Я открыл глаза и увидел, что за окном поздний солнечный день. Вот я спать! Бессонные ночи, проведённые в работе, сказываются. Сладко зевнув, я потянулся и откинул одеяло. Вставать жутко не хотелось! Я переборол в себе эту слабость и поднялся с кровати... Подошёл к окну, распахнул его и высунулся на улицу... Ветер обрадовано подлетел ко мне и растрепал тёмные короткие волосы... Солнце поселилось на плечах и тепло пригрело...
В квартире была, на удивление, тишина... Побродив по комнатам, я обнаружил только кота, мохнатого и рыжего, который, сладко растянувшись, дремал в кресле. Я быстро позавтракал, почесал коту тёплое растрепанное пузо, от чего он довольно замурлыкал, оделся и выбежал на улицу... Сидящие около подъезда бабушки с удивлением посмотрели на меня, ведь я был одет нарядно. Сегодня же не просто летний день, сегодня же Праздник!
Надеюсь, что мне удастся сделать ей сюрприз! Может, она закрутилась в суматохе буден и выпустила из вида... Вот удивится!!!
Я специально отменил все дела сегодня, чтобы посвятить этот день целиком и без остатка ей.
Я весело шагал по улицам, заходя в магазины... Я искал... Искал что-то особенное. Удивительное. Как она. Для неё. Ничего не подходило. Моё настроение совсем от этого не падало, я знал, что найду. Обязательно. И нашёл! В маленьком магазинчике, который находится на какой-то маленькой узенькой улочке...
Я сразу обратил внимание на эту вещь. Она была великолепна. Небольшая серебряная брошь в форме взлетающей птицы... Эта брошь была ручной работы, в ней словно были сосредоточены вся любовь и нежность мастера. Маленький сверкающий камешек замер на крыле этой птицы. Продавец сказал, что это александрит. Он меняет цвет в зависимости от освещения, погоды и настроения.
И тут я понял, что это идеальный подарок для неё. Для Гали. Для моего Галчонка. Для моей маленькой хрупкой Птицы с белыми сверкающими крыльями и сильной Душой... Эта брошь словно является отражением её натуры. Она хрупка и свободолюбива, как птица. Её руки нежны точно дрожащие перья расправленного крыла. Её глаза меняют свой цвет от светло-серого до тёмно-синего в зависимости от настроения. Она независима, легка, грациозна, добра и... она нужна мне. Я просто не смогу без неё.
Расплатившись, я вышел на улицу, держа в руках маленькую мерцающую, рвущуюся в небо, птицу. Настроение моё лучами ослепляющего солнца запрыгало по крышам и домам этого маленького города... Время приближалось к вечеру. Скоро наша встреча! Я вышел на длинный-длинный проспект, названный в честь политического лидера и заскочил в подъехавший автобус. За цветами!
Автобус, переминаясь с ноги на ногу, плыл по дороге. Я стоял и смотрел в окно и счастливо, может и глупо, улыбался. Улыбался птице, лежащей в кармане, улыбался кондуктору с грустным лицом и вдруг ожившими от моей улыбки глазами, улыбался ребятишкам, проезжающим в соседнем автобусе и приклеившимся к задним окнам, улыбался мужчине в сером плаще, стоящему рядом, а он как-то странно смотрел на меня и почему-то не улыбался, улыбался небу и облакам, расплывающимся от ветра, улыбался ей, улыбался себе, улыбался всему Миру. Вдруг автобус резко дёрнулся, старчески закряхтел и остановился... Люди суетливо завертели головами, послышались чьи-то громкие недовольные голоса. Я отвернулся от окна и посмотрел в салон... Кондуктор говорила о чём-то с водителем, затем эта женщина в розовой, похоже очень старой, кофте, с кожаной потёртой сумкой на шее и ожившими от моей улыбки глазами обратилась к пассажирам с просьбой: спокойно выйти из автобуса, так как он сломан. Кто-то завозмущался ещё громче, человек в сером плаще, фыркнув, сообщил, что это всё власть виновата, что это она, окаянная, не хочет обеспечить граждан нормальным транспортом, кто-то поторопился к кондуктору забирать деньги за билет.
Я смотрел на всё это, и мне почему-то стало смешно! Быстро выскочил из заболевшего автобуса и направился к автобусной остановке. Постепенно туда подтянулись остальные. Ещё где-то слышались недовольные, звенящие фразы.
Это всё власть виновата – говорил человек в сером плаще. Я улыбнулся. Автобуса не было почему-то. Я спросил у рядом стоящей девушки, который час. Оказывается, что уже без пятнадцати девять. А магазин цветов работает до девяти. Я быстрым шагом направился по дороге, понимая, что автобус ждать бесполезно, а маршрутки вымерли где-то в пути, словно мамонты.
До заветной цели было ещё метров двести. Я спросил время. Девять. Ровно. Я побежал. Двери магазина были закрыты, свет внутри не горел. Я глубоко вздохнул, поборов зарождающееся отчаяние. Только здесь в это время года можно было найти её любимые цветы. Я не помнил их название. Очень уж у меня голова дырявая. Но я точно знал, что она называет их маленькими подсолнухами, они и впрямь были копией рыжих солнц в миниатюре. Вдруг я заметил девушку, отходившую от магазина. Я догнал её, она и вправду оказалась продавцом. Я начал просить её, чтобы она продала мне цветы. Девушка долго думала, с подозрением глядя на меня, но потом от чего-то улыбнулась и пошла к магазину. Я радостно, вприпрыжку побежал следом. Наверное, она увидела в моих карих глазах настоящее желание сделать приятное своей Любимой.
В салоне влажно пахло цветами, я стоял и вдыхал этот запах всей грудью. Продавщица остановилась в центре магазина и пристально смотрела на меня... Она, наверное, думала, что я сумасшедший. Нет, я счастливый.
Я попытался объяснить ей как выглядит то, что я ищу, энергично размахивая рукам. Она улыбнулась, поправила рукой выбившуюся каштановую чёлку и указала на цветы, стоящие чуть поодаль всех...
Маленькие рыжие солнца.
Герберы – так они называются, сказала девушка.
Интересно, а Галя знает их название или она просто помнит, что это солнца в миниатюре.
Я улыбнулся, подумав про Галю.
- Мне, пожалуйста, семь штук – радостно сообщил я.
- Хорошо – ответила мне девушка и пошла к вазе, в которой стояли цветы.
Я полез в карман за портмоне, но его не было. Я посмотрел в пиджаке, брюках – везде, но тщётно. Паспорт был, а кошелька – нет.
Девушка стояла и подозрительно, с опаской смотрела на меня, держа в руках подсолнухи-герберы.
- Я вынуждена проводить Вас из магазина, если Вам нечем расплачиваться.
- Нет, подождите, пожалуйста. У меня есть деньги, были.
Я начал вспоминать вслух: купил брошь, вышел на проспект, сел в автобус, автобус сломался, на остановку, пешком сюда... Так. Автобус, в автобусе... Человек в сером плаще, который всё властью был недоволен. Он вытащил у меня кошелёк. Я хлопнул себя по лбу...
- Девушка, пожалуйста, выручите меня, у меня свидание, а я не могу прийти на свидание без цветов, давайте я оставлю Вам в залог паспорт, а завтра утром привезу деньги...
Девушка долго смотрела на меня и никак не могла решиться, а потом вдруг рассмеялась и сказала:
- А была, ни была, чёрт с Вами, давайте... Только я открываюсь в девять, привезите деньги до открытия.
- Да, хорошо, конечно.
Я радостно закивал головой, словно китайский болванчик. Взял в руки цветы и побежал к выходу, но вдруг остановился, развернулся и громко расцеловал девушку в обе щеки.
- Спасибо Вам!
Она засмущалась, покраснела и робко поправила выбившуюся чёлку.
- Удачи! И знаете что? Очень жаль, что на свете так мало людей способных ради Любви на подвиги, хоть и маленькие. Вашей Даме очень повезло, так и скажите.
- Спасибо! Скажу! Обязательно!
Я со смехом побежал к выходу, ещё чуть-чуть и я начну опаздывать...
До нашей встречи я добежал за 15 минут. Электронные городские часы показывали девять сорок пять. Вовремя. Я начал делать глубокие вздохи, чтобы остановить разбегающееся сердце...
Где-то вдали загремел гром, а по небу побежали серые хмурые тучи...
Галя опаздывала. Она, в общем, была пунктуальным человеком, но всегда опаздывала, то у неё лифт сломался, то позвонил кто-то, то бабушку через дорогу переводила, то луна соскочила с небосклона, а ей нужно было держать её до приезда спасателей... Я знал эту её черту и готов был ждать. Я готов был ждать её всю жизнь!
Вдруг на землю, искрясь, словно новогодние игрушки, посыпались бусинки дождя... Они тёплыми струями падали и падали, раскатываясь по земле. На тротуаре начали образовываться лужи, которые пенились и пузырились. Дорога стала похожа на чёрную глянцевую фотографию, с изображением хмурого летнего неба.
Я стоял под козырьком, а вода капала с моих волос, попадая прям за воротник...
Дождь барабанил по крышам домов и шелестел в листве...
И тут я увидел её!
Она маленькими перебежками пробиралась ко мне по лужам, держа над головой какой-то пакет... Длинные светлые волосы, мокрыми лентами липли к её лицу.
И она улыбалась!
Я, забыв обо всём на свете, выскочил из-под козырька и побежал ей на встречу. По лужам, которые разлетались в разные стороны от моих шагов. Она остановилась и начала смеяться, подставляя лицо струям тёплого дождя... Я подбежал к ней и сразу поцеловал. Я так соскучился! А потом подарил цветы. Она обняла меня крепко-крепко и поцеловала в ответ. Так мы и стояли, обнявшись под летним дождём...
... Дождь кончился, и мы, чуть подсохнув, пошли-таки в ресторан, где я заказал столик. Цветы сразу поставили в вазу. Официант откупорил бутылку шампанского и сказал, что главное блюдо сейчас подадут.
Мы подняли бокалы, и я взял Галину руку:
- Галчонок мой! Я хочу сделать тебе один подарок.
- Олег, родной! Ты сам большой подарок! Самый нужный!
Она ласково улыбнулась.
- Вот-вот и продавщица цветов так сказала и сказала, что тебе очень повезло.
Я спрятал самодовольную улыбку, от чего, наверное, стал похож на кота, обожравшегося сметаны. Она только тихо сказала:
- Я знаю - и от этого мне хотелось её расцеловать – так про что ты там говорил, про подарок?!
Она лукаво сощурила глаза, и мне захотелось расцеловать её ещё больше.
- Да-да! Я хотел, хочу то есть, подарить тебе одну вещь, я, как только её увидел – понял – это твоё.
Галя нетерпеливо, как ребёнок, наклонила голову, от чего её ещё слегка влажные волосы скользнули по чёрному трикотажному платью и легли на плечо...
Я достал мерцающую брошь...
- Знаешь, я всегда говорил тебе и повторю снова, мне кажется, что ты похожа на Птицу: так же легка и свободолюбива и поэтому...
Я протянул ей брошь на ладони, ей было не очень видно, и она даже слегка привстала на стуле. Я видел как расширяются её зрачки, так было всегда, когда в её душе загоралось удивление. Она дрожащей рукой взяла брошь и посмотрела на меня. У неё удивительные глаза. Я всё понял. Ей очень понравилось. Она не ожидала! Это фантастически красиво. Просто необыкновенно!
Она соскочила со своего место и крепко меня обняла...
- Спасибо, Олег! Мне очень-очень понравилось! Приколи, пожалуйста...
Она протянула мне брошь. Я аккуратно, боясь поранить, приколол взлетающую птицу к Галиному чёрному платью и снова понял: я не ошибся! Это действительно то, что надо!
Брошь великолепно сочеталась с платьем, с волосами, с ней самой... Галя коснулась птицы пальцами, и в её глазах зародился какой-то немой трепет...
- Ты удивил меня! Но ты тоже удивишься!
- В смысле?
- Сейчас поймёшь!
Она подошла к своему стулу и открыла сумку...
- Говорят, что у безумцев или гениев мысли схожи... Кто мы? Не знаю, да это и не важно, а главное...
И она достала из сумки длинный полосатый шарф, связанный из нереально ярких, тёплых ниток.
- Желаю тебе не болеть, не простывать после таких вот прогулок под дождём.
С этими словами она накрутила шарф мне на шею, а я сидел и не мог вымолвить ни слова. Шарф уловил Галин запах и сейчас бесстыдно его расточал. Я потрогал тёплые нити и поднял глаза на Галю:
- Спасибо тебе, Галчонок! Теперь я никогда не простыну.
- Ведь это не просто шарф... - она взялась за один из разноцветных краёв – это шарф с моей меткой – и она показала маленькую птицу, вышитую на краю шарфа. Ты вот говоришь, что я на птицу похожа, свободу люблю, люблю да, может и похожа, согласна, а вот этим подарком хочу показать тебе, что я Твоя. Твоя Птица. Только для тебя я летаю. Благодаря тебе.
- Галчонок, любимая! Спасибо!
Она села ко мне на колени и я почувствовал, что я по-настоящему счастливый человек! Очень счастливый!
... Чуть позже мы поужинали, я рассказал ей свои приключения, и мы пошли танцевать. Зал ресторана уже был почти пуст, только уставшие музыканты бренчали сами себе какую-то музыку, а, увидев нас, ожили и заиграли красивую медленную мелодию. Мы кружились по залу, оба закутанные в яркий полосатый шарф с маленькой птицей, присевшей на краешек.
Это и есть Счастье! Просто танцевать с любимым человеком, просто держать её руку в своей, сердцем чувствую, что вы удивительно подходите друг другу, что вы и есть те самые половинки одного целого. Те самые половинки, которые кто-то когда-то разделил по ошибке...
... Время плавно катилось к полуночи. Мы вышли из ресторана, держась за руки...
- Галя! Можно я провожу тебя домой?
Она шла, накинув на плечи мой пиджак.
- Ты ещё и поцелуя на прощание попросишь, да?
Она привстала на цыпочки и притянула меня к себе с помощью полосатого шарфа, согревающего мою шею.
- Да!
Нахально ответил я и поцеловал её в губы.
- Глупенький! Мы же вместе с тобой живём. У нас с тобой один дом!
Я взял её улыбающееся лицо в свои ладони и, заглянув в её удивительные голубые глаза, тихо серьёзно сказал:
- Знаешь, я уже 30 лет не могу поверить, что в моём доме, со мной, живёшь ты. Моя маленькая Птица. Моя Жена.
