-Метки

émile zola advertising book covers brianne wills cats celebrities and kittens franz kafka grab grace j grave holly webb illustrators józef ignacy kraszewski julio cortázar magazines marcel proust millennium postcards selma lagerlöf simon tofield soo beng lim tombe vintage white cats wildcats Анна Ахматова Достоевский ЖЗЛ австрийская библиотека азбука-классика александр мень александр пушкин александр солженицын алексей герман алексей толстой андрей вознесенский белоснежка белые кошки библиотека "дн" библиотека зарубежного поэта библиотека поэта биографии василий шукшин вениамин каверин виктор пелевин владимир маяковский воспоминания григорий чхартишвили даты дикие кошки журналы иван ильин избранная зарубежная лирика иллюстраторы илья эренбург историческая библиотека календарь котоарт котоживопись котофото коты кошки лев толстой леонид леонов литературные памятники марина цветаева марсель пруст мемуары некрополь николай любимов нобелевская премия новелла матвеева обложки книг осип мандельштам открытки письма поэтическая библиотека поэтическая россия реклама ретро саймон тофилд самоубийство светлана петрова сельма лагерлёф сергей довлатов сергей есенин сериалы собрание сочинений софи вильямс тайны истории фильмы фото фотографы франц кафка холли вебб художники хулио кортасар человек и кошка эмиль золя юзеф игнацы крашевский

 -Рубрики

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в Виктор_Алёкин

 -Подписка по e-mail

 

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 14.08.2006
Записей:
Комментариев:
Написано: 40892


Кошки БУЛГАКОВА

Понедельник, 25 Апреля 2016 г. 15:03 + в цитатник
"Друг кошек" 2009 №02
пишем историю
Кошки БУЛГАКОВА
Галина РУДЬ











Кошки БУЛГАКОВА
Галина РУДЬ

В 1936-1937 годах Михаил Афанасьевич Булгаков работает параллельно над двумя произведениями: «Мастером и Маргаритой» и «Театральным романом». На страницах обеих книг встречаем кошек. Правда, в отличие от Кота Бегемота, «театральные» кошки не являются центральными персонажами, однако сопровождают повествование, расставляя в нем определенные эмоциональные акценты.
Герой «Театрального романа» Максудов, занимавший скромную должность читальщика в некоем издательстве, свою должность ненавидел.
Живя у себя в мансарде, он писал роман, потом начал сочинять пьесу. Однажды Максудов проснулся весь в слезах после грустного сна и вдруг так остро почувствовал страх смерти, что даже простонал. Он оглянулся тревожно, ища помощи и защиты от смерти. И нашел ее: «...тихо мяукнула кошка, которую я некогда подобрал в воротах. Зверь встревожился. Через секунду зверь уже сидел на газетах, смотрел на меня круглыми глазами, спрашивал — что слу¬чилось. /.../
— Это приступ неврас¬тении, — объяснил я кошке. — Она уже завелась во мне, будет развиваться и сгложет меня. Но пока еще можно жить... Я успокоил
ся, успокоилась и кошка, закрыла глаза».
Кошки начинают появляться на страницах произведений писателя во время совместной жизни Михаила Афанасьевича Булгакова с Любовью Евгеньевной Белозерской.
Еще будучи студентом медицинского факультета Киевского университета, он женился на своей первой супруге Татьяне Лаппа. Они обвенчались в православной церкви в 1912 году. Говорят: первая жена — от Бога, вторая — от людей, третья — от сатаны. Любовь Белозерская, «от людей», была очень привлекательная, добрая, милая, веселая, дружелюбная дама. Судьба Любови Белозерской поразила воображение писателя. (Именно она явилась прототипом Серафимы Корзухиной в пьесе писателя «Бег».) Михаил Афанасьевич расстался с первой супругой, разделившей с ним самые тяжелые годы жизни, страшную бедность и голод, и женился на Любови Белозерской. При всем своем обаянии создать семейный уют новая супруга не смогла. Более того, заметим, что Любовь Белозерская не понимала и не ценила литературный дар своего мужа.
Часто в их доме происходила такая сцена. Супруга громко и весело болтала по телефону. Писатель был раздражен и просил:
— Люба, нельзя же так. Я работаю!
— Ничего, ты не Достоевский.
Эта удивительная глухота к творческой личности супруга причудливым образом сочеталась в Любови Евгеньевне с большой душевностью по отношению к животным: лошадям, собакам, кошкам. По-видимому, именно в это время Булгаков стал внимательно присматриваться к хвостатым, наблюдая за их повадками.
Одно время супруги жили в Москве в Малом Лёвшинском переулке, 4, где им принадлежали две маленькие комнаты. Домик — обыкновенный московский особнячок, населенный множеством самых разных людей — был превращен в коммунальную квартиру, с общей кухней, в которой не было газа: на столах гудели примусы, коптили и мигали керосинки. Любовь Евгеньевна Белозерская вспоминает, что особенностью кухни была сизая кошка. Время от времени эта кошка вихрем проносилась к форточке, не забывая куснуть попутно за икры того, кто стоял у примуса.
В этом жилище у супругов Булгаковых поселилась кошка Мука, может быть, подобранная ими где-то на улице, как кошка героя «Театрального романа» Максудова? Кошка регулярно приносила котят.
Михаил Афанасьевич на руки кошку никогда не брал — был слишком брезглив, но на свой письменный стол допускал, подкладывая под нее бумажку. Исключение делал перед родами: кошка приходила к нему, и он ее массировал.
Первенца кошки Муки они назвали Аншлагом в ознамено¬вание театральных успехов Михаила Булгакова. Владимир Николаевич Долгорукий (Владимиров), друг семьи и, как называет его Любовь Евгеньевна в своих мемуарах, «наш придворный поэт Вэдэ», написал по это¬му поводу шуточные стихи:
На крысиный ужас-страх
Родился у ней «Аншлаг».
Не котенок — удивленье,
Тетя Люба — в восхищеньи!
Позже эти стихи вошли в рукописную книгу под названием «Мука Маки». (Домашнее имя Михаила Афанасьевича было Мака). На обложке книжки «Мука Маки» изображен Михаил Афанасьевич, по словам Белозерской, «в трансе: кошки мешают ему творить. Он сочиняет "Багровый остров"». Кошачьи позы: забавные, умилительные, невероятные, — радуют и удивляют автора.
— В доме также печь имеется,
У которой кошки греются.
Лежит Мука, с ней Аншлаг.
Она — эдак, А он так.
Мука регулярно приносила котят, и «кошачий коллектив» квартиры Белозерской-Булгакова всегда был неиссякаемым источником для новых шуток. Любовь Евгеньевна, например, утверждает, что жившие с ними кошки вдохновляли не только самого Булгакова и друзей семьи, но и «проявили себя в эпистолярном жанре». В своих воспоминаниях она упоминает: «У меня сохранилось много семейных записок, обращенных ко мне от имени котов. Привожу, сохраняя орфографию, письмо первое (см. стр. 65. — Прим. ред.). Надо признаться: высокой грамотностью писательской коты не отличались».
Через некоторое время кошачья семья распалась. Котенок Аншлаг был подарен хорошим знакомым. У них он подрос, похорошел и неожиданно для всех... родил котят. За что и был разжалован из Аншлага в Зюньку. Других котят кошки Муки раздали в «добрые руки». Один из них был подарен Валентину Катаеву, с которым в то время Булгаков очень дружил. Ну а кошка Мука переехала с Любовью Евгеньевной и Михаилом Афанасьевичем на Большую Пироговскую улицу, 35-а, в бывший особняк купцов Решетниковых. «Устроились мы уютно, — вспоминает Белозерская. — На окнах повесили старинные шерстяные, так называемые «турецкие», шали. Конечно, в столовой, она же гостиная, стоит ненавистный гардероб. Он настолько же некрасив, насколько полезен, но девать его некуда. Кроме непосредственной пользы нам, им пользуется кошка Мука: когда ей оставляют одного котенка, мы ставим на гардероб решето и кошка одним махом взлетает к своему детищу. Это ее жилище называется "Соловки"».
По словам супруги писателя, именно она «заразила» его своим отношением к животным. «Я рада, что привнесла совершенно новую тему в творчество писателя. Я имею в виду, как в его произведениях преломилось мое тяготение, вернее, моя постоянная, неизменная любовь к животным. Вот передо мной весь его литературный путь. Нигде, никогда (если не считать фельетона «Говорящая собака», напечатанного в «Гудке», да и собака-то там — объект жульничества), не останавливается он на изображении домашней кошки, любимой собаки: их у него просто не было, как вообще не водились они в киевском доме Булгаковых.
Обратимся к роману «Белая гвардия». Обжитой дом, уютная обстановка, дружная семья. Казалось бы, где как не там, приютиться и свернуться калачиком на старом кресле домашнему коту. Нет. Не может здесь этого быть. И вот появляюсь я, а вокруг меня всегда ютится и кормится всякое зверье».
Чувство юмора, свойственное Михаилу Афанасьевичу, искрится в «Театральном романе», о котором мы сегодня говорим. Вот эпизод, где писатель рассказывает о бездарной актрисе театра. Главный герой приходит к режиссеру Ивану Васильевичу, чтобы прочитать и обсудить с ним свою пьесу.
«...Иван Васильевич вернулся, и мы дошли до конца пятой картины. И тут в начале шестой произошло поразительное происшествие. Я уловил ухом, как где-то хлопнула дверь, послышался где-то громкий и, как мне показалось, фальшивый плач, дверь, не та, в которую я вошел, а, по-видимому, ведущая во внутренние покои, распахнулась, и в комнату влетел, надо полагать осатаневший от страху, жирный полосатый кот. Он шарахнулся мимо меня к тюлевой занавеске, вцепился в нее и полез вверх. Тюль не выдержал его тяжести, и на нем тотчас появились дыры. Продолжая раздирать занавеску, кот долез до верху и оттуда оглянулся с остервенелым видом. Иван Васильевич уронил лорнет, и в комнату вбежала Людмила Сильвестровна Пряхина. Кот, лишь только ее увидел, сделал попытку полезть еще выше, но дальше был потолок. Животное сорвалось с круглого карниза и повисло, закоченев, на занавеске.»
Чуть позже автор пьесы Максудов, услыхав, что на роль его девятнадцатилетней героини назначена именно эта самая актриса, уже немолодая, но, главное, совершенно бездарная, пришел в ужас и негодование. Забавно, что свое неприятие этой актрисы в качестве исполнительницы главной роли в спектакле, драматург Максудов аргументиру¬т отношением к ней кота.
«— Нет, позвольте! Актриса, которая хотела изобразить плач угнетенного и обиженного человека и изобразила его так, что кот спятил и изодрал занавеску, играть ничего не может.
— Кот - болван, — наслаждаясь моим бешенством, отозвался Бомбардов,— у него ожирение сердца, миокардит и неврастения. Ведь он целыми днями сидит на постели, людей не видит, ну натурально, испугался.
— Кот - неврастеник, я согласен! — кричал я. — Но у него правильное чутье, и он прекрасно понимает сцену».
Вероятнее всего, Любовь Евгеньевна ничуть не преувеличивала, говоря о своем влиянии на отношение писателя к животным. А Михаил Афанасьевич со свойственным ему талантом преломил свои наблюдения за котами, превратив их в еще одно литературное выразительное средство.
Рубрики:  ПИСАТЕЛИ, ПОЭТЫ/Михаил Булгаков
КОТСКОЕ
ЖУРНАЛЫ
Метки:  



 

Добавить комментарий:
Текст комментария: смайлики

Проверка орфографии: (найти ошибки)

Прикрепить картинку:

 Переводить URL в ссылку
 Подписаться на комментарии
 Подписать картинку