Интервью

Все, наверно, читали, но мне оно очень нравится:

Джаред Лето - Газете

Один из наиболее многообещающих молодых голливудских актеров, Джаред Лето, сыграл в фильме Оливера Стоуна друга и наперсника Александра - Гефестиона. Своими наблюдениями о характере мужской дружбы в античную эпоху он поделился с корреспондентом Газеты Игорем Потаповым.

Так вы целовались с Колином Фарреллом или нет?

Д.Л: Да уж, ну и с вопросика вы начинаете... Почему всех это так интересует? Знаете, когда меня первый раз об этом спросили, я потом шутил с друзьями, что раз уж поднимаются такие темы, то мне, наверное, надо рассчитывать на "Оскара" за лучшую женскую роль! (Смеется. ) Вообще, вокруг этой картины столько слухов - например, что у меня роман с Анджелиной Джоли. Странно, что мы все там не переженились, - я бы мог, например, выйти замуж за Оливера Стоуна. (Смеется) На самом деле я - честно - !не знаю, откуда взялись слухи, что мы с Колином целовались. Этого не было! Этого не было в сценарии, этого не было на площадке, ни одна сцена из фильма не была вырезана, мы не целовались! Все, точка. Я до сих пор удивлен тем, что меня об этом спрашивают. В картине показана наиболее важная составляющая отношений Александра и Гефестиона, и это их любовь. Это включает в себя чувство товарищества, доверие, симпатию и так далее. Они вместе росли, вместе сражались, Гефестион был одним из наиболее приближенных советников Александра, в македонской армии он отвечал за снабжение, и без его работы походы Александра просто бы не состоялись. Я понимаю их взаимоотношения только как любовь. И я рад, что это именно так было прописано в сценарии. Конечно, это дохристианская эпоха, и их эмоциональная взаимосвязь шла гораздо дальше того, что сейчас считается нормальным. Была другая мораль, и в те времена у людей и вопроса бы не возникало - голосовать или не голосовать за разрешение однополых браков. Оливер не постеснялся показать эту сторону тогдашней жизни, и мне кажется, он достаточно верно постиг природу сексуальности как мужских, так и женских персонажей. И он совершенно точно не вырезал ничего из картины только потому, что он этого стесняется. Он художник, он делает все, что ему заблагорассудится. Хотя я еще не видел фильма и не знаю, что именно из сцен с моим участием он оставил.

А что, там какие-то поцелуи есть?

Д.Л: Ну, есть сцена во время индийского похода, когда на каком-то пиршестве перед Александром танцует юноша и греческие генералы начинают скандировать: "Поцелуй его!" Александр подходит к этому парню и целует его. Взасос.



Ах это! Ну, это еще цветочки, это не считается. У вас с Колином возникло взаимопонимание, похожее на отношения ваших персонажей?

Д.Л: Ну, мы заметно сблизились - все-таки шесть месяцев съемок, огонь, вода и все такое. Но не думаю, что это можно сравнивать с отношениями Гефестиона и Александра, ведь те двое росли вместе, а дети всегда легче сходятся и сильнее привязываются друг к другу, чем взрослые.

Но вы с ним вместе проводили время за пределами съемочной площадки...

Д.Л: Да, было такое. Вообще-то наша первая встреча выглядела так: мы на всю ночь завалились к нему в трейлер, недалеко от Лос-Анджелеса, и вместе разбирали сценарий. Ну и выпивали, конечно, куда уж без этого.

Его привычки никак не влияют на работу с ним?

Д.Л: Вот что. Я никогда - ни разу - не видел, чтобы он забыл свою реплику. Он появлялся на площадке вовремя, каждый день и вел себя идеально. И во время съемок, и когда камера была выключена.

Какие впечатления у вас от Анджелины Джоли?

Д.Л: Что я могу сказать? Талантливая, невероятно талантливая, очень-очень-очень красивая. И умная.

Расскажите о "тренировочном лагере" , который для актеров устроил капитан Дай.

Д.Л: О, знаменитый капитан Дай! Во время этих тренировок я думал, что убью его. А тут столкнулся с ним в коридоре и ощутил страшное желание вытянуться по стойке смирно и гаркнуть: "Капитан, сэр! Как поживаете!" (Смеется.) Он, конечно, необычайный человек, но то, что он с нами делал, иначе как пыткой и не назовешь. Это было ужасно. Там было негигиенично, почти все время кто-нибудь маялся животом, мы должны были готовить еду сами себе на костре, так что можете себе представить, как это выглядело, - недоваренная каша в огромном котле, который едва можно было как следует вычистить... Вдали от цивилизации, посреди марокканской пустыни. Я думаю, что приблизился к тому, чтобы понять солдатский быт, и уверен, что без этих тренировок фильм получился бы хуже. Для меня особая прелесть этого лагеря состояла в том, что я должен был набрать вес - мой герой все-таки помускулистее, чем я в жизни. Но проблема в том, что я вегетарианец. Так что мне пришлось кроме собственной выкладки таскать еще чертову прорву банок с тунцом и каждый день запихивать в себя этого тунца. К тому же я никогда до этого не имел опыта в "набирании веса". Для "Реквиема по мечте" мне нужно было сбросить двадцать пять фунтов, а тут - набрать почти вдвое больше! Правда, с тех пор я уже изрядную часть этих фунтов снова подрастерял... Но у меня было личное разрешение от капитана Дая на диету - во время сбора перед началом тренировок он подошел ко мне и произнес: "Мне наплевать, что у тебя в сумке, до тех пор, пока ты в состоянии таскать это самостоятельно!" Это в его стиле, он постоянно выдавал такие милитаристские фразочки.

Что вы сделали, когда тренировочный лагерь остался позади?

Д.Л: Мы заказали пиццу.

До этого вы снимались в фильмах современных - самым далеким путешествием в прошлое была "Тонкая красная линия" про Вторую мировую или "Бэзил" - про Британию начала века. Каково было оказаться в такой масштабной костюмной драме из античных времен?

Д.Л: Когда я узнал, что Оливер Стоун собирается снимать "Александра", я заинтересовался этим проектом и стал прикидывать, какую роль мог бы сыграть. А когда меня пригласили участвовать, я был просто в восторге. Вы, может быть, заметили, что я снимаюсь не так уж часто. Меня можно обвинять в том, что я слишком разборчив, но я искренне желал бы работать больше - просто не попадается ничего подходящего. Я горд тем, что мне выпало сняться в "Александре". Я, наверное, не увижу фильм, но когда выпадает шанс сняться у Оливера Стоуна в фильме про Александра Македонского с таким звездным актерским составом, то о чем еще можно мечтать?

Что значит "не увидите"? Вас не будет на премьере?

Д.Л: Я засвечусь - возможно, приведу свою бабушку Руби: они с мамой просто обожают смотреть фильмы с моим участием. А потом отсижусь в баре. Я не люблю смотреть фильмы, в которых снялся. Во время съемок я работаю, я отдаю себя этому процессу, но я его не контролирую. Так что, когда моя работа закончена, я уже не связан с фильмом. Лучшая награда для меня - само участие в съемках.

То есть вы не видели ни одного из своих фильмов?

Д.Л: Два или три. Последним был "Реквием по мечте". Я посмотрел его, и в фильме не оказалось и половины того, ради чего я так выкладывался на съемках. Мне захотелось застрелиться. Тогда я подумал - на хрен! И зарекся смотреть свои картины когда-либо еще. Дело не в том, что я настолько некритично отношусь к своим актерским достижениям. Просто пока я снимаюсь, я начинаю чувствовать себя частью чего-то большего, и мне не хочется, чтобы это чувство пропадало. Вообще-то забудьте, что я сказал, на самом деле я очень разборчивый и выбираю те проекты, над которыми мне будет потом интересно работать. Ну и, конечно, никогда не упущу возможности поработать с великими режиссерами. Я снимался у Дэррена Аронофски, Терренса Малика, Дэвида Финчера, Мэри Хэррон, Джеймса Мэнголда, Оливера Стоуна... В последнее время я под большим впечатлением от латиноамериканского кино - "И твою маму тоже" , "Сука-любовь" , "Город бога"... Хотелось бы попробовать себя в чем-то подобном.