В колонках играет - Rammstein - Mann Gegen MannНастроение сейчас - ВеселоеЯой, ня!
«Школьная история».
Автор: Архи Вечная Тьма;
Жанр: яой, angst.
Пейринг: Андрей\Илья.
Рейтинг: NC-17.
Дискламер: Все права на этот рассказ принадлежат мне.
Размещение: Запрещается размещать этот рассказ где-либо за пределами данной темы. Все права защищены законом об авторских правах.
1
Пожалуй, осень – самая ужасная пора года. Особенно ее начало. До зимы, полной снежных развлечений и долгожданного праздника еще далеко, а жаркое, знойное лето, наполненное ароматом цветов и купанием в речке уже позади. По крайней мере, для Ильи Макаркина это было так.
Настойчивый писк будильника безжалостно сообщал скверную новость – уже утро и пора вставать, чтобы идти в школу. Илья, тихо застонав, лишь глубже зарылся в подушку, с головой укрывшись одеялом.
- Илья! – дверь резко распахнулась и в комнату, доселе укутанную сумраком осеннего рассвета, ворвался электрический свет лампы. На пороге нарисовалась дородная фигура блондинки лет сорока. – Илья! Живо вставай! Мне уже осточертело выслушивать жалобы Риммы Петровны о твоих вечных опозданиях!
- Конечно, мама, я уже встаю, – уныло отозвался подросток, вылезая из уютной, теплой постельки…
День выдался пасмурным и морозным. Но погоде показалось этого мало – пошел дождь. Мысленно матерясь, Илья бегом бросился в школу, то и дело, оступаясь и попадая ногами в лужи. Вот и порог родной школы!
- Урок начался десять минут назад! - проскрежетал гардеробщик, укоризненно глядя на школьника.
- Я знаю, – буркнул Илья, поднимаясь по лестнице.
Вбежав в свой класс, парнишка с облегчением понял, что учителя еще нет. «Слава Богу!» - мелькнуло в его голове, пока он устраивался на своем месте за обшарпанной партой в первом ряду.
- Ты сегодня рано! – с ехидной улыбкой заметила вертлявая девчушка, Ирма Рымина, больше всего похожая на беременного таракана.
- Тебе-то, какое дело?! – огрызнулся мальчик, вытаскивая учебники и с ужасом понимая, что забыл сделать домашнее задание.
Ну, как можно было думать об уроках, когда вчера был такой замечательный день! Солнышко, голубое небо, тепло… Впрочем, как подозревал Илья, для учителя это не послужит достаточным оправданием, а значит – двойка и очередной скандал дома. Однако оставалась надежда, что, может быть, ему повезет и учитель спросит кого-нибудь другого… Хотя везунчиком Илью назвать было сложно, главным законом в его жизни был Закон Подлости.
- Дети! – в класс вплыла высокая статная дама. Злата Викторовна, директор и просто сволочь. – У меня для вас две новости! С какой начать? Думаю, с плохой! – не стала дожидаться ответа таких ничтожных личностей, как ученики директриса. – К нашему всеобщему глубочайшему сожалению, Нестор Петрович сломал ногу и временно не сможет вести у вас уроки истории.
Класс радостно загомонил – Нестор Петрович, старый и вредный субъект, в силу возраста ненавидящий всех молодых, веселых и энергичных, каждый урок превращал в кошмар, рядом с которым пытки инквизиторов казались раем. К тому же, раз учитель приболел, уроков истории не будет.
- Но не переживайте! – добавила децибел в голос Злата Викторовна. – Мы нашли замену Нестору Петровичу!
Все тут же сникли. Новый учитель мог оказаться еще большим гадом, ведь в городе не было таких идиотов, чтобы работать в их муниципальной школе. Все уважающие себя учителя давным-давно разбежались по частным лицеям и гимназиям.
- Андрей Григорьевич – еще пока молодой учитель, недавно закончил вуз. – При этих словах большая часть девочек оживилась. – Но это вовсе не означает, что вы можете над ним издеваться! – директриса погрозила классу пальцем. – Имейте в виду, узнаю, что вы довели и этого учителя – плохо вам будет! А вот и он, проходите, Андрей Григорьевич! – Злата Викторовна расплылась в приторной улыбке, такой же фальшивой, как и псевдозолотые сережки в ее ушах.
В класс уверенной походкой вошел высокий, атлетически сложенный парень, с шапкой густых черных волос. Темно-зеленые глаза оббежали лица учеников, губы растянулись в сногсшибательную улыбку. Женская часть класса разве что слюнки не пускала, во все двадцать четыре глаза пялясь на нового учителя. Мальчики лишь ухмыльнулись, глядя на такую реакцию одноклассниц. «Глупые курицы! – в сердцах подумал Илья. – И что в этом парне такого? Ну, подумаешь, красивый, накачанный… Но он, наверно, полный идиот!»
Злата Викторовна, убедившись, что ничего плохого учителю не грозит, вышла из класса, не прощаясь.
- Здравствуйте! – жизнерадостно поприветствовал всех Андрей Григорьевич, устраиваясь за учительским столом. – Чтож, я полагаю, знакомство состоялось, можем перейти к уроку! На дом у вас было задано… Северная война… прекрасно… кто готов отвечать?!
Тут же раздалось мелодичное звяканье, несколько девичьих ручек, увешанных браслетами, взметнулись вверх. Учитель довольно усмехнулся, глянул в журнал и улыбнулся еще шире.
- М, я гляжу, без лодырей ни один класс не обходится… Сколько двоек… Хм… в классе присутствует некто Илья Макаркин?
- Да, это я, – тихо отозвался Илья, поднимая руку.
Ирма гадко ухмыльнулась, злорадствуя. Она так долго пыталась привлечь внимание этого симпатичного блондинчика, но он словно оглох и ослеп, и на намеки не реагировал. Ну, ничего, она ему еще отомстит!..
- Поднимись, – повелел Андрей Григорьевич. Илья послушно поднялся со стула. – Сегодня ты готов к уроку, я полагаю?
- Нет. – Сквозь зубы процедил мальчик.
- И что же послужило тому причиной? – довольно холодно поинтересовался историк.
Илья промолчал, уставившись куда-то в сторону.
- Понятно, – вздохнул учитель. – Чтож, садись. После уроков зайди ко мне, нужно будет обсудить твое сложившееся положение. Ясно?
- Да.
- Вот и чудно. Ладно, кто-нибудь другой хочет ответить?..
Утро, состоящее из уроков и коротеньких перемен, пролетело быстро. Вот прозвенел звонок с последнего урока. Илья, предвкушая сладкую дрему в собственной постельке, быстро собирал вещи.
- И куда же ты так торопишься, Илюша? – пропела Неля, совесть класс и гордость школы. А если по-простому – староста-ябеда. – Неужели так не терпится к учителю «на ковер»?
…! Илья чуть не выругался вслух. Как он мог забыть о приказе учителя? Надежда понежитья в теплой постельке растворялась на глазах. Парнишка тяжко вздохнул и уныло поплелся в западное крыло. Тихо постучал и, услышав радушное «Войдите!», втянулся в класс, закрыв за собою дверь.
- А, это ты! – Андрей Григорьевич оторвался от заполнения журнала и улыбнулся, указав на место перед собой. Первая парта первого ряда, лобное место, дружно игнорируемое всеми учениками.
«Ишь как лыбится, гад! – с тоской думал мальчик, усаживаясь на деревянный стул, покрытый облезлой обивкой. – Задумал мне жизнь испортить и радуется!»
- Илья! – историк внимательно посмотрел на хмурого парнишку. – У тебя серьезные проблемы по истории. Много двоек… ты знаешь об этом?
Илья буркнул что-то невнятное, что, при желании, можно было принять как за «да», так и за «нет».
- Ты мальчик неглупый, я надеюсь… хочешь исправить свое положение?
- Да…
- Отлично! – повеселел Андрей Григорьевич. – Значит, к пятнице выучишь Северную войну и сдашь мне после уроков.
- Но… – Илья в ужасе уставился на учителя. – К пятнице… но ведь сегодня вторник, а там тридцать страниц!!!
- Ничего, если будешь учить, а не маяться дурью, справишься, – и учитель мило улыбнулся.
- Но… но…
- Что-то не так, Илья? – историк так холодно взглянул на ученика, что у того все возникшие возмущения выветрились из головы.
- Нет, все в порядке, – тихо отозвался Макаркин. – Я могу идти?
- Да, вполне. До свидания. – Андрей Григорьевич вновь улыбнулся.
- До свидания, – буркнул Илья и направился к выходу.
- Кстати, если возникнут какие-нибудь затруднения – обращайся. Помогу, чем смогу.
- Конечно, всенепременно – прошипел мальчик, шагая по коридору. – Вот ведь …!
Холодный ливень ничуть не остудил его пыл, и, входя в дом, Илья весь полыхал от злости. Квартира встретила его звонкой тишиной. Значит, родители и сестра уже ушли, и никто не будет лезть к нему с разговорами.
Побросав вещи, Илья вошел к себе в комнату и вздохнул. Прощай вечер у компа, здравствуй зубрежка!
- Ненавижу! – выкрикнул Макаркин, пиная табурет. Ничего хорошего из этого не вышло. Лишь заболел палец на ноге.
- А все из-за этого Григорьевича! – простонал Илья, прыгая на одной ножке к кровати. – Не мог просто на меня наорать!
Власть пожаловаться пустоте не удалось – в гостиной зазвонил телефон.
- Ненавижу всех! – сделал вывод Илья, допрыгивая до телефона. – Да?
- Илька! – раздался в трубке мелодичный голос его старшей сестры. – Ты уже дома?
- Нет, – буркнул не любивший глупых вопросов мальчик. – Это мой призрак…
- Ну, не надо грубить, – пожурила его Соня.
- Тогда не задавай вопросов, ответ на которые очевиден!
- Если у тебя день не задался, я не виновата! – хмыкнула девушка. – Просто хотела тебя уведомить, что звонил твой учитель истории и просил проследить затем, как ты будешь выполнять домашние задания!
- ЧТО?!?!?! – Илья чуть не задохнулся от злости.
Что этот Андрей Григорьевич, совсем спятил?! Звонить домой! Какая подлость и низость!!!
- Не ори, Илька! – велела Софья. – Я-то тут при чем?! Ладно, чмоки-поки, дорогушка!
Ту-ту-ту…
Парнишка отшвырнул от себя трубку так, будто эта была ядовитая змея. «Мерзкий учителишка! Ну, я ему еще покажу…»
Спустя неделю.
Золотая пора года текла своим чередом, нагло игнорирую свою законную часть – бабье лето. Дождь, то моросящий, то проливной, холодный и непрерывный, мрачное небо, по которому словно разлили свинец, пробирающий до костей ветер – уже семь дней осень являла свою самую гадкую часть. Тучи, явно находящиеся с ней в сговоре, прятали теплое и нежное солнышко своими тучными, рыхлыми, свинцово-серыми телами. Деревья уже успели потерять листву, теперь грязно-желтые листья мокрыми кучками были прибиты к некогда зеленой и сочной травке каплями дождя. Город быстро погружался в уныние, серость и тоску. Его жители ходили хмурые и осунувшиеся, костеря на все лады вредную осень. Только Илье не было никакого дела до непогоды – он все равно не выходил из дома, если не считать походов в школу и обратно. Во-первых, при таком холоде и дожде особо не погуляешь, во-вторых… А во-вторых стоял Андрей Григорьевич, явно ниспосланный небесами Илье за какие-то грехи. Главное, что мальчик не мог понять – за какие именно? Вроде ни кого не убил, ничего не украл… Гадостей и подлостей не делал… Хотя сейчас Макаркин был близок к этому, ибо за неделю учитель истории сумел основательно изгадить Илье жизнь. А началось все с зачета по истории, который мальчик должен был сдать в пятницу. Должен был, да не обязан. Правда, к чести Ильи стоит сказать, что он старался, однако, когда Бог раздавал людям способности, он явно не рассчитывал, что бедному Макаркину придется так напрягать память. Итог – ничего, кроме пары жалких невнятных предложений, Илью учителю рассказать не смог, и Андрей Григорьевич, с укором глядя на подростка, бормоча себе под нос:
- Ну, как же так, Илья… – прямо на глазах у несчастного мальчика набрал номер мобильного Макаркина-старшего:
- Добрый день, Владислав Федорович! Это, Андрей Григорьевич… да, учитель вашего сына. Я по поводу Илья и звоню… нет-нет, что вы, он ничего такого… мальчик не выучил задание, а у него итак плачевное положение по истории… двойки… если так и дальше пойдет, то он за четверть получит два… не могли бы вы принять какие-то меры, помочь ему… да-да, конечно… о, благодарю вас, до свидания!
Сияя улыбкой, которой мог позавидовать какой-нибудь голливудский актер, историк посмотрел на ученика:
- Твой отец пообещал, что поможет тебе! – таким радостным тоном, словно подарил Илье давно желанный тем подарок, сказал Андрей Григорьевич.
- Зачем вы ему позвонили?! – в отчаянья выкрикнул подросток, представляя грандиозный скандал, который ему устроит отец.
- Тебе нужна помощь, – ласково улыбнулся учитель, – а кто сможет помочь лучше, если не родители?..
«Кто сможет лучше помочь… сам бы справился! – в унынии думал Илья, плетясь домой. – Это не мне, а ему нужна помощь! Псих! Папа же меня убьет…»
Однако все было не так ужасно, могила с белым крестиком мальчику на этот раз не досталась. Владислав Федорович даже не стал, по обыкновению, когда Илья делал «что-то не так», выхватывать из брюк широкий ремень и лупить им сына по мягкому месту… Нет, Макаркин-старший просто кричал. Кричал долго и много, притом, что его речь состояла из одних матов и угроз, Илье стало хуже, чем от порки. Когда его, наконец, отправили в свою комнату, предварительно выдрав оттуда модем, Илье хотелось убить мерзкого Андрея Григорьевича. А еще лучше тоже изгадить ему жизнь, выдавить из школы, чтобы никогда больше не видеть эту отвратительную, ласковую улыбку и веселые изумрудные глаза! Илья изнывал от жажды мести, и каждый раз, когда он видел историка, это желание становилась почти непреодолимой… Судьба ли, а может и ангел-хранитель, но кто-то все же предоставил Илье шанс утолить эту сводящую с ума жажду, потушить бурлящий вулкан злобы в душе…
Мальчик лежал на кровати, задремывая. Была суббота, осень, в виде одолжения, спрятала тучки в свой мешок, выпуская солнце на волю. В воздухе разлился аромат свежести и мокрой травы. Все так и манило выйти из дома, хотя бы просто прогуляться по улице, вдохнуть полной грудью этот умопомрачительный запах, подставить лицо нежным лучам, насладиться долгожданным выходным… Однако Илье и такой простой радости не было дано, отец запретил выходить ему из дома, пригрозив еще большими лишениями. Хотя куда уж больше?
Из сладкой дремы мальчика вырвал телефонный звонок. Илья, недовольно бурча, пошел в гостиную за телефоном. Звонил Семен Гладышев, лучший друг Илья, который учился в гимназии, и потому подростки редко виделись.
- Илья, у нас сегодня отменили занятия! – ликующе прокричал Семен, чуть не оглушив друга. – Давай сходим в кино, фильм такой классный идет…
- Я не могу! – уныло оборвал его Илья. – Из-за одного гада у меня проблемы в школе, и папа запретил мне выходить из дома…
- Ну вот… – расстроился Сеня. – А кто у нас гад, если не секрет?
- Да какой тут секрет… Савостин Андрей Григорьевич, наш историк… та еще сволочь! Педант хренов, … несчастный!!!
- Савостин Андрей Григорьевич… хм… случайно, не брюнет? У него еще родимое пятно небольшое на шее! – воскликнул Семен.
- Да, а откуда ты его знаешь? – изумился Макаркин.
- Он с моим братом вместе учился. И правда, падла он… весь такой правильный, исполнительный, услужливый, вечно старался учителям угодить… И ведь выслужился, получил диплом с отличием…
Илья издал горестный стон.
- Да не стони ты! – велел Семен. – Тебе это ни чем не поможет!
- А что мне поможет? – буркнул мальчик.
- А это смотря, чего ты хочешь, – усмехнулся Сеня.
- Я хочу сделать ему какую-нибудь гадость! Такую, чтобы его вышвырнули из нашей школы пинком под зад! – горячо отозвался Илья.
- Гадость, говоришь… ну, с этим только к Натэч, – задумчиво протянул Гладышев.
Натэч, в миру Наташа Брюкова, была мастером по части делания различных гадостей и пакостей. Более противной особы Илья не встречал. Хотя со своими друзьями, коих было немного, Натэч была хорошей девочкой… и никогда не отказывала в помощи.
- А чем она поможет-то? – поинтересовался Илья.
- Ну… к примеру, подмочить этому историку репутацию так, что его больше никогда никуда преподавать не возьмут!
- Подставить, что ли? – растерялся Илья.
- Не совсем. Он сам себя подставит.
- Это как?
- Да есть у него одна слабость…
- Какая? – жадно спросил Илья.
- Слабость к маленьким мальчикам! – смеясь, отозвался Семен.
- В смысле? В смысле, он что… голубой? – почему-то шепотом отозвался Макаркин.
- Правильно мыслишь, друг! – похвалил его Сеня.
- Ну и что с того? Нет таких правил, что геи преподавать не могут!
- Это да, а вот педофилы… – заговорчески хмыкнул Гладышев.
- Ты на что намекаешь? – дрожащим голосом осведомился Илья.
- Ну… можно было бы его соблазнить, а потом сделать так, чтобы об этом узнали… тогда ему конец!
- Сень, ты башкой случайно не ударялся? – злобно прошипел Илья. – Его же посадят!!!
- Ну и что с того? – невинным тоном вопросил Семен.
- Совсем ты спятил! – разозлился Макаркин и бросил трубку.
- Идиот! – в сердцах бросил мальчик, плюхаясь на диван. – Нет, историк, конечно, гад, но не до такой же степени…
Телефон снова пропел свою навязчивую мелодию.
- Да! – злобно выкрикнул подросток.
- Илья, это Андрей Григорьевич! – раздался веселый голос «гада-историка». – Я тут журнал просматривал… в общем, тебе остался еще один зачетик, и все!
- Но… – от возмущения у Ильи на секунду пропал голос. – Но вы же сказал еще в четверг, что уже все!!!
- Я перепутал, извини! – без всякого намека на раскаянье заявил учитель. – Будь добр, к понедельнику выучи параграф 12… сдашь мне после уроков и можешь вздохнуть свободно! Жду тебя в своем кабинете к половине второго. До свидания, Илья!
Ту-ту-ту…
Мальчик еще несколько минут сидел в ступоре, сжимая пищащую трубку в руке. После его с размаху бросил ее на рычаг, чуть не разнеся телефон. Несколько раз глубоко вдохнул, после чего дрожащими от злости руками набрал номер друга.
- Сень, это я… Натэч завтра во сколько освободится?
Продолжение следует...
