, поубивал бы. Он позвонил всем своим знакомым, а мы стоим, нарезавшие не один десяток километров, не спавшие, мокрые с одной мыслью – поесть, помыться и поспать в тепле! Еще 5 минут ожидания, и дерзких попыток еще кого то влезть без очереди, нам заявляют, что Перово вроде как заселили, причем в другой лагерь, в двадцати километрах отсюда, и теперь нам нужно туда ехать на маршрутке еще черт знает сколько времени. И еще там нет душа! Аааа… Опять звоню Вове, нам забили отдельный этаж, но обедом пока не кормят. Идем на остановку. Газелей НЕТ!!!! Ведь они курсируют каждые 20 минут всю ночь! Ага, как же! Ждем, холодно, противно, устали. Народ подтягивается. Инна не выдерживает, бросив вещи быстрыми шагами направляется в головное здание – не повезло организаторам, сейчас полетят трупы из разбитых окон, и она вернется с окровавленными руками. Звонок от Инны – можно пообедать на втором этаже. Иду к организаторам – высказываю все что о них думаю, требую транспорт. В их глазах страх – ведь я уже не первый. Оказывается всего 2 машины, с минуты на минуты одна должна подъехать. Звоню Вове, прошу чтобы он нас забрал, он не может. Возвращаюсь к нашим - зову в столовку, со мной идут Саша с Лешей. Пока обедали, газель по закону подлости забрала народ и уехала. Опять иду ругаться к организаторам «…вырезано цензурой…», они таки находят телефон водителя - машина в пути. Минут через пять приезжает Володя, за ним вторая Газель. Мы грузимся в газель и наконец то едем, едем к нашим, в тепло.
За окном пролетают до боли знакомые пейзажи, ставшие родными мосты, ну и нагуляли же мы! Минут двадцать дороги и мы наконец в лагере! Выкидываем лыжи, с трудом поднимаемся на этаж «солнечного корпуса». В прихожей уже накрыт стол, везде снуют знакомые лица. Девушек поселяют к девчонкам. В комнате порядка 12 человек, хотя я видели двухместные номера – нам это естественно не грозило. Остальных в смешанную комнату, чисто мужской, кстати, не было. Удобства на этаже, есть горячая вода, нижние умывальники, чайник. В общем все не так плохо, только не могу найти рукомойные принадлежности которые передал Вове, не во что даже переодеться. Через 15 минут вернулся Володя – отдал мне вещи и я смог таки помыться насколько это было возможно. Потом мой моск осознал, что пора бы и отдохнуть, и начал постепенно отключаться –так что у меня был такой коматоз, как после пол-литра водки. А ведь предстояла еще репетиция, культурная программа. Я держался. До начала нашего выступления мы успели отрепетировать только «штурмана», нас уже звали в столовку, где проходили выступления. Забрав реквизит мы двинулись в столовку. На «сцене» уже шло первое выступление «патологоанатомов», мы выступали через одну. Сыграли неплохо, по крайней мере толпа ликовала. Некоторые нервничали, а конец мы вообще все дружно забыли, кое где не успевали за музыкой, не было возможности выключить свет. Но свои девятки даже без репетиции мы получили. Еще через несколько выступлений мы отыграли штурмана – это было что-то. Занавес имитировали тентом, у нас были костюмы!, у нас был корабль! У нас все было супер – все десятки! Нам нет равных! После оценки судий мы прыгали, обнимались и целовались! Мы сделали ЭТО! Нет слов, есть видео – обращаетесь – два клипа по триста метров. Смотреть другие выступления у нас не было ни сил ни возможности. Я сразу ушел в корпус. Одна из наших команд отыграла еще одну сценку. Затем был стол и все к этому прилагающееся, тосты, музыка всю ночь, до конца я не дожил – ушел спать…»цензура»… Утром, так и не дождавшись завтрака, я стал разогревать оставшиеся с ужина котлетки и греть воду для чая, иди наш чайник приватизировал нижний этаж.
Позже по недостоверным данным нас вроде как кормили рисовой кашей. Мы не спеша собрались и уехали домой…
В общем у нашей команды 13 место по бегам, 9 место в общем зачете, третье место в культурной программе, женская сборная получила 3 место в бегах, второе место в общем зачете остальные не помню.
После того, как лагерь был поставлен, нас повели натягивать перила через соседнюю просеку. Толком натянуть ее так и не получилось, да еще в конце появились проблемы с закреплением второго конца на дереве. В учебных целях нам многое спустили с рук, а зря! Для большей части слушателей сей процесс так и остался загадкой. 
