* * *
Стоит Ежик на берегу глубокого-глубокого оврага.
- Медвежо-о-н-о-к! - кричит.
Тут же стоит Белая Лошадь и говорит:
- Слушай, хватит орать, голова болит.
Ежик не унимается:
- Медвежо-о-н-о-к!
- Я тебя сейчас вниз столкну, - говорит Белая Лошадь.
- Медвежо-о-н-о-к!
Лошадь разбегается и пытается лягнуть Ежика, но Ежик отбегает в сторону и лошадь падает в овраг. Ежик с грустью смотрит вниз и кричит:
- Лоша-а-а-дка-а-а!
(Это типа присказка, народная мудрость, сказка будет впереди!)
Тут все про секс чего-то пишут,
И только Ёжик маху дал,
А он, хоть многих ростом ниже,
Развратник, хам и аморал.
Решив исправить упущенье,
Взял Ёжик свежую тетрадь
И не простое сочиненье -
Про секс поэму стал кропать.
Как прочие лесные звери,
На именины Ёжик зван.
Своё достоинство измерив,
Набил кондомами карман.
Затем от перхоти шампунем
Помыл колючки и усы.
«Судьба его снабдила ##ем» -
Но он пока его в трусы
Запрятал. (Да простит читатель
Цитату из Баркова мне.)
Наш маленький Иглодержатель
Судьбой доволен был вполне.
Бывает хуже, только реже -
Готов признать сегодня я.
Судьба наш род мужской манежит
И оставляет без ##я.
А мы без этой самой штуки
Не представляем интерес
Ни для блохастой старой суки,
И ни для сказочных принцесс.
Весёлый чурка Буратино,
Хоть деревянный, дурачок,
Но, познакомившись с Мальвиной,
Завёл меж ног себе сучок.
А Серый Волк, любитель целок,
В лесу маньячит каждый день,
«Полено-хвост» его не мелок,
Ему работать им не лень.
И всякий истинный мужчина,
Будь то Кащей иль Карабас,
Вторую ищет половину:
Найдёт – и снимет хоть на час!
Но я отвлёкся. Славный Ёжик,
О коем речь мы тут ведём,
На перекрёстке трёх дорожек
Имел добротный, справный дом.
Имел он в экономках Белку,
А в гараже велосипед.
Сальца любил поесть под "Гжелку".
В лесу имел авторитет -
Покольку в местном зоопарке
Он отсидел пяток годов.
Прорыл подкоп с Лисой на пару,
Учапал в лес – и был таков.
Построив дом, ганжой и маком
Ёж пять гектаров засадил.
Толкал сырьё в Борней макакам,
Толстел, крутел и весел был!
Со всей лесною знатью знался –
На то она и знать, чтоб знать!
С Ягою по делам общался,
А после дел валил в кровать.
Умел наш Ёж сношаться славно -
На Кама-сутре вырос он.
Любовные затеи плавно
Перетекали в сладкий сон.
Но вот такая неувязка:
Яга-то замужем была.
Она в какой-то прошлой сказке
По пьянке Лешему дала.
А он, как очень честный Леший,
Ей ствол и сучья предложил,
Яге признаньем сердце теша -
И Гименей их брак скрепил.
Но Бабе было мало мужа.
Увы, печальные дела:
Она в кругу своих подружек
Горячей девочкой слыла.
С Ягою всякий баловался
(И мне бывать там довелось!),
И муж Яги короновался
Рогами, что осенний лось.
Шли годы. Трахари менялись –
Кто уезжал, а кто старел.
И вскоре у Яги остались
Кащей да Хмырь для этих дел.
Нет больше Финиста младого,
Царевич Ваня – импотент,
Гвидон слывёт за голубого,
Салтан кончает за момент.
На этом фоне шустрый Ёжик
Баб-Ёжки сердцем овладел,
И костяной ногою тоже –
Для всяких интересных дел.
Любил в наручники из меди
Ёж руки Бабки заковать,
Рыча разбуженным медведем,
ШелкОвой плёткой отодрать.
На блюдце с яблочком порнуху
Включить; а после десять раз
Любвеобильную старуху
Ввергать в стремительный оргазм.
Колол колючками бесстрастно
Сначала в шею, после – вниз…
Короче, Ёж весьма был страстный,
Умелый, опытный… садист!
Ну вот, «Введение» закончив,
Я вас в курс дела честно ввёл.
Итак, наш Ёжик, спрятав кончик,
Тропинкой к дому Бабки шёл.
А в лапках он держал огромный,
Большой и красочный пакет,
В котором уместились скромно
Пузырь и килограмм конфет.
Ещё коробка небольшая,
Размером двадцать пять на семь,
Но что в коробочке – не знаю,
В неё я не смотрел совсем.
Шёл Ёж по рекам и долинам,
Через овраги и мосты,
И размышлял – зачем так длинны
У лис и у волков хвосты?
Они цепляются за ветки,
От них нет толку ни хрена…
С небес кокетливой гризеткой
Мигала Ёжику Луна.
Она, видать, хотела тоже…
Не дорога ей женска честь…
Но не суметь – прикинул Ёжик –
Ему на небо за ночь влезть.
Вот был бы лифт – тогда прекрасно;
Фуникулёр бы был какой –
А по деревьям лезть опасно.
Ёж на Луну махнул рукой.
Он шёл – не близко, не далёко,
Но вот в тумане – видит – ах! -
Стоит избушка: кособока,
На бройлерных окорочках.
В окошечках мелькают тени
И самогонкой так разит,
Что к месту встречи, без сомненья,
Прибрёл колючий наш садист.
Из мглы тумана выбираясь,
Поднялся Ёжик на крыльцо.
Там фейс-контроль – облезлый Заяц -
Ощупал Ёжику лицо.
Потом пошарил по карманам,
В коробку глянул глазом вкось,
Зевнул и занялся бананом,
Который Хрень ему привёз.
А Ёжик барином вальяжным
Вошёл в парадный бальный зал
(Избушка-то многоэтажна!
А чё, я это не сказал?
На первом – зала и сортиры,
А на втором – бильярд (игра!),
На третьем, собственно, квартиры,
Или, по-русски, номера!)
Итак, Ёж входит. Зала блещет.
Столы и стулья – всё кипит.
Яга с Кащеем водку хлещет,
Русалка под столом храпит.
Волк Шапку тискает у печки,
А Водяной гармошку рвёт,
Песнь про сронённое колечко
Аж на три голоса ревёт.
Гуляет вольница лесная!
И пьёт, и тешит плоть, шаля.
Увидел Ёжик: мать честная!
В углу подарков штабеля.
Коробки, ящики, пакеты,
И банки, свёртки и кульки,
Мешки, контейнеры, букеты,
Ушаты, бочки и бачки.
А сверху – пара табуретов,
И в бочке – птичье молоко.
Казалось бы, чего там нету!
Всё перечислить нелегко.
Но Ёжик не смущён нимало,
И он – смотрите, э-ге-ге! -
Выходит на серёдку зала,
Идёт к самой Бабе Яге.
Пред нею пал он на колено
И руку нежно целовал,
Ей восхищаясь откровенно,
Подарок скромно передал.
Отставила Бабуля стопку,
Свой глаз прищуря ведьмовской,
И ёжикову ту коробку
Открыла твёрдою рукой.
По залу пролетело: «Боже!»
И ах, и ох, и вздох, и стон…
Что ж подарил Ягусе Ёжик?
Принёс подарок ценный он!
Лежал в коробке, на атласе,
Хороший электроный член.
Яге – в стогу ли, на матрасе –
Теперь не нужен джентльмен!
Сия японская игрушка
Всё может, лишь не говорит!
- Эй! Дать Ежу побольше кружку! –
В экстазе Бабушка кричит:
- Ох, угодил, милок! Отныне
Сама себе я голова.
Отпала надобность в мужчине,
Я от восторга чуть жива!
Надеюсь, он не бутафорский?
Друзья! Я счастлива совсем,
Имея этот #уй японский
Размером двадцать пять на семь!
Гостей покинув, Бабка шустро
Рванула в спальню вгорячах
(И говорил мне Заратустра,
Что утром вызвали врача:
Стремилась Бабка без волынок
В восторгах плоти преуспеть,
И бегал до утра на рынок
За батарейками медведь!
Яга мозоль натёрла, кстати,
А где – я вам не расскажу.
Меня простите, Бога ради,
Но это ясно и Ежу!)
Вот так и кончилась гулянка.
Проспались звери, вышли вон.
И только слышен на полянке
Был долго комариный звон.
Кукушка грустно куковала,
Да тихо агрегат жужжал.
А Бабка Ёжка кайфовала
Среди пуховых одеял.
Мораль пора бы вывесть, что ли…
Да ну, какая тут мораль!
Колючий Ёж живёт на воле,
Купил недавно дирижабль.
В лесу спокойно, как в Багдаде,
Стоят у тропок по ночам
Кикиморки- ночные бл..ди,
Все с томной негою в очах.
Напропалую Волк гуляет,
А Шапка тройню родила,
Но от кого – сама не знает,
Наверно, всё же от Козла.
И все довольны поголовно:
У них, наверно, коммунизм.
На что уж Ёжик – уголовный,
А очень крепкий организм.
Вчера я с Ёжиком встречался,
Мёд пил и конопель курил.
Он мне про Бабку протрепался
И байки до утра травил.
Я пиво лил в своё хлебало,
И по усам текло весьма,
Но не попало в пасть нимало –
Вот это горе от ума!
