a-gonch.livejournal.com/153741.html
В ННИИТО*,
на сборке человеческих механизмов
лежат изувеченные так, что ни то, ни то:
не душа одна и уже не в теле.
Пластырь держится еле-еле.
Нечто из жизни арбузов или насекомой жизни.
Это при том,
что на подоконнике та же герань,
теплая ночь черна,
птицы, молодцы и девицы!
А в больнице шепчут: лучше умереть, чем вообще не родиться,
даже если ты умер вчера.
Герои! Круто погибнуть при взятии Трои!
Но не очень
(даже не подрочишь
и не поточишь лясы)
сорок лет в коляске.
Как кости спаяются,
высыпаются
из корпусов, дверей и окон
как из тостера:
старые, молодые, крепкие,
тонкие или толстые,
женщины длинноволосые,
мужчины в кепке,
в шапочках детские
выходят разноцветным потоком.
И несут, внутри спрятаны
Котята.
По одному у каждого только
котенку
маленькому и кроткому.
у кого живой, мурлычет, спит,
У кого жалкий, мокрый,
у другого растет верткий,
или пока пушистый, нежный, робкий,
или ест корки, или кормлен тортом,
сытый.
А у кого избитый
или давно мертвый.
