на жерле водосточной трубы

капроновый чулок

пусть ночь будет тихой

[ПОРОЙ

на гърлото на улука

дамски чорап

да бъде тиха нощта]

Не степями Претории пахнут свежевыстриженные

мавританские газоны -

щавелевым супом бабушки

Что интересно: блогер, в отличие, например, от писателя, не может восприниматься отдельно от своего фрагментарного словопотока. Нельзя сказать: по улице шёл блогер. Или: у блогера разыгрался геморрой. Или: блогер сидел на кухне в ожидании ужина, которое ему готовила его дама (а на ужин была курица по-вайнахски, потому что дама была похожа на Гвардцители).

А вот вкупе с "написал" блогер смотрится совершенно естественно. Или: "обсудил с другими блогерами" (однако "посудачил со старушками у подъезда" уже не подходит). Не менее великолепно - лексически - смотрится с ним всё, что касается нанесения ущерба его жизни и здоровью: "навешать пиюлей блогеру" или даже "настучать битой по тупорылой блогерской башке". Поэтому блогеры, с одной стороны, боятся физической расправы над своей ничтожной личностью, а с другой - злоупотребляют свободой самовыражения, которую им, в нашем демократическом государстве, любезно предоставляет премьер, и высказываются почему-то критически о премьере, а хорошо - о трубадуре Юре Шевчуке, который физиономически, я бы сказал, напоминает типичного блогера - преодолевающего развязностью природную застенчивость.

Моя мысль этим не исчерпывается: блогер выпадает из жизни, пока не протоколирует её. Или пока не закачивает в свой отстойник уже переваренные передовыми колумнистами продукты. И только писатель - птица высокого полёта. Его лёгкие полны воздуха и ветра даже тогда, когда перо у него не под рукой. Писателей и называли во времена Достоевского сочинителями. Они живут - и сочиняют. Иногда в стол (даже если на этом столе - курица по-вайнахски. Или дама, похожая на Гвардцители). А иногда просто в голову. А не ходят к премьеру с тетрадкой: "Посмотрите, мы тут с ребятами (журналистами) кое-что сочинили". "Сочинительство" со времени Достоевского не произносилось так уничижительно!

Почему мне ещё никогда не нравилось слово "колумнист"? Это ныне - профессиональный (в худшем смысле этого слова - "получающий за свою деятельность деньги") блогер. Фонетически соотносится со словом "колумбарий". Правда, напоминаю, Достоевский был первым в России профессиональным писателем. Профессиональным - тоже в худшем смысле этого слова... Такие дела.

В очередной раз убеждаю вас и от души вас прошу: вылезайте из блогов и живите жизнью. У кого остались к этому способности.

www.rysakov.ru

Летом у девочек с точёными и не очень ножками появляется позитивная разновидность мании преследования – мания сексуальных домогательств. Их провокативное поведение усложняет маршрутизацию мужских особей. К осени же индивидуумы обоих полов возвращаются в состояние фрустирующего анабиоза. Только тому, кто разводит в своём саду двурогую маттиолу, имбирецветную канну и любисток лекарственный и кому не угрожают ни анабиоз, ни мании, - известно, что поэзия выше любви и перекрёстного опыления.

В прошлую пятницу по пути с работы подобрал на дороге свалившегося из гнезда птенчика.

Он оказался на удивление живым, своевольным и дерзким - в моём вкусе. Несмотря на то что холку его, похоже, истрепали вороны.

Он был таким маленьким - кажется, меньше муравья и всё порывался взлететь.

Чтобы сфотографировать его, пришлось включить режим макросъёмки. Налил ему молока в блюдце, накрошил хлеба. Он однако закопался от меня в глухом углу открытого балкона, спрятался в старых вещах. Мне срочно нужно было уезжать в другой город. Вернулся через несколько дней и, конечно, его уже не обнаружил. А вчера он приснился мне.

Если вопреки всем прогнозам урагана не было, это не значит, что сумерки юного лета будет такими же, каким был весь офисный день - нудным и слишком человеческим, слишком. Одним из серии пятидневной недели. Пролил дождь, и если распахнуть окна и впустить вечернюю свежесть, вспомнить курьёзного птенчика, вероятно, улетевшего от меня по пути, по которому ушёл когда-то кот Артаксеркс, то хочется не только прокричать: "Люди, я люблю вас", но и назвать всех, кого люблю, по именам.

И благодарить судьбу за такой милый подарок, из-за которого пишешь текст, в котором нет ни одного "Я".

**

Я работаю у зоопарка.

Что мне приговор синоптиков,

когда о шторме предупреждает рык льва

**

Одна ходила на йогу, другая к психологу.

Ходил и к той и другой,

пока умел читать карту этого города

Какая разница между цинизмом и похуизмом? Такая же, как между попранием и пренебрежением. Но большинство похуистов называют себя циниками - так звучит пафоснее и благороднее. Эти мелкотравчатые циники не дорастают до того, чтобы что-то попирать, и в топе их преступлений - обычная житейская неблагонадёжность. Хорошо ещё, что они не метят в заротустры, а придерживаются самоназвания хоть и античного, но в то же время подлого: собаки.

В прошедшую ночь мне приснились шефиня, Шмидт и Хельмгольц. С шефиней мы стаскивали офисные столы в подвал, она двигалась так быстро, что я не поспевал за ней. Я часто был несправедлив к ней, но это нормальные издержки столкновения субординации и моего огромного "Z" - простите, поменяю регистр - "Я"; на самом же деле трудно не быть сейчас благодарным ей за полученные навыки, которые пригодились и на новом месте, при этом, конечно, больше всего я благодарен ей за то, что она подобрала меня с улицы года три назад, когда я отчаялся найти работу, вернувшись из Крыма восстанавливать свою жизнь в Москве.

Шмидт и Хельмгольц же приснились в образе типографских рабочих - печатников.

Это уже лучший поворот в снах, потому что накануне мне не давала покоя - три или четыре раза - одна фройляйн, а ныне, наверное, фрау, о жизненной встрече с которой я так сожалею. Интересно, что я ни разу не писал о ней в дневнике - за четыре-то года. В одном сне она присела ко мне на кровать (это сновидение пронеслось, когда я ещё не успел заснуть: то есть, видимо, было галлюцинацией), а точнее, навалилась мне на ноги, и я не мог пошевелить ими (мне срочно нужно бросать курить), когда же я проснулся, чтобы отогнать наваждение, она тихо успела - не сказать - попросить: "Я замерзла" - и мне стало жутко. В последнем сне я видел её со спины в окружении подруг в заснеженном малоэтажном городе. И опять вид её был очень плох. Промежуточных снов с ней я не запомнил.

Но также несколько раз мне снился снег. Нет, не тополиный пух на чёрном норковом меху моей шапки, вывешенной на балкон для просушки, а сантиметров пять добротного чистого снега на дороге - результат медленного снегопада, о котором я прочитал у кого-то из блогеров...

В Йеллоустонском национальном парке молнией ударило девять человек, которые стояли и ждали извержения гейзера «Старый служака».

Много лет назад одна леди, с которой я добивался встречи, говорила мне: свяжись со мной по мылу, сейчас это так делается. Так быстрее и удобнее. Но у меня тогда не было компьютера (я принадлежу поколению тех людей, у которых его когда-то не было), я был противником машинерии и луддитом. От слова "мыло" меня мутило, впрочем, как и сейчас. Я просил личной встречи. Но она говорила: записывай. "И" с точкой... Игрек... "Эс", а не "си"... Я открывал записную книжку и записывал. Это был первый и последний адрес в моей книжке, записаннный от руки, - адрес, по которому к человеку не зайти. Не вырасти на пороге его дома... В отношении этой леди я не применял негативных медитаций, потому что не любил её, и жизнь её сложилась, кажется, нормально. Она вышла замуж за иностранца и поселилась в одной тёплой южной стране. Южные мужчины темпераментны и у них нюх на конкурентов, которые не просто темпераментны - которые пылки. Соответственно муж ревнует её ко мне, но безосновательно. Потому что между нами только электронная связь. И то поддерживаемая с ленцой. Так жизнь почти по-библейски поступает с нами.