Джонни пришел почти домой, хотя у него и был дом, без всяких почти. Этот почти дом вырос потолками на три метра, смотрел на людей большими окнами, даже из в ванной и у него был чудный маленький балкон, который полностью состоял из перил.
Сразу были распределены роли и Джонни досталось быть бездомным. Он лежал на полу, на шкуре, курил трубку и пил виски с колой. Все ему завидовали, правда приходилось отползать от бегающих ног.
Джонни гордился собой, он сотворил акустический бас, как в старые добрые времена, из дешевой шестиструнки, но это стоило того. Его любимые Ф. Ёж застряли в огненной колеснице на самом МКАДе, но, слава будде ), смогли приехать.
Джонни так играл на гитаре, что сам радовался, он пел старые чужие песни, но потом на коммуну навалился МОрфиус и завалил всех на одну кровать. На небольшом диване спали 5 человек. Но... в тоже время и не спали.
Потому что Ёж играл на фортепиано, пол ночи, до 6 утра, он не умел играл, но подушки, которые долетали до него укрепляли его желание играть, а лежащих лишало последней маленькой удобности.
Джонни поспал два часа, почти в обнимку с Ф. и с волосами Африки во рту.
А утром пришла любовь. Она кружила по залитой солнцем комнате пухом, растроенное фортепиано клюкало странные аккорды. Любовь ворвалась в мою грудь и пробила все пароли.
