"Тогда было тогда, а теперь есть теперь. Помни, что теперь - это единственное время, когда ты можешь быть свободна."

И вновь глаза закрывая,
От реальности ухожу я,
И легкая дрожь по телу,
Душа в Астрал улетела,
Парит в пустоте бездонной,
Не зная, куда податься,
И лишь об одном мечтаю,
Навек с бренным миром расстаться...

Реальность сжигает Душу,
Лишь пустоту оставляя,
Черным вороном кружит,
Над осколками бывшего рая.
За что мне такая мука,
Жестокое наказание,
Вокруг ни единого звука,
Тишина просто убивает,
А мне бы расправить крылья,
Забыться, ни о чём не жалея,
И сказка бы стала былью,
Вот только летать не умею...

Ухожу.. Все уходят когда-то...
Я устала встречать в этом мире рассветы с закатом...
Я устала без цели по разным дорогам скитаться...
Над собой и над вами смеяться, смеяться, смеяться...
Ухожу... Едва ли это лучшая награда...
Ухожу... Но ведь все вы уйдёте когда-то...

Воин берет свою судьбу, какой бы она ни была, и принимает её в абсолютном смирении. Он в смирении принимает себя таким, каков он есть, но не как повод для сожаления, а как живой вызов.

Смирение воина и смирение нищего - невероятно разные вещи. Воин ни перед кем не опускает голову, но в то же время он никому не позволяет опускать голову перед ним. Нищий, напротив, падает на колени и шляпой метет пол перед тем, кого считает выше себя. Но тут же требует, чтобы те, кто ниже его, мели пол перед ним.

Мир необъятен. Мы никогда не сможем понять его. Мы никогда не разгадаем его тайну. Поэтому мы должны принимать его таким, как он есть, - чудесной загадкой. Обычный человек не делает этого. Мир никогда не является загадкой для него, и когда он приближается к старости, он убеждается, что у него нет больше ничего, для чего стоит жить.

Птицу, поющую в ночи,
Не смей тревожить равнодушно,
Гармонию не стоит рушить,
Послушай крик её Души...

Острая звезда-алмаз
глубину небес пронзая,
вылетела птицей света
из неволи мирозданья.
Из огромного гнезда,
где она томилась пленной,
устремляется, не зная,
что прикована к вселенной.

Охотники неземные
охотятся на планеты -
на лебедей серебристых
в водах молчанья и света.

Вслух малыши - топольки
читают букварь, а ветхий
тополь - учитель качает
в лад им иссохшею веткой.
Теперь на горе далёкой,
наверно, играют в кости
покойники: им так скучно
весь век лежать на погосте!

Лягушка, пой свою песню!
Сверчок, вылезай из щели!
Пусть в тишине зазвучат
тонкие ваши свирели!

Я возвращаюсь домой.
Во мне трепещут со стоном
голубки - мои тревоги.
А на краю небосклона
спускается день - бадья
в колодезь ночей бездонный!

Человек знания живёт действием, а не мыслью о действии. Он выбирает путь сердца и следует по этому пути. Когда он смотрит, он радуется и смеётся, когда он видит, он знает. Он знает, что жизнь его закончится очень скоро; он знает, что он, как любой другой, не идёт никуда; и он знает, что всё равнозначно.

Я тебя бы могла спасти,
Только сил нет подняться с колен.
Тяжело свою ношу нести,
Понимая, что жизнь – это тлен.
Понимая, что жизнь – это прах,
Догоревшие угли костра.
Ты умрёшь на моих руках,
Я, увы, тебя не спасла.

Мне бы вырваться за пределы,
Но напрасны Души попытки.
Мне б покинуть бренное тело,
Прекратив наконец-то пытки.
Мне бы в Вечности раствориться,
В Бесконечности окунуться,
Я безумно была б счастливой,
Но боюсь, не смогу проснуться.