Все утро в голове вертится выражение "люди-наркотики", и, конечно, сразу вспоминается, как Хамстера по ним (людям) ломало. Я как-то не очень его тогда понимала, если честно. Но прошел год, И ВЫ ЗНАЕТЕ,ТЕПЕРЬ МНЕ ЭТО ТАК ЗНАКОМО.

Как бы там ни было, но нехватка нужных, моих людей очень сказывается. Иногда хочется послать все к чертям, купить билет, сесть в поезд и уехать в город, где всегда ждут.
Чувство это уже почти что физическое, иногда ощущаю, что задыхаюсь.
Паршиво.

А со многими, как вдруг оказалось, я миллион лет даже не разговаривала -_-

Сколько бы я ни орала, что заберу отсюда документы к чертям и пойду учить французский - я никогда не уйду. Потому что выбрала идеальный вуз для себя, с ощущением семьи и второго дома, когда ты приходишь и знаешь каждого человека, каждый уголок, каждую игрушку на новогодней елке, когда всё и все уже как родные.
Все будет замечательно. Все уже замечательно.

Странное это чувство - только прикоснуться к человеку, чтобы обнять и сказать: "Как же давно не виделись!"- и в мгновение ока понять, что вам больше не о чем разговаривать, что лимит всех разговоров, которые когда-то велись днями-вечерами-ночами, уже полностью исчерпан, ни песчинки-пылинки на донышке не осталось. И не испытать при этом совершенно никакого разочарования, лишь подумать "Окэээй...".

Сидели сегодня с одноклассничками в Де Марко. Был полусумрак, рядом с нашим столиком стояла наряженная елочка, на ней весело мигали огоньки, как и на барной стойке. Вечер получился в итоге очень-очень правильным: посидели, поговорили за учебу и за жизнь. Так хорошо и душевно мне уже давно не было. Спасибо.

Другие же смогли, блять. Чем я-то хуже?!

- в Атриуме в половину десятого утра не работает ни одно место, где можно купить чего-то покушать. Сижу на лекциях, мечтаю о бутеброде.
- в МГЛУ есть возможность учиться на теолога. В МГЛУ. На теолога.
- я сдам сессию. Сдам, сдам, сдам. С первого раза. I CAN I CAN I CAN.

Если открыть окно, то через секунду почувствуешь этот безумный запах зимы, морозно-снежный такой. Что было в ту, прошлую, зиму? В первое мгновение думаешь - ничего, одно биение сердца (тук-тук) - и вспоминаешь все: прогулки с Келем по ноябрьской Москве, кофе по вторникам, Кофеин и красные перчатки, пронизывающий ветер, отмороженные пальцы, державшие фотоаппарат, фотосеты и отмирающая, вянущая, как листья деревьев осенью, любовь, уже давно прокисшая насквозь. А ведь еще приезжала Чарлин, пробежали мимо Англия и Шотландия (о, Шотландия с огромными зелеными туманными полями и далекими, смутно белеющими, фигурками овец, с замками, в которые мы приезжали сонными (и снова - туманными) утрами...нет, пожалуй, про Шотландию отдельно потом. В декабре была легкая влюбленность в человека, который считал себя вампиром и пытался учить меня магии, в декабре был пустой кфш на воздвиженке и звездный состав Нотр-Дама. В конце января - как сейчас помню, 30ого - мы гуляли с Хамстером (и маршрут той прогулки и сейчас могу воспроизвести, помню его наизусть, как всегда) и он что-то такое забавное сказал, мол...нет, не вспомню сейчас точно. Помню зато, как он поскользнулся на лестнице с полным пакетом книжек в руках, упал и с чувством сказал: "Твою ммммать!", а я стою рядом, пищу от ужаса и думаю: "Интеллигеееент...".
В январе, кажется, все еще работала Коста, и, по-моему, именно в январе мы сидели там с Владиком, играли в скрэббл и монополию понедельничными вечерами. Пишу, кстати, и в сердце где-то чувствую прошлогоднюю атмосферу. Сложно объяснить, ну да ладно. Еще когда-то тогда приходила в лицей Саямчик, я напросилась гулять вместе с ней и Михаилом, помню, как он негодовал, как мы потом пошли все вместе в Хлеб насущный, и мне было потом и дома хорошо, уютно и правильно. Иордания еще была (боже, неужели все это было в одно и то же время примерно?..) с идеальным экскурсоводом. Пока я не увидела Гамалея, тот экскурсовод казался мне самым красивым мужиком на свете, хаха. Кофе. Много кофе, по разным кофейням, с разными людьми, за разговорами о разном. Первый тур вышкинской олимпиады, оказывается, тоже был в то же время - судьбоносный день совершенно.
Февраль - черт, ведь февраль еще. Была сходка в феврале, помню, опять кофе, конечно же, Хамстер и Кель, совершенно внаглую пробившие сходку. Шарлотта, Чарлин, Зум, Ржевский. Билингва. Да и все, пожалуй, наверное.
На этот пост меня сподвигли:
Бунин с его "Окаянными днями"
воздух снаружи, совершенно зимний, совершенно прошлогодний
завтрашний зачет по логике
___
всем спасибо.

Пугают меня чересчур инициативные люди.

Вот я уехала из Перми - и вроде вернулась домой, все на своих местах, как и было до моего отъезда, и такие привычные московские друзья растаскивают по кусочкам, тянут гулять туда-сюда, фесты, дни рождения, концерты, а там уже, глядишь, и учебный год на подходе, а все еще клокочут в груди остатки смеха (дада, того самого, утреннего кухонного смеха после бессонной ночи), и все еще, когда засыпаешь, перед глазами мелькают карточки из каркассона, и как-то странно было убирать из кармана плаща мелочь для оплаты трамваев и автобусов, и снова покупать карточки на метро. И ведь всего каких-то четыре дня там провела, и вроде с Наташей так мало поговорила, и с Таней так недостаточно много пообщалась, и с Хельгом поспорить только лишь успела по поводу того, что Иван Калита - это не Иван III, ну и блииин, слишком мало посмотрела мультиков с Варгом! :D и ведь еще было открытие, что я все ж таки Габен, и мьюз в три часа ночи, и "нннуууу воооооот", и Варг в стрейч-пижамке с уточкой, и столько еще всего спонтанного и хороше-замечательного!
Пуськи, я обязательно приеду снова! :(

"Во мне живут два человека. Один хочет обустроить свою жизнь, реализовать себя и оставить после себя вечное, а другой ебал это всё в рот и пошёл играть в танчики" (c)

По-моему, это лучше всего описывает мой образ жизни, цели, стремления и прочее :D

"...вспомнился один «королевский» эпизод из автобиографической книжки Василия Аксенова «Круглые сутки нон-стоп». В дождливую ночь ленинградского наводнения он шел по Петроградской стороне и встретил красивую девушку. «Я – кошка под дождем», – сказала девушка. «Похоже», – согласился Аксенов. «Нет, – сказала девушка, – вы не поняли, я – хемингуэевская кошка под дождем». В кармане у нее мок довоенный еще журнал с «Кошкой под дождем» Хемингуэя. «Такие девушки, – замечает Аксенов, – еще встречались тогда на Петроградской стороне".
(с)

Вчера ездила с девушками в Европейский. Пока стояла на эскалаторе, стайка цыган, находившихся чуть выше меня, стырила у меня кошелек и через пару секунд вернула обратно со словами "Вы тут чой-та обронили". Деньги и прочее содержимое кошелька оказалось нетронутым. Удивительно.

Тейломуж впал в депрессию и кричит: "хочу покоя". Собралась по старой дружбе вытаскивать его из этого беспросветного пиздеца, но пока не особенно понимаю, как именно это делать. Учитывая тот факт, что я молодое без году неделя совершеннолетнее существо с кучей тараканов в голове, а он - мужчина в юридически не оформленном разводе, с ярко выраженной сединой в шевелюре и наличием богатого жизненного опыта, да еще и больше чем в два раза меня старше. Материал для размышлений, однако.

Последние дни упрямо добивала "Мой Рагнарёк" Фрая. До сих пор не особенно понимаю, что в нем находит некоторая часть моих друзей. По мне, так именно в этой книге Мартынчик сползла в бульварнороманный стиль речи (в некоторых местах откровенно смахивающий на Донцову), слишком много злоупотребляла выражениями типа "оно случилось, и я знать не знаю, почему - да и не хочу я этого знать, честно говоря", сюжет уныл и частит глаголами, конец вообще совершенно неинтересен (что для Фрая вообще, по-моему, нетипично). Как я вчера сказала Келю, "как бы так аккуратно и другими словами сказать "худшая книга МФ". И вообще "Ключ из желтого металла" рулит)

Сейчас читаю первую книгу из зеленой серии и прямо не нарадуюсь - вот он, старый добрый Макс. Создается впечатление, что "Рагнарёк" писал какой угодно человек, но уж точно не Мартынчик.

22ого, на день раньше, чем у большинства школ Москвы, у меня случился выпускной. Расскажу-ка я немного про него (хотя кое-кто, правда, уже успел опередить меня в изложении событий).
Я ожидала ненужной роскоши и разгула буржуйства, но получилось все на самом деле прекрасно, мило и душевно. В течение вечера я станцевала полонез и вальс с моей бывшей школьной любовью, получила аттестат и охапку дипломов, выпустила вместе с ребятками голубей, послушала совершенно замечательные песенки родителей, а потом с криками "очень плохая музыка" убежала с танцулек в беседку, где все оставшееся время вела разговоры за жизнь с гостями и Михаилом.
А потом мы поехали катаццо по Москве. Это было совсем замечательно: пустые Красная площадь, Поклонка и ВорГоры, разбредающиеся в течение поездки по домам одноклассники с друзьями... В итоге, когда нас привезли к лицею в пять с хвостом утра, осталось всего семь человек (и выпускников из них всего трое: Владлен, я и Михаил). И мы пошли завтракать в Кофе-Хаус. Вот это и было самое потрясающее. Все сидели совершенно убитые в щи, с похмельем, зевали над горячим кофе, вели ленивые разговоры ни о чем, а за окнами вставало солнце.
Еще у меня есть выпускной альбом, и, по-моему, там все такие замечательно-хорошие, что я даже не знаю, как это описать.

Новенький аттестат вчера отнесла в вышку, в понедельник подаю документы в МГУ.
ЕГЭ по истории - 85 баллов.

Жизнь такая хорошая.