А вот представь», — сказал я , «Некто схватил тебя сзади и мнет тебе грудь». Я действительно обнял ее сзади и стал энергично массировать ее. «Скажу — нет», усмехнулась она, снимая мои руки с груди…
… «Нет!» — сказала она, убирая руки. Но я продолжал бесстыдно лапать ее, сильно сжимая ее груди. «Ну хватит!» — жалобно проговорила она. «Я еще девочка!»
Это заставило меня замешкаться. «Ничего себе девственницы пошли», — подумалось. «Врет, наверное. Ну ладно, посмотрим.» Прижал ее спиной к себе, не обращая внимания на ее слабые попытки освободиться, и, сжав ее груди еще сильнее, чтобы она почувствовала свою беспомощность, жестко сказал ей: «Хорошо… тогда пососешь мой член, и я не буду тебя трахать.» Видя ее замешательство, добавил: «Ну, сосать — это же не трахаться, чего тут такого?»
Она покорно кивнула. Отпустил ее и встал перед ней, сидящей на кровати, так, чтобы ее лицо оказалось прямо напротив ширинки брюк, шевельнул бедрами и коротко бросил: «Ну?»
Она обреченно принялась расстегивать ширинку. Расстегнув пуговицы, она потянула рукой за край трусов, из которых тут же вывалился уже набухший темный член. Она невольно отметила: «Красивый… и довольно большой», и внизу живота предательски потеплело. Ей стало неприятно за свою слабость, и она постаралась о ней не думать.
Приблизившись к покачивающемуся перед ее лицом члену, она открыла рот, обхватила член губами и, подавшись вперед, «насадилась» на него. Он еще не достиг максимальной эрекции, поэтому поместился в ее рту почти целиком. Лаская член губами и языком, она почувствовала, как он увеличивается в размерах, распирая ей рот, и тепло внизу живота стало нарастать. Она с досадой ощутила, что увлажнилась.
Его член уже стал таким большим, что выскользнул из ее рта. Она принялась обсасывать его головку, но его хозяин, очевидно, хотел по-другому. «Глубже, глубже заглатывай», — приказал он. Она попыталась подчиниться, но проникший в горло член тут же вызвал рвотный рефлекс, и она в страхе вытолкнула член наружу.
Это вывело из себя. «Нет, я все-таки тебя трахну!» оттолкнул ее от себя так, что она откинулась спиной на кровать, и стал срывать с нее брюки. «Нет, нет!» — она инстинктивно сжала ноги, но это не помогало — брюки в пять секунд слетели с нее, и она осталась в красивых розовых трусиках-стрингах. Это зрелище еще больше завело его, и попытался снять c нее и их. Но тут она все-таки устояла, крепко сжав ноги, согнув в их коленях и подняв их вверх — так кошка защищается от врага, упав на спину и прикрывая мощными задними лапами живот. Но кошачий рефлекс сослужил ей дурную службу… Усмехнувшись («Вот дурочка!»), перехватил ее поднятые вверх ляжки левой рукой повыше колен, чтобы она не могла некстати шевельнуть ими, а правой сдвинул в сторону тонкую полоску трусиков, обнажив розовые половые губки и быстро, чтобы она не успела опомниться, приставил к ним головку своего члена, а затем, сделав движение вперед, резко погрузил его внутрь. Она жалобно вскрикнула, но было поздно — член вошел в увлажненное и разгоряченное от борьбы влагалище полностью, по самые яйца.
Она все-таки попыталась оттолкнуть его руками, но я схватил их, завел их ей над головой, крепко прижав их к кровати. Одновременно опустился на нее — она, не выдержав веса его тела, развела ноги. Оперевшись руками на ее запястья, прижатые к кровати, стал сильно и резко долбить ее влагалище членом, глубоко погружая его, так, что упругая от возбуждения мошонка била по ее промежности.
«Да какая же ты девочка» — довольно говорил , глядя на нее, двигающуюся в такт члену. «Ты вся растраханная уже! Со многими уже тарахалась, любишь это? Отвечай!» «Д-д-да, люблю, чтобы меня трахали… С-с-сильно!» — ее голос звучал прерывисто, так как сильные толчки члена внутри нее сбивали ей дыхание.
Она расслабилась, оставив попытки сопротивляться, тем более что физически сопротивление было невозможно: задранные к голове руки пригвождены к постели его руками, бедра насажены на член и придавлены его телом… Какой в этом теперь смысл, когда она уже изнасилована и побеждена. Да и нельзя уже было скрывать очевидное: она очень возбудилась от грубых и сильных объятий, а от ощущения кола внутри нее ей хотелось улететь… заметил эту перемену и решил сделать небольшую паузу: остановился, освободил ее запястья из тисок своих рук, вынул из нее член, легко, как с куклы, стащил с нее трусики, снял блузку и расстегнул ей бюстгальтер. Отбросив белье в сторону, снова уложил ее на кровать и опять вошел в нее — истекающее соком влагалище приняло член так легко, что почти ничего не почувствовал.
С удовольствием смотрел на ее красивую полную грудь, колыхавшуюся от движений его члена внизу ее живота, и это подхлестнуло его возбуждение. «Чего прохлаждаешься? Двигайся, не лежи просто так!» — приказал , и она с готовностью повиновалась, впившись в его спину своими ноготками, обняв ногами его таз и прижавшись к нему всем телом, с новой силой стал трахать ее, представляя, как они сейчас выглядят со стороны — он, обнятый соблазнительными ногами женщины, которую он взял силой и которая теперь сама с удовольствием отдается ему, стараясь, чтобы его член вошел в нее глубже, еще, еще, и еще…
Застонал от сладкого взрыва в его паху и выгнулся вперед, стараясь загнать член, изливающий сперму, поглубже. Она и сама хотела этого и потянулась к нему, но ее движение доставило сверхчувствительному от оргазма члену неприятные ощущения, и сильно прижал ее к постели, чтобы она не могла пошевелиться. Отдышавшись и успокоившись, со стоном повалился с нее на бок, перевернувшись на спину, чтобы было удобнее отдыхать…
вот вы тут ахуеваете. и еще пиздяд что обработались! витасик гея обдолбаного себе нашел.ахуеть!
