Если бы не было звезд, зачем тогда нужно было бы небо?

В бокале коньяк...немного, грамм 50-60, но аромат распространяется на всю комнату...очаровательно играют отблески лампы...и все равно это не ром....Дорогая замена, более дешевому, но любимому...

В колонках играет - Е.Маргулис - Я рядом с тобой
Настроение сейчас - Частая смена настроений является признаком шизофрении?

Проснулся в 6 утра....звон колоколов...из окна серый свет...вроде все как обычно, но откуда-то ощущение праздника...Откуда то появилось желание быстро вскочить и, босыми ногами по холодному полу побежать в зал, где обычно стояла елка, и найти под ней подарок...Так захотелось шоколада...сладкого, молочного...как в детстве, в Киндер Сюрпризе....Захотелось побегать по снегу...поваляться в нем, покидать снежки, как позапрошлой зимой...так захотелось достать свой белый 6-метровый шарф, замотаться и пойти гулять, шатаясь от проспекта до липок, от липок по набережной...Немного замерзнув сесть в какое-нибудь теплое кафе и выпить горячего чая с любимым пирожным "Волга"...если я тебя сейчас не вижу, то так хочется разогнать эти серые тучи и улыбнуться тебе теплым утренним солнышком....

Хочу спать......а до тебя достучаться не могу.....

Итак! Вы - Один!

О́дин (или Вотан, Óðinn, Odin, Wodan) — верховный бог в германо-скандинавской мифологии, отец асов. Бог войны и победы, супруг Фригг. Древние римляне отождествляли его с Юпитером/Зевсом.Мудрец и шаман, знаток рун и преданий, но, в то же время, бог военной аристократии, хозяин Вальхаллы и повелитель валькирий.По легенде, являлся людям чаще всего в образе одноглазого старика (свой правый глаз Один отдал Мимиру, чтобы испить из источника мудрости) в синем плаще и войлочной шапке, в сопровождении двух воронов или двух волков, вооруженый копьем. Считалось, что под видом бедного странника он бродит по всему свету, и плохо будет тому, кто, забыв законы гостеприимства, оттолкнет его от своего порога. Жители Скандинавии верили, что он часто объезжает на своем коне землю или, невидимый для людей, принимает участие в их сражениях, помогая достойнейшим одержать победу.

Пройти тест

Разливает небо свет звезды далекой.
Манит в глубь времен седая тень.
Грустно отражает золотое око
Уходящий в сумрак полумертвый день.

Жажда сердце давит странною тоскою.
В мире четких граней, запахов, следов
Я иду своею, страшною тропою.
Слишком сладкой крови, слишком редких снов.

И улыбка ночи бледно-неживая
Для меня желанней материнских глаз.
И мое рожденье люди проклинают
Первобытным пеньем суеверных фраз.

Нежить, монстр, убийца – как ни называйте,
Звезды нас рассудит, ночь меня простит.
Чья-то жизнь стекает по холодным пальцам.
Вой животной страсти над землей летит.

Позавчера первый день работал. Я теперь работаю в кофейне "кофе и шоколад". Узнал оч много нового и интересного. Самое главное : моя должность называется не "бармен", а "бариста". Теперь я бариста 3й категории;) Мне нужно выучить пол-тетради 48листов рецептов коктейлей которые я буду готовить. Это примерно 200 штук. Проработал позавчера 10 часов. Это первая работа от которой я действительно получаю огромное удовольствие! И коллектив у нас классный: 2 официантки(девчонки 18-20 лет) , кондитер(парень 19 лет), повар(парень 23 года) и второй бариста-22 года. Еще долго ржали когда я пришел. Мы с ним оч похожи :он с такой же бородкой, бакенбардами и хвостом как у меня;) Появилась шутка про то что крутость бармена можно определить по размеру и форме бороды;). Вчера был там почти полный рабочий день: он с 9 до 23, а я был с 10 до 23;) Ребята которые работают там хренеют;) Еще вчера был на презентации новых тортиков и пироженков для наших кофейнь. Наш главный кондитер Даниил(Глава Российской Гильдии Кондитеров) сам работает в Питере и к нам несколько раз в месяц приезжает и привозит каждый раз много нового и ООЧЕНЬ вкусного. Вкуснее пирожных я, правда еще ни разу не пробовал.
Сегодня начал тренироваться барному фристайлу. Дома, на подушках с пустыми бутылками;)...Смешно...Ножами жонглировать намного проще, но я научусь. Обязательно научусь!!;)

DG: Но я не являюсь потенциальным покупателем такой машины. К сожалению.
Timurkaus: Почему же, потенциально как раз мы покупатели, а вот кинетически уже ...
DG: Нет, если у тебя в кошельке достаточно бабла, то ты потенциальный покупатель. В момент расплаты потенциальная энергия кошелька преобразуется в кинетическую энергию покупки.
DG: Происходит конвертация энергии в массу купленного объекта.
DG: По закону сохранения бабла, в кошельке становится пусто, а в кассе густо.
DG: Лишившийся бабла хозяин имеет отрицательный заряд, а новая покупка — положительный. В результате хозяин и покупка притягиваются друг к другу с силой пропорциональной затраченному баблу.
DG: Это физика, чувак!

Обожаю гулять по ночному городу. Особенно осенью...
С неба светит луна, помогая фонарям освящать улицы... под ногами шуршат желтые листья, как напоминание о том что скоро зима... немного промозлый ветер, который задувает волосы на лицо... фляжка с ямайским ромом немного отягощающая карман, но не мешающая... с ней идти даже легче и веселее... старый плеер повидавший виды, и часто заикающийся. Но это не мешает, а просто помогает вообще не отделиться от этого мира растворяясь в море блюза. Вот так идешь и мечтаешь. О том что было, что есть, что будет и что могло бы быть. Причем не просто мечатть, а в деталях, во всех всех мелочах...

В ходе дежурного рейда по проверке порядка в амстердамских кофе-шопах полиция Нидерландов оштрафовала 27-летнего курильщика марихуаны за то, что в его косяке был обнаружен табак.
Как известно с июля 2008 года на всей территории ЕС был введен запрет на курение в общественных местах, и Нидерланды отнють не стали исключением из этого нового правила. Однако данный запрет пока не распространяется на курение чистой марихуаны внутри так называемых кофе-шопов, имеющих лицензию на ее продажу. Незадачливый курильщик погорел на том, что не захотел баловатся 100% наркотиком и смешал в своей самокрутке марихуану с запрещенным к употреблению табаком.
(С) журнал "Эксперт" № 39 (628)

В колонках играет - Она же
Если был бы отец живой,
я б ему позвонил домой
и, наверно, спросил:
"Ты все прыгаешь, Хил?
Как делишки? Где был, с кем пил?"

А отец бы ответил так:
"Как трактуешь отца, сопляк?
Впрочем, что с тебя взять?
Заходи, дам пожрать -
ты ж, небось, без копья опять?"

И пришел бы я в дом к отцу.
Он бы мне разогрел супцу,
и из высохших шпрот
сделал бы бутерброд,
и сказал бы: "Давись, проглот!"

Я бы все смолотил, смолол
и сказал бы: "Ну, я пошел!
А супец был хорош!"
А отец бы: "Ну, что ж,
Жрать захочешь, еще придешь".

Я бы вышел, курнул "дымку",
был бы март иль апрель в соку,
и мотался б скворец
по березе кривой,
если был бы отец
живой.

Посвящается Брониславе Рафаиловне Могилевич



Вопрос евреев,коммунистов и Америки
В Зимбабве лозунги и аглицкий язык
Мы любим заграницу полную эстетики
И ненавидим женщины ненормативный крик

Есть разные ньюансы переводов
Рожденных курящей и пьющей мадмазЕль
Женоподобный муж не стоит даже взглядов
Пусть даже для него стиль жизни акварель

"Аврора Крейсер" человек старой закалки
Одессу-маму вспоминая каждый раз
Ей в руки не хватает только палки
Чтоб молодым вбить в голову наказ

В полголоса шептать чужую речь
Немного разбавляя анекдотом
Ошибочка и голова слетает с плеч
Вот что сулят нам будущего квоты

"no comments" и точка зрения убита не родившись
задушена в колыбели молодых умов
"don't fuck my brain" скажу я возгордившись
И эту мысль об-explain'ить я готов

Почему люди все одинаковые
Почему совершают ошибки глупые
По одному кругу ходят хотя хотят быть разными
Об одном и том же размышляют сутками

Делают больно друг другу нечаянно
Не понимают значения слова
Над собой издеваются ранят ближайшего
Насилуют души снова и снова

Зачем усложняют законы простые
Пытаясь преодолеть преграды мнимые
Чтоб от счастья закрыться находят любиые
Причины. Все чаще звучат фразы лживые

Каждым действием плодят недоверие
Скрывая чувства свои настоящие
Изменяют новыми поверия старые
Срывают крылья, хотя быть могут летящими

Друг друга не слышат, и сердце охрипшее
Лоб разбило о ворота разума
Глаза опущены и головы поникшие
Стало нормой для поколения нового...

Я видел тебя, крепко сжимающего кошелёк, пока ты шёл по магазину. А ты не видел меня, кладущего $10 в корзину для пожертвований в прошлое воскресенье. Я видел тебя, держащего за руку своего ребенка, когда мы прошли мимо друг-друга на пешеходном переходе. Но ты не видел меня, когда я играл роль Санта-Клауса на местном торговом пассаже. Я видел тебя, раздумывающего, не сходить ли тебе в ресторан. Но ты не видел, как я ходил на собрание, посвященное сбору денег на помощь пострадавшим от урагана. Я видел тебя, когда ты открыл окно и смотрел, как я проезжал мимо. Но ты не видел меня, когда я ехал рядом с тобой, а ты выбрасывал окурок из окна машины. Я видел, как ты нахмурился, когда я улыбнулся твоим детям. Но ты не видел меня, когда я, взяв отгул на работе, бегал по магазинам, чтобы купить игрушки бездомным детям. Я видел, как ты пялился на мои длинные волосы. Но ты не видел, как я и мои друзья отрезали волосы, чтобы отдать их благотворительной организации (международная организация, которая обеспечивает париками детей, перенесших длительную химическую терапию). Я видел, как ты закатывал глаза, когда мы проходили мимо в кожаных плащах и перчатках. Но ты не видел, как я и мои братья отдавали свою старую кожаную одежду тем, у кого нет никакой. Я видел, как ты со страхом смотрел на мои татуировки. Но ты не видел, как я кричал от счастья, когда родились мои дети, и я запечатлел их имена на моей груди и в моем сердце. Я видел, как ты метался с полосы на полосу, раздумывая, куда бы тебе поехать. Но ты не видел, как я шел домой, чтобы побыть со своей семьей. Я видел, как ты стоял и жаловался, какими громкими и шумными бывают наши байки. Но ты не видел меня, пока менял диск в проигрывателе и медленно выезжал на мою полосу. Я видел тебя, кричащего на своих детей в машине. Но ты не видел, как я сжимал руку своего ребенка, зная, что позади меня он в безопасности. Я видел, как ты читал газету или карту, проезжая по дороге. Но ты не видел, как я сжимал ногу своей жены, когда она говорила мне повернуть на следующем повороте. Я видел, как ты ехал под дождем. Но ты не видел, как я промок до нитки, чтобы мой сын мог взять машину и поехать на свидание. Я видел, как ты проскакивал на мигающий желтый, чтобы сэкономить пару минут. Но ты не видел, что в этот момент я пытался повернуть направо. Я видел, как ты резал меня, потому что тебе была нужна та же полоса, что и мне. Но ты не видел, как я летел с дороги. Я видел тебя, с нетерпением ожидающего, когда мои друзья переедут дорогу. Но ты не видел меня. Меня там не было. А я видел тебя, идущего домой к семье. Но ты не видел меня. Потому что я умер в тот день, когда ты подрезал меня. Я был байкером. Человеком, который любил свою семью и своих друзей. Но ты не увидел меня....

Взято у друга

"Комсомольская правда, 7 мая 1999 г.

Поступки епископа Екатеринбургского и Верхотурского вылились в скандал, перехлестнувший далеко за церковную ограду
ГРУППА уральских священников сделала заявление: уже пять лет ими правит епископ-гомосексуалист.

“Наш епископ - педераст!”. С такими плакатами месяц назад стояли у одной из церквей Нижнего Тагила разъяренные верующие. Виновник событий - владыка Никон - должен был приехать на богослужение. “Никон -содомит! - скандировали манифестанты. - Не пустим козла в храм!” Содомитами в церковной традиции зовутся гомосексуалисты. От библейских городов Содома и Гоморры. Их жители увлекались мужеложством, и Господь утопил их на дне Мертвого моря. Владыке сообщили о беспорядках на полдороги. Он развернулся и уехал в Екатеринбург.
Из досье “КП”
Правящий архиерей епископ Екатеринбургский и Верхотурский Никон - в миру Олег Миронов, 38 лет. Для приближенных -- Мирон. По национальности -мордвин, по светскоуу образованию - бухгалтер.
Являясь главой православного Екатеринбурга, владыка красит ногти. Поговаривают, что он носит под рясой штаны, похожие на женские лосины.
Никон появился в Екатеринбурге в 94-м году и сначала понравился. Потом стали замечать неладное. Однажды владыка украл антикварное церковное облачение XVII века. Настоятель нижнетагильского храма Александра Невского отец Геннадий Ведерников выпросил расшитое золотом одеяние в краеведческом музее на один день. Владыка увидел: “Отдавай!” Долго священник валялся у директора музея в ногах" просил простить долг...

Вусмертъ упиваясь, Никон бил священников. Однажды во время визита в один из монастырей он со всего маху дал подзатыльник и представителю губернатора Свердловской области по Верхотурью Александру Капустину. Тот не знал, как и поступить.

В трапезных высшие чины области пили с Никоном водку и орали под гитару мирские песни. Однажды епископ сорвал с председателя правительства области орден, макал его в стакан с водкой и требовал: “Доставай зубами”. А потом плескал водкой в небо и вопрошал Бога: “Ты кто? А я- епископ!”

Но хуже всего были слухи о сексуальных наклонностях Никона...

Из досье “КП”
Православное духовенство делится на черное и белое. Белые священники могут вступать в брак. Черные должны жить в абсолютном безбрачии - из них состоит верхушка церковной номенклатуры. Но, увы, есть еще и “голубые” священники.

ПЕРЕДО мной сидит двадцатипятилетний молодец с подбитым глазом. Сергей Мордовцев был служкой в монастыре Верхотурья.
- Наш архиерей, - Серега выпячивает большой палец, - вот такая девка. В плане орального секса ни одна баба меня так не удовлетворяла.

Ничуть не смущаясь, парень рассказывает, как его вызвал некий иеромонах: “Можешь ублажить архиерея?” “В смысле?” - “Трахнуть его”. Целомудрием Серега не страдал. “За деньги - без проблем”.

Каждый раз, когда Никон приезжал в Верхотурье, Серега царственно позволял владыке делать себе минет. За пять раз неземного блаженства Мордовцев получил шесть миллионов старыми.

Сергея здесь никто не осуждает. Ложась в постель с жирным мужиком, он спасал от бесчестья всю братию. До того как Мордвинов дал согласие поработать проституткой, Никон вымогал себе в койку девственных и целомудренх монахов.

Вот рассказ настоятеля монастыря. “В октябре 95-го года к нам прибыл епископ Никон. Я поднялся в его покои за благословением; владыка был в трусах, рядом стоял мой брат, священник Олег Федотов. Владыка был изрядно выпивши. Ложась, он сказал. “Пимен, пусть твой брат меня полюбит, и я буду его женой”.
Настоятель отказался отдать брата, и епископ снизил требования' “Приведи ко мне какого-нибудь монаха. Несчастному Пимену долго пришлось убеждать владыку, что все ушли на службу. Тогда Никон спустил портки и полез к нему самому.
С того дня архиерей стал требовать с настоятеля мальчиков для утех.

Для справки: система подчинения в церкви - более жесткая, чем даже в армии. Не подчиниться приказу -страшный грех. За который следуют жестокие санкции.

Епархия узнала, что такое “карьера с раздвинутыми ногами”. Женатых священников епископ ненавидел (как женщин вообще). На руководящие посты назначал "своих”.Епархию потряс случай, когда настоятелем Спасо-Преображенского монастыря в городе Каменск-Уральске поставили архимандрита Клавдиана. 25-летний юноша получил монастырь в день.... пострига - ни дня не пробыв монахом. Он признался, что был любовником Никона. Священники зовут его "Клавдия Ивановна".

КУЗНИЦЕЙ кадров для Никона стало Екатеринбургское епархиальное духовное училище. Мне удалось встретиться с его бывшими слушателями. Оба в 17 лет поступили туда, мечтая “служить Матери-церкви”. Обоих домогался владыка. Леша счастливо избежал такой участи. Саша не смог.

- Вступительных экзаменов не было. Отбирали но внешности: рост, вес, фейс... Дали тест: четыреста вопросов.
"Любите ли вы рассматривать в зеркало свои половые органы? Любите притрагиваться к ним? Пользуетесь косметикой?”
Отбирали юношей не для учебы. Этого от них не требовали вообще.

- Они говорили: “Вы наши бедненькие. Такие загруженные!”- На четвертом курсе мы сдавали “хвосты" за первый. И получали грамоты “За отличную учебу”!

Через месяц Леху и Сашу повезли на дачу к Никону.

- Нам сказали будете работать. Мы: давайте грабли возьмем. А они тринадцать бутылок водки купили, пива два ящика.

Еще в машине ребят начали поить. Везли, явно путая дорогу. На даче “семинаристов” поразила роскошь - баня с бассейном, “сексодром” пять на пять метров . Леха вовремя понял, для чего здесь, и сумел “откосить”. Сашу упоили почти до потери сознания.

- Захожу в баню, - рассказывает он, -смотрю, голый Никон сидит. Я так обалдел, что протрезвел. Мне церковь тогда в розовом цвете казалась. Про кого угодно мог подумать - только не про епископа.

Никон попросил попарить ему спинку. И подливал парню еще.

- Меня почти бесчувственного в постель к Никону подложили..

Протрезвев, парень на священников смотреть не мог.

“Когда я выхожу в храме благословлять народ и вижу красивого мальчика, у меня все встает, и я ничего не могу поделать...”

Из училища ребята сбежали. Через некоторое время ночью за Сашей приехала машина. Никон ждал в храме. Вскинул руку на алтарь: “Клянусь - если ты кому-то расскажешь, тебя похоронят под гробом покойника. Никто не найдет твой труп".

Даже теперь, спустя год, состояние мальчика близко к истерике. Он стаканами пьет валерьянку, ест транквилизаторы. Скрывается, дома не живет...

Может, именно его судьба переполнила чашу терпения. Летом 98-го года 52 священника (ровно половина епархии) пожаловались на Никона Патриарху. Все факты они изложили в девяноста рапортах. Делегация из пяти батюшек отвезла их в Москву.

В январе приехала комиссия. По результатам ее работы 1 апреля Священный Синод вынес постановление: освободить самых активных отцов-смутьянов от должностей. Епископу Никону объявить выговор... как не обеспечившему руководство. То есть наказать за то, что священники осмелились жаловаться!

Батюшки были в шоке. По церковным законам, ты можешь покаятьря в убийстве - тебя простят. Но того, кто уличен в гомосексуализме, отлучают от церкви 15 лет. Педераст не просто не может быть епископом. Он вообще не христианин!

Центр сопротивления разместился в Нижнем Тагиле. Идейные предводители - отец Геннадий Ведерников и благочинный всех зон города отец Фома Абель (он исповедует зеков, в том числе легендарную ИТК-13 - зону “Козленок”, где сидел Дима Якубовский) - развернули агитацию. На двое суток пятьдесят верующих женщин захватили один из монастырей. Требовали епископа. Пикантно, что монастырь был мужской.

ВЕРУЮЩИЕ в смятении. Кто-то верит в порочность Никона, кто-то считает, что это клевета. Многие перестали ходить в храмы - боятся поцеловать руку у священника-педераста.

Состояние “мятежных” отцов тоже близко к нервному срыву. Епархия заняла по отношению к ним позицию “собака лает - ветер носит”. Никаких комментариев она не дает. Отец Фома Абель грустно шутит: "Если бы я на зоне сказал “Братья ваш пахан - петух!” - его разорвали бы в клочья...”
Обоих отцов Никон обещал засадить за решетку. Каждый день они ждут, что у них “случайно” найдут наркотики или патроны. Подкинуть их легко. Несколько дней назад дома у отца Геннадия побывал “вор”. Демонстративно украл самую малость. Младшая дочь священника сказала, что это был монах. Уж поповна может отличить клирика от уголовника...

Но священники не сдаются.

Я экстремист, - говорит доведенный до края отец Геннадий, - если они попробуют лишить меня сана, я соберу отряд казаков (батюшка “духовно окормляет” казачий военный округ. -У. С.) и пойду громить церкви, где засели содомиты! Мы выкинем их из божьих храмов!

Отцу уже предлагали помошь бойцы тагильского ОМОНа, которых он когда-то провожал в Чечню. У батюшек осталась последняя надежда - Патриарх.

Ульяна СКОЙБЕДА
Москва - Нижний Тагил."

В колонках играет - Master-Live to ride, Ride to live
Настроение сейчас - Сложно сказать....

Это ночь унесла жизни еще 2х байкеров. Когда возвращался домой, мимо моего автобуса пролетело 2е на бешеной скорости подняв мотоцикл на козла. Тут через несколько секунд "грянул гром". Какой-то "чоткий пацан" на "мерине" не захотел уступать дорогу и попер на красный. Байкер въехал к нему аккурат в заднюю дверь. Мотоцикл в гармошку, дверь мерина чуть вмялась в салон, хозяина мерина придавило подушкой безопасности. Спасли мотоциклиста или нет пока не знаю.
Второму повезло не больше, он успел пролететь еще пару сотен метров. Видимо услышав звук удара он отвлекся и немного не справился с управлением, в итоге он передним колесом задел бампер не глядя выворачивающей из подворотни 7ки с кавказцем за рулем. Он даже обьяснить ментам не мог что случилось - так хорошо понимал по русски и, видимо, знал правила дорожного движения. А мотоциклиста закрутило от удара, он упал с мотоцикла и вылетел на встречку. Слава богу автобус успел затормозить. Этот парень должен остаться жив.

Когда смотришь на это все, понимаешь, как же нас осталось мало. Что малейшая неосторожность или ошибка стоит тебе жизни. Каждый сам выбирает себе путь. И это НАШ путь. Путь скорости, ночи, адреналина. Путь яркой и быстрой жизни. Это путь Ночного Гонщика....

На плече моём сидит кошка. Беленькая. Не очень, но всё же пушистая. Не так, чтобы очень, но и не лысая явно. Я этих лысых не люблю совсем. Не кошки это! Что ж это за кошка то без шерсти?!! Это ж как собак этих мелких, что размером с кошку лысую, за собак не считаю, так и кошек лысых за кошек….
Нет, у меня кошка нормальная сидит. С шерстью. Белой.
Кошка – у меня на плече, я – на лавочке в парке…
Кошек я вообще люблю, но не эту! Она, хоть и белая, пушистая, но когти острые. Эт она с виду только белая да пушистая, а на деле: как вопьётся когтями в плечо! Жуть! Больно!
А ещё: сидит – сидит, скучно ей становится – царапать начинает. Как проведёт лапой по плечу – красные полосы остаются. Потом кровушки струйка тоненькая по плечу стекает… Скатывается капелька – след кровавый оставляет. Запекается кровушка. А тут ещё одна красная змейка по плечу сбегает.
Красные полоски пересекаются, продолжают друг-друга, параллельно проходят, друг с другом рядом вихляют… И запекаются.
И остаётся у меня на плече да на груди паутина тёмно-алая…
А кошка всё царапает и царапает, рвёт и рвёт кожу, болячки старые срывает и из них снова кровь идёт.
Больно мне!!!
А она всё дерёт и дерёт…
Нашалившись вдоволь, снова смирной становится.
Смирной.
Белой.
Пушистой.
А если она не успокаивается долго, скребёт и скребёт – закурить можно. Она дыма табачного совсем не любит. Морщится, карябать перестаёт… И, пока куришь, коготки свои втягивает и сидит себе смирно, времён лучших выжидает.
Ждёт-ждёт-выжидает. А минут через пять после того, как буквы на фильтре догорят, она снова свой концерт кровавый начинает.
Играет когтями перебором на выбравшихся уже из под разодранной кожи жилах, сосудах, капиллярах да нервах…
На нервах у неё лучше всего получается. Перебирает белые струны крючьями когтей. И больно и обидно. И некрасиво – нервы наружу и капилляры рваные…
Ещё выпить можно, но этого лучше вовсе не делать… Выпьешь – легче становится, но кошка от этого уютней ещё там себя чувствовать начинает.

Достал я из пачки последнюю сигарету. Закурил. Перестали струйки кровавые по телу стекать.
Но сигарета последняя…
Ещё сходить надо!
Поднялся я с лавки и пошёл за сигаретами в ларёк. А ларёк через дорогу находится.
«Вот! – думаю, - Вдруг повезёт, Бабушку Мож через дорогу переведу!».
Бабушки, правильно переведённые через дорогу, говорят, очень от кошек помогают.
На Западе то бабушек специальных ставят в оживлённых местах, чтобы люди их переводили и урны специальные стоят, чтобы туда кошек обезвреженных бросать.
А у нас? Тьфу!!!
К дороге подхожу, смотрю – три кошки дохлые лежат – обезвреженные. Но не те, что по улице бегают и погладить себя дают, а те, что, как и у меня, – на плече сидят…
Вот! А на Западе – урны специальные…
Повезло, думаю кому-то…
Смотрю, а дорогу Бабушка переходит. Руки заняты – тяжело ей! Вот, думаю, это повезло мне! Но Бабушку под ручку уже пьянчуга какой-то держит – через дорогу ведёт. Перевёл и обратно ведёт. Ко мне подходит:
- Вам уступить даму на танец. Вам, смотрю немного совсем, - сказал он, на мою кошку глядя.
- Да, - говорю, - чуть-чуть…
- А мне ещё много, - сказал он и ткнул пальцем в вонючего и облезлого пса на своём плече.
И взял я бабушку под руку и повёл через дорогу. В одной руке у неё ведро пустое, в другой – коса острая…

Она стояла у окна и курила. Теперь курить нельзя. Но, с другой стороны, уже всё равно. На ней было красное платье. Её огненно-рыжие волосы спадали на плечи. А тех местах, где они ложились на ткань платья, они казались совсем красными. И теперь напоминали языки пламени, разметавшиеся по плечам и тянущиеся вверх, с упоением облизывающие голову… Тонкая струйка дыма от увенчанного огоньком конца сигареты подчёркивала сходство.
Тонкие пальцы периодически окунали кончик фильтра во влажную прохладу губ, которые изящно сокращались при втягивании дыма прямиком в лёгкие.
На подоконнике была пепельница, но пепел упорно падал мимо неё. Этого тоже нельзя было делать. Но теперь уже всё равно…
На маленьком столике из стекла и хромированного металла зазвонил телефон.
Она стояла у окна и курила.
Телефон продолжал звонить, разливая свои ущербные трели по комнате. Он напоминал механического соловья-подранка с севшими батарейками.
Она стояла у окна и курила.
Телефон, взвизгнув ещё раз на прощанье, замолчал.
Она даже знала, кто это звонил. Но, от этого вовсе не хотелось брать трубку. Она даже знала, что ей хотят сказать и что хотят спросить. Поэтому, бросать ради этого сигарету – источник такого приятного на вкус дыма и раковых заболеваний не хотелось.
На улице, кажется, собирался дождь. Небо затягивало тучами. Посреди этой высокой черноты была светлая полоска, клин света. Но, две тучи продолжали сходиться, словно лезвия ножниц, готовясь устремить в низ отрезанные капли и окончательно раскрасить небо в чёрный.
Она стояла у окна и курила.
Зазвонил мобильный, покоившийся на подоконнике. Теперь же, силами виброзвонка, он на брюхе полз к окну, словно связанный по рукам и ногам.
Её рука подняла его… Пригрела… Затем, один из пальцев, нажал на нём кнопку…
- Алло! Алло!
- Да…
- Это ты?!
- Я.
- Фух… Что трубку не берёшь? Я уж думал…
- Что?
- Ну… случилось, может, что…
- Нет, пока не случилось…
- Типун тебе…
- Шучу… Что ж может случиться?
- Ты как там?
- Хреново…
- Прости…
- Знаешь, я сейчас подумала, что мне из окна легче выпрыгнуть, чем сделать…
- Ну что ты! Что ты…
- Да нет, ничего…
- Ты меня не пугай, пожалуйста…
- Я шучу
- Так?
- Но ведь это правда. А прыгнуть, оказывается так легко. Я как раз сейчас у окна… Взобраться на подоконник, открыть раму. И сделать шаг вперёд. Хотя, здесь «вперёд» как-то странно звучит…
- Даже не думай! Я сейчас приеду…
Пауза.
- Мне приехать?
- Нет, зачем? Ты же работаешь.
- Плевать! Приехать?
- Нет. Не надо. Всё нормально. Я справлюсь.
- Точно?
- Да-да. Не обращай внимания. Что-то нашло.
- Да, я всё понимаю… Я люблю тебя.
- Я тебя тоже…
Она повесила рубку.

Он стоял у окна и курил. На нём был серый костюм. Серый же галстук. Он курил вкусную сигарету из серой пачки.
Небо окончательно сдвинуло над ним лезвия своих ножниц. Пошёл дождь. Лишь где-то там, в стороне, остался светлый клочок нежно-голубого цвета, частично спрятавшийся от взора за заводской трубой.
Щелчок пальцем по сигарете. Пепел упал в банку из-под кофе, стоящую на подоконнике высокого подъездного окна.
Так, за окном, под небом, ходили люди. Они что-то носили из конца в конец. Постепенно их становилось больше.
Его кто-то окликнул с этажа. Он поспешно бросил недокуренную сигарету в банку из-под кофе и поспешил наверх.

Она вышла на улицу. Прогуляться. Ещё было время.
Было пасмурно. Но, лучи солнца всё же пробивались к земле, прошмыгивая между лезвиями туч, ещё не до конца сомкнувшимися.
Самый острый угол указывал на дымящиеся трубы какого-то завода. Они были похожи на поставленные на попа сигареты. Поэтому она снова закурила.
Она шла по улице, смотря на прохожих. Люди бежали домой, желая успеть до дождя.
Она прошла мимо церкви. Остановилась. Развернулась. Сложила соответствующим образом три перста и приложила поочерёдно их ко лбу, пупу и печам…
Подумала зайти, исповедаться. Она никогда этого не делала. И даже не знала, возможно ли это в данный момент. Всего лишь раз до этого у неё возникало такое желание. Но тогда, войти в храм так и не решилась.
Она выронила почти уже дотлевшую до фильтра сигарету, ещё раз перекрестилась и пошла дальше.
Ей не хотелось даже пытаться спасти свою душу.
Она шла вдоль полос движения и всходила на мост, перекинувший свою пыльную тушу через железнодорожные пути.
Начал накрапывать дождь…
Взойдя на вершину моста, Она посмотрела вниз. Стало так страшно, что она может упасть и так, вот, просто расстаться с жизнью. Тогда, у окна, ей это казалось таким простым. Между окном и мостом в данном случае не было никакой разницы. Но, тут стало страшно.
Она отшатнулась от перил. Кружилась голова. В висках пульсировала острая боль. В глазах потемнело. Она почувствовала острую боль в животе.
Нога зацепилась за бордюр, когда она пятилась от перил к проезжей части.
Взметнулось красное платье, завизжали тормоза. Нежное тело прикрыло собой грубый асфальт от нежности шин…
Пошёл дождь.
Её красное платье резко выделялось из окружающего мира. Мир был серый, как асфальт, как небо, как Его пиджак. Она лежала на асфальте а метре от остановившейся машины, словно вывалившись из другого мира. Красочного. За автомобилем тянулись две чёрные полоски…

Он пытался сосредоточиться. Работа не шла. Суетящихся за окном рабочих поливал дождь.
От компьютера у него рябило в глазах. На левом глазе лопнул сосуд. Краснота постепенно обступила зрачок, распространяясь во все стороны, от капилляра, не выдержавшего давления.
Красный глаз. Серый пиджак. Серый же пиджак.
Красный уголёк на конце сигареты.
Банка из-под кофе на подоконнике.
На месте когда-то единственного светлого клочка неба сверкнула молния.
Гром.
Он посмотрел на часы: нужно позвонить ей. Уже давно нужно было…
Уже скоро.
Он нажал «вызов» два раза.
Гудки.
Сигарета.
Банка из-под кофе.
Лопнувший сосуд.
Гудки…
- Она на операции, - услышал он чужой голос из трубки.
- Уже? – удивился он.
- Вы кем ей приходитесь?
Он не знал что ответить. Повесил трубку.
Почему так рано?
Он хотел перезвонить, уточнить, спросить… Но лишь ещё раз затянулся горьким, но вкусным дымом…

Её огненно-красные волосы разметались по операционному столу.
Её красное платье было разорвано и лежало где-то рядом в целлофановом пакете.

На часах было 5.
Бросив сигарету в банку из-под кофе, он сбежал по лестнице…

- Мы потеряем ребёнка. – послышался голос, прерывающий монотонность писка приборов.

Он стоял у окна и курил. На подоконнике была пепельница, а вокруг неё было рассыпано много пепла. Теперь Он тоже не старался попасть пеплом в пепельницу. За окном, там далеко, были видны заводские трубу. Между ним и этими трубами был целый город.
Колокол.
Звонили в церкви за два квартала отсюда.
Он хотел было перекреститься, но это было бы фарсом, ибо он этого никогда раньше не делал. Он не верил.
На столике из стекла и металла зазвонил телефон.
Он подошёл и взял трубку.
- Алло.
- Да.
- Вас беспокоят из областной больницы.
Они назвали сначала её фамилию, потом имя, потом отчество…
- Кем она вам приходится?
Он огляделся по сторонам, словно боясь, что его может кто-то услышать.
- Брат. Я её брат.
- Ваша сестра у нас.
- Я знаю.
- Вам уже сообщили?
- Что?
- Что она у нас.
- Я и так знаю. Ей сегодня должны сделать аборт. Стоп! Сто-то случилось?!!
На том конце провода молчали.
- Может к лучшему, - наконец сказали там.
Его сердце забилось чаще.
- Что?
- Вы не замечали последнее время у неё подавленного состояния?
- Да… Но это естественно. Что случилось?!!
- У неё не выдержали нервы. Обморок. На улице. Она потеряет ребёнка.
Он глубоко затянулся и долго держал дым в лёгких, пока голос в трубке не спросил:
- Вы знаете отца ребёнка?
Резкая боль в правом глазу.
Под слизистой медленно начало расплываться пятно крови, беря в окружение второй зрачок…

Небо...Осеннее небо наверное самое выразительное за весь год. Оно бывает и белым, и голубым, и синим, и коричневым, и красным и даже черным. Небо никогда не стоит на месте, оно все время меняется. Это, наверное, самый лучший символ стремления к совершенству, вечного движения вперед. Хотя, если приглядеться, небо очень похоже на человека. Оно хоть и в каждую следующую секунду разное, но, в принципе, оно всегда одно и тоже. Оно одинаковое что в Москве, что в Саратове, что в Лондоне. Стало быть, там мы и встретимся...