В колонках играет - НС
Настроение сейчас - Тихо...

И мы говорим по телефону с нашими женами, принимая в это самое время минет от своих любовниц. И наши
любовницы, сделав нам минет, бегут в ванную послать эсэмэс своим изнывающим от тоски нежным друзьям. А друзья
ломают себе пальцы в ожидании этого сообщения. А приняв его, едут домой к нашим женам, чтобы предаться блуду,
в то время как мы блудим с нашими любовницами, которые оказываются подругами любовников наших жен. И уже непонятно,
кто здесь кого любит, и кажется, страдают все одновременно. И каждый старается утешить другого, параллельно сделав
еще больнее, ревнуя друг друга при этом до слез и белеющих костяшек сжатых кулаков.

И всем нам настолько хорошо, что мы смеемся над нашими женами в компании своих любовниц, в то время как наши любовницы
показывают наши трогательные эсэмэсы своим друзьям, которые ужасаются пошлости и цинизму своих подруг, понимая, что
почти такие же эсэмэсы они отправляют нашим женам. А потом спектакли входят в увертюру, где наши нежные чувства
оказываются смешанными с грязью. Где самые любящие подруги оказываются самыми развратными шлюхами, а самые циничные
подлецы оказываются ранимыми принцами с оленьими глазами. А наши лучшие друзья оказываются злейшими врагами. И когда
все становится явным, мы все дружно выпиваем коктейль из страсти, похоти, нежности, ревности, крови и обмана. Мы
понимаем, что обмануты тут все по кругу, и остается один выход — просто повеситься.

Но мы выбираем жизнь, потому что это проще. И отчаянно пытаемся верить, что, может быть, как раз нас-то и не обманули.
У нас-то все по-настоящему. (Стоит ли говорить, что мы и оказываемся в итоге самыми обманутыми из всех?…)

И каждый чувствует себя победителем на коротком отрезке времени, не понимая, что можно выиграть бой, но проиграть
целую войну.

В итоге мы все остаемся одни, засыпая в обнимку с нашими страданиями и слезами, как с плюшевым мишкой.

..И каждый готов согреть её своим теплом, но она не любит мужчин, она любит клубнику со льдом...

уходи февраль,ты не нужен здесь,бурями не хмурься...
я безумно хочу дождя по щекам...
Мы с дождём друзья, давние, по крови.
Вот и в этот раз, он начинался шаловливо, словно заигрывающий пацанёнок изредка и метко пулялся каплями, стыдливо прячась в тучу после содеянного.

Но мы же слишком хорошо знаем друг друга...
Мы вдвоем с дождём ждали автобус, все разбежались под близлежащие крыши и зонтики и он, мой вечномокрый приятель, припустил сильнее, словно празднуя первую в этом году нашу встречу.
Косые струи радостно приплясывали в лужицах, собиравшихся вокруг моих ног, глядя на них с высоты своего роста, я ощущала себя небоскрёбом, перспектива явно издевалась надо мной. Моя любимая синяя пыле-грязе-водо-ветронепроницаемая куртка сдалась без боя... куда уж ей...
А дождь колошматил меня по голове и плечам, вскользь задевая вертикальные поверхности, путешествовал по одежде, норовил пробраться поближе к коже.
Показался автобус. Дождь, словно поняв, что я была рада ему за компанию, чуть угомонился; разрисовывая каплями окошки, он занимал меня в пути. Хлюпая в насквозь промокших кедах, он вместе со мной считал шаги от остановки до дома. Забираясь под куртку, щекотал шею.

Вот я и дома. Джинсы и куртка подвергнуты принудительной просушке. На ногах тёплые носки, в животе приятно булькает горячий чай, а за окном вовсю резвятся дождь и ветер. Оставляя на стёклах частицы мокрой грусти, они напоминают мне о том, как нам хорошо вместе: мне, завернувшейся в пушистый плед - дома, им с ветром - за окном.

Белую розу к твоим ногам Ч.Т.Е.
Брошу…
Бог – он терпимее к дуракам,
Впрочем,
К дурам относится он легко,
Милый…
Розу – белее, чем молоко,
Или
Сотню бессониц и сигарет
Пепел…
Я ведь не женщина, я поэт…
Лепит
Снежных узоров густая вязь
Сказку…
Помнишь – а встретились мы, смеясь,
Маски
Я примеряла, ища свою
Кожу…
Знаешь, чего я сейчас боюсь,
Боже?
Взгляда, тяжелого, как печать,
Взгляда,
Что учит
меня молчать…
Надо
Всего лишь зажечь свечу.
Поза!
Сесть на диванчик плечом к плечу,
Розу
В банке поставить на табурет
Рядом…
Ну а потом мы погасим свет,
Ладно?

В колонках играет - По идее должно играть что-то романтическое.
Настроение сейчас - В ожидании пятницы.

Любовь закончена. Любовь не начата.
Вся наша жизнь-процесс многоэтажный.
Я начинаю с чистого листа.
Прости - но перелистывать - не жажду.
Нет виноватых, кубики легли
Не так, увы, рассыпались, застыли.
Прости меня. Конечно же, болит.
Конечно же...как устрица в пустыне
Не ко двору...Мой жемчуг мелковат,
Перебирай в ладони, словно четки.
Еще раз - вслух - никто не виноват,
И без рисовок, милый, без речевок
Я не забуду - вечное тавро.
Гортань суха, шаги неторопливы...
Столб соляной - красиво, но старо.
Я не вернусь. Живи. И будь счастлива...



Вот такое пессимистичное настроение в столь светлый праздник...
Любимая далеко...Письма ей не написать.Электронные я не приемлю...
В ожидании встречи живу до пятницы.
Кого такие печальные обстоятельства не касаются...Ну что же,друзья,любите друг друга.Будьте счастливы!

В колонках играет - Тишина.
Настроение сейчас - Игривое.

Я дико устала....Устала от всего.От вранья,от зимы...
Я не верю никому сейчас.Ценю в людях честь,которой и след простыл.Достаточно глупо...На каком этапе схождения с ума находимся мы?...Вечный вопрос,требующий несуществующего ответа...
Остались тараканы.и в голове,и в кухне общаги института.
Нет спасения от тараканов!Так и лезут из всех щелей.И тогда начинается бой с применением химического оружия.Заливаем комнаты всякой ядовитой дрянью.Вроде бы и зверя нет страшне таракана...
И вообще,чем провинились тараканы?Может,таракан вас когда-нибудь обидел?Может,укусил?Или оскорбил ваше достоинство?Ведь нет же...
Таракан безобиден и по-своему элегантен.В нем есть стремительная пластика гоночного автомобиля...
Таракан не в пример комару молчалив.Кто слышал,как таракан повысил голос?Таракан знает свое место и редко покидает кухню.Таракан не пахнет.Наоборот,борцы с тараканами оскверняют жилища неприятными запахами гнустных химикатов...
Мне кажется,что вышеперечисленного вполне достаточно,чтобы примирится с тараканами.Полюбить-это уже слишком.Но примириять,я думаю,можно.
Я,например,мирюсь....
и,надеюсь,что это взаимно.
Вот так и живем...Каждый со своими тараканами...Подкармливаем,стадами пасем на лужайке за окном..
Читайте этот пост между строк...Я надеюсь,что у меня получилось сказать то,что я хочу чуть глубже,чуть интереснее,чем обычно.

В колонках играет - Да ничего там не играет.

СУИЦИДАЛЬНАЯ СКАЗКА ПРО ВЕТЕР И КОЛЯНА


Жил себе Ветер, летал куда вздумается, шалил в меру сил. А характер у Ветра неустойчивый - то затихнет, то замрет на минутку, а потом опять сорвется да рванет куда повыше, прямо к облакам. Наиграется, набегается за тучками по небу, спрячется в лесу, разляжется сонно на ветках, только листики трепещут. Не любят деревья ветра, знают об осени предстоящей, о том, чем она для листьев заканчивается. Летал он себе так, летал... Долго летал, а потом надоело. Облака пугать надоело, а на листья он и раньше внимания не шибко обращал. Пыль на дорогах поднимать тоже надоело. В ураганы с другими ветрами сливаться - даже думать об этом не хотелось. Он и сам не знал, что с ним произошло, только вот проснулся однажды утром, чихнул, птиц испугал, хотел взлететь, а ничего у него не получилось. Поплелся сквозь кусты, словно зверь хромающий, поковылял, будто и не ветер он уже, а так, легкий порыв воздуха - то есть как воздух, только мечтающий о том, чтобы стать ветром. И вот идет он, а сам думает о том, что ветром ему надоело летать, а вот грозой бы стать... Или дождем? Да, как-то раз, какой-то заблудший, из других краев, старый, почти лишенный энергии Ветер рассказал ему, шепелявя, о том, что после смерти ветра становятся грозами, или снегом, а кто очень захочет, тот и в дождь превратиться может. И ничего в этом сложного нет. А когда Старый Ветер испустил дух, с неба закапало, и все ветра, что поблизости шлялись, тут же взлетели, резвиться стали, птиц, не успевших скрыться в гнездах, гоняя.
И вот... Что Ветер, надоело? Дождем захотелось стать?
"Надоело, - думал он. - Достало ветром быть! Ничего интересного нет в том, чтобы быть ветром. Ну, если только чуть-чуть... Капельку! А так - ничего хорошего! Я вот возьму и умру сегодня!"
Стал он думать о том, как умрет, а потом дождем прольется, посмотрит, а что там интересного под землей, куда ветрам вход запрещен. О! Туда кроме самой злой молнии и дождя никому нет ходу. А в реку упасть? Породниться с рекой! Здорово!
А смерть легкой будет! Он много раз слышал о том, что ветрам просто необходимо подальше от окон больших держаться. А то можно залететь туда, и не вылететь обратно. Все! Главное - окно! И нет Ветра! От таких легких мыслей он сам легкостью наполнился. Взлетел! И прямиком к ближайшей новостройке, окно большое искать. Чтобы влететь в него, и в дождь переродиться. Если повезет.

- Э... Апчхи! Ууу!!! Ррр! - Примерно такие звуки вылетали из толстого мужика, ползающего по грязному кухонному полу. - Ууу! Блядь! Ооо! Да ебись оно все провались! Брр! Ааа...
Мужик был рыжим. Не клоун, не идиот, а просто так рыжий, от природы. А еще он был пьяным, только уже не от природы, а просто так пьяным, еще со вчерашнего вечера. И вот он ползал, ползал, папиросы искал, они у него всегда на полу лежали поутру. Волосы у мужика были всклоченные и спутанные. Страшила, короче, какая-то, а не мужик. Урод! И зубы он уже месяц не чистил, и одежду неделю не менял. Даже разговаривать по-человечески разучился. Ползает на четвереньках, и рычит чего-то...
- Бля!!! - Это он головой о ножку стола стукнулся. - Ух!!! - Звездочки такие красивые перед глазами возникли. Мужик даже замер на мгновение, звездочками этими полюбоваться. А потом рукой помахал перед носом, и искорки эти в испуге тут же разбежались... - Хррр! Тьфу! С-у-к-и!!! Э!!!
Ползал он, значит, ползал, и нашел, наконец, папиросы. В мусорном ведре. Закурил, сидит на полу, балдеет, расслабился. Руки трясутся. Хорошо! И вот не успел даже докурить, как слышит, кто-то пищит ему:
- Эй, клоун! Клоун! Алле! Гараж, как слышно?!
А он, как услышал это, так еще больше трястись начал. Подумал, что это - ОНА. Самая Страшная и Ужасная! Фея! В полупрозрачных белых одеждах! О!!! А ведь второго раза он не переживет... Уж что-что, а это он знал. Эта сука уже приходила. И так измучила его, что врачи потом два месяцами пытались ее оторвать от мужика. Из больницы вышел - весь синий. Его потом во дворе даже Рыжим перестали звать. Синим прозвали.
И вот как зарычит он:
- Рррррррррррррррр! Убью на хуй!!!!!!!!!!!! Падла такая!!!! Ррррр!!!!
Ну, думал, что испугает Страшную Фею. Порычал он минут десять, снова закурил, глаза закрыл. Руки трясутся. Хорошо. Вроде испугалась.
- Мудило ты полное! - раздался писк. - Дебил! Чего рычишь?! А?
- Фею пугаю, - ответил мужик.
- Какую Фею? Пи-пи-пи...
- Страшную! В одеждах белых! И звездочки!!!
- Да? Ну, ты, дятел, попугай её подольше, я не тороплюсь. Типа подожду.
- Жди! - сказал мужик, и пуще прежнего зарычал.
Рычал-рычал, а потом подумал - фигня какая-то происходит. Ну, что-то не то. Хрень какая-то. Снова закурил.
- Мужик! Ты как? Нарычался? Ушла Фея твоя? - снова раздался тонюсенький голос.
- А ты кто? - спросил мужик.
- Я? Ну и вопрос! Я - таракан! Я у тебя на носу сижу! Помочь тебе пришел.
- Что?!! - удивился мужик и притих. Потому как увидел, что и вправду - сидит у него на носу таракан. Усами шевелит.
- Так бы сразу и сказал! - сказал мужик. - А то я думал, что Фея снова приперлась. - С-у-к-а!!!
- Ага, скажи тебе, - сказал таракан. - Ты, словно жлоб, тут же рычать начал.
- Я больше не буду! - важно сказал мужик. - А тебе чего надо?! Ща как прихлопну!
- Как чего? Я спасти тебя пришел, - сказал таракан. - Ты ведь из наших, из рыжих, из тараканов. Тебя самого прихлопнули, когда ты отравы обожрался и убежать не успел. Ну, в прошлой жизни дело было. А в этой жизни ты типа человеком стал. А в душе - тараканом остался. Посему и страдаешь всю жизнь. Страдаешь ведь?
- Еще как! Еще как страдаю! - согласился мужик. - А что делать?
- Возвращайся к нам! - предложил таракан. - И будет у тебя замечательная жизнь! Жратвы навалом! Водки навалом! Пива хоть залейся! А иногда, - таракан перешел на шепот, - и наркотики достаются... Ну, когда травят. Понял?
- Понял, - сказал мужик. - Я не только понял, а даже согласен на все сто! Во! Если жратвы и водки навалом.
- Да навалом, не вру... Никто ведь кроме тебя, последние капли из бутылки не высасывает.
- Здорово, - сказал мужик. - А что делать надо?
- А, - таракан махнул лапкой, - проще простого! Умри и все! И тут же тараканом станешь.
- Умереть? - повторил мужик. - Это ж больно.
- А вот и не больно, - пропищал таракан. - Ты газ включи и спать ложись. Даже не заметишь, как тараканом станешь.
- Обрезали у меня газ, - печально вздохнул мужик. - Нет газу! И электричества нет!
- И тут наших прижимают, - сказал таракан. - С-у-к-и!!! Газу тебе зажали! А ведь надо-то совсем немного. Впрочем, - таракан задумался, - прыгни из окна. Это тоже не больно.
- Прямо сейчас? - спросил мужик.
- Сию же минуту! - сказала таракан. - Зачем тянуть? Что тебя здесь держит? Даже газу нет.
Ну, мужик встал, штаны на коленях отряхнул, к окну подошел, открыл его, а в окно тут же голова другого мужика всовывается и говорит:
- Колян!!! Дай полтинник! Ууу!!! А чего у тебя таракан на носу делает?
- Э... - начал было рыжий, но таракан тут же замахал на него четырьмя лапками, и зашипел:
- Вот дурак! У тебя что? Первый этаж? Дебил! Кто же с первого этажа прыгает? Закрывай окно!!!
Колян тут же окно закрыл, чуть нос своему знакомому не прищемил. На пол сел, закурил. Руки трясутся. Хорошо!
- И долго ты сидеть будешь? - спросил таракан. - Кто-то хотел обратно к нам, тараканам...
- Так ты сам паскуда сказал, что мой этаж не подходит, - промямлил мужик.
- Ну, дебил! Полный! У нас самый тупой таракан - умнее тебя в сто раз. Как ты деградировал среди людей. Как одичал! А В ПОДЪЕЗД ВЫЙТИ СЛАБО!!! СКОЛЬКО ЭТАЖЕЙ В ДОМЕ?!!
- Ты мне не рычи так, урод жидконокий!!! Козявочка хренова! Распищался на хуй!!! Оглохнешь с тобой!!! Сам знаю, сейчас докурю и пойду.
В общем, докурил он вонючую "беломорину", поднялся, и побрел, пошатываясь, к двери. Пнул дверь ногой - она у него незапертая всегда, даже замка не было, и пошел вверх. Ну, где шел, где полз - путь неблизкий был, до шестнадцатого этажа доползти надо было, чтобы наверняка. Семь потов сошло с мужика. Первый пот самогоном пах. Второй пивом. Третий - водкой. А от четвертого мужика вырвало, и он перестал поты считать.
Дополз. Сел на площадке под окном покурить, а в это время... Таракан этот хитрющий уже заполз в щель на кухню, собрал всех тараканов и митинг устроил.
- Я, - говорит он тараканам, - герой! Теперь вся эта жилплощадь - наша! Здесь у нас теперь главная туса будет! Ура, товарищи! - И все тараканы тут же запищали:
- Ура! Слава! Ура! Ушел урод! Даешь тусу!!!
А мужик, тем временем покурил, погрустил нежданно, а потом решился, поднялся с пола, задницу отряхнул, окно открыл, и на подоконник полез. Минут пять лез, неудобно на подоконники залазить, когда руки трясутся.
Залез, наконец! Встал, руками в раму уперся.
"Эх, вот стану скоро тараканом! Другая жизнь будет! Самку себе найду!", - так думает. И вот хорошо ему стало, словно опохмелился он. И рычать захотелось! И как зарычит он:
- Ррррррррррррррррррр!!! С-у-к-иии!!!! Эх! Хорошо-то как!!!!!

А неподалеку Ветер летал. Он к тому времени измучился большое открытое окно искать. Все окна закрыты были. Поскольку терроризм. И все жители следили тщательно, чтобы чердаки, окна, и подвалы всегда были закрыты.
- Окна зажали! - думал Ветер, стукаясь лбом в очередное стекло. - Уроды!
А тут слышит, что рычит кто-то, на высоте. Осмотрелся. Обрадовался. Окно открытое увидел. И как рванет к нему. А Колян в это время руки отпустил, и глаза закрыл. И к-а-к столкнулись они - Ветер и Колян. Со всей силы! Колян из окна хотел, чтобы тараканом стать, после смерти; а Ветер, наоборот, в окно хотел, впрочем, почти с той же целью. Только он не тараканом, а дождем мечтал стать.
Ветер взвыл. Колян выругался. Поначалу они даже не поняли, что такое произошло. Потому как Колян точно помнил, что он руки отпустил, и даже как сделал последний шаг вперед. А Ветер точно помнил, что окно было открытым, и какой-то мудак, не представляющий серьезной преграды, стоял на подоконнике... Может, шпингалет чинил.
В общем, Колян потирал ушибленный затылок, а Ветер отлетел назад, чтобы разогнаться получше.
А дальше? Снова хрень всякая. Только Колян на подоконник влез, только руки отпустить хотел, а опомниться не успел: снова лежит на заплеванном бетонном полу. Ветер тоже ничего не понял.
- Ну, таракан, морда мерзкая, - ворчал Колян. - Легко! Не больно! У меня уже целых две шишки на голове! Враль!
- А может, не умирают ветра, когда в окна влетают? - думал Ветер.
А потом они еще раз семь пытались покончить с собой. У Коляна все голова шишками покрылась. Он даже сотрясение мозга заработал. И Ветер реально так устал.

Когда израненный Колян вполз в свою квартиру, он все понял. Ну, то, что таракан просто хотел его кинуть, на хату, пусть и таким коварным способом, из окна. Потому как увидел, какой бордель устроили эти тараканы за время его отсутствия. Как стал он их давить босыми ногами! Только хруст стоял. А уставший Ветер уснул прямо в парке, на чахлых молоденьких деревцах.

А на крыше шестнадцатиэтажки сидели и громко смеялись две Судьбы - одна была Судьбой Коляна, а вторая - Судьбой Ветра. Ой, они так громко смеялись, а еще они пили пиво и грызли чипсы.
- Ха-ха-ха! - болтая ногами, хохотала Судьба Коляна. - Ты рожу его видела?! А как он бубнил, когда шишки считал. Дебил! Ха-ха-ха!!!
- А Ветер!!! Ой, я не могу! Типа наивный такой! Думал - найду окно и умру! Щас!!!
Садилось солнце, а они все сидели-сидели, болтали ногами, а потом, когда выпили все пиво, сгрызли все чипсы, взмахнули руками, и полетели... Одна в парк, а другая в грязную квартиру.

В колонках играет - Зимовье зверей.

Ненавижу утро...
Настроения нет...

В колонках играет - Тишина.
Настроение сейчас - Сонливое

В небе

Далеко, далеко на небе, где белые пушистые облака каждое утро встречают рассвет, где каждую ночь одинокий месяц пересчитывает золотые звёзды, где лучи солнца соприкасаются с самой Вечностью, там живут само очарование этого мира, там живут Ангелы. Их существование беззаботно, целыми днями они играют с каплями дождя, свежим ветром и сияющей радугой. У них нет ни печалей, ни горя, ни радости, ведь Ангелы не умеют чувствовать. Их жизнь – это бессмертие, утопающее в ярком свете неба. Они знают лишь смех и веселье, они не смогут обмануть и предать, их души чище, чем самые невинные слёзы. Но они не умеют любить, ведь их самое главное предназначение хранить любовь других – простых смертных людей.

Ещё Ангелы умеют дарить прекрасные сны. Каждую ночь они спускаются на землю со своих снежных облаков и накрывают души людей белыми крыльями. Но только тот, кто любит по-настоящему может увидеть такие сны. А утром Ангел возвращается обратно, растворяясь в сияющем свете предрассветных лучей, отдав все свои чувства чужой любви.

Ангелам не бывает грустно от этого, они не знают что такое боль. Боль души. Для них чужды все земные переживания. Люди слишком мелочны, а Ангелы выше всего этого. Они, купающиеся в каплях росы, танцующие вместе с хороводами снежинок, падающие вместе с огромными водопадами в бездны океанов, они никогда не смогут убить, ни душу, ни тело.

Но бывают и исключения, когда в душе Ангела просыпается такое запретное для него чувство – любовь. Они влюбляются в простых смертных, а любовь Ангела – это очень сильные эмоции. Он перестаёт отдавать свои чувства людям, он перестаёт быть их хранителем. И тогда он становится бесполезным для неба, и его изгоняют. Навсегда. Сама вечность отбирает у Ангела крылья и бессмертие, и он спускается на землю. Он будет простым человеком, но душа навсегда останется прежней. Неся миру свет, он будет снова отдавать себя людям, но при этом он сможет любить. И уже другой Ангел будет хранить его любовь, защищать от ошибок и дарить сказочные сны.

Посмотри вокруг, может рядом с тобой есть Ангел, который отрёкся от неба ради тебя…

В колонках играет - Херь какая-то...
Настроение сейчас - Заебись,товарищи!

Не люблю зимние вечера...Не люблю,когда на столе лежит пистолет с одной пулей.Для меня.Или для тебя?...Не люблю,когда слова выстраиваются в неровные ряды...Когда для каждой буквы приходится часами искать рифму...А надо что-то делать.Надо дожить до тебя.Я знаю,мы будем вместе.
Будет день...


***


Я сегодня прольюсь дождем,
Чтоб в автобус ты сесть не смогла,
И пошла бы домой пешком,
Вся насквозь до нитки промокла.

Буду рядом с тобой идти,
Что-то на ухо тихо шептать,
И бессовестно по пути
На глазах у всех обнимать.

Не заметит никто ничего,
Да и ты вряд ли что-то поймешь…
Просто я, чтоб побыть с тобой,
Превратилась сегодня в дождь...

Здравствуй! Твоя ладошка сжата моими пальцами. Я специально взяла тебя за руку. Я сегодня поведу тебя... Вижу, что ты уже чувствуешь необыкновенность этого вечера...

Твоя улыбка пробежала по стёклам окон оранжевыми огоньками. Наверное, я никогда не узнаю, как ты можешь оставаться такой величественной, серьёзной, озорной, романтичной и смешливой одновременно. Видимо тебе потому и удаётся сорвать с неба облачко и положить мне за шиворот, когда я становлюсь уж слишком озабоченной... Я поведу тебя... Знаешь ли ты, что голубое небо, переплетаясь с зелёной листвой, падает в озеро, когда лучи заката пробегают по листьям в пугливом ожидании сумерек? Вот потому и выпадает роса. Тебе нравится? Вот туда мы и пойдём. Только мне нужен твой поцелуй, иначе ничего не получится.

Мы пройдём по улицам этого города. Смотри, уже разбегаются в разные стороны улицы, будто лучи солнца сквозь грозовую тучу. Ты возьмёшь на руки кошку городских крыш, вслед тебе побежит собака серых тротуаров, на спине которой пристроятся квартирные хомячки, морские свинки и одуревшие от свободы канарейки счирикают тебе песню довольных воробьёв. Дома, мимо которых ты пройдёшь, забудут своих архитекторов и серую окраску облупившихся воспоминаний. Они нашепчут тебе сказку старенькой дремоты и забытых снов. Крыши сбросят тебе капли весеннего дождя и детские леденцы из сосулек, сорванные лепестки осенней пряности укроют твою мечту тёплым одеялом. Ты уже запуталась в улицах и не знаешь, по которой идти? Поцелуй меня, и ты сразу вспомнишь, куда ведет тебя твоя дорога.

Ну вот мы и пришли. Да, путь всегда кажется трудным, когда он впереди. А когда ты пришла, то он кажется наивным, лёгким и незначительным. Разбежались зверюшки, унося всё, что ты называла собой. Ты не веришь, тебя учили иначе, но именно здесь небо переплетается с землёй, и именно здесь мы, наконец, можем встретиться. Но это произойдёт, если только ты забудешь то, что называла мной. Поцелуй меня и твои воспоминания перестанут называть меня по имени.

Теперь всё правильно. Теперь ты всё знаешь сама. Но обязательно найдётся кто-то, который скажет: «Это неправда! Этого не существует! Ты всё это придумала сама!». Но какая нам теперь разница?

В колонках играет - Lacrimosa
Настроение сейчас - Сказочное.

Хочешь, я расскажу тебе сказку? Хочешь?

Сказку, про то, как хорошо проснуться в пустой и прохладной спальне…
И про то, что капли дождя стучат по крыше. А ты вслушиваешься в стук и даже не думаешь вставать…
И тихая-тихая мелодия Джулиани еле уловима… внутри тебя. Она не звучит. Но ты ее помнишь.

А потом? А потом дождь закончится…
И мир будет юным и благословенным, как в первый день…
И ты откроешь окно, и влажный ветер тронет тебя за плечи…
А плющ, темный плющ, будет ползти по твоим стенам… рукам…
Дикий, весь в сизом налете виноград, будет мелким и кислым, и ты зажмуришься от этой кислоты…

А дальше наступит золотой день, ветер и серые тучи. И солнце. И ты будешь идти вдоль берега моря, то поднимаясь на белые меловые скалы, то шагая по сонному галечному пляжу… И собирать раковины. Ломаные, истерзанные и такие яркие… А на скалах, на скалах ты найдешь ежевику, черную, сочную, и нарвешь целую пригоршню ягод… и твои ладони станут синими…

А что после? После ты вернешься в свой старый, разрушенный замок на холме. Туда, где опадает жасмин рядом с узкой серой аркой… Туда, где на полу уже нет ярких пятен от некогда бывших витражей. Ты будешь гладить стены, как будто массируя шею друга. Стены, такие шершавые и замшелые… и немного нагретые неярким солнцем. Ты сядешь на резную скамью под кривым разросшимся кленом, будешь смотреть на закат. И внутри тебя заструится мелодия… тонкая и грустная… из «Богемы»… А потом быстро стемнеет. И августовские звезды будут падать над вздыхающим морем.
А ты войдешь в дом, и зажжешь камин, и будешь всматриваться в розовые огоньки пламени и думать о гармонии… И кресло-качалка будет уютно поскрипывать, и старый клетчатый зеленовато-синий плед обнимет твои ноги…

А затем ты заснешь, и мысли твои будут спокойны и чисты…
И приснится Тебе вереск…

А потом ты проснешься и поймешь, что все это был лишь сон… что твоя жизнь не изменилась, что ты так же находишься в своей квартире на пятом этаже, и нет ни моря, ни скал, ни плюща, ни винограда…
Ты медленно встанешь, пройдешься по комнате… ведь славно, что сегодня воскресение и не надо никуда спешить. Ты откроешь окно, в лицо ударит приятный свежий ветер… как тот морской бриз, что был во сне… А за окном светит солнце, зеленеет молодая трава, и листья на деревьях еще совсем-совсем свежие, они распустились всего пару дней назад и еще не успели покрыться этой душной городской пылью…

Ты выйдешь на балкон и подставишь лицо солнцу, улыбнешься и закроешь глаза… и почувствуешь бриз! Маленькие капельки воды… ты почувствуешь их на лице, на неприкрытой еще после сна груди, и совсем не важно, что это никакой не морской бриз, а всего лишь соседка сверху поливает цветы на балконе, а ведь ты счастлив?! Я знаю, это так!..

Ты пойдешь в парк, и будешь бродить по нему весь день. Удивительно, что здесь еще остались такие девственные уголки природы…
Домой ты придешь, когда уже стемнеет, пролистаешь книгу, которая уже не первый день пылится на полке возле кровати и ляжешь спать, ляжешь спать абсолютно счастливым и умиротворенным…
И Тебе приснится вереск…

Но вдруг ты просыпаешься и понимаешь, что все это опять сон, что не было не только моря и бриза, но и не было прогулки по парку, но ты счастлив, ты просто счастлив и никто не сможет помешать тебе, хорошо прожить этот день и всю жизнь!..

Но чего же тебе так не хватало так в этих снах? Что же тебя так тревожит сейчас? Ты повернешь голову и увидишь рядом с собой… Ее... И ты не один, вот что тебя терзало во сне, но в жизни есть Она, и у тебя просто нет причин для грусти.

Ну, что же ты грустишь? Тебе нравится моя сказка?
Конечно, нравиться, ведь для любого человека главное не быть одиноким...

Девочка моя,я безумно тебя люблю,слышишь?...

В колонках играет - Lacrimosa
Настроение сейчас - Alleine Zu Zweit.

Холодный февральский вечер.Любимая далеко.
Мерзнут пальцы.Застывший взгляд...

Не смотреть друг на друга, но смотреть в одном направлении - вот что значит любить.
Антуан Сент-Экзюпери

В колонках играет - СиОр
Настроение сейчас - Крепкий кофе и табак.

- Ты когда-нибудь слушал тишину, Ежик?
- Слушал.
- И что?
- А ничего. Тихо.
- А я люблю, когда в тишине что-нибудь шевелится.
- Приведи пример,- попросил Ежик.
- Ну, например, гром,- сказал Медвежонок.

Siehst Du mich im Licht?

В колонках играет - David Usher - Black,black heart.
Настроение сейчас - Сердце не бьется.

Вот такая любовь...
Жестокая.А я все равно хочу к ней.

Прошу вас,подарите мне слово...Одно...Как пуля навылет...

В колонках играет - Все та же тишина.
Настроение сейчас - Анальгин и апельсиновый сок.

Умирать на рассвете не хочется. Глупо умирать на рассвете. Ночь позади, мрак рассеялся, за спиной осталось тяжкое сражение, и мы вышли из него победителями, и горизонт светится розовым золотом. Нет, положительно надо быть дурнем, чтобы, выиграв битву, умирать на пороге нового дня.

Днем умирать не то чтобы глупо, но некогда. Нужно сделать то, и это, и это, и это, и еще много чего. Днем тоже нельзя умирать, Вечером и можно, и хочется. Пора на отдых. Но небо темнеет. Подступает ночь. Закрыть глаза навек, и последнее, что они увидят, - мрак и тьму беспросветную… нет! Вечером умирать противно.

А ночью вообще не хочется ничего другого, потому что ночью невозможно поверить в утро. Но ведь должен же кто-то биться с тьмой. Очень хочется отложить меч, так и падающий из усталых рук. Но умирать здесь и сейчас, в разгар битвы - значит струсить. Так что ничего не поделаешь. Ночью умирать стыдно.

И вот, хотя казалось, что тьма пришла навек, она отступает, и клинок смущенно сияет розовым золотом. Можно перевести дух. Рассветает.

В колонках играет - Тишина.
Настроение сейчас - Крепкий кофе и табак.

Я себя называю Кошкой:
Спинку выгнув, фырчу понарошку,
Провожаю людей диким взглядом -
Так задумано, просто так надо.

В темноте слышу шорохи ночи,
Они призрачны, нежны, порочны.
Я одна, я свободно гуляю.
Пусть другие хвостами виляют,

Заливаясь раскатистым лаем.
"Пусть они! Я же - Кошка - другая!" -
говорю, а ведь что-то тревожит:
Мне друзья нужны... не среди кошек.

Я смотрю в глаза преданно, верно,
И желаю быть другом безмерно.
Я хочу охранять сновиденья
И покой Твой, любые сомненья

Разрешать, поделиться любовью
И мечтами и жить лишь с Тобою.
Защищать Твою душу и тело
И бросаться на недругов смело,

Разрывая их в клочья - желаю
Заливаться раскатистым лаем,
Так мечтаю в полуночном мраке
Я - Кошка с душою Собаки.

Дневник психа,который запивает слова крепким кофе с мертвенно-бледным ломтиком луны,на котором капля алой крови...