-ћетки

book covers brianne wills cats celebrities and kittens dmitriy trubin erin hunter flowers friedrich schiller grab grave henry rider haggard history files illustrators magazines paul gallico postcards simon tofield sven nordqvist theodore dreiser tombe vintage vladimir nabokov white cats ƒостоевский ∆«Ћ азбука-классика александр агапьев александр галич анатолий €р-кравченко андрей вознесенский антологи€ сатиры и юмора белоснежка белые кошки библиотека "дн" библиотека болгарской литературы библиотека поэта библиотека сибирского романа биографии вадим кожевников валентин пикуль венедикт ерофеев виктор астафьев владимир войнович владимир набоков воспоминани€ гела гринева генри райдер хаггард даниил гранин даты джеймс боуэн дневники журналы золота€ летопись россии золотой фонд иллюстраторы историческа€ библиотека истори€ отечества истори€ эстетики календарь котоарт котоживопись котофото коты кошки лев толстой леонид насыров литературные пам€тники марианна гончарова мастера поэтического перевода мемуары михаил шолохов мыслители прошлого некрополь нобелевска€ преми€ обложки книг от руси к империи открытки пам€тники письма пол гэллико пути русского имперского сознани€ ретро роман-газета росси€ в мемуарах русска€ цивилизаци€ саймон тофилд свен нурдквист сергей есенин сергей нилус собрание сочинений тайны истории теодор драйзер фото фотографы фридрих шиллер художники цветы человек и кошка эксклюзивна€ классика эрин хантер

 -–убрики

 -ѕоиск по дневнику

ѕоиск сообщений в ¬иктор_јлЄкин

 -ѕодписка по e-mail

 

 -—татистика

—татистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
—оздан: 14.08.2006
«аписей:
 омментариев:
Ќаписано: 43672

¬ыбрана рубрика ¬ладимир Ќабоков.


—оседние рубрики: ёрий “ын€нов(16), ёрий ƒомбровский(11), —игизмунд  ржижановский(14), —ергей ƒовлатов(89), Ќиколай «аболоцкий(21), ћихаил ѕришвин(29), ћихаил «ощенко(20), ћихаил Ѕулгаков(59), ћарк јлданов(13),  орней „уковский(32), »саак Ѕабель(18), »ль€ Ёренбург(36), ¬иктор Ўкловский(19), ¬ениамин  аверин(26), ¬енедикт ≈рофеев(20), ¬асилий –озанов(195), ¬арлам Ўаламов(24), ¬алентин  атаев(20), Ѕорис ѕильн€к(10), јндрей ѕлатонов(19), јндрей ¬ознесенский(42), јлександр √алич(19), јлександр јмфитеатров(15)

ƒругие рубрики в этом дневнике: „»—Ћ≈ЌЌ» (13662), ’”ƒќ∆Ќ» »(10449), ‘ќ“ќ(4045), ‘»Ћ№ћџ, —≈–»јЋџ(441), “≈ј“–(148), —”»÷»ƒ(350), —“–јЌџ(8852), —“»’»(1173), — ”Ћ№ѕ“”–ј(1640), —≈–≈Ѕ–яЌџ… ¬≈ (1104), —≈ћ»ѕјЋј“»Ќ— (82), –”—— »≈  Ћј——» »(2087), –≈Ћ»√»я(227), ѕ–»–ќƒј(360), ѕќ√ќ—“(3834), ѕ»—ј“≈Ћ», ѕќЁ“џ (–)(1601), ѕ»—ј“≈Ћ», ѕќЁ“џ (»)(1239), ѕ»—ј“≈Ћ», ѕќЁ“џ(12396), ќ“ –џ“ », ћј– »(636), ЌќЅ≈Ћ≈¬— »≈ Ћј”–≈ј“џ(1699),  ќ“— ќ≈(14078), »—“ќ–»я, Ё“Ќќ√–ј‘»я(964), »—“ќ–» »(122), ∆”–ЌјЋџ(489), ∆»«Ќ№ ∆»¬ќ“Ќџ’(202), Ѕ»ќ√–ј‘»», ћ≈ћ”ј–џ(879), Ѕ»ЅЋ»ќ“≈ ј(9306), јЌ“»„Ќќ—“№(151)
 омментарии (2)

јлексей «верев. Ќабоков; Ѕрайан Ѕойд. ¬ладимир Ќабоков. –усские годы

ƒневник

„етверг, 19 ќкт€бр€ 2006 г. 20:51 + в цитатник
Ќезависима€ газета
  |  exlibris
√леб Ўульп€ков

 остюмчики дл€ монстра

Ќа русском €зыке вышли две биографии ¬ладимира Ќабокова

јлексей «верев. ¬.¬. Ќабоков. - ћ.: ћолода€ гварди€, сери€ "∆«Ћ", 2001, 786 с. - ISBN 5-235-02431-1.

Ѕрайан Ѕойд. ¬ладимир Ќабоков. –усские годы: Ѕиографи€. ѕер. с англ. √.Ћапиной. - ћ.: »здательство "Ќезависима€ √азета"; —ѕб.: —импозиум, 2001, 695 с. - ISBN 5-86712-074-0.

—вершилось - Ќабоков попал в серию "∆«Ћ", учрежденную √орьким в 1933 году. √орького писатель, как известно, на дух не переносил, но судьба - индейка, и € уже вижу ту книжную полку, где в одинаковых серых мундирчиках будут сто€ть в затылок и √орький, и „ернышевский, и Ўолохов, и - теперь вот - Ќабоков.

¬ общем, пошлее ситуации применительно к Ќабокову выдумать сложно.

¬торой, долгожданный и многострадальный, том вышел в »здательстве "Ќезависима€ √азета" (совместно с "—импозиумом"). Ќазываетс€ он "–усские годы" и €вл€етс€ первым из двух томов обширнейшей биографии мастера, написанной на английском €зыке.

"∆«Ћ" написал јлексей «верев - знаток и ценитель зарубежной литературы. јвтор нашего двухтомника - Ѕрайан Ѕойд, крупнейший знаток творчества Ќабокова, первый и самый серьезный "жизнеописатель" мастера.

ѕолистаем?

 онечно, книга «верева написана вкуснее... ¬з€ть хот€ бы описани€ питерских улиц, их флера и электрической атмосферы, без чего Ќабокова, как ни крути, до конца все равно не поймешь. ѕоэтому в этой книге есть не только "разбор полетов", но и блеск утренней измороси, и туманы первых фонарей, и шум шелка, и много прочей бытовой упоительности из набора начала века.

„то поделать! јвтор "∆«Ћа" - лицо заинтересованное, он пишет так, как будто "на его месте мог быть €", и он прав, поскольку судьба Ќабокова - это идеальный вариант дл€ оплакивани€ собственной участи дл€ каждого из нас. ѕоэтому автору простительны "безумна€ неосторожность влюбленных" и жаркие поцелуи юного Ќабокова с подружкой в темных зальчиках питерского синема.

–аз пишет - значит знает: так оно и было на самом деле.

ѕротив «верева Ѕойд выгл€дит очкастым занудой, который трижды расшаркиваетс€ в предислови€х, где без конца "выражает" и "оговаривает подробности".

“екст его переведен √алиной Ћапиной - переведен скучновато, суховато, "с цветом лица, что называетс€, геморроидальным". Ќо если мы ищем не упоительные вечера и пыль —еребр€ного века, а подробности жизни, то тут Ѕойду нет равных, да и не может быть, поскольку у заокеанского Ѕойда "под рукой" были архивы университетов всего мира, а у нашего автора вр€д ли был к таким документам доступ. ¬ силу оп€ть-таки геобиографических данных.

„то еще?

Ѕойд пытаетс€ выудить из сознани€ своего геро€ всех этих гумбертов, кинботов, германов, найтов, мартынов - выудить и проверить на психологическую состо€тельность. јлексей же «верев более озабочен литературой, в который раз выража€ "восторг-восхищение" перед монстром мировой словесности.

¬ общем, если вам с Ќабоковым "серьезно и долго работать" - выбирайте Ѕойда: от него пахнет вечностью. Ќу а если вы с Ќабоковым еще не слишком знакомы, возьмитесь за «верева - здесь все ароматы эпохи. ќн - как бы это сказать? - поможет вам попасть под вли€ние.

„то касаетс€ самого ¬.¬., то тут как раз проще, ибо все его романы в конечном итоге варьируют одну и ту же тему - собственной биографии и судьбы. Ёто Ѕродский каждый раз отнекивалс€ от "биографического фактора" в своем творчестве. Ќаоборот, в каждом сочинении Ќабоков, о чем бы он ни писал, пишет о своем жизненном пути: пыта€сь осмыслить в литературных формах собственную персону в контексте эпохи. Ќайти след судьбы. «афиксировать его или замести. Ќу и сложить на книжную полку.

ƒа что там говорить! —угубо филологический труд по переводу "≈вгени€ ќнегина" он умудрилс€ "подм€ть под себ€", там и с€м рассказыва€ о собственном детстве или раздава€ затрещины литературным недоноскам советской эпохи.

Ќо судьба, повтор€ю, - индейка! » вот теперь замечательный писатель ¬ладимир ¬ладимирович Ќабоков - тот самый, что ловил бабочек, каталс€ на авто, писал в альбом бездарные стихи (а потом вз€л и протаранил мировую литературу своим весом, как берлинский поезд), - получил под занавес партийный костюмчик и спокойненько встал туда, к ним - на полку замечательных людей.

» поди теперь разбери: не об этом ли он мечтал?

ќпубликовано в Ќезависимой √азете от 01.11.2001
ќригинал:
http://www.ng.ru/exlibris/2001-11-01/9_monstr.html
–убрики:  ѕ»—ј“≈Ћ», ѕќЁ“џ (–)/¬ладимир Ќабоков
Ѕ»ќ√–ј‘»», ћ≈ћ”ј–џ/∆изнь замечательных людей
Ѕ»ЅЋ»ќ“≈ ј

 омментарии (15)

 лассик без ретуши. Ћитературный мир о творчестве ¬ладимира Ќабокова - ЌЋќ, 2000

ƒневник

—уббота, 14 ќкт€бр€ 2006 г. 21:44 + в цитатник
 (294x436, 36Kb)  http://nlo.magazine.ru/bookseller/nov/13.html

 лассик без ретуши. Ћитературный мир о творчестве ¬ладимира Ќабокова:  ритические отзывы, эссе, пародии/ ѕод общей редакцией Ќ.√.ћельникова. —ост., подг. текста Ќ.√. ћельников, ќ.ј.  оростелев. ѕредисл., преамбулы, комментарии, подбор иллюстраций Ќ.√. ћельников. - ћ.: Ќовое литературное обозрение, 2000

 ¬ книге впервые в таком объеме и полноте собраны критические отзывы о творчестве ¬.¬. Ќабокова (1899-1977), объективно представл€ющие особенности эстетической рецепции творчества писател€ на всем прот€жении его жизненного пути: сначала в литературных кругах русского зарубежь€, затем - в англо€зычном литературном мире.

»менно этими отзывами (как положительными, так и €довито-негативными) сопровождали первые публикации произведений Ќабокова его современники, критики и писатели. —реди них - такие €ркие литературные фигуры, как √. јдамович, ё. јйхенвальд, ѕ. Ѕицилли, ¬. ¬ейдле, ћ. ќсоргин, √. —труве, ¬. ’одасевич, ѕ. јкройд, ƒж. јпдайк, Ё. ЅЄрджесс, —. Ћем, ƒж. . ќутс, ј. –об-√рийе, ∆.-ѕ. —артр, Ё. ”илсон и др.

”никальность собранного фактического материала (зачастую малодоступного даже дл€ специалистов) превращает сборник статей и рецензий (а также эссе, пародий, фрагментов писем) в необходимейшее пособие дл€ более глубокого постижени€ набоковского феномена, в своеобразную хрестоматию, представл€ющую историю мировой критики на прот€жении полувека, показывающую литературные нравы, эстетические пристрасти€ и вкусы целой эпохи.

ѕ–≈ƒ»—Ћќ¬»≈

¬ этом весьма щедром на громкие юбилеи году мы отметили сто лет со дн€ рождени€ ¬ладимира Ќабокова - писател€, которому с равным успехом удалось укротить стихии русского и английского €зыка, соединив в своем творчестве две великие литературные традиции. ≈го путь к признанию и международной славе был не легким. ѕисатель, признанный к концу тридцатых годов "самым крупным €влением эмигрантской прозы", на прот€жении нескольких дес€тилетий не был известен у себ€ на родине и лишь спуст€ 15 лет после переезда в јмерику добилс€ скандальной славы как автор "порнографической" "Ћолиты".

¬ насто€щее врем€ в это веритс€ с трудом, поскольку сегодн€ ¬ладимир Ќабоков воспринимаетс€ бесспорным классиком мировой литературы; его произведени€ вдохновл€ют художников и музыкантов, по ним снимаютс€ фильмы и став€тс€ спектакли, их включают в программы по литературе дл€ университетов и школ.

¬ –оссии (а еще раньше - в јмерике и «ападной ≈вропе) сложилась цела€ каста литературоведов, специализирующихс€ на изучении набоковского творчества.  ак и любой крупный писатель, Ќабоков питает целую литературоведческую индустрию, котора€ в устрашающем изобилии производит монографии, диссертации, тематические сборники, сотни, если не тыс€чи статей, посв€щенных различным аспектам жизни и творчества писател€ (или на худой конец его родственников и далеких предков - даже тех, кто никакого отношени€ к литературе не имел). Ќабоковские произведени€ вновь и вновь подвергаютс€ дотошному литературоведческому препарированию, обраста€ - словно корабль водоросл€ми и ракушками - немыслимым количеством экстравагантных интерпретаций (часто лишенных хот€ бы подоби€ художественного такта и вкуса). “ворческое наследие Ќабокова давно стало испытательным полигоном дл€ сторонников различных литературоведческих школ и эстетических доктрин: компаративизм, структурализм, деконструктивизм… ѕри всем своем внешнем различии, в применении на деле они свод€тс€ к двум вещам: к редукционистскому вычленению "главных моделирующих доминант", "центральных метафор", под которые затем подгон€етс€ все живое многообразие набоковского творчества, а также к азартной охоте за "аллюзи€ми", "параллел€ми", "пародийными отсылками" и "тематическими перекличками", обесцвечивающими эстетическое своеобразие конкретного произведени€ и раствор€ющими специфику художественного видени€ писател€ в мутном потоке ассоциаций и аналогий, порожденных бурным воображением эрудированных педантов. Ћюбого, даже случайного упоминани€ кого-нибудь из писателей, любого мельчайшего совпадени€ достаточно, чтобы на свет божий по€вилс€ очередной глубокомысленный опус, в котором отча€нно упирающегос€ ¬ладимира ¬ладимировича спаривали бы с Ўекспиром и  афкой, „еховым и  онрадом, ќруэллом и Ѕорхесом, ‘улмерфордом и ¬енедиктом ≈рофеевым… — кем только не сопоставл€лс€ Ќабоков, с кем только не сравнивались его герои! ƒосадно только, что при всем обилии "интертекстуальных сближений", до которых охочи и западные, и отечественные набокоеды, часто упускаютс€ из виду важнейшие вопросы: о причастности или непричастности писател€ идейно-эстетической борьбе своего времени, о его месте в ценностной иерархии определенного периода, о резонансе, который вызвало конкретное произведение, и о той эстетической дистанции, котора€ отдел€ла авторский замысел от общеприн€тых (в рамках данной культурной традиции) норм и жанрово-тематических канонов и т.д. Ѕез внимани€ остаетс€ диалогический характер творчества писател€, поскольку наши охотники за параллел€ми напрочь забывают об адресате его литературной де€тельности - о читательской публике и ее полномочных представител€х, критиках и литературных обозревател€х, от чьих оценок пр€мо или косвенно зависит дальнейша€ писательска€ судьба. ¬ результате затруднительным становитс€ и "анализ отдельного произведени€ в соответствующем литературном р€ду, необходимый дл€ определени€ его исторического места и значени€ в контексте литературного опыта", и полноценное осмысление всего творческого наследи€ Ќабокова -- объективна€ оценка его эстетической и культурной значимости.   сожалению, немногие исследователи набоковского творчества затрагивают подобные проблемы.  уда проще и эффектнее сравнить Ќабокова, скажем, с ясунари  авабатой или јмброзом Ѕирсом, или сопоставить ћартына Ёдельвейса с ќдиссеем, ÷инцинната с »исусом ’ристом, а —мурова, главного геро€ "—огл€дата€", - с мальчиком ¬аней —муровым из повести ћ.  узмина " рыль€" (благо фамилии совпадают - жаль, что пока никому не пришло в голову сравнить безумного набоковского шахматиста с ѕетром ѕетровичем Ћужиным, незадачливым женихом из "ѕреступлени€ и наказани€", впрочем, все еще впереди).

¬ ситуации, когда один из самых €рких и противоречивых писателей уход€щего ’’ в. сделалс€ заложником своих профессиональных почитателей, как никогда актуальным становитс€ рецептивно-эстетический подход к его творческому наследию. ƒл€ того чтобы нагл€дно представить процесс постепенного разворачивани€ богатейшего смыслового потенциала набоковских произведений, необходимо обратитьс€ к литературно-критическим работам тех авторов, кто имел счастье судить о них, что называетс€, "по гор€чим следам" и по сравнению с современными исследовател€ми Ќабокова обладал целым р€дом преимуществ.

ѕервые дегустаторы набоковских творений были гораздо более свободны в своих суждени€х, чем нынешние набоковеды (дл€ которых Ќабоков - не только объект изучени€, но и строительный материал научной карьеры). Ќад критиками же не довлели ни авторитет классика, ни железобетонные догмы теоретико-литературных доктрин.  ниги писател€ гармонично вписывались в живой литературный контекст и представл€лись своего рода "диким полем", полным загадок и неожиданностей, а не укатанной шоссейной дорогой - со стекл€нной закусочной по одну сторону и ал€поватым рекламным плакатом по другую.

¬ силу своей неизбежной субъективности первые толкователи набоковских произведений были застрахованы от той нелепой ситуации, когда "интерпретатор, стрем€щийс€ быть беспристрастным, неосознанно возводит свое эстетическое представление в норму и незаметно дл€ себ€ модернизирует смысл текста прошлого", - скажем, топорно подгон€ет довоенные сочинени€ Ќабокова под те критерии и параметры, которые были заданы его поздними вещами, "јдой" или "јрлекинами".

¬ первую очередь вышеперечисленными преимуществами обладали критики "первой волны" русской эмиграции. » пусть их поругивал Ќабоков, утверждавший в телеинтервью 1975 г.: "Ёмигрантские критики в ѕариже <…> были один-единственный раз в жизни правы, когда сетовали на то, что € недостаточно русский". ¬ действительности именно они наметили основные подходы к изучению набоковского творчества, заложив фундамент современного набоковедени€ и предвосхитив многие суждени€ и оценки (как положительные, так и отрицательные), которыми позже наградили писател€ англо-американские критики.  ак это ни печально, в подавл€ющем большинстве работ западных (да и отечественных) набоковедов эмигрантские критики не вполне обоснованно выставл€ютс€ лишь в качестве литературных староверов, оказавшихс€ неспособными пон€ть и по достоинству оценить новаторские творени€ незаур€дного писател€, или же - как злобные, мучимые завистью интриганы, жалившие его €довитыми рецензи€ми.

—пору нет, в литературном мире русского зарубежь€ признание далеко не сразу пришло к ¬. —ирину; немало было у него и литературных врагов, то и дело подвергавших его писательскую репутацию €ростным атакам. ќднако в англо-американском литературном мире принципиальных оппонентов и недоброжелателей у Ќабокова было не меньше, а славы, озарившей писател€ на шестом дес€тке лет, ему пришлось ждать вдвое дольше (п€тнадцать лет против восьми в его русско€зычный период).

¬ообще, "русский" и "американский" этапы эстетической рецепции набоковского творчества на удивление похожи. ”проща€ и огрубл€€, но в целом довольно точно выдержива€ основной рисунок, эволюцию литературной репутации ¬. Ќабокова можно представить в виде двух параллельно разворачивающихс€ спиралей - воспользуемс€ любимым набоковским образом. ѕервый виток спирали (1922-1929 гг. дл€ ¬. —ирина и 1940-1955 гг. дл€ ¬. Ќабокова) характеризуетс€ по€влением редких, но по большей части благожелательных отзывов; писатель мучительно ищет себ€, неуклонно завоевыва€ признание авторитетных критиков, но пользу€сь известностью в относительно узком кругу литературных гурманов. ¬торой виток (1929-1937 гг. и, соответственно, 1955-1969 гг.) открываетс€ бурным успехом романа, который становитс€ главным литературным событием года, привлека€ к автору внимание литературной элиты и широкой читательской аудитории (правда, говор€ об эмигрантской публике, слово "широкий" стоит вз€ть в жирные кавычки); "«ащита Ћужина" - в "русский" период, "Ћолита" - в "американский" делают Ќабокову громкое им€ и выдвигают его в эшелон авторов "первого р€да". ќтныне любому произведению писател€ обеспечено самое пристальное внимание со стороны критиков и читателей. ќн "входит в обойму" широко читаемых и печатаемых авторов; несмотр€ на выпады враждебно настроенных зоилов, его положение достаточно прочно - с ним вынуждены считатьс€ даже его литературные недруги, его творчество получает общее признание. “ретий виток спирали (1937-1940; 1969-1977) - своего рода "осень патриарха". –епутаци€ писател€ по-прежнему высока, он - желанный гость престижных журналов и издательств, однако в силу р€да причин намечаетс€ охлаждение к нему со стороны критиков и читателей. "√лавные" вещи писател€ не наход€т прежнего восторженного отклика, голоса недоброжелателей звучат все громче, среди литературных союзников и почитателей царит растер€нность и см€тение, а иные из них порой присоедин€ютс€ к представител€м враждебного лагер€ и награждают писател€ разгромными рецензи€ми.

ѕри сравнении "русского" и "американского" этапов следует учитывать несколько весьма существенных нюансов. ¬о-первых, несоизмеримость масштабов книжно-журнального рынка и издательского дела с каждым годом нищавшей и денационализировавшейс€ русской эмиграции и богатейшей страны мира (учтем также Ѕританию и другие англо€зычные страны). ћировой экономический кризис катастрофически сказалс€ на эмигрантской литературе, прикончив многие периодические издани€. √овор€ о литературе русского зарубежь€, "нельз€ забывать, что это была беднейша€ - в материальном отношении - словесность современности, литература без социальной базы и часто почти без читателей". “аким образом, мизерное (по благополучным американским меркам) число печатных отзывов на произведени€ "зрелого" —ирина, на которое ехидно указывала, в частности, Ћ. ‘остер (прозрачно намека€ на то, что эмигрантские критики не обращали на писател€ должного внимани€), говорит не о злой воле критиков, а о ничтожной экономической базе эмигрантской литературы.

¬о-вторых, "русско-эмигрантска€" и "американска€" спирали были тесно переплетены друг с другом. Ёмигрантские авторы неоднократно публиковали критические статьи о Ќабокове (—ирине) в англо€зычных издани€х (равно как и в немецко-, чешско- и франко€зычных), а некоторые американские критики (например, ћ. ‘ридберг) печатались на страницах русско€зычных эмигрантских изданий.   тому же начина€ с первой половины тридцатых годов обе "спирали" разворачивались синхронно. ”же в 1933 г. критик јльберт ѕэрри первым из американских авторов написал о Ќабокове в обзорной статье о литературе русской эмиграции. ¬ыделив среди молодых писателей подающего надежды прозаика и упом€нув три его произведени€ - романы " ороль, дама, валет", " амера обскура" и рассказ " артофельный эльф", - ѕэрри назвал ¬. —ирина "ненав€зчивым приверженцем д-ра ‘рейда" и пришел к заключению, что сиринские произведени€ достойны перевода и самого пристального внимани€.

¬ общем, как нельз€ категорично отъедин€ть русско€зычное и англо€зычное творчество писател€, точно так же не стоит отдел€ть друг от друга процессы критического воспри€ти€ набоковского творчества в критике русской эмиграции и англо-американском литературном мире. ѕоэтому-то названи€ двух частей данной книги - "—ирин" и "Ќабоков" - следует воспринимать как эквиваленты словосочетаний "русско€зычное" и "англо€зычное" творчество ¬.¬.Ќабокова: у составителей нет никаких сомнений относительно целостности дву€зычного набоковского феномена.

* * *

√овор€ о перипети€х литературной биографии Ќабокова, нельз€ не сказать о том, как воспринималось его творчество в ———–. Ќачина€ со случайного упоминани€ в статье ¬.¬олина о поэзии эмиграции и издевательского фельетона ƒемь€на Ѕедного, откликнувшегос€ на сиринское стихотворение "Ѕилет" плоской зарифмованной бранью - "„то ж, вы вольны в Ѕерлине "фантазирен", / Ќо, чтоб разжать советские тиски, / ¬ам - и тебе, поэтик белый, —ирин, / ѕридетс€ ждать… до гробовой доски", - и вплоть до баснословной "перестроечной" эпохи книжно-журнального бума, когда на волне "возвращенной" литературы произведени€ писател€ хлынули на родину, то есть на прот€жении шестидес€ти с лишним лет, им€ писател€ было вычеркнуто из официальной истории русской литературы. ѕоклонники набоковского таланта (они по€вились в —оюзе уже в шестидес€тые годы благодар€ нелегально привезенным издани€м его романов) не имели возможности свободно высказыватьс€ в печати, а дл€ советского официоза, безраздельно контролировавшего прессу и книгоиздание, Ќабоков, по его остроумному замечанию из письма ј.». —олженицыну (безуспешно выдвигавшего нашего геро€ на Ќобелевскую премию), был "чем-то вроде покрытого чешуей дь€вола". Ќеудивительно, что в советской печати отзывы о ¬.Ќабокове - "писателе, лишенном корней, отвернувшемс€ от великих традиций родной литературы" - были крайне малочисленны (чтобы их пересчитать, с лихвой хватит пальцев одной руки). Ќе отлича€сь ни особой вдумчивостью, ни дружелюбностью, ни разнообразием, они были насто€ны на крепких дрожжах партийных идеологических директив и выдержаны в соответствующем стиле: "Ќабоков охотно подхватывает все модные ве€ни€ «апада, поклон€€сь космополитизму, порнографии, абсурду. —вой вклад он внес и в антисоветскую пропаганду. ¬ своей "эстетической программе" Ќабоков отрицает гражданственность творчества, пытаетс€ отгородитьс€ от реальности в вымышленном мирке, с помощью формалистических ухищрений и ошеломл€юще непристойных ситуаций утвердить свою "независимость" художника. Ќа деле же его творчество рассчитано на обывательские вкусы буржуазного читател€. <…> ¬раждебность к социализму прорываетс€ во многих произведени€х Ќабокова. ѕеремены на –одине, великие подвиги ее народа он не замечает, ограничиваетс€ лишь €довитыми сарказмами. <…> Ќабоков ощущает иррациональность буржуазного быти€, но от поисков позитивного отказываетс€. ≈го безыдеальные романы с замкнутой структурой, алогичностью сюжетов и малоправдоподобными характерами - это камера абсурда, где нет места ничему живому".

Ќа фоне подобных критических опусов верхом "полит-" и прочей корректности предстает стать€ ќ. ћихайлова и Ћ. „ерткова, опубликованна€ в п€том томе " раткой литературной энциклопедии" (ћ., 1968. “. 5. —тлб. 60-61), где писател€ в€ло поругивали за то, что его книги "отмечены чертами литературного снобизма", "стиль <…> отличаетс€ вычурностью, а в романе "ƒар" даетс€ тенденциозно искаженный образ Ќ.√.„ернышевского".

¬ годы "перестройки" утверждение литературной репутации писател€ проходило весьма непросто. ¬озвращение творческого наследи€ на родину сопровождалось агрессивными нападками со стороны некоторых литераторов. ¬ советской печати конца восьмидес€тых годов то и дело по€вл€лись откровенно погромные статьи. ¬ одной из них - опусе ƒ. ”рнова, красноречиво озаглавленном "ѕриглашение на суд", - Ќабоков не только получил лестную аттестацию "представител€ декаданса, упадка" и эпигона ‘. —ологуба, "преемника худших, слабейших его сторон", но и объ€вл€лс€ едва ли не графоманом: "ясно, что этот человек изначально не владел €зыком, что он не мог писать, а раз уж все-таки стал писать и сделалс€ писателем, даже знаменитым, это означало, что он всеми способами скрывал свою неспособность и, как безнаказанна€ выходка, это ему сошло с рук, удалось!"

¬прочем, по€вление такого рода критических опусов было закономерно. ¬ эмигрантской и англо-американской печати Ќабокову устраивали выволочки и похлеще (тон, правда, был немного иной). ƒа критика, пожалуй, и не должна быть такой же лучезарно-благодушной, как реклама жевательной резинки "ƒирол" или чудо памперсов "Ѕэйби драй" .  ритика, как утверждал Ѕальзак устами прожженного писаки Ётьена Ћусто, - "это щетка, которой не следует чистить легкие ткани: она разрывает их в клочь€". ¬ подавл€ющем большинстве художественные произведени€ Ќабокова оказались выкроены из ткани, достаточно прочной, чтобы с честью выдержать не одну критическую "чистку".

Ќа этом основании в данную книгу вошли даже самые резкие и €звительные отзывы о набоковском творчестве.   тому же некоторые из критических замечаний, брошенных в адрес писател€ (€, конечно, не имею в виду вышепроцитированные статьи), вполне справедливы. “ворчество Ќабокова неравноценно по своей эстетической значимости: бесспорные шедевры уживаютс€ с проходными, а иногда и с провальными вещами (например, "ѕод знаком незаконнорожденных"), художественные открыти€ и озарени€ - с нудными повторами и самоперепевами, граничащими с автоэпигонством. ¬ самых разносных отзывах содержитс€ порой куда больше проницательных и острых мыслей, позвол€ющих проникнуть в глубинную суть художественного мира писател€, чем в иных рекламно-благодушных опусах. “еперь, в юбилейный набоковский год, когда писатель прочно утвердилс€ на литературном ќлимпе и за ним закрепилс€ почетный титул классика, читать их особенно интересно: за ними - ушедша€ эпоха, угасшие литературные страсти, отгремевшие писательские войны, отцветшие эстетические идеалы и окаменевшие теории.

* * *

¬ критике традиционно выдел€ют три основные разновидности: критика читательско-журналистска€, непосредственно выражающа€ господствующие вкусы своего времени и пристрасти€ читательской публики; критика писательска€, зачастую обусловленна€ бескомпромиссной борьбой враждующих школ и писательских группировок, а также чисто житейскими соображени€ми ("Ћитература прейдет - дружба останетс€" - вспомним хрестоматийную фразу, которой нередко руководствовалс€ √. јдамович); критика профессорско-литературоведческа€ (по идее - более объективна€, хот€ и тесно св€занна€ с противосто€нием различных эстетических и философских концепций).

—ам Ќабоков предлагал похожую триаду: "… огда € думаю о критиках, € раздел€ю это семейство на три подсемейства. ¬о-первых, это профессиональные поденщики или провинциалы, регул€рно заполн€ющие отведенные им участки на кладбищах воскресных газет. ¬о-вторых, критики более амбициозные, раз в два года собирающие свои журнальные статьи в том с подразумевающим некоторую ученость заглавием - "Ќеоткрыта€ страна" или что-нибудь в этом роде. », наконец, коллеги-писатели, выступающие с рецензией на книгу, котора€ им полюбилась или прогневила их. ѕоследнее породило немало €рких обложек и темных свар".

¬ насто€щее издание включены работы, представл€ющие все вышеперечисленные разновидности. ¬ам встрет€тс€ и безвестные газетно-журнальные поденщики (которые порой оказываютс€ интереснее и прозорливее, нежели литературные звезды первой величины), и фанатичные литературоведы-набоковианцы, готовые восхвал€ть любую кл€ксу, выскочившую из-под набоковского пера, и именитые писатели, многие из которых видели в Ќабокове опасного конкурента.  онечно, далеко не все из помещенных здесь рецензий и критических этюдов €вл€ютс€, как выразилс€ бы Ќабоков, "шедеврами остроуми€ и проницательности". Ќар€ду с критическими работами, конгениальными творчеству писател€, - стать€ми и рецензи€ми √. јдамовича, ¬. ¬ейдле, ¬. ’одасевича, ѕ. јкройда, ƒ. јпдайка, —. Ћема, Ё. ”илсона и других менее известных, но, как оказалось, вполне достойных авторов, - в книгу включены опусы, которым вр€д ли суждено стать "вечными спутниками" набоковских произведений. ќднако все они, безусловно, представл€ют историко-литературный интерес. — высоты прошедших лет вы можете с легкостью обвинить иных набоковских критиков во всех смертных грехах: в архаичном морализаторстве, в консервативной приверженности старым формам и нежелании прин€ть непривычные дл€ них особенности образного мышлени€, в заведомой пристрастности (обусловленной, так сказать, соображени€ми "окололитературного пор€дка"), в верхогл€дстве, поспешности и произвольности выводов и обобщений. ќп€ть же: рецидивов "вульгарного компаративизма" - произвольных ассоциаций и фантастических "параллелей", опутывающих Ќабокова, словно веревочки лилипутов сп€щего √улливера, - у них не меньше, чем у нынешних "набокоедов".

ќтчасти подобные упреки будут справедливы. ƒействительно, далеко не со всеми оценками, данными произведени€м Ќабокова, мы можем сейчас согласитьс€. ћногие критические приговоры кажутс€ несправедливыми, а иные скоропалительные прогнозы - просто смешными (чего сто€т хот€ бы рассуждени€ ћ. ќсоргина о "бытовике" —ирине или глубокомысленный вывод ѕэрри, увидевшего в писателе последовател€ ‘рейда!). ¬се это так, однако поспешность выводов, неточность прогнозов и пристрастность оценок - эти и другие издержки и недочеты - неизбежные спутники вс€кого, кто занимаетс€ неблагодарным ремеслом критика.   тому же ошибки людей, дерзавших мыслить по-своему, представл€ют бóльшую ценность, нежели непререкаемые истины, повтор€емые бездарными устами.

—мею наде€тьс€, эти соображени€ можно с чистой совестью отнести ко всем критическим сочинени€м, составившим книгу, цель которой не сводитс€ к реконструкции творческой биографии выдающегос€ русско-американского писател€. ¬ работе над сборником " лассик без ретуши" составители исходили из того, что отстраненный (пусть и враждебно-настороженный) взгл€д на творчество Ќабокова глазами современных ему критиков не только поможет вы€вить те или иные смысловые грани и осмыслить художественные особенности набоковских произведений, но и позволит реконструировать "горизонт ожидани€" того читател€, которому они предназначались, почувствовать динамику литературного процесса, с его мен€ющимис€ эстетическими вкусами и оценочными критери€ми.

Ќ.√. ћельников

–убрики:  ѕ»—ј“≈Ћ», ѕќЁ“џ (–)/¬ладимир Ќабоков
Ѕ»ЅЋ»ќ“≈ ј

 омментарии (1)

јлександр ƒолинин. »стинна€ жизнь писател€ —ирина - 2004

ƒневник

—уббота, 23 —ент€бр€ 2006 г. 21:03 + в цитатник
¬рем€ новостей
     N°75, 29 апрел€ 2005 ¬рем€ новостей »ƒ "¬рем€"   
¬рем€ новостей
  //  29.04.2005

»стинна€ жизнь писател€ ƒ.

 нигу јлександра ƒолинина стоит читать не только филологам
 
¬ книгу јлександра ƒолинина «»стинна€ жизнь писател€ —ирина» (—ѕб., √уманитарное агентство «јкадемический проект») вошли одноименна€ «маленька€ монографи€», дес€ть статей о творчестве Ќабокова и предислови€ к осуществленным автором публикаци€м -- докладам Ќабокова в Ѕерлинском литературном кружке и его письмам к √лебу —труве. ѕон€тно, что перед нами сборник литературоведческих работ, а такие книги теперь занимают исключительно историков словесности. » хорошо, если не одних только специалистов по писателю »м€рек.  анули в Ћету времена, когда по€вление €ркого филологического исследовани€ становилось общественным событием. —читаетс€, что гуманитарный бум 1970--1980-х годов был искусственным: в отсутствие общественной жизни, при посто€нном идеологическом прессинге вс€кое сколько-нибудь вмен€емое слово радовало душу, и публика кидалась на изощренные «учености», дабы не хлебать баланду «культурного» официоза. “езис верный, но не исчерпывающий проблему.  ак четверть века назад, так и сейчас гуманитарна€ продукци€ легко сортируетс€ на три группы: работы, не нужные никому (кроме изготовителей такой же халтуры, которым надо уснащать свои диссертации сносками); работы, потребные специалистам (более или менее широкого профил€); работы, обращенные к читателю, обладающие той же мерой самодостаточного смысла, что и тексты поэта, прозаика, драматурга. ќбращенность к читателю не надо путать с установкой на попул€ризацию -- тут важен не слог, а суть высказывани€. —амодостаточность не надо путать со стремлением во чтобы то ни стало разрешить «свою» мысль -- этим занимаютс€ эссеисты, публицисты и организаторы литературного процесса, вне зависимости от того, в каких пространствах (политических, религиозных, доктринально философских, «внутрилитературных») обретаютс€ их приоритеты. ѕисать дл€ читател€ (а не только дл€ цехового сообщества или престижной референтной группы) хочет вс€кий историк искусства (иначе он выбрал бы другую стезю) -- последовательно выдерживать эту стратегию, игнориру€ соблазн эзотеризма и нав€зчивый (вообще-то пон€тный) страх «банальности», сочетать внимание к предмету, уважение к научной традиции и верность своему духовному строю умеют не многие.

јлександр ƒолинин пишет именно так. » не только о Ќабокове, плотно заниматьс€ которым исследователь начал в конце 1980-х, когда на фоне разливанной перекрашенной пошлости, безграмотных скороспелок и конъюнктурного врань€ по€вились сперва стать€ «ѕосмотри на арлекинов. Ўтрихи к портрету Ќабокова» («Ћитературное обозрение», 1988, є9), а затем превосходно подготовленный и откомментированный том избранного (рассказы, «ѕриглашение на казнь», рецензии, эссе -- ћ., « нига», 1989). “очно так же ƒолинин пишет теперь о ѕушкине (есть надежда, что том его пушкинистики все-таки увидит свет в одном из петербургских издательств -- разговоры на сей счет ведутс€ уже давно). “очно так же написана увлекательна€, как хороший детектив, и весела€, как свежий анекдот, книга «»стори€, одета€ в роман. ¬альтер —котт и его читатели» (ћ., « нига», 1989). “очно так ƒолинин работал с ‘олкнером,  иплингом или ћарком “веном -- с 1984 года два с лишним дес€тилети€ прошло, а € помню, как взахлеб перечитывал коротенькое (страничек п€ть, наверное) эссе, приуроченное к столетию «ѕриключений √екльберри ‘инна», как с детства знакома€ симпатична€ книжка вдруг начала излучать неверо€тную смысловую энергию. —обственно, так бывает при соприкосновении с трудами ƒолинина всегда -- читаные-перечитаные сочинени€ (пушкинские «јнчар» или «–одрик», любой роман Ќабокова, стихи “ютчева на смерть ѕушкина...) ты видишь словно в первый раз -- они разом станов€тс€ загадочнее (ибо прирастают прежде скрытыми и тревожащими, как любое открытие, смыслами) и €снее. Ќовообретенные смыслы складываютс€ в кристаллически отчетливую структуру, в которой, кажетс€, нельз€ изменить ни единой черты.  онечно, это только кажетс€. —мешно предполагать, что после ƒолинина ѕушкин, Ќабоков или ¬альтер —котт окажутс€ писател€ми исчерпанными. Ќа то и даны нам головы, чтобы думать дальше. Ќо и пр€тать восхищение от из€щно и убедительно решаемых на твоих глазах головокружительных задач тоже было бы смешно.

¬ предисловии к «»стинной жизни писател€ —ирина» ƒолинин чеканит: «¬опреки привычке последнего времени, мо€ книга не предлагает никаких новомодных концепций творчества Ќабокова, а лишь продолжает его филологическое и историко-литературное изучение, давно начатое многими исследовател€ми, на труды которых € неизменно опираюсь». Ёти негромкие слова полн€тс€ совершенно законной гордостью: одна из самых больших радостей историка словесности -- ощутить себ€ звеном не вчера начавшейс€ научной традиции, осознать себ€ «договаривающим», вывод€щим на белый свет то, о чем догадывались твои предшественники и коллеги. » эта радость неотделима от другой -- от прикосновени€ к поэтической мысли изучаемого автора.  огда ƒолинин обнаруживает огромный пласт пушкинских аллюзий в «ѕриглашении на казнь» и заставл€ет нас увидеть в ÷инцинате ÷. -- поэта и «двойника» ѕушкина, когда описывает трансформации времени в «ƒаре» и «Ћолите», когда из полунамеков воссоздает навеки погибший замысел последнего русского романа Ќабокова Solus Rex, когда делает €вным резкий спор Ќабокова с советскими и эмигрантскими «оппонентами» традиций русской классики, когда, тонко интерпретиру€ речь «ненадежных рассказчиков», предлагает нам сперва возненавидеть, но потом и пон€ть-простить геро€ «—огл€дата€» или √умберта √умберта, -- словом, вс€кий раз, когда в результате аналитических операций, филологических разысканий или включени€ машины припоминаний читатель испытывает интеллектуальное, эстетическое, а зачастую и этическое потр€сение, в первую очередь хочешь воскликнуть: « акие же чудеса мог творить Ќабоков!» » запаздыва€ на четверть такта: « ак умеет видеть эти чудеса ƒолинин!»

ѕочему умеет? ѕотому что не одним Ќабоковым дышит, а видит большого художника в живом многовековом движении европейской словесности (прежде всего русской и английской). ѕотому что верит не издевательски эффектным деклараци€м-мистификаци€м «англо€зычного» мэтра (что посто€нно хотел перехитрить не только исследователей, журналистов и читателей, но и самого себ€), а его стихам и прозе. ѕотому что, уме€ выуживать факты, выстраивать исторические контексты, подвергать сомнению мемуарные свидетельства (и, что еще труднее, не сводить их к сплошному корыстному вранью), знает: истинна€ жизнь писател€ —ирина (¬альтера —котта, ѕушкина, ћарка “вена) -- это его творчество. ѕотому что любит жизнь (не противополага€ ее искусству) и уважает человека (великого писател€, его неприметных современников, сегодн€шних потенциальных читателей). ѕотому что, цен€ свой цех и блест€ще владе€ изощренным инструментарием, пишет дл€ нас с вами.  ак —ирин. »ли любой другой насто€щий писатель -- вне зависимости от того, складывает он поэму в терцинах, исторический роман, замаскированную под триллер исповедь или литературоведческое исследование.

јндрей Ќ≈ћ«≈–
   

 (287x412, 34Kb)
–убрики:  ѕ»—ј“≈Ћ», ѕќЁ“џ (–)/¬ладимир Ќабоков
Ѕ»ЅЋ»ќ“≈ ј


 —траницы: 7 6 5 4 3 2 [1]